2.

      Санчез о том самом великом и популярном Пугоде, конечно, слышал. Было бы странно, если бы он о нем ничего не знал.       Множество высоко оцененных картин за непродолжительную, для сторожил индустрии, карьеру. Сьемки в известных журналах, которые боролись между собой за возможность сделать хотя бы пару снимков для обложки или взять интервью. Миллионы поклонников по всему миру – одно из самых сплочённых сообществ.       Та самая недостижимая мечта любого представителя их профессии.       Чего уж утаивать, Пугод был по истине феноменом их времени. Санчез смотрел пару его фильмов. Может, чуть больше, чем пару. Фанатом бы он себя не назвал, чуть смущаясь этого, но…       Было что-то завораживающее в его ролях, актерской игре и в нём самом. Способность пробиться так высоко точно заслуживала внимания.       Во многом, этим Санчез восхищался. Даже им самим.       Малопримечательный парень со среднестатистической внешностью, окончивший хорошую школу актерского мастерства. Лишь спустя пару низкосортных фильмов он смог получить какое-то внимание. Брался за любые проекты: сериалы, мюзиклы, короткометражки. Идеально выверенные временные рамки, чтобы быть на слуху, но и не надоедать зрителю. И все за такой короткий срок.       Многие работы, где он снимался, получили известность лишь после успеха самого Пугода. Сама эта известность не пришла сразу. Накатывала словно волнами. Множество провалов, негативных оценок, второстепенных ролей, а после восторженные отзывы, съемка с известными актерами, постеры с его лицом посередине во всех кинотеатрах мира.       И все это, чтобы прийти к нынешней стабильности. Да, меньше экспериментов, меньше новых форматов. Резкое изменение стратегии – менее затратные по силам картины, зато более частые появления в медиа.       Иногда Санчез задумывался об этом пути. Неосознанно ступал на те же грабли, вот только финансовая ситуация у него была тогда куда более неустойчивой, так что эти риски могли стоить ему почти жизни. Но его успех настал раньше, сильно.       Пугоду было те же самые девятнадцать, когда тот снялся в своей первой более-менее публичной картине. Около двух лет перемен и неустойчивой популярности. Именно ближе к концу этого периода, сам Санчез пришел на первое прослушивание, получив там желаемую роль и начиная сьемки.       Через год Пугод наконец стабилизируется – Санчез становится популярен ещё через один год.       Как бы он не признавал свои труды, но и не только в них был секрет. Необычная внешность, умение схватывать налету, оглушительный для новичка успех при первом показе.       Честно признаваясь, размышлять об этом он мог долго. И о формуле успеха, и о Пугоде, который, к сожалению, никаких точных биографических источников не имел, поэтому выводы он делал лишь по коротким обрывкам фраз, сказанных на интервью или постов в твиттере.       Конечно, он был на него подписан. На всякий.       - Саша, тот фильм «Рассвет» или что-то такое. Кастинг подтвердили и тебя приглашают на вторую главную роль, - Барси замолчал на пару секунд, переводя дыхание. Отвлекался на детали, слишком быстро проговаривая слова. – Мы говорили с тобой недавно, что почти на все роли пробуются звезды. Режиссёр уходит на пенсию и особо трудится над проектом. Только подумай, а?       - Что там? Какие еще детали известны? Когда начало съемок?       - Подожди с этим! На другую главную роль пробовался Пугод. Это ещё не оглашают, но я узнал. Его взяли. Там ещё и Алфедов снимается! Ну, этот самый, из…       Всё сказанное дальше казалось неразборчивой кашей.       Нескольких глотков кофе с утра было слишком мало, чтобы адекватно отреагировать на новости, сказанные Барси. Сначала ему показалось, что это были слуховые галлюцинации. После появилось сомнение, что сегодня первое апреля или другая дурацкая дата, которая могла послужить поводом для шутки. Крайне неудачной и, если честно, немного обидной.       Как прикол это не звучало. И на галлюцинацию не походило, спасибо, он уже это проходил.       - Стас.       - Да?       - Клянись.       - Могу тебе запись звонка с одним из тех знакомых прислать, который мне это сообщил.       - Пришли. Я послушаю, если не упаду в обморок.       - У меня сейчас прям прилив ностальгии.       - Сегодня же год с первой премьеры. Я сам с утра как не свой.       - Круглая дата, - Барси задумчиво замолчал, и Санчез точно знал, что на лице друга хитрая ухмылка. – Нужно отметить.       Санчез горестно вздохнул, хотя сходить проветриться бы правда не помешало.       - В мой выходной?       - Фактически, он и мой выходной тоже. Тем более, узнаешь ещё подробностей, я тебе только часть пересказал.       - Уговорил. Как обычно?       - Как обычно. Давай, иди переваривай и пищи в подушку.       - Такого ни разу не было.       - Ну-ну.       Санчез выключил телефон, прерывая звонок. Реальность дошла до него с задержкой. Он осел на пол, опираясь на кровать. Раньше было стойкое ощущение, что больше ничего его не удивит. Видимо, это было ошибкой.       Когда он ранее сам себе признавался, то немножко врал. Выражаться грубее, пиздел безбожно. Пугод стал для него едва не иконой. Какое-то ранее незнакомое чувство собственной важности нашептывало ему, что такому состоявшемуся актеру, как Санчез, стоило поставить себя на первое место и забыть эту фанатскую преданность.       Пусть то и был мимолетный поток мыслей после особо успешных сьемок, но тем не менее восхищаться своим кумиром он стал менее активно. Внешне. И, конечно, Барси не просто так узнал эти новости.       Ладно. Как обычно. Бар у их старой квартиры.