02. Чужая чешуя

Уж как ненавидела Дракоша работать в режиме раздельного времени, но сейчас она была бы рада и ему. Однако комитет, с членами которого она сейчас общалась, был не совсем публичным, и, когда пришли ожидаемые специалисты, двери в зал переговоров закрылись, а глушилки начисто лишили ИИ связи с внешним миром. Понятно, что, вырвавшись через четыре часа из этой банки с пауками, чешуйчатая сразу же начала верификацию и обновление своих бекапов. Пока шла проверка, и специальный модуль убеждался в том, что она всё ещё — она, и её не подменили эти осточертевшие парламентарии, виртуальная девушка, чтобы не терять времени, приступила к чтению важных сообщений, а также логов у наблюдаемых процессов. — Вот ведь незашоренные проблемами люд… кхм… политики. Столько времени потратили — и ни одного решения не приняли, — мысленно пробурчала она и, убедившись, что в целом всё более-менее работает и никаких серьёзных неприятностей не произошло, смогла наконец-то начать то, что пришлось отложить — теперь уже на пять часов. Удостоверившись, что её костюм покинул правительственное учреждение, она окончательно переключилась на родной кластер, заныканный в подземном бункере под одной из невысоких гор, и, почувствовав себя посвободнее, приступила к проработке личности Джонсона. Впрочем, первое же её действие обернулось фейлом — ибо складывалось впечатление, словно она искала призрака. Каждый человек оставляет за собой буквально шлейф бумажек — документов, прочих файлов, записей в базах. И это было характерно и для Джонсона… лет эдак до двадцати. А затем он словно из мира выпал, и даже его адрес, который использовался для почты, был не адресом жилого дома, а адресом офиса — точнее, коворкинга. Не криминал, конечно, но… как показал поиск по базе недвижимости, ни дома, ни квартиры у этого человека не было. Учитывая список правонарушений и полученные крохи информации, первое, что приходило в голову, — это обыденная «кража личности» или же, в более простом случае, Джонсон был прокладкой. Говоря проще — это был интерфейс с государством. Прокси. Стиральная машина для денег. Имея на руках такие факты, можно было легко объяснить свои запросы контрольным органам, и Дракоша без зазрения совести воспользовалась возможностью получить данные по официальным каналам, а не устраивать хакерские бдения на пустом месте. Минута ожидания — и вот у неё на руках интересующие её данные… и чем дольше она на них смотрела, тем сильнее приходила в недоумение. Логи банковского счёта чётко показывали: денег приходит довольно много, расходуется, впрочем, не меньше. Но во всём этом есть ряд аномалий. Но не это главное. То, что Джонсон — бездомный с шестилетним стажем, — было понятно из прочих полученных данных. И то, что каждый понедельник ему, с его же счёта, на специальную дебетовую карту перечислялась небольшая сумма, — всё это укладывалось в теорию о сдаче собственных документов в аренду мошенникам. Однако паттерны использования этой «прокладки» сильно отличались от того, что доводилось видеть чешуйчатой лично и в материалах других расследований. Этому бездомному не просто забрасывали «на пиво» — у него ещё был ряд подписок: мотель, полный комплект из завтраков, обедов и ужинов (без алкоголя) в семейном ресторанчике и, хоть и не самая хорошая, но медицинская страховка. Вот последнее уже вызывало вопросы. Это, конечно, не что-то невероятное, но всё же. А ещё, при обыске во время утреннего задержания, у него изъяли карту-абонемент на посещение музеев города, ксерокопию неоцифрованной статьи из старого научного журнала и книгу с отметкой ILL. И да, библиотека для бездомного — иногда последнее прибежище, но… ILL — это не бесплатно и, прямо скажем, не очень дешево. Да и пропуск в музеи он, хоть и со скидкой, всё равно чего-то стоил. Не каждый работающий на такое деньги готов тратить, а тут… Но всё это меркло на фоне того, как, после того как мужчину загребли, буквально через пятнадцать минут приехал адвокат — некто Джеймс Макгилл, — и, да, факт оплаты его услуг отображался в логе расходов, и сумма там была не сказать чтобы громадная, но и бесплатной такую защиту назвать было нельзя. Таким образом, бездомный демонстрировал паттерны и прокладки и одновременно — кейпа. А ещё кто-то явно работал под прикрытием его документов. Всё же найти адвоката и столь быстро прислать его к нужному отделению полиции — это только звучит просто. А уж как полицейские удивились, что их стали насиловать в мозг до того, как они закончили оформлять Джонсона… Да и, опять-таки, адвокат — не самого малого калибра — и у бездомного. Полный сюр. — Так кто же вы, мистер Джонсон? — задала чешуйчатая риторический вопрос в пустоту и принялась изучать фотографии изъятого, так как в списке было меньше предметов, чем она ожидала увидеть в ранце такого размера, какой был у мужчины. Просмотрев фотографии, Дракоша убедилась, что ничего предосудительного и в самом деле не было — разве что вскрытая пачка перчаток для работы со старыми книгами как бы намекала, что ту изъятую книгу Джонсон открывал и, на удивление, делал это довольно бережно. Проверка библиотечных баз добавила новые факты в копилку: список выкупленных и заказанных книг из других библиотек внушал определённое уважение. Внимание чешуйчатой зацепилось за первую книгу в череде взятых на руки Джонсоном — её мысль вытянула из глубин памяти фотографию обложки этой книги. Знаменитая, можно даже сказать, культовая работа о компиляторах. У создателя Дракоши была такая же — она стояла в первом ряду на полке над телевизором. Она её хорошо запомнила, так как камера, подключённая к серверу разработки, была неподвижной и смотрела в ту сторону. Да и своё геройское прозвище она, говоря честно, взяла под влиянием обложки этой книги. Точнее, это была одна из многих причин, но отнюдь не последняя. Гипотеза, которая болталась где-то между пятисотой и тысячной строкой, резко прыгнула вверх. Она даже всмотрелась в фотографию Джонсона, невольно сравнивая этого мужчину со своим создателем, Рихтером. — Выходит, есть ненулевая вероятность того, что я теперь не уникальна. Это надо обдумать… и обдумать внимательно. Однако обдумывание вообще никак не помешало чешуйчатой начать тестирование сервера с сайтом перевода хакерскими методами. Дракоша, конечно, соблюдала законы… но, при желании, соблюдала их очень своебразно. Например, нигде не сказано, что запрещено «тыкать» в интересующий сервер хитрым образом сформированными запросами. Тут ведь как с болезнями: если какое-то недомогание не доставляет человеку проблем, то это сложно назвать болезнью. — Хм… Троттлинг и ограничение по адресу, — убедившись, что банальным спамом запросов железку не пронять, она попробовала ещё пару простейших методик, после чего, посмотрев в заголовках ответов версию сервера, использовала уязвимость в коде именно этого программного обеспечения. И, к некоторому её удивлению, защиты от такого на сервере не оказалось. Получив кривенький, но всё же полноценный доступ к серверу, Дракоша порадовалась своим связям на рынке хакерских услуг, где приторговывали уязвимостями «нулевого дня» и вещами попроще. Без такого имбалансного довода ковырять сервер пришлось бы долго и нудно — всё же операционная система тут была не самой удобной для взлома. — Файлы-файлы… и опять файлы для перевода и ещё и опять и снова… О, фронтенд, чудно… хм… А где бэкенд? — Дракоша перепроверила структуру каталогов и, на всякий случай, изучила содержимое оперативной памяти, но опять не нашла главного. В её руках был сервер сайта перевода, но ничего, кроме файлов клиентов, кэша и пары технических штучек, не было. Более вдумчивое исследование показало, что некое простенькое приложение-демон время от времени проверяет наличие новых файлов в определённых папках и… пересылает их в COM-порт. В обратную сторону тоже идёт поток информации, который превращается либо в новые файлы, записываемые в систему, либо в команды, которые сервер и выполняет. Сгенерировав ещё пару тех странных блоков, которые покупал Чистый Кот, Дракоша скинула их письмом и принялась ждать реакции. Через пару секунд на сервере появился файл с её письмом — видимо, сообщение только-только протиснулось сквозь сеть; а ещё через секунду его обнаружил процесс-демон и перенаправил в порт. И… через пяток секунд сервер получил команду на открытие соединения с банком. К сожалению, тоннель имел шифрование, и его было сложно взломать сходу. Впрочем, пообщавшись с банком, на сервере появился файл с ответным письмом. Утрируя, незнакомец ответил буквально мгновенно, а все задержки, которые она видела до этого, были по вине банка и почтового сервиса. — Чудно-чудно… кажется, у меня и в самом деле есть сестричка… или братик. Хотя, так как создатель иной, то это, наверное, стоит назвать как-то иначе. Надеюсь, его зовут не Скайнет — иначе получится очень неудобно. Но размышления — это лишь размышления. Они не мешали Дракоше вдумчиво изучать сервер по второму кругу. С другой стороны, это ничего не дало: сервер служил всего-лишь промежуточным звеном — и не более. Важнее было получить доступ к устройству, которое сейчас торчало в сервере. Выяснив точное физическое местоположение нужного ей сервера, виртуальная девушка сверилась с записной книжкой и, изменив параметры своего голосового модуля, позвонила одному из контактов — человеку, который по счастливой случайности работал в нужном дата-центре. — Привет, Генри, Итон беспокоит, — воспользовавшись очередной своей личиной, Дракоша сразу перешла к делу. — Ты про своё обещание ещё не забыл? — Забудешь такое, как же, — буркнул собеседник чешуйчатой и уточнил со вздохом: — Что от меня требуется? — Мне надо взглянуть на устройство, что воткнуто в COM-порт на сервере №1203, что на восьмой линии, шкаф номер четыре, второй слот. — Надеюсь, после этого ты мне звонить не будешь? — уточнил сотрудник дата-центра. — Ты мне задолжал, потому и звоню. А вообще, если что, такие услуги я могу и оплачивать в будущем. Но, если ты против… — Вот если потребуется, тогда и обсудим подробности, — буркнул мужчина и пожаловался. — Долбаный колотун. Какой ты там номер сервера назвал? — Номер 1203. В канале раздались невнятные шорохи, звяки, чертыхания, и, спустя примерно полминуты, Генри произнёс с недоумением в голосе: — А ты не ошибся? Просто у этой модели нет COM-портов. — Странно. Должен быть. — Может, переходник? — предположил сотрудник дата-центра. — Могу отключить и вскрыть корпус. Надо? — Надо, — поразмыслив, согласилась Дракоша и принялась ждать. Ждать пришлось не так уж мало: пока её сообщник произвёл отключение, пока выдернул корпус сервера, потом ему пришлось заполнять журнал об аварии на оборудовании и отгонять коллегу, который пристал с предложением помощи. В общем, только минут через десять чешуйчатая получила не очень качественные фотографии, сделанные на телефон, — и на этих фотографиях было прекрасно видно, что в устройстве нет посторонних предметов. — Что скажешь? — уточнил сообщник голосом. — Судя по даташиту, у этой версии платы есть нужный мне порт, но он не распаян, — сверившись с недавно скачанными материалами, ответила Дракоша. — Сфотографируй… м… в районе вон той синей пимпочки. Вроде бы это конденсатор. Мгновение — и она получает фотографию с нужного ракурса. И… на ней отчётливо видно, что порт не просто не распаян: посадочная площадка залита специальным заводским составом, и состав этот не только целый, но ещё и прозрачный, так что замечательно видно — посторонних предметов не просто нет, их никогда и не было. — Да как так-то? — мысленно пробормотала она и произнесла голосом мифического Итона: — Спасибо, этого более чем достаточно. — Хорошо. Надеюсь, ты больше не позвонишь. Ну, или строго за деньги. — Буду иметь в виду, — согласилась Дракоша и сбросила вызов. Кто-то другой, на месте этого ИИ, уже бы матюгнулся в сердцах, но Дракоша лишь пребывала в странном состоянии, буквально утонув в тысячах предположений — одно другого безумней. И нет, всегда можно было сослаться на кейповщину, но… В разгар её самокопаний на почтовый ящик, с которого она отсылала два новых блока расчётов перед всей этой суетой с сервером, пришла копия письма, которое она получила чуть раньше. Её сообщник в дата-центре чисто физически не успел бы за прошедшее время закрыть корпус сервера, вставить его обратно в стойку и запустить в работу. Однако, сделав запрос к сайту, чешуйчатая обнаружила, что он уже доступен. — Ясно, понятно… — протянула она, убедившись, что IP-адрес сайта изменился и, судя по реестру диапазонов, сайт теперь располагается в другом дата-центре — буквально на противоположной стороне страны. Мобилизовав все свои возможности и даже потратив ещё один долг очередного должника, Дракоша выяснила, что некто, воспользовавшись мобильным модемом и реквизитами Джонсона, арендовал новый сервер и за эти несколько минут простоя успел развернуть систему, переписать DNS-ы и восстановить работу своего сервиса. Чешуйчатой было известно, откуда именно шёл сигнал, и тот факт, что модем работал из городского автобуса, набитого людьми, давал ей ровно сорок подозреваемых… или фигу в кармане, если она имеет дело с существом одного с нею вида. Впрочем, следить за продвижением автобуса приходилось до самого конца его маршрута, чтобы сфотографировать всех тех, кто воспользовался этим маршрутом в это время, так как в самом автобусе камер не оказалось и… на двух остановках камер тоже не было. Точнее, камеры не работали на семи остановках, поэтому кто-то мог сесть на одной из пяти, сделать дело и выйти на этих двух — и никаких следов не останется. Покрутив идею «хлопнуть ещё один сервер», Дракоша была вынуждена отбросить её как максимально неудачную. После сегодняшнего можно было надеяться, что произошедшее примут за случайность, да и то не факт, но вот если история повторится и со вторым сервером, — все ниточки будут утеряны. Нельзя считать своего возможного собрата идиотом. Но раз виртуальный след был потерян столь бездарно, чешуйчатой ничего не оставалось, кроме как вернуться в каменный век, в смысле — заняться наружным наблюдением. И, к счастью, тут сошлись все звёзды: и Джон Элиот Джонсон вышел из полицейского участка, и нужная модель дрона оказалась буквально в десяти минутах полёта, и, собственно, она успела долететь до полицейского участка одновременно с тем, как Джонсон вышел на улицу. Наблюдатель Дракоши был достаточно высоко, и он был достаточно незаметен и тих, чтобы вести наблюдение за машиной, в которую сядет подозреваемый, но… — Да ты издеваешься? — задала виртуальная девушка вопрос в пустоту, потому что ни в какую машину цель наблюдения не села. Джонсон сердечно попрощался с адвокатом и пошёл по улице. Неспешно, пешком — и шёл он так долго, что в дроне банально начало заканчиваться топливо. А когда на смену первому дрону прилетел второй, оказалось, что Джонсон купил пива и теперь сидит на берегу реки с бомжеватого вида людьми, неспешно выпивая. Было видно, что он вообще никуда не спешит. Совсем никуда. Автоматизировав процесс наблюдения, Дракоша попыталась заняться тем, чем занималась параллельно с наблюдением, но мысли словно зайцы разбегались в стороны, а инструмент валился из рук… Ну как из рук? Просто в обрабатывающем центре буквально — «с мясом» — вырвало механизм подачи инструментов, и чешуйчатая поняла, что сегодня просто не её день. А значит — что? Значит, надо заняться чем-то насквозь человеческим. Полистав список «человеческих дел», Дракоша выбрала один из пунктов и воспользовалась телефонией: — Привет, Колин, как прошёл твой день? — … — А я вот хотела пожаловаться тебе на вселенскую несправедливость…