Интерлюдия J

В наушнике прозвучал голос: — Консоль, что у нас? София стиснула зубы еще сильнее. — Эгида, где находитесь? — Закусочная Кларка на Уэст-Чарльстон и Вудроу. Ей хотелось вылезти из собственной кожи. — В радиусе шести кварталов от вас — ничего. Если бы я… — она оборвала себя, ее взгляд на мгновение скользнул в сторону, где за ней наблюдала агент СКП. Карлос и так уже знал, что она хотела сказать. — Ну, в силу обстоятельств ты пока не сможешь быть в поле, поэтому придется работать вот так. — Она знала, что он пытается быть вежливым. И это ее бесило. София так и не могла понять, то ли он вел себя так вежливо, чтобы выводить ее из себя, то ли чтобы не показывать откровенно свою неприязнь к ней по каналам связи, где все записывалось. Она посмотрела на карту на экране. — Следующая точка — перекресток Чарльстон и Четвертой авеню. Расчетное время прибытия — пять минут одиннадцать секунд. Если патруль придется прервать, немедленно вызывай. Консоль, конец связи. — Принято, консоль. Эгида, конец связи. Ей хотелось сорвать гарнитуру и швырнуть ее через всю комнату. Ей хотелось вернуть свои арбалеты, главным образом для того, чтобы выстрелить этой суке из СКП прямо в лицо. Она хотела быть там, бороться с преступниками. Но ничего этого сделать она не могла. В свете того, что случилось в марте, включая судебный процесс, ее личность была раскрыта всем желающим. Ее забрали из Уинслоу, и она перешла на домашнее обучение. К сожалению, это означало, что она больше не покидала базу. Хуже того, эта мерзкая маленькая сучка Тейлор Эберт вела записи всего, что она, Лорен и Эмма делали с ней с начала учебного года. София желала, чтобы Тейлор была жива, просто чтобы она могла с размаху пнуть эту суку между ног. Она была прирожденной добычей, и София никак не могла поверить, что ей каким-то образом удалось разрушить жизнь Софии даже после смерти. Электрошоковые браслеты на руке и на лодыжке были замаскированы под украшения. Они были разработаны таким образом, чтобы срабатывать, если она попытается использовать свои способности или снять один из браслетов. В них также был встроен транспондер, постоянно передающий ее местоположение через спутник. Ее семья находилась под программой защиты свидетелей, а это означало, что она, вероятно, больше никого из них не увидит. Свинка подчеркнула, что если бы не тот факт, что программа Стражей не могла позволить себе этот скандал, она бы уже была в колонии для несовершеннолетних. Хотя это и не имело значения, потому что даже Молодежная гвардия практически отвернулась от нее. Конечно, они были одной из причин, по которой ей удалось избежать тюремного заключения или судимости. Но на данный момент она и находилась в исправительном учреждении для несовершеннолетних, хотя оно так не называлось. Самым изобличающим моментом был ее телефон. Кто-то, по всей видимости, через вышестоящие инстанции перехватил ее сообщения в компании AT&T и получил доступ ко всему, что она когда-либо отправляла Эмме и Лорен — и даже той малявке Мэдисон. Она даже не знала, что телефонная компания сохраняет эти данные. Она не могла выходить из дома, ничего не могла делать, не могла проводить время с друзьями, и, что хуже всего, ей предстояло дежурить на консоли до конца ее службы в Стражах, если только Свинка не отпустит ее. А это означало, что ей нужно было вести себя прилично и ходить по струнке. Она взглянула на сопровождающую ее сотрудницу СКП — женщина была как минимум на шесть дюймов выше ее ростом, с запястьями как бруски два на четыре. Словно понимая, что ее оценивают, сотрудница слегка улыбнулась Софии. Затем она посмотрела на открытую дверь и нахмурилась. София проследила, куда она смотрит. Далее по коридору несколько сотрудников СКП выводили Свинку из ее кабинета. Позади нее мужчина, смутно знакомый на вид, разговаривал с другим офицером. Свинка выглядела раздраженной, даже злой, но в то же время послушной. София понятия не имела, что происходит, кроме того, что, похоже, Свинка получила ногой под зад. По ее мнению, эта бочка с салом другого и не заслуживала. Если повезет, у нового директора будут другие приоритеты, и его будет больше волновать борьба с преступниками, чем безобидные издевки над довольно никчемной одноклассницей. * * * Бывший директор Эмили Пиггот села за руль своей машины, гадая, как все дошло до такого. Три дня она пыталась получить помощь в выслеживании Терраватта, пыталась связаться с влиятельными людьми из Чикаго или Нью-Йорка. Вместо этого ей позвонила главный директор Коста-Браун. После того, как она пятнадцать минут объясняла свою позицию, главный директор приказала ей явиться к доктору Кохрейну. Обидевшись, она выполнила приказ, будучи уверенной в результатах сканирования. Она проведет день или два в изоляции по протоколу «Властелин/Скрытник», и у нее не обнаружится никаких способностей. Однако вместо протоколов «Властелин/Скрытник» главный директор приказала в приоритетном порядке провести сканирование на предмет наличия Короны Поллентии. Когда сканирование выявило и Гемму, и Поллентию, она попросила доктора повторить еще раз, чтобы убедиться, что правильно его поняла. Она. Парачеловек. Она смутно помнила, как он говорил что-то о силе Умника, но не могла вспомнить подробности. Она достала ключи из сумочки, собираясь завести машину, и тут раздался стук в окно. Рядом с машиной стояла не кто иная, как Александрия, в своем культовом черно-сером костюме. Она открыла окно. — Чем могу помочь? Александрия слегка наклонила голову влево. — Вы не только можете помочь мне, Эмили, но и я могу помочь вам. Но я вижу, что вы женщина, которая ценит прямолинейность, поэтому позвольте мне быть предельно откровенной. — Она наклонилась вперед. — Кейпы вас не пугают и не впечатляют. Они вам не нравятся. На самом деле, вы их немного ненавидите. Это можно понять, я знаю, через что вы прошли. Я знаю, что произошло в Эллисбурге. Но Америка — и СКП — все же одержали в нем одну победу. Александрия на мгновение замерла, подняла замок на двери и открыла ее. — Лучший человек, кто только мог быть, вышла из Эллисбурга не только живой, но и мотивированной на перемены, на то, чтобы сдерживать влияние паралюдей на общество, на мир. Вы ежедневно работали с людьми, которых ненавидели, ради общественного блага. Она достала простую маску-домино и визитку, положила их в небольшой пластиковый пакет и вложила в руки Эмили. — Ваша роль в этом деле не должна заканчиваться. Вы остались собой, просто теперь вы с силой. Перед вами несколько вариантов. Вы можете делать то, что презираете, и стать злодейкой — но это не ваше. Вы можете стать изгоем и попытаться избегать ввязываться в дела кейпов. Или же вы можете продолжить свою работу с другой стороны забора. Выбирать вам, мисс Пиггот. Убедитесь, что примете решение, с которым сможете жить. Дверь закрылась. Затем поднялся вихрь пыли и бумажек, когда культовая героиня взмыла в небо, очевидно, сказав все, что хотела. После этого около минуты Эмили смотрела в окно, а затем завела двигатель машины. Не совсем так, подумала она про себя. Возможно, немножко впечатляют.