63

По краям ямы рушится земля. Мы должны были это предвидеть; когда Левиафан начал играть с Луном в догонялки, а потом решил занять здесь позицию, мы должны были заподозрить неладное. Провал продолжает расширяться; все эвакуируются как можно быстрее, но летуны едва успевают подхватывать людей, пока они не провалились. К тому времени, как дыра перестает обрушиваться, Кингс-Хилл превращается в огромную яму с грязью, примерно овальной формы, и глубиной футов пятьдесят. Пролетает Слава и хватает парня с топором, под которым осыпается земля. Он роняет топор, но Слава подхватывает его. Оба начинают подниматься, в этот момент из грязи вырывается длинная, чудовищная рука и хватает ее, и появляется сам Левиафан, истекающий грязью и водой. Удар хвоста Левиафана отрубает руку парня с топором чуть дальше пальцев Славы, и он, крича, падает в грязь и тонет в ней. Слава успевает лишь на мгновение осознать, что держит в руках отрубленную конечность, прежде чем рука Левиафана несколько раз ударяет ее об асфальт, а затем швыряет в Александрию. Все еще держа Висту, я слышу, как ее браслет объявляет: — Безумный Мартиган выбыл, KH-3. Слава выбыла, KH-3. Никакой команды, только негласное согласие. Все, кто может стрелять, начинают стрелять, кроме меня. С каждым попаданием с Левиафана хлещет вода, смывая грязь, и он шатается. — Чего ты ждешь? — кричит Виста сквозь шум дождя и взрывов. — Стреляй в него! — Нет! Лун и Безумный-как-его, — они все еще там! Дальше спорить не о чем. Левиафан выпрыгивает из ямы с грязью. На его пути оказывается Капрал, он уклоняется от удара, но его опрокидывает водяное эхо. Щит мерцает; хвост Левиафана наносит удар, хлещет по ноге Капрала и швыряет его на землю. — Капрал выбыл, KH-3. Костюм Капрала быстро покрывается обломками и грязью — вода несет ил, смытый с Левиафана. Я проверяю его костюм — Левиафан не стал его заклинивать, так как мистер Лаборн без сознания. Он придет в себя, если я смогу до него добраться, но сейчас для этого нужно как-то обойти Губителя. Затем кто-то телепортируется к его костюму, касается его, и оба они исчезают прямо перед тем, как до них докатывается водяное эхо Левиафана. — Приближается волна, тридцать секунд. Вероятно, для моей базы это конец. Она едва выдержала последнюю волну, и хотя с тех пор генераторы щитов восстановили полную мощность, каждая последующая волна была больше предыдущей. Я запускаю оставшиеся спасательные капсулы, направляя их в разные стороны. В каждой есть небольшой генератор; если я потеряю базу, начинать все с самого начала не придется. — Серафим, отнеси меня на пляж! — кричит Виста. — Скорее! Слово «скорее» приобретает новый смысл, когда тебе помогает та, кто умеет искривлять пространство. Я немного перелетаю пляж, но Виста не жалуется. Вместо этого она замолкает и замирает у меня на спине. Я вижу, что осталось от Кладбища кораблей. Немногое. В бухте осталось одиннадцать кораблей, и десять из них перевернуты на бок или кверху килем. Моя база выделяется, как бельмо на глазу. Однако я вижу, что вода движется странно, и сам корабль, кажется, как-то вспучивается. О нет. Хотя пространство искривляется, перенаправляя основной удар набегающей волны, я вздрагиваю вместе со своим бедным кораблем. Он трясется, и показания говорят об отключении генераторов номер один и три. Щиты ярко вспыхивают, и, несмотря на искривленное пространство, я думаю, ни один наблюдатель в радиусе нескольких миль этого бы не пропустил. Щиты лопаются, корабль изгибается, крепления в передней части удерживают надстройку на месте, в то время как остальная часть корабля немного прогибается. — Что это за хрень? — удивляется Виста. Ну, теперь нет смысла это скрывать. — Моя база. Или была. Ее ответ звучит почти смущенно: — Ой. — Большие потери, ожидайте. Сквозь дождь становится очевидно, что корабль выдержал удар волны лучше, чем платформа Протектората. Она накренилась под небольшим углом, а опоры со стороны берега напряжены и частично погнулись. Щит платформы, похоже, устоял, но я уверена, что их щит намного мощнее любого из моих. Обратив взгляд обратно на берег, я пытаюсь оценить масштаб разрушений. Волна была не сокрушительной, а просто катастрофической. Берег почти сравняло с землей, а Набережной вообще больше нет. — Потери следующие: Панацея, Лазер-шоу, Леди Фотон, Флешетта, Шевалье, Призрачный Сталкер, Адамант, Мисс Ополчение, Мисс Тири, Развратник, Гаусс, Глина, Стимул, Попутчик, Бамбина. Черт! Волна, должно быть, задела медпункт. — Виста, куда нам? К медпункту или к Левиафану? — Что? — вскрикивает она. — А чего ты меня спрашиваешь? — Ты же ветеран, а не я! Решай! — Ээ… — она колеблется, затем указывает в ту сторону, откуда мы явились. — У тебя же большая пушка! Используй ее! Я направляю нас обратно к сражению. И надеюсь, что оно еще идет. * * * Приближаясь, я вижу, что нас осталось мало. Бои снова переместились; до заброшенного парома всего около мили. Дождь стих до мороси. Я вижу, как Дробовик Уэстли кружит верхом на одном из дронов, выбирая момент; отдача от выстрела бросает дрон в сторону. Фенья и Менья стоят плечом к плечу, щит Феньи прикрывает их с сестрой, а копье Меньи торчит над ним, почти как у гоплита. Этого достаточно, чтобы Левиафан среагировал. Губитель бросается вперед, на Фенью и Менью, его водяное эхо отбрасывает их обеих назад. Пока они пытаются распутаться, Левиафан бросается на дрон, несущий Уэстли. Брайан пытается увернуться, но Левиафан слишком быстр. Дрон рассыпается на куски, словно конфетти, но Уэстли уже спрыгнул, и в падении стреляет по Левиафану из другого ствола. Выстрел оставляет неглубокую дыру сбоку головы Левиафана. Я поднимаю ускоритель массы, отслеживая движения Левиафана, но он резко разворачивается в воздухе, окруженный водяным эхом. Он меняет направление движения, и ныряет сквозь эхо обратно, в сторону кейпов на земле. Легенда начинает обстреливать Левиафана со всех сторон. Он стреляет все быстрее и быстрее, Эйдолон делает что-то такое, что так сильно вбивает Губителя в землю, что вода под Левиафаном хлещет во все стороны. Я выцеливаю голову Левиафана и стреляю. Снаряд попадает Губителю почти точно в подбородок, его лицо изуродовано. Выстрел не причиняет вреда никому из кейпов, хотя опаливает несколько костюмов. Левиафан извивается, как змея со сломанным хребтом. Оружие снова начинает цикл перезарядки, но Левиафан делает жест, и окружающая его грязная вода летит вверх, закрывая его как куполом. Следующие несколько выстрелов лазера Легенды выбрасывают в воздух клубы пара, и он приостанавливает обстрел, чтобы не закрывать обзор. Затем Губитель вдруг возникает передо мной, и я ощущаю, как у меня из рук вырывают оружие. Какую-то долю секунды, которая кажется вечностью, я вижу, как ускоритель массы отлетает в сторону, разлетаясь на куски. Сильный удар. Я пытаюсь увернуться, но он хватает меня за правую ногу. Он поворачивает руку, и ногу пронизывает боль, от бедра до лодыжки. Кажется, я кричу. Я тянусь к единственному, что у меня осталось: моему дезинтегратору. Дальность невелика, но эффект работает по объему. Мысленной командой я переключаю его на планарный объем и молюсь, чтобы это сработало. Я нажимаю на спуск. Но мир уже сужается в точку, и что происходит дальше, мне неизвестно.