70

К обеду мы вчетвером собираемся в жилом отсеке на втором этаже над ватерлинией. У мистера Лаборна ужасный синяк под глазом, и он хромает на правую ногу. Брайану же явно досталось еще больше. Разбитая губа, большой синяк на правой стороне челюсти и левой скуле, и хотя нос, кажется, не сломан, он все же довольно сильно опух. Двигается он медленно, вероятно, получил множество ударов в корпус. Я вопросительно и встревоженно смотрю на мистера Лаборна. — Контактное внушение, — говорит он. Он переводит взгляд на Брайана. — Ну? Брайан морщится. — Ладно, признаю. Я вел себя как дурак. Прости, Тейлор. Мистер Лаборн кивает. Лично я не знаю, как на это реагировать, кроме как слегка ужаснуться, по двум причинам: мистер Лаборн считает это приемлемым, а Брайан, кажется, воспринимает это как должное. Я стараюсь этого не показывать, и поворачиваюсь к пищевому репликатору. Ужин проходит спокойно. * * * — Как она? — спрашиваю я. Аиша выглядит так, словно хочет съязвить в ответ, но потом, кажется, она передумывает и снова смотрит на Лизу. — Все так же. Мои глаза следуют за взглядом Аиши и останавливаются на Лизе. Или Саре? Узнаю ли я, какая история скрывается за этим? — Вот бы ты наконец очнулась, — бормочу я. — А то здесь сплошной тестостерон от Брайана и мистера Лаборна. — А как же я? — возражает Аиша. — Вообще-то я думала, меня ты ненавидишь, — честно отвечаю я. — В смысле, ты же застряла тут, из-за безопасности. Она пожимает плечами. — Не совсем. То есть, ты скучная до ужаса, ты мне не нравишься и я тебе не доверяю, но и не ненавижу. Хотя, инсценивать собственную смерть — как-то подловато. Я хмурюсь. — Я этого не делала. — Да ну? — говорит она, скрестив руки. — Хочешь сказать, ты в своей волшебной машине не можешь создать тело, похожее на твое? — Чего? Ну, теоретически могу, но в январе такой машины у меня не было. — Честно говоря, такие вопросы меня несколько оскорбляют. — Выверт за это заплатил другому технарю. — Да ну? — говорит она, приподнимая бровь. — И как его звали, того другого технаря? И как он это сделал? Довольно странно, что он пошел на такие хлопоты, хотя достаточно было просто тебя похитить. А вот ты, зная, какую веселую жизнь тебе устроили Хесс и Барнс, я могу представить, как ты сымитировала свою смерть, чтобы сбежать из Уинслоу. Честно говоря, мне это кажется более вероятным, чем похищение. — Глупости, — выпаливаю я. — Реально, глупости. Ты ничего обо мне не знаешь, если так думаешь. — Ты права. Не знаю. Я знаю только, что ты была той странной одиночкой из десятого класса, которая постоянно пыталась привлечь к себе внимание, которая никому не нравилась и с которой никто не разговаривал, которая не нравилась даже Джанет Холлстон, а она была мила со всеми, даже с новенькими. — Она пожимает плечами. — А мы теперь тебе обязаны. В некотором смысле. Если не считать того, что ты потащила моего отца и брата сражаться с Левиафаном в паршивой дешевой броне, которая ломается, если ее намочить. Мне хочется влепить ей пощечину, но я замечаю одну деталь. — Постой, что? Откуда ты об этом знаешь? Ты же во время боя была на полпути в Нью-Йорк. — Лиза показала мне, как сделать пару штук с помощью этой сборочной штуки в моей капсуле. Я сделала телеэкран, чтобы подключаться к камерам, которые были у тебя на всех костюмах, кроме того, который был у Брайана. Я даже не знаю, на кого мне накричать. — Кто тебе дал… нет. Почему… — я замолкаю, не имея ни малейшего представления, что сказать, или что я вообще хочу сказать. Наконец, я спрашиваю: — Почему Лиза это сделала? — У нее в капсуле была запрограммирована куча твоих чертежей. Она сказала мне найти группу под названием Ящик Игрушек, и продать им капсулу и чертежи, если вы все погибнете. И весь мой праведный гнев сдувается. Конечно, Лиза позаботилась о младшей сестре Брайана. Насчет этого, она, честно говоря, оказалась умнее меня. Я мало что знаю о Ящике Игрушек, но знаю, что за мою технику они бы заплатили дорого. — Верно. Значит, Лиза думала наперед дальше, чем я. Она пожимает плечами, снова глядя на Лизу. — Надеюсь, она очнется. Я вздыхаю. — Тебе что-нибудь надо? — Не знаю. Может, видеоигры? Здесь нечего делать. — Я могу сделать для тебя игры. Или тебе просто нужны обычные игры с рынка? Она странно на меня смотрит. — Наверное, и то, и другое. Я киваю. — Еще что-нибудь? — Да нет, не думаю, — говорит она. — Спасибо. — Я поворачиваюсь к двери, но она добавляет: — Хотя, вообще-то… да. Можешь для меня кое-что сделать? Я смотрю на нее. — Что? Она немного колеблется, затем говорит: — Прошу, не превращай моих отца и брата в своих солдат. Я знаю, что тебе нужны приспешники в бронекостюмах, но… Не они. Пожалуйста. Обещаешь? — Я делаю для них вещи, но не указываю, что с ними делать, — отвечаю я. — Может, ты в это и веришь. Может, и они тоже. Но это не значит, что так и есть. Я смущенно отворачиваюсь и выхожу из комнаты. И только когда я уже на полпути к своему фабрикатору, я понимаю, что ничего не пообещала. Думаю, Аиша тоже это заметила.