79

— У вас нет лицензии на использование крупномасштабного технарского демонтажного оборудования, независимо от того, насколько оно безопасно. Я закатываю глаза, хотя по соображениям дипломатии я рада, что он этого не видит. — Оружейник, прошло одиннадцать дней. За исключением особых случаев, таких как с Алебастром, никто не пострадает и не погибнет. Я специально разработала их таким образом. Он начинает перечислять пункты. — Во-первых, вы можете считать свое оборудование безопасным, но без документации процесса у нас есть только ваши слова. Было бы преступной халатностью со стороны правительства позволить вам даже начать такой проект без надзора. Кроме того, существует риск воздействия на людей частиц стекловолокна, аэрозольных соединений, выделяемых из баллончиков с краской, обрушения конструкций, когда вы удаляете несущие стены, повреждение того, что уцелело в системе коммунального хозяйства. — В его голосе почти слышится сожаление. — Далее, что насчет мертвых? — Я… — Об этом я не подумала. Деконструкционный контроллер записывает данные за последние полчаса, но восстановление всех этих тел — и да, быстрый поиск человеческой ДНК в логах показывает, что их уже восемьдесят шесть — кажется довольно жутким занятием. — …у меня уже зарегистрировано восемьдесят шесть тел, большинство из них относительно целые. Они также находятся на разных стадиях разложения и представляют опасность для здоровья населения. Я могу доставить тела в морг или другое уполномоченное место для идентификации, но, честно говоря, вы считаете, что я их просто так и оставлю? За кого вы меня принимаете? — Их нужно передать в судебно-медицинскую экспертизу Броктона, но возможность восстановления тел на самом деле плюс в вашу пользу. Это даст возможность поставить точку в делах о пропавших без вести. Серафим, вы, кажется, не понимаете, что существуют правила, которые необходимо соблюдать. Ваших благих намерений недостаточно. Если вы хотите помочь, вы должны пройти все необходимые процедуры, чтобы сделать это по закону. Мне хочется на него наорать. Но вместо этого я говорю: — Я могу построить временное жилье для выживших. Вы хотя бы это дадите мне сделать? — Без разрешения на зонирование я не могу… — Тогда я размещу его за пределами города! — перебиваю я. — Черт возьми, да почему вы только мешаете? — Потому что я пытаюсь уберечь тебя от будущих судебных исков со стороны государственного или частного сектора, безответственная девчонка! — кричит он в ответ. — Ты технарь, и это открывает тебя для всевозможных… — Оружейник внезапно останавливается и слегка наклоняет голову, словно слушает кого-то. Через минуту он снова обращает на меня внимание. — Если хотите помочь, есть вариант, который можно использовать сейчас. Дракон уже расчистила территорию для лагеря беженцев за пределами города, и все документы оформлены. Если вы сможете построить для нее проект жилья на осмотр, строения можно будет сдать в общественное пользование в течение трех часов. — Он снова слушает и безуспешно пытается сдержать гримасу. — И… я прошу прощения за свою резкость. Я понимаю, что вы просто пытаетесь помочь; но для этого вам нужна наша помощь в преодолении препятствий. Это хлопотно, очень сложно, но единственный способ, которым правительство может попытаться защитить общественность от непредвиденных и катастрофических последствий использования технарских технологий, — это подвергнуть всех строгому надзору. — Он делает паузу, и затем: — Даже мы с Дракон не исключение. Нам тоже приходится через это проходить. Правительство намеренно игнорирует ваше сооружение в заливе, потому что формально на него не заявлены права, но вы находитесь на территории Америки, и до международных вод еще двенадцать морских миль. Соблюдайте правила, и все смогут извлечь выгоду. — Где находится место для лагеря? — На восточной стороне трассы шестнадцать, после того как она ответвляется от шоссе номер четыре, к северо-северо-востоку от города. Территория уже расчищена, но сооружения еще не возведены из-за логистических проблем. Я уже запустила свои дроны; помимо этого, остальные четырнадцать взлетают и направляются к указанному месту. — Спасибо за помощь, Оружейник. Я не могу сдержать недовольства в голосе. Если он это и замечает, то достаточно изящно делает вид, что не заметил. * * * Когда прибывает первый дрон, один из костюмов Дракон уже находится на месте, хотя, судя по инфракрасному излучению его реактивных двигателей, он тут недавно. — Здравствуйте, Серафим, — говорит она, когда мой первый дрон приземляется. — Оружейник…не особо силен в дипломатии. Но он хочет как лучше. Пока она заканчивает говорить, остальные мои дроны уже приземляются. Я заканчиваю настройку улучшения для своего первого завода, которая позволяет вносить функциональные изменения в физические константы. — Извините за задержку, мне приходится разбираться со множеством дел. У меня есть предварительный проект, который вы можете посмотреть. Где мне его построить? Костюм слегка смещается, у него почти человеческий язык тела. — Здесь подойдет? Я сканирую местность. Все выглядит неплохо. — Подойдет. Через пять секунд я уже выравниваю участок земли размером пятьдесят на сорок футов. Возводится фундамент, из материала, похожего на бетон, с демпфером, смягчающим сейсмические колебания. — Сейсмостойкий, — говорю я. Не дожидаясь ответа, я продолжаю строить. Планировка почти до боли проста: на первом этаже — общая комната двадцать на двадцать футов, окруженная четырьмя комнатами в виде буквы L, в каждой свой санузел. Передняя и задняя двери ведут в общую комнату. Крыша имеет скаты, с наружным освещением. От энергетической ячейки проложены линии к светодиодным светильникам в каждой комнате, а также к безопасным розеткам с электропреобразователями, которые блокируются в закрытом положении, пока в них не будет вставлена ​​вилка. Тем не менее, я все равно установила все розетки на высоте пяти футов, подальше от маленьких любопытных пальчиков, и при замыкании цепи в течение первых шестидесяти секунд устройство подает всего десять процентов тока. Встроенные мусорные контейнеры и канализация ведут в одно и то же место: блок переработки массы. Устройство перерабатывает все отходы и мусор в чистую воду, одноразовые товары, мыло, продукты питания и тому подобное. Описание функций занимает у меня даже больше времени, чем у дрона на завершение всего домика, хотя я объясняю прямо по ходу строительства. В заключение я добавляю: — …и это на пониженной скорости. Я могу построить один такой объект за пятнадцать секунд с помощью одного строительного дрона, плюс время на перелет до следующей строительной площадки. Система дорог, места для прогулок — я могу разместить достаточно всего, чтобы люди не страдали от нехватки основных потребностей. У них будет вода, еда, одежда, жилье, я даже могу в каждую общую комнату добавить набор настольных игр и карт. Это не профессиональный отель, но как минимум не хуже мотеля. Я могу делать модели большего размера для больших семей. Уже сегодня вечером я могу обеспечить временным жильем всех, кто сейчас находится в палаточных лагерях. Прежде чем ответить, Дракон ждет секунду, видимо, убеждаясь, что я закончила. — Мне придется провести химические анализы и стресс-тестирование системы подачи еды и воды, прежде чем я смогу разрешить ее использование, но в остальном все, кажется, в порядке, за исключением одной проблемы. Откуда берется электричество? — Это не электричество. Ну, розетки дают электричество, но основная энергетическая система — это квантовая энергия. Это… Дракон перебивает меня, хотя ее голос звучит довольно мягко. — Концепцию я понимаю. Это также подтверждает теорию о том, что генератор, которую мы обнаружили на базе Выверта, принадлежит вам. Мы понимаем, как работает эта технология, так что проблем быть не должно. — Ну и ладно. — Зачем она мне это говорит? Разве и так не было совершенно очевидно, что это мое? — Эээ, можете этим заняться? Или хотя бы попросить людей подписать соглашения об отказе от ответственности или что-то подобное, чтобы они могли заселиться раньше? — Можем. Можно даже уточнить, что отказ от требований связан с неполнотой процесса проверки. Однако имейте в виду, что даже если на нас не смогут подать в суд за непредвиденные побочные эффекты или последствия, вам придется с этим жить. — Ну, это понятно. Я использую все это в течение последнего месяца, и постоянно мониторю жизненные показатели. Пока все хорошо. — Я стараюсь, чтобы это не прозвучало самодовольно. — Тогда я перешлю информацию и составлю отказ от требований. А вы стройте здания. Когда Дракон уходит, меня охватывает непривычное чувство удовлетворения. Дракон, может быть, и действует по правилам, но с ней оказалось гораздо проще сотрудничать, чем с кем-либо другим до сих пор. Я запускаю полную очередь строительства, и пятнадцать строительных дронов превращают едва расчищенную землю во временное жилье.