90

Все встает на свои места. Когда я создаю партию нанитов, улучшающих интеллект, и пытаюсь использовать их на себе, получаю ошибку. Наниты, отвечающие за сетевое взаимодействие, не устанавливаются; согласно анализу, они у меня уже есть. Тщательное изучение потока данных показывает, что они у меня с 12 января. Мои способности — результат имплантации нанитов в мой мозг. Я не знаю, радоваться мне или паниковать. Я изучаю Лизу и Брайана; в их мозгах нет когнитивных нанитов, только интерфейсы управления БМК. И после их создания, когда я думаю о том, чтобы ввести их Лизе, Брайану или Аише, инстинктивное чувство буквально кричит, что это плохая идея. Мистер Лаборн, кажется, в порядке, но, насколько я могу судить, у Аиши нет способностей. И все же, голос в глубине моего сознания шепчет: в этом ли разница? С обычными людьми — все нормально, но люди со сверхспособностями из-за когнитивных улучшений подвергаются опасности? Нет, говорит инстинкт. Люди со сверхспособностями сами станут опасны с такими улучшениями. Они все испортят. Они поставят под угрозу миссию. У меня есть цель. Я пытаюсь копнуть глубже, но инстинкт, кажется, догадывается, что я пытаюсь выведать у него информацию, и начинает угасать. Я перестаю давить. Думаю, мне нужен этот инстинкт. Миссия. Я такая не из-за того, что делает людей паралюдьми. Я такая, потому что у меня есть конкретная миссия. Это многое объясняет, мои предчувствия. Различия в моих технологиях по сравнению с другими технарями. Различия в моем состоянии сознания. Другие паралюди становятся более эмоциональными из-за своих способностей, я же — наоборот. Мне кажется, мне нужно поговорить с мистером Лаборном. Он знает, что делать, у него будет лучшее представление о том, как поступать. * * * — Тейлор! Я прошла ту игру, что ты мне дала. Я останавливаюсь на полушаге, и поворачиваюсь к Аише, которая подбегает ко мне с самодовольным выражением лица. — Все тридцать миссий? Она с ухмылкой кивает. — Как только построишь арку на своей основной базе, перебрасывать подкрепления становится невероятно легко, если держать экономику на своей основной планете на максимуме. Строишь пару вторичных арок в других точках, над базами пускаешь кружить истребители и бомберы, и еще пусть там ходят инженеры. Любой вражеский телепорт на твою базу выносишь на раз. Любую часть своей базы кроме арки можно восстановить за пять минут, так что можно смело превращать любую точку прибытия противника в кратер, а арка защищена достаточно хорошо. Противнику придется сосредоточить на ней огонь, чтобы прилично задамагить. Если есть три арки или больше, можно просто давить числом. А если строить по арке на каждой захваченной планете, то становится еще проще. После шестой миссии я перестала строить базы, пока не уничтожу всех противников, только посылала бесконечные волны ботов, бомберов и истребителей. — Она перестает болтать и ухмыляется. — Ну что, я уже сдала на БМК? Я морщусь. — Ну, безусловно, навыки для этого у тебя есть. Но предупреждаю, на самом деле все гораздо сложнее, чем в игре. Однако… в тактике ты хороша. — Я делаю паузу. — Ты же используешь функцию записи? Передашь мне файлы? — Там есть функция записи? — недоверчиво спрашивает она. — Да, — отвечаю я. — Разве в обучении не было? — А я не проходила обучение. Я начала с режима схватки, чтобы изучить все юниты. Уровни с обучением — отстой. Ну точно. Аиша. — Ясно. Ты же могла сделать все то же самое в обучении, там сразу открыты все юниты и их применения. — Что? На уровнях обучения тебя всегда заставляют использовать худшие юниты в игре и ведут за ручку по контрольным точкам, как будто ты идиотка. — Она хмурится. — Да ну? — спрашиваю я. — У меня там только базовый обзор всех функций интерфейса, с подсказками, функцией паузы и подробным объяснением способностей каждого юнита, который можно построить. Аиша начинает ругаться и топает прочь. — Эй, ты куда? — кричу я. — Ты знаешь, сколько времени мне понадобилось, чтобы разобраться с функциями ботов-пауков? — рычит она в ответ, продолжая топать. — Пройди обучение, и потом повтори все миссии с включенной записью! — кричу я ей вслед. Дверь закрывается за ней, но у меня остается приятное, теплое чувство. Думаю, это называется Schadenfreude. * * * — Это проблема, — жалуюсь я. — Лучший тактик и стратег, который есть у меня в распоряжении, — это еще и самая недисциплинированная соплячка из всех, кого я только встречала. Лиза не отвечает мне, только ругается, теряя очередную передовую базу под натиском бомбардировщиков. Ее воздушное прикрытие было уничтожено огнем зенитных ракетных установок, модернизированных для корпуса линкора. Вместо ожидаемого Лизой артиллерийского обстрела, ЗРК уничтожили ее воздушные патрули, которые уже ввязались в воздушный бой с отвлекающей группой истребителей-бомбардировщиков. Численное превосходство, но слабые возможности; я не ожидала такой тактики. До этого момента в игровой сессии Аиша в основном использовала стандартные юниты, а не модификации. Экономика Лизы росла, несмотря на разведывательные и изматывающие атаки Аиши. Ресурсное поле в нижнем квадранте карты все это время было камнем преткновения, но ударные рейды Аиши дорого обошлись обеим сторонам. По-видимому, больше Лизе, чем Аише — оборонительные сооружения, которые Лиза построила на своих периферийных базах, тяжелее и дороже по массе и энергии, чем те, что использовала Аиша. Лиза поднимает в воздух несколько истребителей с каждой базы, чтобы атаковать приближающиеся подкрепления Аиши, сильно ослабляя их и останавливая дальнейшее наступление, а ее подводные лодки рвут зенитный линкор в клочья, но экономическая база сильно страдает. Лиза хмурится, понимая, к чему все идет. — Черт! Ты победила. Реванш! — ГГ, без реванша! — триумфально восклицает Аиша. Что? Лиза показывает Аише средний палец и покидает сессию, открывая новое поле боя и приглашая Аишу присоединиться. Аиша пожимает плечами и соглашается. Битва, в которой они участвовали, прекращается, и они попадают на новую арену, на этот раз восемьдесят на восемьдесят километров, в четыре раза шире предыдущей. Больше территории для охвата, больше места для распределения внимания Аиши. Более высокий лимит юнитов, чтобы проверить способность Аиши к многозадачности. Через тридцать пять минут Лиза снова сдается. Я узнаю много нового о своих собственных технологиях. — Еще раз, крыса ты уличная! — рявкает Лиза. — Ну давай, белобрысая!