100

Исчезновение Сына застает всех врасплох; выжившие в смятении и растерянности. Дроны-наблюдатели, которые я использую на орбите, улавливают вихри и возмущения в пространственных сигнатурах, наблюдавшихся у Сына до его исчезновения. — Лиза, есть что-нибудь? — спрашиваю я. — Отслеживаю его! Он… пересек межпространственную границу, но я думаю, мы можем настроить… Один из моих Титанов замечает странный жест Симург. Я остановила Титанов перед построенной ею Аркой, видимо, это решение ей не нравится. Ладно, наверное, раз уж начала, то надо идти до конца. Я снова направляю вперед титаническую (хаха) боевую машину, а Лиза странно на меня смотрит. — Ты уверена, что это хорошая идея? — Нет. Но поскольку мы, похоже, буквально достигли дна, то я возьму кирку, которую мне дали, и буду надеяться, что она указала путь наверх, потому что другой вариант — оставаться тут на дне. — Говоря это, я продолжаю вести Титана вперед, замечая, что подключаются датчики, которые я не устанавливала в… Это интересно. Оружейная рука, передающая данные, похоже, вовсе не оружейная рука — или, возможно, не только оружейная. Вторичный массив датчиков, коммуникационная система… и миниатюрная версия туннельного адаптера. Затем Титан пересекает границу, и я понимаю; руины большого комплекса сметаются ударной волной, вызванной прибытием Титана, но вторичный коммуникационный массив и датчики продолжают передавать мне данные, даже когда основная система коммуникаций теряет связь. Титан идет по местности, очень похожей на Землю шесть часов назад. Арка позволяет нам следовать за ним. — Лиза! — восклицаю я. — Поступают данные! — Триангуляция… — бормочет Лиза. — Она дает нам возможность триангулировать его сигнал. — Почему она отправляет нас туда, где он был, а не туда, куда он направляется? — раздраженно спрашиваю я. — Она что, думает, что мы должны это заслужить? — Нет… я думаю… — Лиза хмурится, и по видеотрансляции я вижу, что это начало фразы, от которой у нее начнется головная боль. — Я думаю… у нее нет выбора. Она не может четко его видеть, или же не может действовать напрямую так, чтобы он не сопротивлялся этому. Но ты другая. Ты каким-то образом нарушаешь все правила кейпов. Возможно, она и НЕ МОЖЕТ создать что-то, что позволит нам добраться до него там, куда он направляется или где он сейчас находится, но может помочь тебе получить необходимые данные, чтобы ты сделала это сама. * * * Второго Титана встречают ужасающие разрушения. По прибытии на него обрушивается волна разрушения, настоящая огненная стена, он содрогается, его щиты принимают удар, но выдерживают. Рука с сенсорами и коммуникационным устройством трясется, но все еще функционирует. Третий прибывает в ледяной ад. Жидкий метан плещется вокруг лодыжек машины, даже со щитами температура падает до опасного уровня. Я получаю предупреждения о нарушении структурной целостности, несмотря на то, что компенсирующие антигравитационные установки работают на полную мощность. Показания передаются без проблем. С каждой новой точкой обзора данные, получаемые от остаточной сигнатуры Сына, дополняются. Начинает формироваться топологическая карта переменного n-пространства, это скорее математическая формула, чем что-либо, что можно было бы правильно описать словами или отобразить визуально. С каждым новым уничтоженным миром острота ситуации возрастает. — Аиша, как идет восстановление? — спрашиваю я. — Прекрасно. Просто, черт возьми, отлично. У тебя уже есть что-нибудь, что действительно больно стреляет, или мне просто тянуть время? — Понятия не имею насчет и того, и другого, — мрачно отвечаю я. — Но, черт возьми, ты — наш запасной план. — Тейлор, возможно, у нас есть решение по координатам, — говорит Лиза. — Проблема в том, что по прибытии мы устроим чертовски громкий бабах. Я уверена, что Сын узнает об этом почти сразу же. А он распределен по множеству миров. Насколько я могу судить, первичный сигнал идет с этих координат. Зверь зависает на орбите, для него нет применения; он бесполезен, не сделал ни единого выстрела. Теперь мне кажется, что строить его было немного глупо; он не только безвкусный, но и несколько чрезмерен. К тому же, если я открою портал к солнечному коллектору, я, вероятно, случайно всю сторону планеты там, куда выстрелю, не говоря уже том, что обратный поток сметет и самого Зверя. Солнечные вспышки не шутят. Ой. Ой, какая же я идиотка. Я немеделенно ставлю в очередь производства десятки солнечных коллекторов. Все не так уж и плохо, так как производственные мощности освободились, но сначала я все равно добавляю еще одну волну строительных дронов. Зверь добывает массу из когтя Левиафана, уровень энергии неуклонно растет, поскольку я подключаюсь к энергосети, которую укрепляет Аиша, а приемные устройства на каждом коллекторе получают простой генератор щита и приводной блок. У них вся огневая мощь портального оружия Зверя, а остальное не требуется; это не боевые корабли. Это боеприпасы. Нельзя делать ракету тяжелее, чем необходимо для выполнения задачи. — Давай мне все координаты, Лиза. Коллекторы перемещаются к Арке на моей базе. Я меняю координаты так быстро, как только могу. Я уже отправила семь коллекторов, и через несколько секунд после выстрела они сигнализируют о потере каждого приемника, предположительно из-за отраженной вспышки, рассеивания плазмы от термоядерного синтеза, и проходящих через них высокоэнергетических частиц. Когда восьмой уходит через врата, по туннелю что-то приходит обратно. Это должно быть невозможно, но Золотому Человеку наплевать на мои представления о невозможном. Это Сын, и позади него два человека, заключенных в силовые поля. У меня почти не остается времени среагировать, когда он наносит удар из самого сердца моей базы, уничтожая группу собранных коллекторов. Но прежде чем он успевает сделать что-то еще, ослабленная стена базы рушится внутрь. Появившийся Левиафан не останавливается, а швыряет в Сына Луна, бывшего главаря АПП, раздувшегося до огромных размеров. Это дает мне всего несколько секунд, но я успеваю перевести в кодировку Гёделя и отправить серию команд, у меня все еще остаются лишние строительные дроны. Они получают программу: разбирать все, опустошить миры в месте назначения, и затем построить Арку. «Если у них все получится, нет смысла терять целую планету хорошей земли» — сюрреалистично думаю я про себя. — «Лучше иметь там приемный пункт для колонизации.» Сын впадает в панику. Оглушенный, полумертвый Лун отброшен в сторону, как мусор, и золотой человек исчезает. Люди, которые были заключены в силовое поле, падают на землю, а морская вода странным образом колышется, ее что-то сдерживает от того, чтобы затопить базу, — я знаю, это уже должно было произойти. Вместо этого Левиафан, похоже, решил остановить процесс по своим причинам. Возможно, он не хочет рисковать, позволив мне погибнуть до того, как мы закончим с Сыном. Проходят минуты. Я отправляю подкрепление на каждый из целевых миров. Потом еще. Лиза смотрит на меня через видеосвязь. — …Тейлор? — Что? — Я не ощущаю своей силы. Я испытываю мгновение замешательства, за которым следует облегчение. — Думаю… это значит, что мы победили. — Я тоже так думаю. * * * То тут, то там были отдельные выжившие. Никто из кейпов, непосредственно сражавшихся с Сыном, не выжил. В среде, где воздух жидкий, и только сверхспособности позволяют пережить это или вернуть воздух к его надлежащей температуре и плотности, потеря этих способностей — смертный приговор. Все выжившие находились в герметично закрытых и автономных сооружениях, в основном в убежищах от Губителей. После того, как я растопила соленый лед над нами, разведывательные машины стали прочесывать поверхность Земли. Число спасенных выживших составляет сто пятнадцать тысяч восемьсот десять. Сорок процентов всех мужчин, женщин и детей, выживших на Земле Бет, были теми, кто эвакуировался из Броктон-Бэй. И общее число выживших на тридцать процентов меньше, чем население Броктон-Бэй на вчерашний день. Две женщины, которых Сын притащил с собой, до сих пор находятся в кататоническом состоянии. Я не знаю, спасли ли мы каких-нибудь психотерапевтов, но наверняка найдется кто-нибудь на другой версии Земли. Если понадобится, я могу привлечь кого-нибудь откуда-нибудь еще. Сверхспособностей больше нет, похоже, они уничтожены. Насколько можно предположить, способности исходили от самого Сына — они появились только после его прибытия, и с его смертью, или, по крайней мере, исчезновением, они, похоже, исчезли вместе с ним. Конец этой странной, и в некотором роде пугающей главы в истории человечества. Однако теперь у нас есть будущее. Наше население невелико, но это ненадолго. Людям понадобится еда, крыша над головой, пространство для жизни, наконец. На самом деле, относительно легко устранить ущерб, восстановить почву, воду и атмосферу. Кратковременные вылазки в другие измерения вернут растения, животных, грибы — всю основу экосистемы. Их будет немного, но планета в конце концов исцелится. Тем временем я откладываю про запас сотни миров, где меня ждут Арки, восстанавливая связь с запрограммированными дронами. Столько всего еще нужно сделать. Сейчас меня больше интересует будущее. Колонии есть на Европе и Ио, и я разрабатываю планы по созданию новых на каждой поверхности в Солнечной системе, способной выдержать постройки. В конце концов, мы сможем добраться и до звезд. Но это все на будущее. А пока я довольствуюсь тем, что обнимаю Лизу в диспетчерской моего командного центра, и гадаю, что же стало с Губителями. Но, думаю, даже я не узнаю всех ответов.