Глава 1. Приезд

      Дневник Мирославы       Накануне поездки       Завтра мы едем. Я знаю, что он тоже будет. Макс сказал в общем чате, и у меня внутри всё перевернулось.       Год. Целый год я убеждала себя, что мне всё равно. Что Питер, курсы вокала, новые знакомства — это и есть моя новая жизнь. Но каждое утро в метро, каждую белую ночь на набережной, каждый раз, когда я заходила в планетарий и смотрела на звёзды, я думала о нём.       Я хотела, чтобы он был рядом. Чтобы я могла взять его за руку и показать тот самый закат у Исаакия. Чтобы он слушал, как я пою на кухне у тёти. Чтобы просто был.       А теперь он будет там. И я не знаю, радоваться мне или бояться.       Что, если за год он меня разлюбил? Что, если я для него — просто друг, с которым когда-то было весело?       Злата говорит, что я слишком много думаю. Что нужно просто ехать и получать удовольствие. Но Злата не знает, как сильно я надеюсь.       А если ничего не случится? Если он так и не подойдёт, не скажет, не посмотрит…       Тогда это лето станет ещё одной властью несбывшегося.       Но я всё равно поеду. Потому что не попробовать — хуже, чем провалиться. Мира

***

      Дача встретила их запахом укропа и старых сосен.       Мира вылезла из машины первой, пока Злата расплачивалась с таксистом. Ноги затекли от долгой дороги, и она с наслаждением вытянулась, запрокинув лицо к солнцу. На ней была белая льняная рубашка, завязанная узлом на талии, и длинные бежевые шорты. Волосы, каштановые, густые, рассыпались по плечам — она не стала их собирать в дороге.       — Ну и дыра, — прокомментировала Злата, вылезая следом. Её рыжие кудри были стянуты в высокий хвост, открывая шею с тонкой чёрной лентой-галстуком. На ней был чёрный корсет поверх белой рубашки и джинсовка, несмотря на жару. — Комары сожрут.       — Ты всегда так оптимистична, — усмехнулась Мира.       — Это называется реализм.       Со стороны веранды послышался шум. Макс выбежал первым — светловолосый, голубоглазый, в ярко-жёлтой футболке и шортах до колен. Его улыбка с ямочками на щеках была шире, чем весь этот участок.       — Приехали! А мы вас заждались! — он подхватил их сумки, даже не спросив разрешения. — Оля на кухне колдует, будет вам ужин, пальчики оближете.       Следом, более размеренно, вышла Оля — в мятной футболке, тонких штанах цвета хаки и бежевых сандалиях. Фотоаппарат висел на шее, и она уже подносила его к глазам.       — Стоять не двигаться, — скомандовала она. — Первый кадр на память.       Мира послушно замерла, изогнув губы в лёгкой улыбке. Щёлк.       — Красота, — кивнула Оля, проверяя снимок. — Злата, улыбнись.       — Я улыбаюсь, — ответила та с каменным лицом.       Щёлк.       Мира уже открыла рот, чтобы спросить, кто ещё приехал, как дверь дачи скрипнула снова.       И он вышел.       Влад. В простой серой футболке с коротким рукавом, тёмных брюках и сникерсах. Волосы — шатен, чуть длиннее, чем в прошлом году, падали на лоб. Он держал в руке кружку с чаем и, кажется, не ожидал увидеть их прямо перед крыльцом.       Их взгляды встретились.       Мира почувствовала, как сердце пропустило удар. Она забыла, какие у него глаза — карие, тёплые, с искорками в глубине. Забыла, как по-особенному он смотрит, когда видит её. Словно удивляется, что она существует.       — Привет, — сказал он тихо.       — Привет, — ответила она.       В голосе не было прежней лёгкости. Только напряжение и память о том, как они расстались — не вслух, не скандалом, а просто замолчали, разошлись, потерялись.       Щёлк. Оля, кажется, сфотографировала этот их взгляд. Мира не обратила внимания.       — Ну, что стоите? — Макс хлопнул Влада по плечу. — Помоги с сумками. Мира, вы со Златой будете в маленькой комнате слева, там две кровати. Оля и я — в большой, а парни — в проходной.       — Мы с Владом? — раздался голос из-за спины.       Мира обернулась. Марк стоял на пороге, облокотившись о косяк. Идеально выбрит, тёмные волосы уложены, на нём поло-майка тёмно-синего цвета, шорты чуть выше колена, на запястье — чёрный кожаный браслет с металлическими вставками. Он улыбался своей обычной, чуть самоуверенной улыбкой.       — Да, вы с Владом в одной комнате, — подтвердил Макс.       — Интересное соседство, — протянул Марк, стрельнув глазами в сторону Миры.       Влад ничего не ответил. Только сильнее сжал кружку и первым зашагал к машине за вещами.

***

      Комната Миры и Златы оказалась маленькой, но уютной — с окном, выходящим на старые яблони, и скрипучими деревянными кроватями. Злата тут же рухнула на ближайшую, вытянув ноги в чёрных кедах.       — Этот Марк… — начала она, но Мира её перебила.       — Не начинай.       — Я только хотела сказать, что он пялился на тебя так, будто ты десерт.       — Он всегда так пялится. Это его стиль.       — А Влад?       Мира замерла, разбирая вещи.       — Что — Влад?       — Как он на тебя смотрел. Я такое только в кино видела. Прям «любовь и голуби».       — Злата, прекрати.       — А что? Я молчу. Я вообще циник, мне всё равно. Но если ты не заметила, то ты слепая.       Мира ничего не ответила. Она достала из рюкзака дневник и переложила его в ящик прикроватной тумбочки, подальше от чужих глаз.       Злата вздохнула, вытащила телефон и сигареты.       — Пойду, поищу укромное место для курения. Ты как?       — Позже.       Злата вышла, оставив Миру наедине с её мыслями.

***

      Ужин удался на славу.       Макс нарезал салат, поджарил курицу на гриле и даже испёк картошку в фольге. Все сидели за длинным столом на веранде, затянутой москитной сеткой. Где-то вдалеке трещали цикады.       Оля щёлкала всё: и бокал с лимонадом в лучах заката, и Злату, задумчиво крутящую в пальцах сигарету (не зажжённую), и Макса, который что-то весело рассказывал, размахивая ложкой.       Мира оказалась между Златой и Марком. Влад сидел напротив — рядом с Максом и Олей.       Марк был оживлён, сыпал шутками, касался её локтя «случайно», наклонялся слишком близко. Мира вежливо улыбалась, но краем глаза следила за Владом. Он почти не смотрел на неё. Или делал вид.       — Мир, передай хлеб, — попросила Оля.       Мира протянула корзину. В это же время Марк что-то сказал ей на ухо, и она рассмеялась — скорее от неожиданности.       Влад поднял взгляд. Быстро, остро. Посмотрел на Марка, потом на Миру. И опустил глаза в тарелку.       Оля заметила. Её палец нажал на спуск почти незаметно.       Щёлк.

***

      После ужина все разошлись кто куда. Злата ушла вглубь сада с сигаретой и телефоном. Макс с Олей мыли посуду, перешёптываясь и хихикая. Марк устроился в шезлонге с банкой лимонада, лениво листая ленту.       Мира вышла на улицу подышать. Возле крыльца стояла старая колонка с водой — металлическая, с длинным рычагом. Она нажала на него, подставляя бутылку.       — Помочь?       Она вздрогнула. Влад стоял рядом. Она не слышала, как он подошёл.       — Нет, я сама, — ответила она, но бутылка уже наполнилась и потяжелела, и он подхватил её прежде, чем она успела выронить.       — Донесу, — сказал он просто.       Они пошли к дому. Медленно. Между ними было не больше полуметра, но этот полуметр казался километром.       — Как ты? — спросил он наконец.       — Нормально. А ты?       — Тоже.       Пауза. Слышно было только, как хрустит гравий под ногами.       — Хорошо, что ты приехала, — тихо добавил он.       Мира подняла глаза. В темноте его лица почти не было видно, но она чувствовала его взгляд — тёплый, внимательный, совсем как раньше.       — Правда?       — Правда.       Они дошли до двери. Влад поставил бутылку на крыльцо и, не сказав больше ни слова, ушёл в сторону домика.       Мира стояла и смотрела ему вслед, пока он не скрылся за углом.       В груди билось что-то огромное, напуганное и одновременно радостное.       Она зашла в комнату, достала дневник и открыла на чистой странице.       «Он сказал: «Хорошо, что ты приехала». И я, кажется, начала надеяться снова.»