Глава 2: Тени на Мэпл Лиф Уэй

Дом номер пять по Мэпл Лиф Уэй снаружи выглядел как типичный канадский коттедж: серый сайдинг, ухоженный газон и почтовый ящик, припорошенный инеем. Ничто не выдавало в нем штаб-квартиру древнего клана. ​Я поправила капюшон безразмерного черного худи. Блэр вчера долго допытывалась, почему я иду на встречу в «прикиде грабителя», а не в привычном ярком свитшоте, но я лишь отшутилась. Правда была в том, что мне впервые за много лет было по-настоящему страшно. ​Едва я коснулась ручки, дверь бесшумно открылась. ​Внутри не было мебели. Просторную гостиную застелили татами, а окна были плотно зашторены, отсекая солнечный свет. В воздухе плыл тяжелый, до боли знакомый аромат сандала и старой оружейной смазки. ​В центре комнаты, спиной ко мне, сидели три фигуры в темных одеждах. Их головы были гладко выбриты, а спины прямы, как натянутые струны. При моем появлении они синхронно поднялись и повернулись. ​— Приветствуем наследницу Рен, – их голоса прозвучали в унисон, низко и вибрирующе. ​Это были не просто монахи. Это были сохэи – монахи-воины. Их руки, испещренные старыми шрамами от тренировочных мечей, красноречиво говорили о том, что молитвам они предпочитают сталь. ​Старший из них, мужчина с лицом, похожим на сухой пергамент, сделал шаг вперед. Его взгляд замер на моих глазах – тех самых, в которых сейчас плескалась тревога. ​— Твой отец говорил, что ты – его величайшее достижение и его самое горькое поражение, – произнес он без тени эмоций. – Ты сбежала от крови, Хиттори-сан, но кровь течет в тебе. Она требует выхода. ​— Я здесь только ради спасения людей, – мой голос дрогнул, но я выдержала взгляд. – Насилие не станет моей целью. ​Монах едва заметно усмехнулся и указал на деревянную стойку в углу. Там, на черном шелке, лежал боккэн – тяжелый тренировочный меч из дуба. ​— Слова – это шум ветра в ветвях сосны. Покажи нам свою суть. Если ты не сможешь победить одного из нас, ты не сможешь вести за собой клан. Юрэй не знают жалости, и их правительница, Кагэно Сидзуки, не будет слушать твои оправдания. ​Я медленно подошла к стойке. Вес меча в руке показался мне запредельным. Пальцы, отвыкшие от рукояти, покалывало. В этот момент я почувствовала, как черные волосы, собранные в тугой узел, натянулись, словно струна. ​Один из монахов шагнул в круг. Он не обнажил оружия, он просто ждал. ​— Вспомни, Хиттори, – тихо сказал Одзи-сан, появившийся в дверях. – Вспомни, как танцевала твоя мать Сидзука среди лезвий. Вспомни гнев своего отца Кадзумы. ​Я сделала выдох, закрыла глаза и на мгновение мне показалось, что стены канадского дома растворились. Вместо них – поместье Хиттори, запах дождя и блеск стали. ​Якудза нашли меня через базу данных университета, но они не нашли того, что я прятала глубоко внутри. Мой первый выпад был быстрым, как бросок кобры. ​Монах легко уклонился, но в его глазах вспыхнуло удивление. ​— Насилие у меня в крови? – прошептала я, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость наследницы клана. – Что ж, посмотрим, удастся ли вам его обуздать.