2. Guapa

Вэлори следила за Леоном и, не оборачиваясь, тихо ответила Луису, стоя к нему спиной: — Если там нет ничего рабочего, то сейчас не время это обсуждать. Леон у самой арки. Его тень замирает, затем он делает рывок — глухой удар, короткий вскрик, тишина. Через секунду он выглядывает обратно: — Один. Чисто. Выходим. Луис пропускает её вперёд с лёгким жестом: — Después de ti, preciosa.(После тебя, красавица.) Рабочее найдётся. Мельница. Полуразрушенное здание, скрип дерева, запах гнилой воды. Леон закрывает тяжёлую дверь, подпирает её чем-то. Быстро осматривает помещение: столы, старые инструменты, лестница на второй этаж. Луис сразу идёт к дальней стене, отодвигает ржавый лист железа. Под ним — ниша. Аптечка. И несколько пробирок в термоконтейнере. — Trabajo(Работа), — тихо говорит он, доставая аптечку. Поворачивается к ней: — Садись. Я посмотрю, что у тебя с боком. Без глупостей, — добавляет, перехватив взгляд Леона. — Я не хирург, но крови боюсь меньше, чем эти cabrones(ублюдки) снаружи. Леон не сводит глаз с двери, но бросает коротко: — Быстро. Луис уже открывает аптечку, его пальцы уверенные, хотя лицо бледное. — Ты же не скажешь мне, что это был просто порез о гвоздь? — он поднимает на неё взгляд, и в нём мелькает что-то искреннее. — Dime la verdad, guapa.(Скажи мне правду, красавица.) Вэлори позволила осмотреть рану, но ответила в его манере, не удостоив его прямым взглядом: — Cariño, no es asunto tuyo, tal vez un clavo o tal vez no (Дорогой, это не твоё дело. Может быть, гвоздь. А может, и нет.) Луис издаёт короткий смешок, разрывая пакет с бинтом. — Ay, qué dura.(Ой, как тяжело) Учишь мой язык, чтобы говорить мне же «не твоё дело». Это больно, preciosa.(Дорогая.) Больнее, чем твоя рана. Она посмотрела на Луиса и усмехнулась: — Я и без тебя знала твой язык. Он работает быстро — смачивает край куртки, промокает кровь, оценивает глубину. Пальцы лёгкие, профессиональные. — Пуля задела ребро, прошла по касательной. Крови много, но жить будешь. — Он накладывает повязку, чуть задержав ладонь. — Если, конечно, не будешь продолжать геройствовать с открытой раной. Леон у двери оборачивается, бросает быстрый взгляд на её бок, потом на Луиса. — Надолго хватит? — До утра, — Луис затягивает узел и поднимает глаза на неё. — Pero...(Но..) она должна отдыхать. Настоящий отдых, не перебежки с выстрелами. Он не убирает руку, задерживая взгляд. — Sabes(Ты знаешь), я скучал по твоему голосу. Даже когда ты говоришь мне, чтобы я отстал. Снаружи, где-то в стороне кладбища, раздаётся длинная автоматная очередь. Леон пригибается, хватает Вэлори за плечо, утягивая от окна: — Уходим. Сейчас. Луис мгновенно меняется — улыбка исчезает, он хватает термоконтейнер и кивает на лестницу: — Второй этаж, чёрный ход. Я покажу. Он бросает на неё короткий взгляд — оценивающий, но уже не игривый. — Vamos, guapa.(Давай, красавица.) Живой я тебе нужнее, чем красивый. Вэлори направилась на второй этаж, бросив взгляд через плечо: — Идём. Никакого отдыха. Луис усмехается ей в спину, но быстро хватает контейнер и догоняет. — Eso es.(Вот и всё.) Идём. Второй этаж. Сквозь щели в стенах видно, как внизу мелькают фонари. Леон замыкает, на ходу перезаряжая пистолет. Луис ведёт к узкому проходу в задней стене — старые доски, присыпанные пылью. — Там лестница к ручью. Дальше — лес. Если повезёт, потеряем их до рассвета. Он отодвигает доски и вдруг замирает. Смотрит на неё внимательно, без привычной игривости. — Escúchame.(Послушай меня.) Когда выйдем — держись за мной. Не за него. — кивок в сторону Леона. — Я знаю эти тропы. Он — только как прицелиться. Леон подходит ближе, голос холодный: — Она идёт туда, куда сама решит. Луис поднимает брови, но не спорит. Снизу слышны голоса. Кто-то кричит: «Они здесь были! Обыскать всё!» Леон бросает короткий взгляд на неё: — Твоё решение. Сейчас — выбираем направление. Она окинула взглядом незнакомую местность и признала: — Луис прав. Пока за ним, дальше решим. Леон молча кивает. Луис коротко улыбается — но не победно, а скорее с облегчением. — Buena chica.(Хорошая девочка.) Доверься старому грешнику. Он первым выскальзывает в проход, придерживая доски, чтобы не скрипели. Леон пропускает её вперёд, сам замыкает. Снаружи. Дождь усиливается. Лес подступает почти к самой мельнице. Луис движется быстро, но осторожно — каждый шаг выверен, он уводит их между стволов, не оставляя следов на мокрой земле. — Здесь они нас не найдут, если не начнут стрелять наугад, — шепчет он, не оборачиваясь. Сзади, со стороны мельницы, слышны крики. Но они уже далеко. Луис останавливается у большого упавшего дерева, жестом показывая присесть. — Передохнём минуту. Дальше тропа разойдётся: на восток — к дороге, на запад — к старым шахтам. Куда пойдём? Леон кивает первым: — К дороге. Там должна быть машина местной полиции, если «Грифон» её не спалил. Луис поднимается, но медлит секунду, глядя на Вэлори. Леон уже уходит вперёд, разрезая темноту между деревьями. Лесная дорога. Через десять минут. Машина стоит. Целая. Леон быстро осматривает салон, открывает дверцу. — Заводится. Садись. Луис открывает ей заднюю дверь, пропуская внутрь, и ныряет следом. Двигатель оживает с третьей попытки. Леон выруливает на грунтовку, гасит фары, едет почти наощупь. — Теперь говори, — бросает он в зеркало заднего вида. — Что за коллекционер? И почему ты, — взгляд на Луиса, — живой? Луис откидывается на сиденье, его плечо касается её. — Долгая история. Короткая версия: я сделал так, что все думали, что я мёртв. Очень убедительно. А коллекционер... — он поворачивает голову к тебе, — guapa,(красивая) может, ты расскажешь? Или мне продолжать спасать тебе жизнь, а ты потом отплатишь ужином? Машина мягко катится вниз. Позади — тишина. Впереди — развилка. Леон смотрит на неё в зеркало, ждёт. Вэлори откинулась на сиденье, не глядя на него, и тихо произнесла: — Рассказывай сам, про ужин я подумаю. Мысли Вэлори сами собой потянулись в сторону. Луиса она знала давно. Он всегда вызывал у неё некий интерес. Поэтому один раз — ничего страшного. Она не в том состоянии, чтобы языком плести. Луис расплывается в улыбке, которая в полумраке салона выглядит почти невинной. — Trato. (Сделка) Я рассказываю, ты думаешь об ужине. Me parece bien. (Звучит не плохо) Он откидывает голову на подголовник, но взгляд становится серьёзнее. — Коллекционер — бывший снабженец «Амбреллы». Морено. После падения компании скупал всё, что осталось от «Плагас». Годами. Сейчас у него достаточно, чтобы заразить целый город. Я вышел из тени, когда узнал, что он вышел на мои старые записи. Леон сжимает руль. — Зачем ты ему? Луис смотрит на неё. Пауза. — Она работала на тех, кто хотел перехватить груз до Морено. Но что-то пошло не так. — Он переводит взгляд на Леона. — А ты, amigo, (друг) приехал по официальной линии или тоже свой интерес имеешь? Леон не отвечает. В зеркале видно, как он смотрит на дорогу, на просвет между деревьями. — Есть безопасное место в часе езды. Там перевяжем её нормально и решим, что делать с Морено. Луис кивает и вдруг снова поворачивается к Вэлори, голос тише: — Ты как? Я видел, как ты работала сегодня. Чисто, без лишнего. — Он замолкает, потом добавляет совсем негромко: — Я скучал по этому. По тебе. Машина набирает скорость. Дождь стихает. Она произнесла: — Едем в безопасное место. Надо решить, кто тут по какой цели, и если что — разойтись. Ты услышала слова Луиса, но не подала виду, оставив их без ответа. Машина. Час пути. Дорога идёт через холмы. Леон ведёт молча, только иногда бросает взгляды в зеркало — на дорогу позади, но каждый раз взгляд задерживается на долю секунды дольше, чем нужно. Луис сидит рядом с Вэлори, но после её молчания тоже замолкает. Только раз, когда машину трясёт на ухабе, его плечо касается её, и он тихо говорит: — Perdón(Прошу прощения). Не специально. Леон сворачивает на просёлок, глушит двигатель у старого амбара. Он выходит первым, открывает ворота, пропускает машину внутрь. Около амбара пахнет сеном и машинным маслом. Луис выбирается из салона, потягиваясь, и вдруг подаёт ей руку, помогая выйти. Леон это видит. — Аптечка внутри, — говорит он коротко, кивая на дом. Потом смотрит на Луиса. — Ты со мной. Осмотрим периметр. Луис поднимает брови, но не спорит. Перед уходом бросает на Вэлори быстрый взгляд, в котором смесь сожаления и тепла: — Не скучай, guapa.(красивая) Они выходят. Через минуту она слышит их голоса снаружи — деловой разговор, приглушённый расстоянием. В доме. Она одна. На столе — чистая аптечка, вода, бинты. Она перевязывает рану, когда дверь открывается. Леон входит один. Он подходит к столу, молча смотрит, как она работает. Потом садится напротив. — Луис обрабатывает территорию. Будет минут через двадцать. Пауза. Он смотрит на её руки. — Ты давно его знаешь? Голос ровный. Но в тишине амбара вопрос звучит тяжелее, чем он, наверное, хотел. — Да, давно, — она закончила с перевязкой, сосредоточенно затягивая бинт. — Может, лет восемь назад познакомились в «Амбреле». Странное времечко было. Леон молчит. Его взгляд задерживается на её руках, которые уверенно затягивают узел бинта. — В «Амбрелле», — повторяет он. Не вопрос. Констатация. Он откидывается на стуле, и в скрипе дерева слышна усталость человека, который слишком много знает о том, что значит работать на корпорацию, убившую мир. Снаружи тихо. Луис не вернулся. Над амбаром — чистое звёздное небо после дождя. — Странная штука время, — она затянула бинт плотнее, не поднимая глаз. — Недавно работали вместе в счастливой корпорации, а теперь — против неё. Леон кивает, и в этом движении — понимание, которое не нужно объяснять словами. — Знаю это чувство, — тихо говорит он. — Когда вчерашний сослуживец сегодня целится в тебя. Или наоборот. Он встаёт, подходит к окну, выглядывает в щель между досок. Не потому, что ждёт опасности — скорее чтобы дать ей паузу. И себе. — Луис тогда... он уже знал, на что идёт? Или его затянуло как всех? Голос спокойный, но в нём сквозит то, что Леон обычно прячет за профессиональной ровностью. Он не спрашивает про Луиса. Он спрашивает про границы. Где проходит черта между «своими» и «чужими», когда у всех одно прошлое. За стеной слышен хруст гравия — Луис возвращается. Леон не оборачивается, но его плечи чуть напрягаются. — Если хочешь, я отвезу тебя в безопасное место. Без него. — Короткая пауза. — Если не хочешь объяснять, что вас связывает. Он говорит это так, будто предлагает выбор маршрута. Но взгляд, брошенный через плечо, тяжелее, чем слова. — Мы не были никогда близки, и нас ничего не связывает, — её пальцы замерли на мгновение. — Бросать его тут — это лишнее. Человек чудом выжил, и мы его только нашли. Нельзя его так оставлять. Леон медленно кивает, и напряжение в его плечах чуть спадает. — Хорошо. Останется с нами. Он отходит от окна как раз в тот момент, когда дверь открывается. Луис входит, стряхивая с куртки капли воды. Переводит взгляд с Леона на Вэлори, и на его лице снова появляется тень улыбки. — Всё чисто. Ни хвоста, ни сюрпризов. — Он замечает аптечку, её перевязанную рану, кивает одобрительно. — Уже лучше. Он садится на ящик, достаёт из внутреннего кармана помятую пачку сигарет, но не закуривает — просто держит в руках, покручивая. — Значит, что дальше, señor(сэр) федерал? Морено знает, что груз перехвачен. Он не успокоится. А она, — кивок в её сторону, — теперь у него в списке первая. Леон скрещивает руки на груди. — Тогда нам нужно узнать, куда он повезёт запасной вариант. Луис, у тебя есть контакты среди его людей? Луис усмехается, но в глазах холодок. — Есть один. Но он захочет плату. И не деньгами. — Чего он хочет? Луис смотрит на Вэлори. Долго. Потом переводит взгляд на Леона. — Встречи. Со мной. Лично.