Загадочный город - Мистик Фолз

Сознание возвращалось медленно, пробиваясь сквозь плотную вату, которая окутывала голову. Каждый удар сердца отзывался в висках глухой, пульсирующей болью, словно кто-то настойчиво стучал в закрытую дверь. Я лежала с закрытыми глазами, пытаясь понять, где нахожусь, но воспоминания рассыпались, стоило только протянуть к ним руку. Свет фар, резкий удар, полёт… а потом — пустота. Кровать была слишком мягкой, чтобы быть моей. От неё пахло деревом, воском и чем-то старым, как хорошо сохранившаяся библиотека. Я медленно приоткрыла глаза — потолок из тёмного дуба, люстра под старину с хрустальными подвесками, тяжёлые портьеры на окнах, за которыми угадывался рассвет. Не мой дом. Совсем не мой. Головная боль накатила новой волной, заставляя стиснуть зубы. Я села, чувствуя, как комната слегка качается, и, сделав глубокий вдох, заставила себя подняться. Ноги дрожали, но я не позволила себе упасть. Слишком много раз я уже падала. Слишком много раз поднималась. Гостиная встретила меня полумраком и огнём в камине. Пламя отбрасывало танцующие тени на стены, увешанные старинными портретами. У камина, в креслах с высокими спинками, сидели двое. Я узнала их не сразу — зрение всё ещё фокусировалось с трудом, — но когда лица проступили из теней, где-то в глубине памяти щёлкнул невидимый переключатель. Сальваторы. Два брата, чьи имена были известны в этом городе даже тем, кто старался не верить в легенды. — Ты уже проснулась, — произнёс тот, что сидел слева, с чуть насмешливой интонацией, словно наблюдал за мной всё это время и нашёл зрелище занятным. Его голос был низким, с ленцой, и в нём чувствовалась та опасная расслабленность, которая обычно предшествует удару. Второй, с более мягкими чертами лица, тут же подался вперёд: — Привет. Присядь, пожалуйста. — Его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась осторожность, как будто я была напуганным зверьком, которого могли спугнуть резким движением. — Ты, наверное, чувствуешь себя неважно. Я не стала спорить. Ноги подкосились сами, и я опустилась на диван, стараясь держать спину прямой, хотя каждая мышца протестовала. Обивка дивана была мягкой, бархатистой на ощупь, и это почему-то раздражало — я не привыкла к такой роскоши. Или привыкла, но так давно, что забыла. — Где я? — спросила я, обводя взглядом комнату. Вопрос прозвучал глухо, словно из-под воды. — У нас дома, — ответил тот, что слева. Его имя выплыло из тумана: Деймон. Я знала это имя. Знала и его брата — Стефана. Знала многое, но сейчас мозг отказывался выстраивать факты в логическую цепочку. Слишком больно было думать. — Я Стефан, а это Деймон. — Младший брат указал на себя, потом на другого. — Мы братья Сальваторы. Ты в полной безопасности. — Я… — Я запнулась, проглатывая сухость во рту. — Кэлли Тейн. — Кэлли, — повторил Деймон, словно пробуя имя на вкус, и его губы тронула едва заметная улыбка. Он поднялся с кресла одним плавным движением, от которого по спине пробежал холодок. — Я отвезу тебя домой. — Нет, Деймон. — Стефан тоже встал, и воздух между братьями вдруг стал плотным, как перед грозой. — Лучше подумай о Елене, Стефан, — бросил Деймон, не повышая голоса, но в этих словах прозвучала сталь. — Я тебе не доверяю, — голос Стефана стал жёстче. — Я сам её отвезу. — Доверяешь? С каких это пор? — С тех пор, как ты начал вести себя как… — Как кто? Как вампир? Прости, что разочаровал. Они говорили всё громче, и каждый их выстрел отдавался в моей голове раскалённой иглой. Я попыталась сосредоточиться, но звуки сливались в сплошной гул. Комната поплыла перед глазами, тени сгустились, и мне показалось, что стены начали медленно вращаться. — Шшш, — выдохнула я, сжимая виски ладонями. — Тише. Вы можете не кричать? Кажется, я ударилась головой. Голоса смолкли. Тишина стала такой резкой, что звон в ушах показался оглушительным. — Что с тобой случилось? — Стефан опустился передо мной на корточки, и в его глазах я увидела искреннюю тревогу. С такого расстояния я могла разглядеть, что его глаза были зелёными — тёплого оттенка, как лес после дождя. — Как ты оказалась на дороге? — Деймон остался стоять, но в его позе уже не было той расслабленной насмешки. Он смотрел внимательно, изучающе, и я вдруг поняла, что он пытается понять, представляю ли я угрозу. Или, возможно, кем я была. — Я… не помню. — Слова давались с трудом. Я сфокусировала взгляд на узоре ковра, чтобы не тошнило. — Машина… вышла из-под контроля. Кажется. — Думаю, тебе нужно в больницу, — твёрдо сказал Стефан. Внутри что-то сжалось. Нет, только не больница. Не сейчас. Не тогда, когда… — Нет, — ответ я прозвучала резче, чем планировала. — Только не в больницу. У меня нет на это времени. — О чём ты? — В голосе Деймона прозвучало любопытство. Он прищурился, и в этом жесте было что-то почти кошачье. Я попыталась встать, чтобы продемонстрировать, что со мной всё в порядке, но стоило мне выпрямиться, как пол ушёл из-под ног. Я даже не почувствовала удара — только темнота, мягкая и беззвучная, накрыла меня с головой. --- Следующее пробуждение было другим. Боль отступила, уступив место странной лёгкости, будто моё тело заново собрали из кусочков, подогнав каждую деталь по месту. Я лежала в той же кровати, но чувствовала себя почти нормально. Даже голова больше не гудела — лишь слабая пульсация напоминала о том, что несколько часов назад я была на грани обморока. Деймон стоял напротив, прислонившись плечом к косяку двери. В руке он держал стакан с водой, но не предлагал, просто смотрел, изучая меня с ленивым интересом. Утренний свет падал на его лицо, подчёркивая резкие скулы и тёмные, почти чёрные глаза, в которых отражалось пламя догорающего камина. — Надеюсь, тебе лучше, — произнёс он, когда наши взгляды встретились. В его голосе не было той насмешки, что раньше, но и сочувствия я тоже не слышала. — Да. — Я села, на этот раз без головокружения. Простыни сползли, и я заметила, что кто-то оставил на тумбочке мою куртку, аккуратно сложенную. — Гораздо лучше. — Тогда поехали. — Он отлепился от косяка, и в его движениях снова появилась та кошачья грация, которая заставила меня насторожиться ещё при первой встрече. — Куда? — Я отвезу тебя домой. Я замерла. Домой? Это слово прозвучало почти как насмешка. У меня не было дома в привычном смысле. Было место, где я оставила вещи, было временное пристанище, но… — В этом нет необходимости, — ответила я, поднимаясь с кровати и накидывая куртку. — Уверена? — Он слегка склонил голову, и на мгновение мне показалось, что он видит меня насквозь. — Ты уверена, что невредимой сможешь дойти до дома? Мы спустились в гостиную. В камине догорали последние поленья, и в комнате пахло дымом и сушёными травами. Стефана не было — возможно, ушёл к Елене, а может, просто не хотел продолжать утренний спор. — Ладно, — сдалась я, понимая, что спорить бесполезно. — Только довези меня туда, где нашёл. — Зачем? — Он приподнял бровь. — Или я пойду пешком. — Ладно, — повторил он моё слово, но в его устах оно прозвучало как уступка, сделанная скорее из любопытства, чем из великодушия. Машина — тёмно-синий «Камаро» с обивкой, пахнущей кожей и дорогим табаком, — ждала у крыльца. Я села на пассажирское сиденье, чувствуя, как напряжены все мышцы. Деймон занял место водителя, и двигатель ожил с низким, уверенным рокотом. — Так и не поблагодаришь меня? — спросил он, когда мы выехали на дорогу. В его голосе снова зазвучала насмешка, но теперь она казалась скорее защитной реакцией, чем истинным отношением. — Всё-таки я спас тебя. Тебя могла переехать машина, или, что хуже, найти какой-нибудь негодяй, и мало ли что он мог с тобой сделать. Я промолчала, нащупывая карманы куртки в поисках телефона. Пусто. — Тебя никто не просил, — ответила я сухо, понимая, что звучит неблагодарно, но сейчас меня волновало только одно: где мои вещи и, что важнее, где Эдмунд. — Какая ты невежливая, — протянул Деймон. — Без сознания ты нравилась мне больше. — Я не могу найти свой телефон. Ты его не видел? — Нет. — Он бросил быстрый взгляд на мои руки, которые всё ещё шарили по карманам. — А что, важный звонок? — Наверное, выпал на дороге. — А что с тобой случилось? Как ты вообще оказалась на дороге? — Кажется, меня сбила машина. — Кажется? — Его голос дрогнул, и я почувствовала на себе пристальный взгляд. Я заметила, как его пальцы чуть сильнее сжали руль. — Следи за дорогой, — одёрнула я, и он, усмехнувшись, снова повернулся к ветровому стеклу. — Что я помню, — продолжила я, пытаясь восстановить картину, — это что моя машина вышла из-под контроля, и я вылетела из неё. А потом была темнота и ваша гостиная. — Не повезло, — бесстрастно прокомментировал Деймон, но в его тоне не было сочувствия. Скорее констатация факта. --- Мы остановились на пустынном участке дороги, где асфальт был испещрён длинными чёрными следами торможения. Я вышла из машины, и свежий ветер ударил в лицо, разгоняя остатки дурноты. Телефон нашёлся в придорожной траве — экран в паутине трещин, но, к моему удивлению, работал. — Я думал, ты хочешь найти машину, — сказал Деймон, наблюдая, как я сую телефон в карман и начинаю набирать номер. Он стоял в нескольких шагах, засунув руки в карманы кожаной куртки, и выглядел так, будто у него в запасе была вечность. — Я это и пытаюсь сделать, — ответила я, когда в трубке зазвучали гудки. Но вместо ответа я почувствовала жжение в кармане джинсов. Резкое, обжигающее, словно кто-то приложил раскалённый металл к бедру. Я выхватила ключ от ТАРДИС, и он выпал из моих пальцев, упав на землю. Он светился — пульсирующим золотистым светом, — и даже на асфальте продолжал гореть, нагревая воздух вокруг. Я смотрела на него, и сердце ушло в пятки. — Чёрт, — выдохнула я, глядя на него. — Что это? — Деймон сделал шаг вперёд, и его ленивая расслабленность исчезла, сменившись настороженностью. Я заметила, как его тело напряглось, готовое к любой неожиданности. — Ключ, — ответила я, хотя понимала, что это очевидно. — Это я понял. Что с ним? Я не успела ответить. Ключ дёрнулся, поднялся в воздух — медленно, словно нехотя, — и замер на уровне моих глаз, продолжая светиться. А затем сорвался с места, устремившись в сторону леса с такой скоростью, что я не успела даже вдохнуть. Я побежала. Ветки хлестали по лицу, корни цеплялись за ноги, но я знала, что бесполезно. Ключ исчез в глубине деревьев за секунду до того, как я выскочила на опушку, тяжело дыша и чувствуя, как лёгкие горят от нехватки воздуха. И там, над верхушками сосен, я увидела её. ТАРДИС. Моя синяя будка, мой дом, моя клетка и моя свобода — всё сразу. Она взмыла в небо, оставляя за собой едва заметное мерцание, и растворилась в утренней дымке, словно её никогда и не было. Я стояла на обочине, тяжело дыша, и смотрела на пустое небо, чувствуя, как внутри что-то обрывается. Эдмунд. Он остался там. Один. В ТАРДИС, которая теперь улетела неизвестно куда. — Что это было? — Голос Деймона прозвучал за моей спиной. Он подошёл бесшумно, но сейчас я была слишком опустошена, чтобы удивляться. — Я нашла машину, — сказала я, не оборачиваясь. Голос звучал глухо, чужим. — И теперь её нет. — Что это значит? Телефон зазвонил, и я, даже не взглянув на экран, приняла вызов. — Кэлли, привет. — Голос Мастера звучал до оскорбительного бодро. — Как дела? Скучала по мне? — Какого чёрта ты делаешь? — Мой голос сорвался на рык. Я чувствовала, как кровь приливает к лицу, как пальцы сжимают телефон с такой силой, что пластик угрожает треснуть. — Я делаю то, что ты должна была сделать. — В его словах слышалась ухмылка, и это бесило ещё больше. — Где Эдмунд? Он в порядке? — Думаю, он чувствует себя лучше, чем ты. — Мастер сделал паузу, наслаждаясь моментом. — Это же не он выпал из ТАРДИС, которая была в воздухе. — Боже, что ты несёшь? — Мой голос дрожал от ярости. — Только попробуй тронь его, и я обещаю, я с тобой покончу. — Я и не думал. — В его голосе вдруг пропала насмешка, сменившись чем-то почти усталым. — Я верну его домой. Что должна была сделать ты. Но теперь это придётся сделать мне. Джек знал, что так может произойти, и подготовился. — Слушай, мне это надоело, — процедила я сквозь зубы. — Хватит повторять его имя. Джека больше нет. — Да, — спокойно согласился Мастер. — Но ты обещала ему и должна выполнить это обещание — что будешь следовать его правилам. — Мне надоела эта игра. — Я чувствовала, как закипаю. — И ты придурок, раз на это согласился. Я отключилась, не дожидаясь ответа, и убрала телефон в карман дрожащей рукой. — Какие-то проблемы? — поинтересовался Деймон, и в его голосе я уловила нотку искреннего любопытства. Он стоял, прислонившись к капоту своей машины, и смотрел на меня с выражением, которое трудно было прочитать. — Семейные, — бросила я. — Не важно. Телефон пиликнул, оповещая о новом сообщении. На экране высветился адрес. Я с минуту смотрела на него, а затем подняла глаза на Деймона. — Отвези меня домой. — Садись, — кивнул он, открывая дверцу. --- В машине я наконец позволила себе расслабиться — насколько это вообще было возможно в его присутствии. Деймон вёл уверенно, одной рукой, и я заметила, как его пальцы выбивают дробь по рулю. Нервничает? Или просто скучает? Солнце уже поднялось выше, и лучи пробивались сквозь листву, создавая на его лице игру света и тени. — Где ты хоть живёшь? — спросил он, когда мы выехали на трассу. Я протянула ему телефон с адресом. Наши пальцы почти коснулись, и я отдернула руку быстрее, чем следовало. — Езжай по этому адресу. Мы молчали несколько минут. Я смотрела в окно на убегающие назад деревья и постепенно успокаивалась, хотя внутри всё ещё бушевала тревога за Эдмунда. Взгляд упал на его руку — на кольцо, которое тускло поблёскивало на безымянном пальце. Камень был тёмным, почти чёрным, и в его глубине, казалось, скрывалось что-то древнее. — Красивое кольцо, — сказала я, чтобы нарушить тишину. — Да, это семейная реликвия, — ответил он беззаботно, но я заметила, как его пальцы чуть сжались на руле. — Деймон. — Что? — Он скользнул взглядом по моему лицу. — Зачем ты спас меня? Вопрос застал его врасплох. Он на мгновение замер, а затем усмехнулся, но усмешка вышла какой-то не такой — без обычной уверенности. — Почему ты спрашиваешь? — Потому что знаю, что это не обычное кольцо. — Я смотрела на него прямо, не отводя взгляда. — Ты бы мог убить меня, а не спасать. Он не ответил сразу. Машина мягко вошла в поворот, и солнечный луч скользнул по его лицу, подчеркнув резкие скулы и полуприкрытые глаза. Я видела, как он обдумывает ответ, взвешивает слова. — Это было бы слишком просто, — наконец произнёс он. — Да и когда я увидел тебя… подумал, что это единственное хорошее, что я могу сделать. — Хочешь быть хорошим? — спросила я, и в моём голосе не было насмешки. Только искреннее любопытство. — А ты хочешь казаться стервой? — парировал он, и уголок его губ дёрнулся. — Если ты про телефонный разговор, то этот человек просто меня достал за всё время. — Я вздохнула, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. — Видимо, очень сильно. — Деймон бросил на меня быстрый взгляд. — Бывший? — Что-то вроде того, — ответила я, отворачиваясь к окну. Мы подъехали к дому. Я смотрела на него с чувством странной отстранённости: большое старинное здание, увитое плющом, с резными ставнями и массивной дубовой дверью. Джек выбрал его. Конечно, он выбрал. Я почти чувствовала его присутствие здесь, словно он стоял где-то рядом и наблюдал. — Мы на месте, — объявил Деймон, глуша двигатель. Я не выходила. Смотрела на его профиль, на то, как солнечный свет играет в тёмных волосах, и думала о том, что случилось за последние сутки. Слишком много. Слишком быстро. И всё же… что-то в этом вампире, с его насмешливым взглядом и скрытой болью за маской цинизма, притягивало меня. — Что? — спросил он, заметив мой взгляд. — Не хочешь зайти? — Слова сорвались с губ прежде, чем я успела их обдумать. Он повернулся ко мне всем телом, и в его глазах мелькнуло что-то — удивление? Интерес? Мне показалось, что я видела там искру, которую он тут же погасил. — Ты приглашаешь меня? — Возможно, — пожала я плечами, стараясь, чтобы голос звучал легко. Мы вышли из машины и направились к крыльцу. Я уже положила руку на дверную ручку, когда телефон снова пиликнул. Сообщение было коротким: «Никого сегодня не пускай в дом. Завтра ты должна быть на учёбе». Я смотрела на экран, чувствуя, как внутри всё сжимается. Не сейчас. Не тогда, когда я почти позволила себе… — Какие-то проблемы? — спросил Деймон, и я вздрогнула от неожиданности. — Знаешь, всё-таки я тебя сегодня не приглашу, — сказала я, убирая телефон и пряча разочарование, которое не должна была испытывать. — Тогда в следующий раз, — ответил он с лёгкостью, которая, как мне показалось, была наигранной. Я встала на цыпочки и коснулась губами его щеки. Быстро, почти мимолётно, но этого хватило, чтобы почувствовать, как он замер. Его кожа была прохладной, и это напомнило мне, кем он был на самом деле. — Спасибо, что спас, — сказала я, отступая. Он улыбнулся — той улыбкой, которая, наверное, сводила с ума не одну женщину, — и молча сел в машину. Я вошла в дом, прислонилась спиной к закрытой двери и закрыла глаза. Внутри было тихо. Слишком тихо для такого огромного здания. Я открыла глаза и только сейчас заметила, насколько он огромен: высокие потолки, широкая лестница, уводящая на второй этаж, старинная мебель, накрытая белыми простынями. Дом-призрак. Дом, который выбрал для меня человек, который знал, что мне нужно место, чтобы спрятаться. Я прошла в гостиную и остановилась у стола. На нём, придавленная тяжёлой пепельницей, лежал листок бумаги. Почерк я узнала сразу — эти буквы, этот наклон, эта уверенность линий. «Кэлли, милая. Если ты здесь, то всё идёт по плану. Просто следуй моим указаниям, и, возможно, это сделает тебя счастливой. С любовью, Джек». Я прочитала записку трижды. Слова расплывались перед глазами. — Как жаль, что ты не рядом, — прошептала я, чувствуя, как предательская влага застилает глаза. Я смахнула слезу тыльной стороной ладони и принялась за уборку. Работа помогала не думать: снять простыни, протереть пыль, зажечь камин, чтобы в доме стало тепло. Руки двигались механически, и я позволила себе забыться в этой простоте. Каждое движение было медитацией, каждое усилие — способом не чувствовать. Я открывала шкафы, находила старую посуду, расставляла книги на полках. Дом постепенно оживал, наполняясь запахами мебельного воска и дыма. К вечеру дом заблестел. Я оглядела гостиную, удовлетворённо кивнула сама себе и отправилась в бар. --- «Мистик Гриль» был почти пуст в этот час. Я села за стойку, заказала бурбон и уставилась на янтарную жидкость в стакане, которая отражала тусклый свет ламп. В голове крутились обрывки разговоров, лица, имена. Эдмунд. ТАРДИС. Джек. Мастер. И письмо. Всегда эти письма, которые появлялись, когда я меньше всего их ждала. — Какие люди, — раздался голос справа. — А я уж думал, что не встречу тебя сегодня. Я повернула голову и увидела Деймона. Он сидел через два стула от меня, с таким же стаканом в руке, и в его глазах плясали огоньки отражённого света. Он успел переодеться: вместо утренней рубашки на нём была простая чёрная футболка, подчёркивающая широкие плечи. — Глушишь боль или жажду? — спросила я. — То и другое, — признался он. — А ты? — Я решила немного расслабиться. — Я сделала глоток, чувствуя, как тепло растекается по телу, снимая напряжение. — День был долгим. — Откуда ты знаешь про кольцо? — спросил он, и в его голосе не было той лёгкости, что минуту назад. Я посмотрела на него поверх стакана. — Может, тебе сказать, откуда я знаю про вербену? Он замер. Всего на секунду, но я заметила. Его пальцы сжали стакан, и если бы он был человеком, я бы подумала, что он боится. Но он был вампиром. А вампиры не боялись. По крайней мере, не показывали этого. — Значит, ты знаешь. — А ты правда вампир? — спросила я, хотя ответ знала. — Самый настоящий, — кивнул он, и в его улыбке появилось что-то опасное. — Тебя это не пугает? — А меня должно это пугать? — Я притворилась, что задумалась, хотя на самом деле вопрос был риторическим. — Ты знаешь, что я могу с тобой сделать, и тебя это не пугает? — В его голосе прозвучало искреннее удивление. Он наклонил голову, рассматривая меня, словно видел впервые. — Нет. Он помолчал, разглядывая меня так, будто пытался прочитать мои мысли. Я позволила ему смотреть. Мне было что скрывать, но не от него. — Кто ты, бесстрашная Кэлли Тейн? Я улыбнулась. — Думаю, тебе придётся самому это узнать. — Почему я не хочу выпить твоей крови или просто впиться в тебя зубами? — спросил он, и в его тоне слышалось недоумение. — Я та, с кем лучше не ругаться, — ответила я, поднимая стакан. Он усмехнулся, и в этой усмешке было что-то… человеческое. — Думаешь, ты напугала меня? — А что не похоже? — Я сделала ещё глоток, наблюдая за ним. — Я в недоразумении, — признался он. — Но не испуган. — Он отставил стакан и повернулся ко мне всем телом. — Откуда ты? Что это был за ключ? И почему твои раны так быстро заживают? — Ускоренный процесс регенерации. — Я пожала плечами, как будто речь шла о чём-то обыденном. — Что ты делаешь завтра? — Буду очень сильно занят, — ответил он с лёгкой усмешкой. — Вот как. — Да, — он помолчал, изучая моё лицо. — Что тебе известно о книге заклинаний? — Я похожа на ведьму? — Я приподняла бровь. — Глупый вопрос, извини. — Он покачал головой. — Я не понимаю тебя, — сказала я, глядя на него. Он казался подавленным, и это было странно — видеть вампира, сидящего в баре и пытающегося утопить свою боль в алкоголе, который на него почти не действовал. — М? — Он поднял глаза. — Ты словно подавлен, — сказала я. — Иначе бы ты не сидел здесь. — Ты кстати тоже. — Он кивнул на мой стакан. — У меня был ужасный день. — Я вздохнула. — Правда? А я подумал, что с тобой такое каждый день. — Ты меня не знаешь. — Я улыбнулась, хотя улыбка вышла грустной. — Но да, путешествия на меня плохо влияют. Особенно если твой спутник младше тебя и он смертен. — Что? — Он нахмурился. — А ты разве бессмертная? — Я бесстрашная, забыл? — Я улыбнулась, и он ответил тем же. — Ты флиртуешь со мной? — спросил он, и в его глазах появился знакомый блеск. — А ты разве нет? — парировала я. Он рассмеялся — коротко, почти удивлённо. — Кто такой Джек? — спросил он, и его голос стал серьёзнее. — Я слышал, когда ты говорила по телефону. Твой парень? — Вроде того. — Я отвела взгляд, чувствуя, как внутри сжимается знакомая боль. — Он погиб несколько лет назад, но мне продолжают напоминать о нём. — Может, потому что ты часто о нём говоришь? — предположил он. — Может быть. — Я допила бурбон и жестом попросила ещё. Мы ещё немного выпили. Разговор перетекал от одного к другому, и я заметила, как постепенно исчезает напряжение между нами. — Так значит, никого, — подытожил он, возвращаясь к прежней теме. — Да, никого. — Я покачала головой. — Я абсолютно свободна. — Я помолчала. — А как на счёт тебя? — Ну, я… — он сделал паузу, — не думаю, что это тот вопрос, который нужно задавать вампиру. — Больная тема? — Я не стала настаивать. — Ладно. Мы не так хорошо знакомы, но мне хочется рассказать тебе всё. — Это всё бурбон, — усмехнулся он. — Ты спросил про Джека, — сказала я, чувствуя, как алкоголь развязывает язык, — а я спрошу про Кэтрин Пирс. Он замер. Его лицо стало непроницаемым, но я успела заметить в его глазах то, что он пытался скрыть. Боль. Гнев. Что-то ещё, чему я не могла подобрать название. — Я не говорил о ней, — сказал он тихо. — Откуда ты знаешь? — Извини, — я покачала головой, понимая, что переступила черту. — Я просто назвала имя, которое первое пришло в голову. Думаю, мне уже нужно идти. Я встала, оставив на стойке деньги. — Пока, — бросила я, не оборачиваясь. — Пока… — услышала я ему вслед. Я вернулась домой, но долго не могла уснуть. В голове крутились обрывки разговоров, лица, имена. Эдмунд, оставшийся в ТАРДИС. Мастер с его насмешками. И Деймон, с его кольцом и болью, которую он прятал за циничной улыбкой. Я смотрела в потолок и думала о том, что Джек, кажется, предвидел всё. Даже это. Даже этого вампира, который сидел в баре и пил, чтобы заглушить боль, слишком похожую на мою. --- Утром я пришла на учёбу. Школа в Мистик Фолз оказалась обычной американской школой — такие я видела сотни раз в разных эпохах и вселенных. Коридоры, шкафчики, звонки, запах дешёвого кофе из автомата и подросткового пота. Всё это было до странности знакомым и чужим одновременно. День прошёл на удивление спокойно. Я познакомилась с несколькими одноклассниками, запомнила их лица, имена, привычки. Мелисса говорила слишком громко, Тайлер постоянно смотрел на часы, а Кэролайн Форбс — та, кого я знала по канону — крутилась перед зеркалом в туалете, поправляя волосы. Мне было любопытно наблюдать за ними, но я старалась не привлекать к себе лишнего внимания. После уроков меня пригласили на вечеринку. Кто-то из старшеклассников, чьё имя я даже не запомнила, устраивал её в доме у старого кладбища. Я согласилась, не думая — мне нужно было отвлечься, выйти из дома, перестать ждать сообщений, которые не приходили. Вечером я пришла туда. Дом был старым, с покосившимся крыльцом и окнами, заклеенными плёнкой. Внутри играла музыка, пахло дымом и дешёвым пивом. Я прошла внутрь, чувствуя себя наблюдателем, который смотрит на чужую жизнь через стекло. Я увидела Деймона с Еленой. Они стояли в углу, и он что-то говорил ей, наклонившись к самому уху. Она слушала, и на её лице было то выражение, которое я видела у многих — смесь восхищения и страха. Я наблюдала за ними несколько секунд, потом они вышли в лес, и я осталась одна среди танцующих и смеющихся людей, которые не имели понятия, какие тайны скрывает этот город. Я не стала их преследовать. Вместо этого я нашла свободное место на диване и просто наблюдала, позволяя музыке заглушать мысли. --- На следующий день в городе было благотворительное мероприятие — что-то вроде ярмарки, где местные холостяки «продавались» с аукциона в пользу больницы. Я пришла скорее из любопытства, чем из желания участвовать, и сразу увидела Деймона. Мы столкнулись буквально — я шла, глядя в программку, и врезалась в него, когда он вышел из-за угла. Его руки легли мне на плечи, удерживая от падения, и на мгновение я почувствовала его прохладу даже через ткань куртки. — Привет, — сказала я, делая шаг назад. — Привет, — ответил он, и его губы тронула лёгкая улыбка. — Я уж думал, что не встречу тебя. — От меня так просто не избавиться, — сказала я, поправляя куртку. — Я видела тебя вчера. — Правда? — Он приподнял бровь. — И где же я был? — На старом кладбище? — Я сложила руки на груди. — Я была на вечеринке. — Вот оно что, — протянул он. — Значит, ты та ещё тусовщица. — Ты что, участвуешь в этом? — Я кивнула на сцену, где уже выстраивались холостяки. — Пришлось, — вздохнул он. — А ты решила испытать счастье? — Я решила помочь в организации. — Я улыбнулась. — Значит, мы заодно. — Он помолчал, и его взгляд стал задумчивым. — И тот поцелуй — этого мало. Я всё-таки спас тебе жизнь. — А я повторю, что я тебя об этом не просила, — парировала я. — И кто же смог разбить тебе сердце? — У меня же его нет, помнишь? — Он усмехнулся, но усмешка вышла горькой. — А я вижу обратное, — тихо сказала я. — Кэлли Тейн, — он произнёс моё имя медленно, словно пробуя на вкус, — я не понимаю, что ты хочешь от меня. — Мне интересно, зачем ты спас меня, — призналась я. — Если у тебя нет сердца, то убил бы не задумываясь. — Я могу это сделать и сейчас, — сказал он, но в его голосе не было угрозы. — Мне не страшно умереть, помнишь? — Я мило улыбнулась, зная, что это его заденет. — Ты всё равно мне должна, — сказал он, и в его глазах промелькнуло что-то, чего я не смогла прочитать. — Не забывай об этом. Он развернулся и ушёл, заняв своё место среди других холостяков. Я смотрела ему вслед, чувствуя, как в груди разгорается странное тепло. Я не знала, что это было — интерес, симпатия или просто усталость от одиночества. Но я знала, что не хочу, чтобы этот разговор был последним. Вскоре я ушла домой, оставив аукцион в самом разгаре. --- В пятницу после учёбы я решила навестить Деймона. Я не знала, зачем мне это нужно — может, чтобы проверить, всё ли с ним в порядке, а может, просто чтобы увидеть его снова. В любом случае, я не ожидала того, что увидела, когда вошла в его дом. Дверь была приоткрыта, что уже было странно. Я толкнула её и услышала звуки борьбы — глухие удары, сдавленные крики. Я прошла в гостиную и замерла. В центре комнаты стояли две женщины. Одну из них я узнала — это была Анна, дочь Перл. Вторую я видела впервые, но сразу поняла, кто она. Перл. Вампирша, которая когда-то правила этим городом, вернулась. Деймон стоял на коленях, прижимая руки к лицу. Кровь текла сквозь его пальцы, и я поняла, что произошло, прежде чем успела подумать. — Отпусти его! — крикнула я, хватая первую попавшуюся вещь — кочергу, стоявшую у камина. Я швырнула её в Перл. Она даже не обернулась — поймала кочергу на лету, развернулась, и её глаза вспыхнули яростью. — Нет, Кэлли, уходи! — крикнул Деймон, и в его голосе я услышала то, что заставило моё сердце сжаться. Страх. Не за себя. — Ты ещё кто? — спросила Перл, разглядывая меня с высокомерным любопытством. — Твоя смерть, — ответила я, и в этот момент поняла, что действительно готова убить. Ради него. Она усмехнулась. Её рука взметнулась, и я почувствовала, как пальцы смыкаются на моём горле. Она подняла меня над землёй, и я повисла в воздухе, хватаясь за её руку, пытаясь вдохнуть. — Ты всего лишь смазливая девчонка, — сказала она, и её голос был спокойным, почти ласковым. — Ты ничего мне не сделаешь. — Не трогай её! — крикнул Деймон, и в его голосе была такая ярость, что на секунду мне показалось, что он сейчас встанет, несмотря на ослеплённые глаза. — У меня нет на это времени, — бросила Перл и разжала пальцы. Я упала на пол, кашляя и хватая ртом воздух. Перл и Анна исчезли, растворились в воздухе с вампирской скоростью, оставив после себя только запах крови и страха. Я подбежала к Деймону. Он сидел на коленях, прижимая руки к лицу, и я видела, как кровь сочится сквозь его пальцы. — Кэлли! — Его голос был хриплым, и в нём слышалась боль. — Я здесь. — Я опустилась рядом с ним на колени. — Всё хорошо. — Ты совсем с ума сошла? — Он попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой. — Она могла убить тебя. — Убери руки, — сказала я, игнорируя его слова. — Я могу помочь. — Что? — Он замер. — Просто доверься мне. — Я взяла его за запястья и мягко отвела руки от лица. То, что я увидела, заставило меня на мгновение замереть. Глаз не было — только кровавые впадины, и вокруг них кожа была обожжена, словно кто-то приложил раскалённое железо. Я подавила желание отшатнуться и сосредоточилась. Я положила пальцы ему на лицо, рядом с глазницами, и почувствовала, как внутри меня что-то просыпается. Та самая сила, которую я старалась не использовать, потому что она напоминала мне о том, кто я есть на самом деле. Я направила её на него, ускоряя процесс регенерации, помогая его вампирскому телу сделать то, что оно и так могло, но слишком медленно. Когда я открыла глаза, он уже смотрел на меня. Его глаза — целые, невредимые — сияли изумрудным в свете камина. — Как ты это сделала? — спросил он, и в его голосе не было страха. Только изумление. Я убрала руки и встала. Он поднялся следом. — Я только лишь помогла тебе, — сказала я, чувствуя, как силы покидают меня. — И теперь мы в расчёте. Я направилась к выходу. — Тебя серьёзно ничего не пугает? — крикнул он мне вслед. Я остановилась и обернулась. — Она могла убить тебя, — сказал он, и в его голосе было что-то, что я не сразу распознала. Беспокойство. — Но не убила, — я пожала плечами. — А это уже хорошо. — И куда ты сейчас пойдёшь? — спросил он, делая шаг ко мне. — Хочу прогуляться. — Я улыбнулась и вышла за дверь. Я не пошла домой. Я проследила за Перл, нашла её убежище, запомнила дорогу. И только потом, когда луна уже поднялась высоко, я вернулась в свой большой пустой дом и легла спать. --- Через несколько дней в городе праздновали 150-летие Совета основателей. Я пришла на праздник, потому что не видела смысла сидеть дома, и сразу почувствовала его присутствие. Деймон стоял у колонны, разговаривая с кем-то, но когда я вошла, его взгляд скользнул по залу и остановился на мне. Я сделала вид, что не заметила, и направилась к Джону Гилберту. Он стоял у барной стойки, и я подошла к нему с самой любезной улыбкой, на которую была способна. — Вы же Джон Гилберт? — спросила я, и он повернулся ко мне. — Да, а в чём дело? — Он окинул меня быстрым оценивающим взглядом. — Ни в чём, — я пожала плечами. — Просто наслышана о вас. — Я не видел тебя раньше в городе, — заметил он. — Я здесь недавно. — Я улыбнулась шире. — И что же обо мне говорят? — спросил он, и в его голосе послышалось любопытство. — Удивительно, но ничего хорошего, — призналась я. — Разве это удивительно? — усмехнулся он. — Даже очень, — сказала я, наклоняя голову. — Не думаю, что вы такая сволочь, как говорят другие. Он посмотрел на меня внимательнее. — Вот как. Чего тебе нужно? — Я всего лишь хочу узнать подробнее про Совет основателей, — сказала я. — Мне никто толком так ничего и не объяснил. — Значит, и не нужно знать, — отрезал он. — А как на счёт семейства Гилбертов и их наследственном покушении? — спросила я, понижая голос. Его лицо изменилось. Он напрягся, и в глазах мелькнула тревога. — Что? — Он подался вперёд. — Откуда тебе это известно? Ты одна из них? — Нет, — я покачала головой. — Я не вампир, если вы об этом. Просто будьте на чеку. Я оставила его стоять с озадаченным видом и направилась к барной стойке. Деймон подошёл ко мне почти сразу. — Я тебя несколько дней не видел, — сказал он, и в его голосе я уловила нотку того, что мне очень хотелось принять за беспокойство. — А ты скучал? — спросила я, поднимая на него глаза. Он не ответил, но уголок его губ дёрнулся. — Знаешь, нам так и не удалось узнать друг друга поближе, — сказал он. — Мы можем отойти? — Да, пойдём, — согласилась я. Мы вышли на улицу и отошли подальше от входа, где нас никто не мог услышать. — Ты с ума сошла? — спросил он, и его голос был напряжённым. — Не стоит общаться с Джоном Гилбертом. — Ты слышал наш разговор? — Я притворилась удивлённой. — Да, — он шагнул ближе. — И мне это совсем не нравится. — Даже не вздумай его убивать, — сказала я, глядя ему в глаза. — И почему же? — спросил он, и в его голосе снова появилась та опасная ленца. — У него кольцо, — сказала я. — Такое же, как у Аларика Зальцмана. Как думаешь, совпадение? — Что? — Он нахмурился. — Какое кольцо? Откуда…? — Деймон, — я вздохнула, — мне известно больше, чем ничего. — Я вижу, — сказал он, и в его глазах зажглось любопытство. — Откуда ты знаешь про кольцо? — То, что оно возвращает к жизни и не даёт умереть? — уточнила я. — Да, именно это. — Как я поняла, его предшественники сражались против вампиров, — я говорила медленно, подбирая слова. — И как ты думаешь, разве они не могли создать защиту для себя? Будь я Джонатаном Гилбертом, я бы так и сделала. Он смотрел на меня, и в его взгляде было что-то новое. Не недоверие — скорее удивление. — Но у тебя ведь нет кольца, — сказал он. — Нет, — я покачала головой. — И не было никогда. Я это просто так сказала. Он же был изобретателем. — Да, я знаю, — кивнул он, но в его голосе слышалась неуверенность. — Думаю, тебе лучше сейчас следить за Стефаном, — сказала я, меняя тему. — А тебе — не приближаться к Джону Гилберту, — парировал он. — Вот и договорились, — я улыбнулась и сделала шаг в сторону здания. Он схватил меня за руку, останавливая. Я обернулась, и наши лица оказались ближе, чем я ожидала. — Кэлли, я серьёзно, — сказал он, и в его глазах я увидела то, чего никак не ожидала. Беспокойство. Настоящее, живое беспокойство. — Я знаю, — тихо ответила я. Мы вернулись на праздник, и я чувствовала тепло его пальцев на своём запястье ещё долго после того, как он отпустил меня. --- — Я найду Аларика, — сказал Деймон, оглядывая зал. — А ты найди Стефана. — А разве он не с Еленой? — спросила я. — Вот и проверь, — бросил он и исчез в толпе. Я пошла искать Стефана и нашла его в одном из дальних коридоров. Рядом с ним сидела мама Мэта — Келли Донован. Она плакала, прижимая руку к разбитому лбу, и Стефан стоял рядом, глядя на кровь, которая стекала по её лицу. Я видела, как он борется с собой. Как его пальцы сжимаются в кулаки, как челюсти сжимаются, как глаза темнеют от голода. Когда он поднёс руку к губам, я схватила его за запястье. — Что ты творишь, Стефан?! — Я говорила шёпотом, но в моём голосе было достаточно силы, чтобы он замер. — Кэлли, — он повернулся ко мне, и его глаза были полны боли, — что ты здесь делаешь? — А что ты делаешь? — Я держала его руку, чувствуя, как он дрожит. — Разве ты не на диете? Он прислонился к стене, тяжело дыша. — Ты знаешь, — прошептал он. — Я могу помочь, — сказала я, вытаскивая из кармана платок. — Каким образом? — Он смотрел на меня, и в его взгляде было отчаяние. — Я едва справляюсь с жаждой. Разве тебя это не пугает? — Стефан, — я начала вытирать его руку, стирая кровь с пальцев, — если бы меня это пугало, меня бы вообще здесь не было. — Ты ведь не вампир, — сказал он, и в его голосе послышалось удивление. — Нет, — я выбросила испачканный платок. — Думаю, и не стану. Но это не делает меня слабее. И это не повод мне тебя бояться. — А кто ты тогда? — спросил он, глядя на меня. — Не думаю, что ты поймёшь, — я покачала головой. — Почему? — настаивал он. — Потому что это сложно, — вздохнула я. — Я сама не до конца понимаю. Так ты позволишь помочь тебе? — Каким образом ты избавишь меня от жажды? — спросил он, и в его голосе появилась осторожная надежда. — Дам свою кровь, — усмехнулась я. — Да, конечно. — Я помолчала. — В общем, тебе нужно закрыть глаза. — Зачем? — нахмурился он. — Пожалуйста, Стефан, — попросила я, и он, помедлив, закрыл глаза. Я положила руку ему на висок. Его кожа была прохладной, и я чувствовала под пальцами биение его вампирской сути. Я не забирала жажду — я вернула его к тому состоянию, в котором он был до этого, к его диете, к его контролю. Это было легко — легче, чем я ожидала, — словно его организм сам хотел этого. Когда я убрала руку, он открыл глаза. — Кажется, мне уже лучше, — сказал он, и в его голосе было удивление. — Как ты это сделала? — Не важно, — ответила я, чувствуя, как начинает кружиться голова. — Главное, что тебе лучше. А теперь иди к Елене. Он кивнул и ушёл, а я осталась в коридоре, привалившись к стене. То, что я увидела в его голове, было слишком ярким, слишком реальным. Воспоминания о крови, о голоде, о том, как трудно ему даётся каждый день. Я закрыла глаза, давая себе минуту, чтобы прийти в себя. Когда я снова открыла их, я увидела Деймона, Аларика и Джона Гилберта. Они стояли у выхода, и я сделала шаг в их сторону, но взгляд Деймона остановил меня. Он был напряжён, сосредоточен, и я поняла, что сейчас не время вмешиваться. Я осталась на месте, прислушиваясь к их разговору. Когда Джон ушёл, Деймон и Аларик обернулись и посмотрели на меня. — Подойди сюда, — сказал Деймон тихо, но я услышала. Я подошла. — Ты тоже вампир? — спросил Аларик, разглядывая меня. — Если бы, — ответила я, скрещивая руки на груди. — Я сказал тебе найти Стефана, — сказал Деймон, и в его голосе не было упрёка, скорее беспокойство. — С ним всё нормально, — ответила я. — Он с Еленой. — Мы знаем, откуда кольца, — сказал Деймон, и я кивнула. — Да, я слышала. — Что значит «слышала»? — вмешался Аларик. — У тебя что, суперслух? — Если ты не вампир, — сказал Деймон, и в его голосе появилось любопытство, — то как ты услышала с такого большого расстояния? — Боже, — я вздохнула, — эти вопросы когда-нибудь закончатся? — Вообще-то у меня к тебе очень много вопросов, — сказал Деймон, и его губы тронула лёгкая улыбка. — Как и у меня, — добавил Аларик. — Я не смогу ответить на все, — честно призналась я. — Думаю, мы должны поговорить, — сказал Деймон, и в его голосе прозвучала твёрдость. — Мне надо домой, — попыталась я отмахнуться. — Есть гарантия, что ты не пойдёшь за Джоном? — спросил он, глядя на меня. — Я могу довести её до дома, — предложил Аларик. — Нет, — отрезал Деймон. — Лучше мы все поедем. Мой телефон зазвонил. Я взглянула на экран — Эдмунд. Сердце пропустило удар. Я отключила звонок и убрала телефон в карман. — Какие-то проблемы? — спросил Аларик. — Нет, — я покачала головой. — Никаких проблем. — Тогда решено, — сказал Деймон. — Мы едем к тебе. — Что? — я посмотрела на него. — А что? — Он пожал плечами. — Нельзя, чтобы слухи распространялись. — Ладно, — сдалась я. — Поехали. --- Мы приехали к моему дому. Я вышла из машины, чувствуя на себе их взгляды. Дом стоял такой же, как я его оставила, — большой, тёмный, с закрытыми ставнями. — У тебя есть кто-то дома? — спросил Деймон, когда мы подошли к крыльцу. — Никого, — ответила я. — То есть ты живёшь одна? — удивился Аларик. — Ага. — Да ладно тебе, — усмехнулся Деймон. — Не напрягайся, будет весело. Я открыла дверь и зашла. Аларик вошёл следом, оглядываясь с любопытством. — Ты не закрываешь дверь? — спросил он. — Нет, — я пожала плечами. — А зачем? — А ты меня пригласить не хочешь? — раздался голос Деймона с крыльца. Я обернулась. Он стоял на пороге, и в его глазах плясали чёртики. — Деймон, — сказала я, — ты сможешь зайти и без приглашения. Он усмехнулся, переступил порог и закрыл за собой дверь. Я включила свет в гостиной и замерла. В доме кто-то был. Я чувствовала это — лёгкое присутствие, чужое дыхание, нарушающее тишину. — Ты уверена, что в доме никого кроме нас нет? — спросил Деймон, и в его голосе появилась настороженность. — Я живу здесь одна, — сказала я, но сама уже не была в этом уверена. — Что происходит? — спросил Аларик. — В доме есть кто-то ещё, — ответила я и направилась на кухню. Он сидел за столом, положив ноги на стул, и пил чай из моей кружки. Доктор. В своём обычном костюме, с растрёпанными волосами и этой своей дурацкой улыбкой, которая одновременно бесила и успокаивала. — Бог ты мой, — выдохнула я. — Что ты здесь делаешь? — Прости, что без приглашения, — сказал он, отставляя кружку. — Я просто решил навестить тебя. — В десять часов вечера? — Я скрестила руки на груди. — Вообще-то я был здесь весь день, — признался он, и в его голосе не было и тени раскаяния. В дверях кухни показались Деймон и Аларик. — Ты не была дома весь день? — спросил Деймон, переводя взгляд с меня на Доктора. — Простите, что вмешиваюсь. — Да, — я шагнула вперёд, вставая между ними. — Это Джон Смит — мой старый друг. Я подмигнула Доктору, надеясь, что он сыграет по правилам. Он перевёл взгляд на парней, и на его лице появилось выражение вежливого любопытства. — Деймон Сальватор, — представился Деймон. — Аларик Зальцман, — добавил Аларик. — Давайте пройдём в гостиную, — предложила я, чувствуя, как напряжение нарастает. Мы прошли в гостиную и сели у камина. Деймон сразу же нашёл взглядом шкаф с алкоголем. — Есть что-нибудь выпить? — спросил он. — Посмотри вон там, — я кивнула в сторону шкафа. Он со скоростью вампира оказался у шкафа, открывая дверцы. — Деймон, — предостерегающе сказал Аларик. — А что? — Деймон обернулся, держа в руках бутылку. — Он же друг. Если что, я могу свернуть ему шею. Доктор посмотрел на меня. В его взгляде было что-то, что заставило меня напрячься. — Не смотри так на меня, — сказала я. — Можешь не переживать, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Я никому не скажу. — Можете спрашивать, что хотели узнать, — сказала я, садясь на диван. — Только сначала мне нужно кое-что тебе передать, — сказал Доктор. — А это не может подождать? — спросила я, чувствуя, как внутри нарастает раздражение. — Конечно, — он развёл руками. — Только имей в виду, я просидел здесь целый день. — Деймон, — я повернулась к нему. — Нет, нет, — он сел в кресло, разливая виски по стаканам. — Продолжайте выяснять отношения, мы подождём. Аларик опустился на диван рядом со мной. — Кэлли, — спросил он, — почему ты живёшь одна в таком большом доме? — Её муж так хотел, — ответил вместо меня Доктор. Деймон чуть не поперхнулся виски. — Муж? — переспросил он, уставившись на меня. — Он погиб несколько десятков лет назад, — добавил Доктор, и в его голосе послышалась какая-то странная нотка. — Закрой свой рот, — сказала я, глядя на него. — Кэлли, — Аларик посмотрел на меня, — во сколько тогда ты вышла замуж? Я не успела ответить. — Лет в восемьдесят за двухсотлетнего, — сказал Доктор с улыбкой. — И прожили они вместе пять миллиардов лет. Плюс-минус. Я смотрела на Доктора, чувствуя, как во мне закипает ярость. — Чего ты добиваешься? — спросила я тихо. — Хотите больше узнать о ней, — он кивнул в сторону Деймона и Аларика, — спрашивайте меня. — Кэлли, — Деймон подался вперёд, и в его глазах горело любопытство, — это правда? Ты была замужем пять миллиардов лет? — Да, — ответила я, чувствуя, как слова застревают в горле. — Твоего мужа звали Джек, не так ли? — спросил он. — Верно, — кивнула я. — Ты ему сказала? — спросил Доктор, глядя на меня. — Я с тобой не разговариваю, — отрезала я. — Так кто ты, если не вампир? — спросил Аларик. — Она что-то большее, чем человек, и что-то меньшее, чем Бог, — сказал Доктор, и в его голосе не было насмешки. — Я бы так не сказала, — покачала я головой. — А я бы сказал именно так, — возразил он. — Может, вас наедине оставить? — спросил Деймон, переводя взгляд с меня на Доктора. — Нет, — ответила я. — А ты тогда кто? — спросил Аларик, глядя на Доктора. — Повелитель времени, — ответил тот с лёгкой улыбкой. — Но не думаю, что вам о чём-то это говорит. — Деймон, — я повернулась к нему, — ты должен знать старые легенды. — Насколько старые? — спросил он, нахмурившись. — И какие? — В тех, где говорится о человеке из синей будки, — сказала я. — Да, — он кивнул, — что-то слышал. — Так это обо мне, — сказал Доктор. — Серьёзно? — усмехнулся Деймон. — Обо мне тоже легенды ходят, только в общем смысле. — Только я живой, — парировал Доктор. — Боже, — я закрыла глаза, — вы как дети. — Она права, — сказал Аларик. — Ладно, — Деймон откинулся в кресле. — Кэлли, ты не стареешь, по всему видимому бессмертна, можешь излечивать людей, тебе больше лет, чем нашей планете. Всё правильно? — Не совсем, — я покачала головой. — Я не бессмертна, только надо постараться, чтобы убить меня. — Да, только она возродится, — добавил Доктор. — Есть ещё одна легенда о создании мира, и, скорее всего, даже не так — я уверен, что она входила в этот состав, в состав создателей. Поэтому ей известно больше, чем остальным. — Вот откуда ты знаешь про Кэтрин, — сказал Деймон, и в его голосе прозвучало понимание. — Я знаю всю твою жизнь, — тихо сказала я. — Что ты пережил за эти годы, и знаю, что будет дальше. Точнее, буду знать. — Честно, — Аларик покачал головой, — я всё ещё не могу в это поверить. А как ты оказалась в Мистик Фолз? — Машина времени, — ответил Доктор. — Я выпала из неё здесь, — добавила я. — И, кстати, она снова у твоего дружка. — Он мне не дружок, — сказал Доктор. — Нет, дружок, — возразила я. — Он хотел тебя убить, ты хотел его спасти. — Я задам ещё один вопрос, — сказал Деймон, и его голос стал серьёзным. — Почему я смог пройти в твой дом без приглашения? Это ведь не потому, что ты не постоянный жилец? — Нет, — я покачала головой. — Я постоянный жилец. Просто… меня как бы нет. — Она стёрла себя с лица земли, — объяснил Доктор. — Её как бы не существует. Её нет в базе данных. Если вы пытались её найти, то должны понять. — А ещё, — Деймон посмотрел на меня, и в его взгляде было что-то новое, — моё внушение не действует на неё, и она единственная, кого я не хочу укусить. — Это на генном уровне, — сказал Доктор. — Она не поддаётся ничьей силе, если это не внутренняя или физическая. То есть на неё не действуют силы ведьм и тому подобное. Может быть, она и пытается выглядеть сильной и бесстрашной, но слабости у неё тоже есть. И мало того, что она может натворить. — Закрой рот, — сказала я, чувствуя, как во мне закипает злость. — Думаешь, я не знаю? — спросил он. — Ты мне не отец, чтобы… — начала я. — Я заменил его тебе, — перебил он. — Иди к чёрту, — сказала я, отворачиваясь. — А что случилось с твоей семьёй? — спросил Аларик, и в его голосе было искреннее сочувствие. — Я потеряла её в шестнадцать лет, — ответила я, чувствуя, как старые раны открываются с новой силой. — Когда встретилась с ним. Мне говорили, что опасно связываться с этим человеком, но какое мне было дело. — Ты бы не пошла со мной, если бы не хотела сбежать, — тихо сказал Доктор. — Ты сама этого хотела. — Я этого не отрицаю, — ответила я. — Ты хотела сбежать из дома? — спросил Деймон. — Да, — я посмотрела на него. — Шестнадцать лет, хотелось свободы. — А я думаю, хотелось забыть всё, что происходило в твоей семье, — сказал Доктор, и в его голосе не было осуждения. — А что происходило? — спросил Аларик. — Я не люблю об этом говорить, — ответила я. — То, что сделало её на первый взгляд бесчувственной, — сказал Доктор, — но она очень хорошо может скрывать свои настоящие эмоции. Знали бы вы, какой она была со мной первое время нашего знакомства. — Я могу быть такой и сейчас, — я злобно посмотрела на него, — если ты не закроешь свой рот. — Ты же не убьёшь его? — спросил Деймон, и в его голосе послышалась шутливая нотка. — Давно бы уже убила, — ответила я. — Подожди, — Аларик подался вперёд. — Так твои родители были людьми? — Да, — я кивнула. — Я выросла среди людей. Но мой дедушка был Повелителем Времени, и так получилось, что его гены передались мне. А прапрабабушка была ведьмой, а прапрапрапрадед был оборотнем. Так что мне повезло с родословной. — Даже очень, — усмехнулся Деймон. — Ты можешь обратиться? — Раньше могла, — ответила я. — Если бы, — вмешался Доктор. — Если бы ты обернулась волком, в таком бы обличии и осталась до конца своих дней, оберегая деревню. На это обращение было положено заклятие, чтобы никто не пострадал. — Может, в твоём роду были и вампиры? — спросил Деймон. — Очень может быть, — я пожала плечами. — Но я об этом не знаю. — Это навряд ли, — сказал Доктор. — Но всё же возможно. — Возможно, — согласилась я. — Помнишь, где стоит школа? — Да, — он кивнул. — И что? — Раньше вместо неё стояла церковь, — сказала я. — Но её снесли по неизвестным причинам, и только через десять лет стали строить школу. — Почему я узнаю об этом только сейчас? — спросил Доктор. — Ты никогда и не спрашивал, — ответила я. — Да и я думала, ты знаешь. — Откуда? — удивился он. — Действительно, — усмехнулась я. — Кэлли, — сказал Аларик, — это не по теме, но я просто спрошу: ты участвуешь в конкурсе «Мисс Мистик Фолз»? — Нет, — я покачала головой. — Не участвую. — Ты бы выиграла, — сказал Деймон, и в его голосе прозвучало что-то, что я не сразу распознала. — Поэтому и не участвую, — ответила я. — Одним словом, — усмехнулся Доктор, — она ненавидит платья. Все усмехнулись. — Напомни, почему я не могу тебя убить, — сказала я и кинула в него подушку. — А ты разве убивала? — спросил он, ловя подушку. — Смотря кого, — ответила я. — Машины не считаются, — сказал он. — Инопланетяне, — возразила я. — Вот это заявление, — сказал Деймон. — Я людей имел в виду, — сказал Доктор. — А ты разве человек? — спросила я. Парни усмехнулись. — Это не смешно, — сказал Доктор, но в его глазах я увидела смех. — Конечно, — я улыбнулась. — Да ладно тебе. Как тебя можно убить? Ты же мой самый любимый друг. — Это уже лучше, — он кивнул. — И пока я не забыл. Он достал из кармана конверт и протянул его мне. — Это задание? — спросила я, беря конверт. — Я не знаю, — ответил он. Я открыла конверт и начала читать. Почерк был знакомым до боли. «Любимая, это снова я. Прости, что ты всё это терпишь, но ты со всем справишься. Пожалуйста, не останавливайся и не одумывайся. Я знаю, как тебе тяжело, но надеюсь, тебе станет лучше, когда ты сможешь полюбить кого-то так же, как меня. И я очень этого хочу. Поэтому, если сейчас в твоём доме есть Доктор и вампир, то всё как надо». Я подняла глаза и поймала взгляд Деймона. «Я знаю, как он на тебя сейчас смотрит, и знаю, что он красив и хорош собой, и он нравится тебе, может, даже ты этого не осознаёшь. Зато я знаю тебя лучше всех, моя родная, моя дорогая и моя вечная любовь, Кэлли. А сейчас сожги это письмо в камине. Его никто не должен больше читать. Тебе не нужно его перечитывать, ведь ты всегда знаешь, что я всегда говорю в любой ситуации. А теперь, прошу, сделай это, сожги письмо». Я встала и, не говоря ни слова, бросила письмо в камин. Бумага вспыхнула, и я смотрела, как пламя пожирает слова, которые Джек написал для меня. — Почему я ведусь на это? — прошептала я, глядя, как пепел поднимается вверх. — Теперь мне здесь делать нечего, — сказал Доктор, вставая. — Я пошёл. Он подошёл ко мне, и я обняла его. Его объятия были тёплыми, привычными, и на секунду мне показалось, что всё не так уж плохо. — Уверен, что тебе пора? — спросила я. — Да, — он кивнул. — Мне пора. — Думаю, мне тоже пора, — сказал Аларик, поднимаясь. — Я всё узнал, что хотел. Деймон? Деймон не ответил. Он сидел в кресле, глядя на меня, и в его глазах было что-то, от чего у меня перехватило дыхание. Аларик ушёл, и мы остались вдвоём. Я стояла у камина, глядя на догорающие угли, и чувствовала, как он подходит ко мне. — Не знаю, что могло быть написано в том письме, чтобы сжечь его, — сказал он, протягивая мне стакан с виски. Я взяла стакан, чувствуя, как холод стекла обжигает пальцы. — Там было написано избавиться от него, — ответила я. Он усмехнулся. — Даже подумать не мог, что ты старше меня. — Давай не будем об этом, — попросила я. — Ты в порядке? — спросил он, и в его голосе я услышала искреннюю заботу. — Да, — я кивнула. — Всё хорошо. — Этот Джон Смит, — он помолчал, — вы с ним точно друзья? Я подняла бровь. — Просто, — он пожал плечами, — похоже, что он тот ещё козёл. — Нет, — я покачала головой. — Он не козёл. Просто на нервах. Всё-таки он ждал меня целый день. — Кстати об этом, — Деймон посмотрел на меня. — Где ты была весь день? — На учёбе, — ответила я. — А что? — Зачем тебе учиться? — удивился он. — Мне нравится, — я улыбнулась. — Может, мне и пять миллиардов лет, но я застыла на семнадцатилетнем возрасте. Так что это всего лишь цифры. — И какого это — быть самой старой ученицей? — спросил он. Я улыбнулась и слегка толкнула его плечом. — Ты улыбаешься, — сказал он, — а значит, моя цель достигнута. — Деймон, — я посмотрела на него, — насчёт Стефана. С ним всё будет хорошо, если тебе это интересно. — Мне интересно, почему ты помогаешь нам, — сказал он. — Я не могу иначе, — ответила я. — И это всего лишь малость, что я могу сделать. — Значит, ты герой? — спросил он, и в его голосе не было насмешки. — Нет, — я покачала головой. — Это совсем не так. Я приношу только боль. Он сделал глоток виски и посмотрел на меня. — А я так не думаю, — сказал он. — Просто ты так сильно притягиваешь к себе, что не хочется думать больше ни о чём. Он склонился ко мне, и я почувствовала запах виски и чего-то ещё, что было только его. — Деймон, — сказала я, — ты пьян. — Смотря от чего, — ответил он, и его губы коснулись моих. Поцелуй был мягким, почти невесомым, но я чувствовала в нём всю ту боль, которую он носил в себе годами. А потом он прижал меня к стене, и мир перестал существовать. --- Я проснулась в своей кровати, и первые лучи солнца пробивались сквозь шторы. Деймон спал рядом, и его дыхание было ровным, спокойным. Я смотрела на него, на его расслабленное лицо, на тёмные ресницы, отбрасывающие тени на скулы, и думала о том, как всё это неправильно. Как всё это странно и неправильно. Я осторожно встала, чтобы не разбудить его, и ушла в душ. Горячая вода смыла с меня остатки сна, но не смогла смыть чувство вины, которое поселилось где-то глубоко внутри. Когда я вернулась в комнату, Деймон уже проснулся. Он сидел на кровати, и его волосы были растрёпаны, а на лице застыло выражение ленивого довольства. — Доброе утро, солнышко, — сказал он, и его голос был хриплым со сна. — Доброе, — ответила я, направляясь на кухню. Я взялась за готовку — нужно было чем-то занять руки, чтобы не думать. Я разбила яйца, нарезала овощи, поставила сковороду на огонь. Деймон появился на кухне, когда я уже почти закончила. — Что-то не так? — спросил он, и я вздрогнула. В тот же момент я обожглась — горячее масло брызнуло на руку, и я отдёрнула пальцы. — Чёрт, — выдохнула я. Он оказался рядом раньше, чем я успела моргнуть. Его движения были быстрыми, точными — он включил воду, намочил полотенце и прижал его к моей руке. — Поверни руку вот так, — сказал он, поворачивая мою ладонь наружу. — Держи. Я взяла полотенце, чувствуя, как холод обжигает кожу. Он стоял так близко, что я чувствовала его дыхание на своей шее. — Деймон, — сказала я, поднимая на него глаза. — Что? — спросил он. — Мне ведь не нужно… — я убрала полотенце и посмотрела на руку. Кожа была чистой, без следа ожога. — Почему ты не сказала? — спросил он, и в его голосе прозвучало удивление. — Я не успела, — я пожала плечами. — Ты так быстро всё сделал. Я и опомниться не успела. — Ладно, — он отступил на шаг. — Мне нужно домой, узнать, как там Стефан. — Хорошо, — я кивнула. — Мне скоро на учёбу. — Мы же ещё встретимся сегодня? — спросил он, и в его голосе прозвучала нотка неуверенности. — Не знаю, — я отвела взгляд. — Возможно. — Тогда до встречи, — сказал он. — До встречи, — ответила я. Он улыбнулся и вышел, оставив меня одну на кухне с недожаренным завтраком и чувством, что я только что сделала что-то, о чём обязательно пожалею. --- Мы встретились на конкурсе «Мисс Мистик Фолз». Я стояла в стороне, наблюдая за происходящим, и чувствовала себя лишней среди этих девушек в блестящих платьях, которые боролись за титул, не имеющий никакого значения. Я пришла сюда не для того, чтобы смотреть на конкурс. Я пришла, потому что знала, что он будет здесь. Деймон нашёл меня быстро. Слишком быстро. — Давно тебя не видел, — сказал он, появляясь рядом. — Были кое-какие дела, — ответила я, не глядя на него. — Ты ненавидишь меня, — сказал он, и в его голосе не было вопроса. — С чего ты это взял? — Я повернулась к нему. — Ну, после проведённой вместе ночи, я думал, что увижу тебя в этот же день, — сказал он, и в его глазах мелькнула обида. — Мог бы позвонить, — пожала я плечами. — Я пытался, — он достал телефон и набрал мой номер. Из его телефона раздался механический голос: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». — Вот и попробуй дозвонись до тебя, — сказал он, убирая телефон. — Прости, — я покачала головой. — Я так и не включила телефон. — Ты от кого-то скрываешься? — спросил он, и в его голосе появилась настороженность. — Нет, — я вздохнула. — Просто есть человек, с которым я не хочу говорить. Точнее, не знаю, как ему сказать… — Что ты хочешь ему сказать? — спросил он. — Сказать, что мы больше никогда не встретимся, и чтобы он жил дальше, — ответила я. — Как иронично, — усмехнулся он. — Надеюсь, ты не мне хочешь это сказать. — Думаю, от тебя мне так быстро не отвязаться, — я улыбнулась. — Правильно думаешь, — кивнул он. — Почему ты стоишь здесь? — Мне и отсюда всё видно, — ответила я. — Ты так и не ответила, — сказал он. — Ты ненавидишь меня? — Деймон, — я посмотрела на него, — я не могу ненавидеть тебя. И любить тоже. — Но почему? — спросил он, и в его голосе прозвучала искренняя боль. — Всё дело в твоём муже? Вы что, были преданы друг другу всё это долгое время? — Нет, — я покачала головой. — Мы изменяли друг другу. Не говорили, конечно, этого, но прекрасно знали. Мы несколько раз разводились официально и неофициально. Но всё равно сходились. Нас очень сильно влекло друг к другу, что жить не могли. Словно помешаны на расставании, чтобы сойтись снова. — Ого, — он присвистнул. — Ты всё ещё любишь его. — Прошло уже двадцать пять лет, — сказала я, глядя в одну точку, — а я всё ещё пытаюсь забыть его, отпустить, но не получается. Меня так и тянет домой, которого нет. — Прошло сто сорок шесть лет, — тихо сказал Деймон, — а я не могу забыть Кэтрин. Я посмотрела на него. — Хотя мы не состояли в таких длительных отношениях, — продолжил он. — И я понимаю, что она та ещё стерва. — Деймон, — начала я. — Я-то в порядке, — он усмехнулся. — Тебе пришлось хуже. — Обычно я не жалуюсь, — сказала я. — Каким он был? — спросил он. — Любящим мужем, — я почувствовала, как к горлу подступает комок, — и заботливым отцом. — У вас были дети? — спросил он, и в его голосе было удивление. — Да, — я кивнула. — Четверо. Два сына и две дочки. — Я удивлён, что только четверо, — сказал он. — Ну, для меня беременность — это сложный процесс, — объяснила я. — Смотря сколько кровей смешано во мне и то, что моя внутренняя система изменена. Так что это не так-то просто залететь. — Но всё-таки можно, — заметил он. — Если постараться, — согласилась я. — Вы ведь не так просто разводились, — сказал он. — Он был слишком ревнивым, — я вздохнула. — А мне никогда не сиделось на месте. Хотелось побывать абсолютно везде. А его держала работа. Я могла несколько лет не появляться. Так что это частые скандалы. А потом ему совсем снесло крышу, он решил завладеть всем Нью-Йорком, всеми компаниями, и, конечно, незаконными способами. Так что мне пришлось останавливать его. Мне нельзя было оставлять его, и ему нельзя было отпускать меня. Мы пришли к этому только в конце, когда осознали, что на самом деле натворили. — Похоже, вы жили богато, — сказал Деймон. — Да, достаточно, — я кивнула. — Но мы не были голубых кровей. Никогда не зазнавались тем, что богаты, и жили как обычные люди. Для нас любовь стояла выше денежных средств. И, конечно, умели развлечься. — Это тебя опустошает, — тихо сказал он. — Ты закрылась в себе, прикрываясь безразличием. Ты думаешь, что никогда не сможешь полюбить кого-то так же сильно. — Я была влюблена в него с первого взгляда, — призналась я. — Хотя я никогда не позволяла себе так делать. Но он был исключением. — Может, в этот раз всё по-другому, — сказал он. — Я не могу этого знать, — я покачала головой. — Что мне сто процентов не известно, так это то, что со мной может случиться в ближайшие пять минут, не говоря уже о днях, неделях, месяцах, годах. — Как же ты с этим живёшь? — спросил он. — Отлично, — я усмехнулась. — Каждый раз натыкаюсь на приключения. — Я помолчала. — Я не спросила, как Стефан. Как он? — Он в порядке, — ответил Деймон. — Вернулся к старой скучной прежней беличьей жизни. — Кое-что ещё, — сказала я, вспомнив. — Элизабет встречалась с Джоном Гилбертом в юности. Елена — их дочь. Вот сходство ДНК Елены и Джона. Я протянула ему конверт, который приготовила заранее. Он взял его, и я увидела, как меняется его лицо. — Серьёзно? — спросил он. — Значит, вот чем ты занималась всё это время. — Да, — кивнула я. — И Джон убил Перл. — Что? — Он нахмурился. — А её дочь? — Она была с братом Елены в это время, — сказала я. — Пришла попрощаться с ним. — Тебе даже такие вещи известны, — сказал он, и в его голосе было удивление. — Перестань, — я покачала головой. — И ту вещь, что дала тебе Перл, нужна Элизабет, а она стоит пасынком к Кэтрин. — Значит, она его не получит, — сказал он. — Ага, — я улыбнулась. — Что-то ещё? — спросил он. — Нет, — я покачала головой. — Больше ничего. — С вами приятно иметь дело, Кэлли Тейн, — сказал он, и в его голосе прозвучало что-то, что я не сразу распознала. — Ещё бы, — усмехнулась я. — Ты уверена, что не хочешь посмотреть поближе? — спросил он, кивая в сторону сцены. — А чего смотреть? — я пожала плечами. — Победит Кэролайн. — Я думал, ты за Елену, — удивился он. — А ты влюблён в неё, — сказала я, и он замер. Я посмотрела на него. — Извини, — я покачала головой. — Иногда мне лучше держать язык за зубами. — Не хочешь выпить? — спросил он, и я увидела, как он взял себя в руки. — Думаю, да, — согласилась я. --- Мы ушли в бар. Я заказала бурбон, он — то же самое, и мы сидели в углу, глядя на бутылки, выстроившиеся за стойкой. В баре было тихо — большинство жителей Мистик Фолз были на конкурсе. — Ты ведь не можешь знать всё наверняка, — сказал он, когда мы уже выпили по второму стакану. — Ну, это как сказать, — я задумалась. — Обычно я не ошибаюсь. — Ладно, — усмехнулся он. — Можешь не доверять мне, если хочешь, — сказала я. — Нет, нет, — он покачал головой. — Я доверяю тебе. — Он помолчал. — Доверяешь ли ты мне? Я посмотрела на него. — Наверное, — ответила я. — Кстати, с тобой хочет встретиться мой брат, — сказал он. — И зачем же? — спросила я. — Сказал, что хочет выразить свою благодарность тебе, — ответил он. — Ясно, — я кивнула. — А ты ему рассказал? — Да, — сказал он. — И не страшно со мной общаться? — спросила я. — Шутишь? — Он усмехнулся. — Ты единственный человек, к которому я почувствовал жалость. — Иди на хрен, — сказала я, чувствуя, как во мне закипает злость. — Меня не нужно жалеть. — Ты же себя не жалеешь, — сказал он, и в его голосе не было насмешки. — Хоть и чувствуешь всю боль. Ты же не можешь отключить человечность. А могу я это сделать. — Нет, — я покачала головой. — Я скорее покончу с собой, чем признаю, что мне нужна поддержка. — Нужно будет постараться, — сказал он. — Да, — я усмехнулась. — Как не пыталась, видишь, я всё ещё жива. Он посмотрел на меня долгим взглядом. — Из-за чего? — спросил он. — У меня много причин, — я отвела взгляд. — Я живу слишком долго. — Думаю, главная причина в твоём усопшем муже, — сказал он. — Он не исключение, — ответила я, но мы оба знали, что это неправда. — Он никогда не был исключением, — раздался голос рядом. Я обернулась. Доктор стоял за моей спиной, и на его лице было то выражение, которое я так хорошо знала — смесь беспокойства и решимости. — Я думала, ты ушёл, — сказала я. — Да, — он сел рядом со мной, — но посчитал, что должен вернуться за тобой. — О чём ты? — спросила я, чувствуя, как внутри нарастает тревога. — Ты ещё не видела? — спросил он. — Перед тобой встал важный выбор. Я достала телефон, который наконец включила, и увидела сообщение. От Джека. «Кэлли, есть кое-что ещё. Появился выбор. В твоей комнате, в шкафу ты найдёшь ту самую вещь, которая дала тебе такую жизнь. И выбор за тобой». Я посмотрела на Доктора. — Нет, — сказала я. — Ага, — кивнул он. — Это шутка? — спросила я. — Иди и проверь, — ответил он. — О чём вы? — спросил Деймон, переводя взгляд с меня на Доктора. — Я позвоню тебе, — сказала я, вставая. — Ладно, — кивнул он, но в его глазах я увидела тревогу. Я и Доктор вышли из бара и направились к моему дому. Всю дорогу мы молчали, и я чувствовала, как напряжение нарастает с каждым шагом. --- Дома я поднялась в свою комнату и открыла шкаф. На верхней полке, там, где я обычно держала запасные простыни, лежала шкатулка. Я узнала её сразу — тёмное дерево, серебряные узоры, та самая шкатулка, которую Джек подарил мне в нашу первую годовщину. Я открыла её. Внутри на бархатной подушке лежал кристалл. Он светился тусклым золотистым светом, и я чувствовала, как от него исходит тепло. — Она сможет вернуть тебя оттуда, откуда всё началось, — сказал Доктор, стоя в дверях. — То есть? — спросила я, не отрывая взгляда от кристалла. — Когда тебя стёрли с лица земли, твои данные, — объяснил он. — И эта штука может вернуть тебя в тот момент, когда ты это сделала. Твоя семья вернётся, и будешь жить обычной человеческой жизнью. — А все эти годы? — спросила я. — Ты будешь думать, что это был всего лишь сон, — сказал он. — И вскоре забудешь об этом. — Но ведь… — начала я. — Кэлли, — он подошёл ближе, — Джека больше нет, и тебе решать, как действовать. Либо ты смиришься с его потерей сейчас, начнёшь отношения с вампиром, — он сделал паузу, — либо же ты предпочтёшь забыть его, вернувшись к своей семье и думая, что всё, что было, — лишь фантазия, про которую ты вскоре забудешь. — Сколько у меня времени на раздумье? — спросила я, закрывая шкатулку. — Неделя, — ответил он. — Не больше. — Ему бы не понравился ни один из вариантов, — сказала я, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. — Да, я знаю, — тихо сказал Доктор. — Только его нет. И поэтому нет такого варианта, который бы он одобрил. Но ты знаешь, что он всегда был на твоей стороне. Слёзы потекли по моим щекам. — Мне его не хватает, — прошептала я. Доктор обнял меня, и я уткнулась лицом ему в плечо, чувствуя, как его руки обхватывают меня. — Знаю, — сказал он. — Знаю. --- Я пришла на парад основателей как зритель. Толпа гудела, музыка играла, и всё это казалось мне каким-то нереальным, словно я смотрела на чужую жизнь через мутное стекло. Деймон нашёл меня почти сразу. — Кто-то собирался позвонить, — сказал он, и в его голосе я услышала обиду. — Да, прости, — я вздохнула. — Я… у меня есть новость. — Надеюсь, это не плохая новость, — сказал он, и в его глазах мелькнула тревога. Я заметила Бонни, стоящую в толпе. — А ты поблагодарил Бонни? — спросила я. — Ещё нет, — сказал он. — Я быстро. Он подошёл к Бонни, поговорил с ней и вернулся ко мне. — Так что это за новость? — спросил он. — Здесь слишком шумно, — сказала я, чувствуя, как слова застревают в горле. Мы вышли из толпы и отошли к старому дубу, который рос в дальнем конце парка. Здесь было тихо, только ветер шелестел листьями, и мы стояли в тени, глядя друг на друга. — Я уезжаю, — сказала я. — Нет, — он покачал головой. — Ты не можешь. Мы ведь так хорошо работали вместе. — Деймон, — я вздохнула, — мне очень жаль. — Сколько у тебя времени? — спросил он. — Двадцать минут, — ответила я. — Может, есть то, что я должен знать? — спросил он. — Нет, — я покачала головой. — Всё должно пройти, как должно быть. — Почему? — спросил он, и в его голосе прозвучала горечь. — Не мне решать судьбу, — ответила я. — Но ты можешь исправить, — сказал он. — Не могу, — я покачала головой. — Пусть это будет единственное, во что я не буду вмешиваться. Могу сказать только то, что Кэтрин вернётся, и очень скоро, и откроется ещё одна легенда. — Не представляю, как теперь жить без тебя, — сказал он, и его голос был тихим. — Как обычно, — я пожала плечами. — Я не знаю. — Может, тебе не нужно уходить? — спросил он, делая шаг ко мне. — Ты ведь можешь остаться здесь. Пожалуйста. — Деймон, — я подняла на него глаза, — я не могу. Я так давно потерялась, и у меня появился шанс вернуться домой. — Но при этом ты всё забудешь, — сказал он. — Со временем, — кивнула я. — Я знаю, как это тяжело. — Тогда не оставляй меня, — сказал он, беря меня за руку. Его пальцы были прохладными, но я чувствовала, как они дрожат. — Я люблю тебя. Слова повисли в воздухе, и я почувствовала, как сердце пропустило удар. — Я тебя тоже, — ответила я. — Но остаться не могу. — Почему нет? — спросил он, и в его голосе была боль. — Деймон, пожалуйста, — я покачала головой. — Не задавай вопросов. Просто так нужно. — Ты просто сама не знаешь, чего ты хочешь и как нужно поступить, — сказал он, и его голос стал жёстче. — Всё, о чём ты думаешь, — это твой муж. Кэлли, он умер, и его не вернуть. — Если только я не вернусь к тому времени, с чего всё началось, — тихо сказала я. — Ты с ума сошла? — Он отпустил мою руку. — А всё это? — Извини, — я покачала головой. — Я сделала свой выбор. — Ты не понимаешь, — сказал он, и я увидела в его глазах то, что пыталась не замечать всё это время. Отчаяние. — Может, и так, — согласилась я. — Но я не могу так жить. Может, когда всё это забуду, мне станет легче. Я буду жить как нормальный человек. — Но ты можешь жить и здесь, — сказал он. — Нет, не могу, — ответила я. — Тогда прощай, Кэлли, — сказал он, и его голос был холодным. — Прощай, Деймон, — ответила я. — Я буду ненавидеть тебя за это, — сказал он. — Я понимаю, — кивнула я. Он развернулся и ушёл, не оглядываясь. Я смотрела ему вслед, чувствуя, как слёзы застилают глаза, и не могла заставить себя позвать его обратно. --- Я пришла домой. Доктор ждал меня в гостиной, сидя у камина с чашкой чая. — Готова? — спросил он, когда я вошла. — Да, — ответила я. — Только у меня к тебе одна просьба. — Какая? — спросил он. — Сначала мы приземлимся в деревне Алингемов, — сказала я. — Я хочу попрощаться с Эдмундом. Он кивнул, и мы вошли в ТАРДИС. --- Мы приземлились в деревне, и я вышла из синей будки одна. Утро было холодным, и туман стелился по земле, скрывая знакомые очертания домов. Я подошла к воротам дома Алингемов и стала ждать. Я не ждала долго. Эдмунд вышел из дома, и когда увидел меня, его лицо озарилось улыбкой. — Кэлли, — сказал он, подходя ко мне. — Я думал, что больше не увижу тебя. Ты в порядке? Я смотрела на него и еле сдерживала слёзы. Он был таким же, как я его запомнила, — тёплым, живым, настоящим. — Да, — я кивнула. — Я пришла попрощаться с тобой. — Нет, — сказал он, и его улыбка погасла. — Спасибо, что составил мне компанию, — сказала я, чувствуя, как голос дрожит. — Мы хорошо провели время. И прости, что всё так произошло. — Вообще-то это спасибо тебе за то, что взяла меня с собой, — сказал он, и его голос был твёрдым. — Это же я увязался за тобой. Ты самый особенный человек в моей жизни. Не знаю, как бы всё было, если бы тебя не было. Ты показала мне то, о чём я даже мечтать не мог, не знал, что можно так жить. Это самое чудесное, что со мной произошло за всю жизнь. — Я рада, что теперь у тебя другие взгляды на жизнь, — я улыбнулась сквозь слёзы. — Только я надеюсь, что ты правильно распорядишься ими. — Я люблю тебя, — сказал он. Слеза скатилась по моей щеке. — Ты чего? — Он обнял меня, и я чувствовала тепло его тела, слышала биение его сердца. — Ты чего? — Я тоже тебя люблю, — прошептала я. — Прощай, Эдмунд. Я отстранилась, повернулась и пошла к ТАРДИС, не оглядываясь. --- — Ты точно уверена? — спросил Доктор, когда я вошла. — Да, — ответила я. — Обратного пути не будет, — предупредил он. — Уверена, — сказала я, и в моём голосе не было сомнений. Он кивнул и запустил двигатели. --- Мы прилетели на базу Джудунов. Холодный свет металлических коридоров, запах озона и тишина, которая давила на уши. Я прошла в центр управления, где когда-то стёрла свои данные. — Ты будешь здесь? — спросил Доктор, останавливаясь у входа. — Нет, — я покачала головой. — Подожди меня в ТАРДИС. Он кивнул и ушёл, оставив меня одну. Я подошла к пульту, на котором когда-то нажимала эти проклятые кнопки. Кристалл, который дал мне Джек, лежал в моей руке, пульсируя тёплым светом. Я закрыла глаза. Передо мной пронеслись лица — Джек, Эдмунд, Деймон, Доктор, мои дети, которых я больше никогда не увижу. Все те годы, все те битвы, вся та любовь и вся та боль. — Простите меня, — прошептала я. Я вставила кристалл в паз и нажала кнопку запуска. Свет ослепил меня, и мир исчез. --- Я лежала на кровати в своей комнате. За окном светило солнце, и где-то внизу мама разговаривала с отцом. Всё было как всегда. Всё было как прежде. Я села, чувствуя, как странный сон ускользает из памяти. Там было что-то важное. Что-то, что я должна была помнить. Но с каждым мгновением воспоминания таяли, как утренний туман. — Кэлли! — крикнула мама снизу. — Завтрак готов! — Иду! — ответила я, вставая с кровати. Я оглянулась на шкаф. Что-то притягивало меня к нему, какой-то смутный образ, который никак не хотел обрести форму. Я подошла, открыла дверцу. На верхней полке, за простынями, лежала шкатулка. Я открыла её. Внутри было пусто. Странное чувство потери накрыло меня, но я не могла понять, что именно потеряла. Я закрыла шкатулку и поставила её на место. — Кэлли! — снова крикнула мама. — Иду! — я вышла из комнаты, закрывая за собой дверь. Сон ускользнул окончательно, оставив только лёгкую грусть, которой не было объяснения. Я спустилась вниз, к семье, к своей обычной жизни, и не знала, что где-то в другой реальности, в другой вселенной, синяя будка стоит на пустынной планете, и человек в костюме смотрит на пульт, за которым больше никого нет. — Прощай, Кэлли, — тихо сказал Доктор и запустил двигатели. ТАРДИС исчезла в пространстве и времени, оставив после себя только тишину. ---