Часть 3

Вот третья глава фанфика «Душа знает потребности». Глава 3. Четверо против тьмы Утро понедельника в участке Силвер-Крика началось с того, что сломался кофеварка. Рио стоял у аппарата и смотрел, как коричневая жижа медленно, с оскорбительным достоинством, сочится из-под прокладки, заливая столешницу. Рядом матерился сержант Дэвис, пытаясь перекрыть воду. — Две недели, — бормотал Дэвис, тряся тряпкой. — Две недели проработала, и на тебе. Как назло, когда нормальных людей в участок привели. — Вы про нас? — Рио взял бумажные полотенца и принялся помогать. — Про всех, — огрызнулся Дэвис, но без прежней злости. После гибели Моррисона он стал каким-то притихшим. — Городские, говорите? А у нас тут техника — она городского не любит. Ей местное подавай, проверенное. — Кофеварка тоже местная патриотка? — раздался голос за спиной. Рио обернулся. Макс стоял в дверях, сжимая в руке термос. Темные волосы чуть взлохмачены, под глазами — тени после ночной работы с записями, но улыбка оставалась прежней, открытой. — Я, может, и городской, — Макс подошел к кофеварке, окинул ее оценивающим взглядом, — но кофе варю такой, что местные патриоты в обморок падают. Держите, — он протянул термос Дэвису. — Свежий, домашний. Дэвис взял термос с подозрением, понюхал, и его лицо медленно расплылось в блаженной улыбке. — Это… это вы сами? — Секретный семейный рецепт. Жены, если честно. Она у меня вообще талант — и кофе варить, и преступников ловить. — Это та, новенькая? Лан Круз? — Она самая. Дэвис хмыкнул, отхлебнул еще, и Рио увидел, как в его глазах впервые за все время мелькнуло что-то похожее на уважение. — Ладно, — сказал Дэвис, забирая термос с собой. — Кофеварку тут оставьте. Я потом разберусь. А вы… работайте. Когда он ушел, Рио тихо спросил: — Подлизываешься? — Устанавливаю контакты, — Макс поправил очки, которых Рио раньше на нем не замечал. — Это называется «мягкая сила». Лина учила. — Лина тебя учила? — А ты думаешь, в нашей семье кто главный стратег? Я просто техническое обеспечение. А вот она, — он кивнул в сторону коридора, где как раз появилась Лина в форме патрульной, — она мозг, воля и стальной кулак в бархатной перчатке. Лина подошла к ним, и Рио заметил, как изменилась ее походка. Дома она была мягкой, улыбчивой. Здесь, в форме, она двигалась иначе — пружинисто, собранно, как хищник, готовый к броску. — Что за совещание в коридоре? — спросила она, переводя взгляд с мужа на Рио. — Анна где? — Рапорт дописывает, — Рио посмотрел на часы. — Через пятнадцать минут у нас теоретически перерыв. Но учитывая, что начальство вялое, можно устроить… — Оперативку, — закончила Лина. — У нас дома. Я закажу пиццу. — Ты и пиццу закажешь? — удивился Макс. — Ты же говорила, что в этом городе пиццу делают из картона и сыра по переписке. — В этом городе, — Лина понизила голос, — все делается по переписке. Но мы приспособимся. В двенадцать у меня патруль на час, у вас, — она посмотрела на Рио, — тоже. Давайте в час тридцать. Анну предупреди. Она развернулась и ушла, не дожидаясь ответа. Макс проводил ее взглядом. — Вот так она всегда, — сказал он с улыбкой, в которой сквозила нежность. — Командует. А я подчиняюсь. Счастлив в браке, знаете ли. — Знаю, — Рио кивнул. — Я тоже. --- В час тридцать они собрались в гостиной Лан Крузов. Анна пришла с ноутбуком, на котором открыла несколько файлов. Макс притащил с работы второй монитор и подключил к своему компьютеру. Лина расставила тарелки с пиццей, которая, вопреки ее опасениям, оказалась вполне съедобной, и бутылки с холодным чаем. — Так, — Рио закрыл дверь, убедился, что шторы задернуты. — Давайте по порядку. Что у нас есть? — Я начну, — Макс развернул монитор к остальным. — Я прогнал все записи с камер за последние пять лет. Те, что сохранились. Семь случаев, о которых мы говорили вчера, плюс еще три, которые я нашел в архивах городских служб. Но с ними сложнее — записи частично стерты. — Стерты? — переспросила Анна. — Случайно? — Случайно файлы не стираются с трех независимых серверов одновременно, — Макс покачал головой. — Кто-то чистил базы. Профессионально, но не идеально. Я восстановил фрагменты. На экране появилось размытое, дергающееся изображение. Ночь, пустая улица, старые дома. И вдруг — вспышка, и темная фигура, слишком большая для человека, проносится через кадр. — Это то же самое, что мы видели в записи со склада, — сказал Рио. — То же самое, но более раннее. Это дело двухлетней давности. Жертва — Мартин Коул, пятьдесят два года, охранник на лесопилке. Найден мертвым на рабочем месте. Причина — остановка сердца. — Никаких следов насилия, — добавила Лина, просматривая свои заметки. — Я проверила по базе. Жена заявила, что он был абсолютно здоров. Утром перед смертью прошел медосмотр. Врач дал заключение — годен без ограничений. — А что насчет того, что он видел? — спросила Анна. — Были ли какие-то жалобы, заявления? — Ничего официального, — Лина покачала головой. — Но я нашла кое-что другое. Его коллега, который работал с ним в ту смену, давал показания. Сказал, что Коул отлучился проверить дальний склад и вернулся… странным. — Странным? — Рио нахмурился. — Цитата: «Он был бледный, как мел, и все оглядывался. Я спросил, что случилось, а он сказал: "Там что-то есть. Я видел. Но его не может быть, потому что такого не бывает"». В комнате повисла тишина. — Такое не бывает, — медленно повторил Макс. — Та же фраза, что и в рапорте Фостера. — И в показаниях свидетелей по делу Моррисона, — добавил Рио. — Я просматривал протоколы допросов. Офицер, который первым прибыл на склад, сказал, что Моррисон перед смертью звонил диспетчеру и сказал: «Здесь что-то неправильное». — «Неправильное», — Лина постучала пальцем по столу. — Не «кто-то», а «что-то». Как будто он не мог описать, что именно увидел. — Или боялся, — сказала Анна. — Или и то, и другое, — Макс развернулся к клавиатуре. — Я сейчас покажу кое-что. То, что я нашел вчера ночью. Не пугайтесь. Он открыл файл. На экране появилось изображение со старой камеры наблюдения — угловое, зернистое, с пометкой датой: три года назад. — Это камера у въезда в город. Единственная, которая смотрит на старую дорогу через лес. Обычно ее никто не проверяет, потому что там почти нет трафика. — Почти? — переспросил Рио. — Смотрите, — Макс запустил видео. Ночь. Лесная дорога, пустая. Луна едва пробивается сквозь облака. И вдруг — на периферии кадра появляется движение. Сначала Рио подумал, что это тень от облака, но тень двигалась неправильно. Она не скользила по земле — она стояла вертикально, как человек, но выше любого человека. Выше и… шире. — Что это? — выдохнула Анна. — Не знаю, — Макс поставил на паузу. — Я увеличил контраст, прогнал через фильтры. Вот что получилось. Он нажал клавишу, и изображение стало чуть четче. Теперь они видели силуэт — неопределенный, размытый по краям, словно он состоял не из плоти, а из сгустившегося воздуха. У него не было четких черт лица, но было ощущение, что он смотрит прямо в камеру. Смотрит и… — Оно движется, — тихо сказала Лина. — К камере. Макс кивнул и снова запустил видео. Фигура приближалась. Не шла — плыла, не касаясь земли. С каждым кадром она становилась больше, заполняя собой весь экран. А потом — помехи, снег, и запись обрывается. — В этот момент камера вышла из строя, — сказал Макс. — Формально — перегрев матрицы. Но температура в ту ночь была минус пять. — Камера просто… сгорела? — спросил Рио. — Сгорела. Я проверил журналы техобслуживания. Ее заменили на новую. Никто не задавал вопросов, потому что никто не смотрел эту запись. До меня. Рио откинулся на спинку стула, чувствуя, как внутри разрастается холод. — У нас есть что-то, что убивает людей. Что-то, что не поддается описанию. Что-то, что может выводить из строя электронику одним своим присутствием. И кто-то в городе об этом знает. — Или кто-то это призвал, — тихо сказала Лина. Все повернулись к ней. — Что ты имеешь в виду? — спросил Макс. Лина помолчала, собираясь с мыслями. Она смотрела в окно, где за стеклом медленно сгущались сумерки. — В моей старой работе, — начала она, — было одно дело. Не здесь, в другом городе. Серия странных смертей, все как у нас — внезапно, без причин, без следов. Мы тогда списали на газ, на экологию, на что угодно. А потом нашли одного выжившего. — Выжившего? — Анна подалась вперед. — Он прятался в подвале. Был в ужасе, не мог говорить три дня. А когда заговорил, сказал, что видел «того, кого призвали». Сказал, что в городе был ритуал. Что кто-то открыл дверь. — Открыл дверь, — повторил Рио. — Для чего? — Для защиты, — Лина посмотрела на него. — Или для мести. Или для власти. Я не знаю. Дело закрыли, выживший через месяц умер в больнице. Остановка сердца. — И ты думаешь, здесь то же самое? — спросил Макс. — Я думаю, — Лина вздохнула, — что мы имеем дело с чем-то, что не подчиняется обычной логике. И если мы будем расследовать это как обычное убийство, мы ничего не найдем. Нужно копать глубже. — Глубже — это как? — спросил Рио. — История города. Местные легенды. Старые записи. Если здесь был ритуал, если что-то призвали, то об этом должны были остаться следы. В архивах, в библиотеке, в памяти стариков. — В памяти тех, кто еще жив, — добавила Анна. — Именно. Они замолчали. Пицца остыла, чай в бутылках стал теплым. За окном совсем стемнело. — Значит, — Рио нарушил тишину, — мы делимся. Я и Анна работаем с архивами участка. Макс, ты продолжаешь с записями. Лина, ты — городская библиотека и старые жители. У тебя есть преимущество — ты в патруле, у тебя есть законный повод разговаривать с людьми. — Согласна, — Лина кивнула. — Но есть еще кое-что, — Макс поднял палец. — Мы должны быть осторожны. Если кто-то чистил базы данных, если кто-то закрывает эти дела, значит, есть люди, которые не хотят, чтобы правда вышла наружу. И они могут быть не только в администрации. — Ты про Ларсенов? — спросила Анна. — Про всех, — Макс посмотрел на Рио. — Твой капитан, например. Он не дурак. Если он увидит, что мы копаем слишком глубоко… — Он уже увидел, — Рио криво усмехнулся. — Но пока не мешает. Я думаю, он считает нас просто слишком усердными новичками, которые со временем успокоятся. — А мы не успокоимся, — сказала Лина. — Нет, — Рио покачал головой. — Не успокоимся. --- На следующее утро Рио проснулся раньше будильника. Он лежал, смотрел в потолок и прокручивал в голове вчерашние записи. Темная фигура, плывущая над землей. Камера, сгоревшая от одного присутствия. Люди, умиравшие от страха — или от чего-то более страшного. — Ты не спишь, — рядом пошевелилась Анна. — Опять думаешь о деле? — Прости, разбудил. — Не разбудил, — она придвинулась ближе, положила голову ему на плечо. — Я тоже не спала. Думала о том, что сказала Лина. О ритуале. — Думаешь, это возможно? — Не знаю, — Анна вздохнула. — Я полицейский, Рио. Я верю в улики, в доказательства, в то, что можно потрогать руками. А это… это как-то… — Неправильно? — подсказал он. — Неправильно, — согласилась она. — Но это не значит, что неправда. — Ты веришь в это? Анна помолчала. Потом села на кровати, обхватив колени руками. — Я верю в то, что видела на складе, — сказала она тихо. — Я верю в холод, который там был. В тьму, которая была чернее обычной тьмы. И я верю, что Моррисон не умер своей смертью. Рио сел рядом, обнял ее. — Мы разберемся, — сказал он. — Вместе. — Вместе, — она повернулась к нему. — Рио, а ты не жалеешь, что мы сюда переехали? — Ни секунды, — ответил он честно. — Потому что здесь я с тобой. А все остальное — решаемо. Она улыбнулась, и в этой улыбке было столько тепла, что утренний холод за окном перестал иметь значение. — Пошли, — она потянула его за руку. — Сделаем кофе и начнем работать. А то Макс и Лина нас уже, наверное, заждались. --- В участке их ждал сюрприз. Макс стоял в своем кабинете — тесной комнатушке, заставленной мониторами и серверами, — и выглядел так, будто не спал всю ночь. Что, как выяснилось, было правдой. — Я нашел кое-что, — сказал он, едва они вошли. — Не пугайтесь. — Твое любимое выражение, — заметила Лина, которая уже сидела в кресле у стены, попивая кофе из термоса. — Что на этот раз? Макс развернул к ним монитор. — Я прогнал все записи с камер за последние пять лет через алгоритм распознавания аномалий. Тот, что я написал еще на старой работе. И вот что получилось. На экране появилась карта Силвер-Крика, усеянная красными точками. — Каждая точка — это зафиксированная аномалия. Помехи на камерах, скачки напряжения, необъяснимые показания датчиков движения. Смотрите на закономерность. Он нажал клавишу, и точки начали соединяться линиями, образуя концентрические круги. — Все аномалии происходят в радиусе двух километров от одной точки. Вот здесь, — он увеличил карту. — Старое кладбище на Холмовой улице. Или, как его называют местные, Кладбище Забытых. — Кладбище Забытых, — повторила Анна. — Я видела это название в старых рапортах. Там давно никого не хоронят. — Именно, — Макс кивнул. — Но активность вокруг него — самая высокая. И вот что еще интересно. Он открыл другой файл. Это была таблица с датами. — Каждая смерть, которую мы нашли, произошла в ночь, когда фиксировалась максимальная аномальная активность. Вот, смотрите. Моррисон — пик активности за последние полгода. Коул — пик двухлетней давности. Фостер — тоже. — Как будто оно выходит на охоту, — тихо сказала Лина. — Или его выпускают, — добавил Рио. — Ты говорила о ритуале. Что, если это регулярный ритуал? — Регулярный? — Макс перевел взгляд на карту. — Точки распределены неравномерно. Есть периоды затишья по полгода, а есть — по две-три смерти за месяц. — Может, зависит от фазы луны? — предположила Анна. — Или от времени года? — Я проверял, — Макс покачал головой. — Нет никакой корреляции с природными циклами. Но есть кое-что другое. Посмотрите на даты. Он выделил несколько дат. — Это смерти, которые произошли вскоре после того, как в городе происходили важные события. Сделки с недвижимостью, перераспределение земельных участков, получение крупных контрактов. — И кто выигрывал от этих событий? — спросил Рио, хотя уже знал ответ. — Ларсены, — сказал Макс. — Каждый раз. Тишина в комнате стала тяжелой. — Ты хочешь сказать, — медленно произнесла Лина, — что Ларсены каким-то образом связаны с этими смертями? Что они… используют эту сущность для устранения конкурентов? — Я ничего не хочу сказать, — Макс поднял руки. — Я просто показываю факты. А факты таковы: каждый раз, когда Ларсены получают что-то ценное в городе, за несколько дней до этого происходит странная смерть. Или серия смертей. — Но это же… — Анна не договорила. — Безумие? — подсказал Рио. — Да. Но у нас есть семь трупов, сгоревшие камеры и записи того, чего не может быть. Так что безумие уже случилось. Мы просто пытаемся его понять. --- В дверь постучали. Все четверо мгновенно замолчали. Рио жестом показал Максу свернуть карту, а Лина накинула куртку, делая вид, что только что зашла. — Войдите, — сказал Макс. Дверь открылась, и на пороге появился сержант Дэвис. Он перевел взгляд с Макса на Рио, на Анну, на Лину. — Совещание? — спросил он с подозрением. — Обсуждали технические неполадки, — Макс улыбнулся своей открытой улыбкой. — Камеры барахлят, пришлось привлекать дополнительную рабочую силу. — Рабочую силу, — Дэвис хмыкнул. — А патрульная Лан Круз тут при чем? — Я просто зашла узнать, как идет настройка, — Лина пожала плечами. — У нас в патруле тоже мониторы зависают. Думала, может, проблема общая. Дэвис посмотрел на нее долгим взглядом. Рио заметил, что сержант относится к Лине с уважением, смешанным с настороженностью. Слишком быстро она вписалась, слишком много знала. — Ладно, — сказал он наконец. — Капитан просил передать: через час совещание по текущим делам. Всем быть. Он вышел, закрыв за собой дверь. — Торопиться некуда, — сказала Лина, когда шаги Дэвиса стихли в коридоре. — Он ничего не понял. — Но скоро поймет, — Рио покачал головой. — Если мы будем так часто собираться, это вызовет вопросы. Нужно быть осторожнее. — Значит, меняем тактику, — Макс потер подбородок. — Встречаемся только здесь, в моем кабинете. Я скажу, что настраиваю оборудование и мне нужна помощь. Формально — все в рамках. — А информацию будем передавать через зашифрованные каналы, — добавила Лина. — Я знаю пару способов. — Ты знаешь? — удивилась Анна. — В моей старой работе, — Ответила Лина приходилось общаться с людьми, которые не любили, когда их разговоры прослушивают. — И что это была за работа? — спросил Рио. Лина и Макс переглянулись. — Это долгая история, — сказал Макс. — Но если коротко… мы работали в структуре, которая занималась не совсем обычными делами. — Не совсем обычными? — Анна нахмурилась. — Помнишь, я говорил о десяти процентах случаев, которые не имеют рационального объяснения? — Макс посмотрел на нее. — Я работал с теми десятью процентами. И Лина тоже. — Вы были в… отделе по расследованию аномалий? — Рио не смог скрыть удивления. — Неофициальном, — Лина кивнула. — Нас не афишировали. Но мы видели такое, от чего у обычных полицейских волосы седеют. И поэтому, когда вы рассказали о том, что происходит в Силвер-Крике, мы сразу поняли — это наша тема. — И поэтому вы переехали именно сюда? — догадалась Анна. — Это не было случайностью? Макс помолчал, потом медленно кивнул. — Мы получили данные из мониторинга. Пять лет в Силвер-Крике фиксировались аномалии. Обычно их списывали на технические сбои, но мы… мы знали, что это значит. Нас отправили разобраться. — Отправили? — Рио почувствовал, как внутри закипает раздражение. — Вы работаете на кого-то? — Работали, — Лина поправила его. — Проект закрыли полгода назад. Но мы не могли просто забыть. А когда увидели, что вы копаете в ту же сторону… — она развела руками. — Мы решили, что вместе будет проще, — закончил Макс. — Извините, что не сказали сразу. Но мы не знали, можно ли вам доверять. — А теперь знаете? — спросил Рио. — Теперь знаем, — Лина посмотрела ему в глаза. — Вы честные копы, Рио. Таких мало. И мы не хотели вас подставить. Рио перевел взгляд на Анну. Она смотрела на Лан Крузов с интересом, но без страха. — Вы знаете, как с этим бороться? — спросила Анна. — С тем, что мы видели на записях? — Знаем, — Макс кивнул. — Не полностью, но знаем. Эта сущность — не просто убийца. Она привязана к месту. Или к человеку. Если мы найдем точку привязки, мы сможем ее… нейтрализовать. — Нейтрализовать, — повторил Рио. — Убить? — Не убить, — Лина покачала головой. — Запечатать. Вернуть туда, откуда она пришла. Но для этого нужно понять, кто ее призвал и зачем. — Ларсены, — сказал Рио. — Ты сама это сказала. — Похоже на то, — Лина кивнула. — Но нам нужны доказательства. Не просто записи и даты. Нам нужно что-то, что свяжет их с ритуалом. — И где мы это найдем? — В старом кладбище, — сказал Макс. — Я проанализировал все точки аномалий. Эпицентр — склеп семьи Ларсенов. Там, скорее всего, и находится… точка привязки. В комнате снова повисла тишина. — Значит, нам нужно пробраться на кладбище, — подвел итог Рио. — В склеп семьи, которая владеет половиной города. Туда, где, возможно, нас ждет то, что убило Моррисона. — В общем, да, — Макс вздохнул. — Звучит как самоубийство, я знаю. — Но у нас нет выбора, — добавила Лина. — Если мы этого не сделаем, будут новые жертвы. Следующей может быть кто угодно. Даже мы. Рио посмотрел на Анну. Она сжала его руку под столом. — Когда? — спросил он. — Завтра ночью, — сказал Макс. — По прогнозу, будет новолуние. Самое темное время. Это и минус, и плюс. Нас не увидят, но и мы будем плохо видеть. — Возьмем мощные фонари, — сказала Лина. — И еще кое-что. Она достала из сумки небольшую коробку и открыла ее. Внутри лежали четыре браслета из темного металла с какими-то символами. — Это…? — Анна взяла один, повертела в руках. — Защита, — Лина сказала просто. — Осталась с прошлых дел. Не знаю, сработает ли, но лучше, чем ничего. Рио надел браслет. Металл был холодным, тяжелым. Символы на нем казались древними, непонятными. — И последнее, — сказал Макс. — Если что-то пойдет не так… мы уходим все вместе. Никого не бросаем. Это условие. — Согласен, — Рио кивнул. — Согласна, — сказала Анна. — Тогда завтра в полночь у входа на кладбище, — Лина поднялась, поправляя форму. — А сейчас — работаем как обычно. Никаких подозрений. Она вышла первой, за ней — Анна. Рио задержался у двери, обернулся к Максу. — Ты веришь, что мы справимся? — спросил он тихо. Макс посмотрел на него, и в его глазах, таких обычно веселых и беззаботных, Рио увидел ту же сталь, что и у Лины. — Я верю, — сказал Макс. — Потому что у нас есть то, чего нет у них. Мы не одни. --- Вечером Рио и Анна сидели на крыльце своего дома, глядя на закат. Небо над Силвер-Криком было багровым, тяжелым, словно предвещало бурю. — Страшно? — спросила Анна, прижимаясь к нему. — Немного, — признался Рио. — Но не за себя. За тебя. — Не надо, — она взяла его за руку. — Мы вместе. Это главное. — Ты права, — он поцеловал ее в висок. — Что бы ни случилось завтра, мы вместе. Рядом, на крыльце соседнего дома, зажегся свет. Макс вышел с кружкой чая, Лина стояла в дверях, опираясь плечом о косяк. — Эй, соседи! — крикнул Макс. — У вас все готово к завтра? — Готово, — ответил Рио. — Тогда спокойной ночи, — Макс поднял кружку. — Увидимся. — Увидимся, — ответила Анна. Они смотрели, как гаснет свет в доме Лан Крузов, как небо темнеет, поглощая последние отблески заката. — Рио, — тихо сказала Анна, — ты думаешь, мы делаем правильную вещь? — Я думаю, — он обнял ее крепче, — что мы делаем единственную вещь, которую можем сделать. Завтра мы пойдем туда, куда никто не хочет идти. И мы победим. Потому что у нас есть мы. — И они, — Анна кивнула в сторону дома Лан Крузов. — И они, — согласился Рио. Над Силвер-Криком опускалась ночь. Последняя ночь перед тем, как четверо полицейских отправятся на встречу с тьмой, чтобы узнать правду — или погибнуть, пытаясь ее найти. Но в эту минуту, на крыльце своего дома, обняв жену, Рио чувствовал только одно: они не одни. И этого было достаточно. --- Конец третьей главы.🤍