Часть 13

Вот тринадцатая глава фанфика «Душа знает потребности». Глава 13. Оттепель Месяц, последовавший за запечатыванием дневника, стал для команды временем восстановления. Не только физического — эмоционального. Четыре недели без ночных кошмаров, без наблюдения за подозреваемыми, без постоянного чувства, что за тобой следят. Силвер-Крик медленно возвращался к нормальной жизни, и вместе с ним возвращались к нормальной жизни Рио, Анна, Макс и Лина. — Я забыл, каково это — высыпаться, — сказал Макс за завтраком, потягивая кофе. — Оказывается, спать больше шести часов — это приятно. — Не привыкай, — ответила Лина, но без обычной резкости. — Работа полицейского не бывает спокойной надолго. — Пусть хотя бы месяц, — Макс поцеловал её в щеку. — Я заслужил. Лина улыбнулась. Она стала чаще улыбаться в последнее время — не той дежурной улыбкой, которую надевала на работу, а настоящей, тёплой. Макс замечал это и радовался, хотя ничего не говорил. Он боялся сглазить. --- В участке тоже наступили перемены. Капитан Холл, который долгое время закрывал глаза на преступления Ларсенов, подал рапорт об отставке. Говорили, что это было добровольно — Грейвс намекнул, что если Холл не уйдёт сам, ему помогут. Новым капитаном назначили Томаса Грейвса — неожиданно для всех, но логично. Он ждал этого двадцать лет. — Поздравляю, лейтенант — то есть капитан, — сказал Рио, зайдя к нему в кабинет. — Вы заслужили. — Я не ради звания, — ответил Грейвс, но улыбнулся. — Хотя признаюсь, приятно. Садитесь, Мастерсон. У меня к вам разговор. Рио сел. Грейвс некоторое время молчал, собираясь с мыслями. — Я хочу предложить вам должность старшего следователя по особо важным делам, — сказал он наконец. — Вашу жену — моим заместителем в патрульной службе. А Лан Крузов — начальником технического отдела и старшим инспектором по особым поручениям. — Это… — Рио не нашёл слов. — Это официально, — Грейвс кивнул. — Вы показали себя как профессионалы. И я хочу, чтобы вы остались в Силвер-Крике. Надолго. — Мы и не собирались уезжать, — ответил Рио. — Но спасибо. Я поговорю с Анной. — Поговорите, — Грейвс протянул ему папку. — Здесь все документы. И ещё… — он помолчал. — Я хочу, чтобы вы знали: если когда-нибудь сущность вернётся, я буду с вами. До конца. — Мы знаем, — Рио пожал ему руку. — Спасибо, капитан. --- Вечером они отпраздновали повышение. Анна приготовила ужин — свою коронную запеканку, которую Рио обожал. Макс принёс вино. Лина — торт, который испекла сама, к удивлению всех. — Ты умеешь печь? — спросила Анна, разглядывая неровные коржи. — Учусь, — ответила Лина. — Макс сказал, что женщина должна уметь готовить. Я сказала, что он сексист. Он сказал, что просто голодный. В итоге мы пошли на компромисс: я учусь печь, он моет посуду. — Звучит справедливо, — рассмеялся Рио. Они ели торт (он оказался вкусным, несмотря на внешний вид), пили вино, говорили о планах. — Грейвс предложил нам остаться, — сказал Рио. — Насовсем. — И вы согласились? — спросил Макс. — Мы подумаем, — ответила Анна. — Но, скорее всего, да. Мы привыкли к этому городу. И к вам. — К нам привыкнуть сложно, — усмехнулась Лина. — Но мы стараемся. — Вы стараетесь быть невыносимыми? — поддела Анна. — И у нас получается, — парировала Лина. Они рассмеялись. Смех был лёгким, искренним — таким, каким он бывает только среди тех, кто прошёл через огонь и воду и остался вместе. --- На следующее утро Рио и Анна сидели на крыльце, пили кофе и смотрели, как солнце поднимается над Силвер-Криком. — Ты хочешь остаться? — спросил Рио. — Хочу, — ответила Анна. — А ты? — Тоже, — он взял её за руку. — Но я хочу, чтобы ты была уверена. Это не временное решение. Мы покупаем дом, пускаем корни. — Я уже пустила, — она посмотрела на него. — Рядом с тобой. И рядом с ними. Она кивнула в сторону дома Лан Крузов, где в окне мелькнула фигура Макса, раздвигающего шторы. — Тогда решено, — Рио поцеловал её. — Остаёмся. --- Новые должности вступили в силу с первого декабря. Рио получил отдельный кабинет — маленький, но свой. Анна — место в патрульной службе рядом с Грейвсом, который теперь был её прямым начальником. Макс обустроил технический отдел так, что теперь мог следить за всем городом с одного монитора. Лина стала старшим инспектором по особым поручениям — должность, которую Грейвс создал специально для неё, чтобы она могла заниматься делами, которые не вписывались в обычные рамки. — Какими делами? — спросила Лина, когда Грейвс вручил ей значок. — Вы сами знаете, — ответил он. — Не все преступления совершают люди. Иногда… иногда за ними стоит нечто другое. — Вы верите в это? — Я верю в вас, — сказал Грейвс. — А вы верите в то, что делаете. Этого достаточно. --- Декабрь в Силвер-Крике выдался снежным и морозным. Город преобразился — вместо серых унылых улиц появились белые сугробы, гирлянды на столбах, ёлки в витринах. Жители, которые раньше ходили с опущенными головами, начали улыбаться. Атмосфера менялась. — Я и не знал, что этот город может быть таким красивым, — сказал Макс, когда они шли из участка домой. Снег скрипел под ногами, в воздухе пахло хвоей и мандаринами. — Он всегда был красивым, — ответила Лина. — Просто под слоем грязи и страха этого не было видно. — А теперь грязь смыли? — Теперь страха стало меньше, — она взяла его под руку. — И это главное. Они шли медленно, наслаждаясь тишиной. Вдалеке слышался лай собак, голоса детей, играющих в снежки. Обычная жизнь, которая казалась такой недостижимой всего месяц назад. — Знаешь, — сказал Макс, — я подумал: а может, нам завести собаку? — Собаку? — Лина удивилась. — Ну да. Мы же теперь надолго здесь. Дом, работа, стабильность. Почему бы и нет? — Ты хочешь собаку, потому что тебе нужен кто-то, кого можно дрессировать? — Я хочу собаку, потому что люблю животных, — он обиженно надул губы. — И потому что ты выглядишь грустной, когда мы возвращаемся в пустой дом. — Я не грустная, — возразила Лина. — Я задумчивая. — Вот именно. Собаке всё равно, задумчивая ты или грустная. Она просто будет тебя любить. Лина засмеялась. — Хорошо, — сказала она. — Давай заведём собаку. Но ты будешь с ней гулять. — Договорились. Они пожали друг другу руки, и этот жест, такой серьёзный для такого пустякового решения, заставил их снова рассмеяться. --- Через неделю в доме Лан Крузов появился щенок. Маленький, лохматый, чёрно-белый, с огромными лапами и ещё более огромными глазами. Макс нашёл его в приюте — кто-то выбросил коробку с тремя щенками на мороз, и только этого удалось спасти. — Как мы его назовём? — спросил Макс, когда щенок, наконец, перестал дрожать и начал обнюхивать комнату. — Герой, — сказала Лина. — Потому что он выжил. — Герой Лан Круз, — попробовал на язык Макс. — Звучит. — Просто Герой, — поправила Лина. — Без фамилии. Она взяла щенка на руки, и он лизнул её в нос. — Ты теперь мой, — сказала она ему. — И я тебя никому не дам в обиду. Щенок, казалось, понял — он тявкнул и уткнулся мордой ей в плечо. --- Мастерсоны пришли знакомиться с Героем в тот же вечер. Анна тут же влюбилась в щенка и принялась его тискать, несмотря на протесты Рио («он укусит», «он не укусит», «он грязный», «он чистый, Макс его искупал»). Рио держался отстранённо, но Лина заметила, как он украдкой погладил щенка по голове. — Ты тоже хочешь собаку? — спросила она. — Нет, — ответил Рио слишком быстро. — У нас нет времени. — У нас есть время, — возразила Анна. — Но мы пока не готовы. — А когда будете готовы, мы поделимся опытом, — сказал Макс. — Щенки — это серьёзно. — Серьёзнее, чем демоны? — усмехнулся Рио. — В некоторых смыслах — да, — ответила Лина. — Демонов можно запечатать. А щенка нужно воспитывать. Они снова рассмеялись, и в комнате стало тепло и уютно. Герой бегал по полу, путаясь в собственных лапах, и все смотрели на него с умилением. — Знаете, — сказала Анна, — мне кажется, мы заслужили немного счастья. — Заслужили, — согласился Рио. — Но не расслабляйтесь. — Никогда, — ответила Лина. — Обещаю. --- Рождество в Силвер-Крике отмечали шумно и весело. Грейвс организовал вечеринку в участке — с ёлкой, подарками и нелепым костюмом Санты, в который нарядили сержанта Дэвиса. Дэвис ворчал, но всем было видно, что ему нравится. — Я никогда не думал, что доживу до такого, — сказал он, поправляя бороду. — Чтобы в нашем участке было веселье. — Привыкайте, сержант, — ответила Лина. — Теперь у нас новый капитан. И новые порядки. — Новые порядки — это хорошо, — Дэвис кивнул. — Но старые привычки не меняются. Я всё равно буду ворчать. — Мы и не просим вас меняться, — улыбнулась Анна. — Просто ворчите чуть тише. Дэвис хмыкнул, но в его глазах танцевали смешинки. --- После вечеринки они пошли гулять по городу. Снег падал крупными хлопьями, укрывая улицы белым покрывалом. Гирлянды на столбах мигали разноцветными огнями, из окон доносилась музыка. Силвер-Крик был прекрасен. — Красивый город, — сказал Макс, обнимая Лину за плечи. — Красивый, — согласилась она. — Теперь. — Ты веришь, что мы сделали это навсегда? — спросила Анна, идя рядом с Рио. — Не знаю, — честно ответил Рио. — Но мы сделали всё, что могли. Остальное — не в нашей власти. — Мудро, — усмехнулась Лина. — Практично, — поправил Рио. — Мудрость приходит с опытом. А опыт у нас теперь есть. Они шли по заснеженной улице, и снег скрипел под ногами. Вдалеке слышались колокольчики — кто-то катался на лошадях. Дети лепили снеговика у старой церкви. Мир был спокоен и тих. — Я хочу запомнить этот вечер, — сказала Анна. — Навсегда. — Запомним, — ответил Макс. — У нас теперь есть для этого целая жизнь. Они остановились у моста через реку. Вода замёрзла, и лёд блестел в свете фонарей. Где-то далеко выла собака — может быть, Герой скучал без них. — Пора домой, — сказала Лина. — А то щенок всё погрызёт. — Щенок погрызёт, если мы не вернёмся, — согласился Макс. — Идёмте. Они повернули обратно, и вскоре скрылись за поворотом, оставляя за собой следы на свежем снегу. --- Новый год они встретили вместе. Лина и Макс пригласили Мастерсонов к себе. Анна принесла салат, Рио — шампанское. Макс приготовил горячее, Лина — торт (на этот раз он получился ровнее). Герой бегал между ними, пытаясь стащить что-нибудь со стола, и все делали вид, что не замечают. — За нас, — сказал Рио, поднимая бокал. — За нас, — повторила Анна. — За дружбу, — добавил Макс. — За будущее, — закончила Лина. Они выпили, и часы пробили двенадцать. С улицы донеслись крики «ура» и хлопки петард. Где-то заиграла музыка. — С новым годом, — сказал Рио, обнимая Анну. — С новым годом, — ответила она, целуя его. Макс обнял Лину, и они стояли так, обнявшись, пока за окном гремел фейерверк. — Я люблю тебя, — прошептал Макс. — Я тебя люблю, — ответила Лина. Герой тявкнул, требуя внимания, и все рассмеялись. --- Январь выдался спокойным. Работа в участке вошла в привычное русло — патрули, рапорты, мелкие кражи и семейные скандалы. Сущность не подавала признаков жизни. Дневник в склепе лежал нетронутый, покрытый смолой и символами. Ларсены сидели в тюрьме, давая показания. — Похоже, всё действительно кончено, — сказал Рио однажды вечером, когда они с Анной пили чай на кухне. — Похоже, — согласилась она. — Но ты не веришь в это до конца? — Не знаю, — он покачал головой. — Слишком легко всё закончилось. Слишком гладко. — Может быть, мы просто заслужили лёгкую жизнь? — предположила Анна. — Может быть, — Рио взял её за руку. — Но я всё равно буду настороже. — Ты всегда настороже, — она улыбнулась. — Это одна из причин, почему я тебя люблю. — А другие причины? — он притворно нахмурился. — Другие я расскажу в другой раз, — она поцеловала его. — Чтобы ты не зазнавался. --- В феврале случилось неожиданное. Лина обнаружила, что беременна. Она узнала об этом утром, когда проснулась от тошноты и поняла, что это не похоже на обычное недомогание. Тест, купленный в аптеке, показал две полоски. Лина смотрела на них, не веря своим глазам. — Макс, — позвала она. — Что? — он прибежал из душа, наскоро замотавшись полотенцем. — Мы будем родителями. Макс замер. Потом улыбнулся — широко, радостно, по-детски. — Ты серьёзно? — Серьёзно, — она протянула ему тест. Макс посмотрел на полоски, потом на Лину, потом снова на полоски. — Я… мы… — он не находил слов. — Ты говорил, что хочешь собаку, — усмехнулась Лина. — Получил собаку и ребёнка. — Это не собака, — Макс обнял её, осторожно, словно она была хрустальной. — Это чудо. — Ещё не чудо, — Лина прижалась к нему. — Ещё только начало. — Но это наше начало, — он поцеловал её. — Наше. Спасибо. — За что? — За то, что ты есть. За то, что ты согласилась быть со мной. За то, что ты носишь нашего ребёнка. Лина хотела ответить что-то едкое, но вместо этого заплакала. — Гормоны, — сказала она, вытирая слёзы. — Ненавижу гормоны. — Я люблю гормоны, — ответил Макс. — И тебя. И нашего ребёнка. --- Мастерсоны узнали новость в тот же день. Анна расплакалась (тоже от радости), Рио пожал Максу руку и сказал: «Поздравляю, вы теперь не только команда, но и семья». — Мы всегда были семьёй, — ответила Лина. — Просто теперь нас будет больше. — Надеюсь, ты не бросишь работу, — сказал Грейвс, когда Лина пришла к нему в кабинет. — Не брошу, — ответила она. — Но буду брать декретный отпуск. На время. — Бери, — Грейвс кивнул. — Твоё место сохранится. Ты нужна нам. — Спасибо, капитан. — И поздравляю, — он улыбнулся. — Ты будешь хорошей мамой. — Надеюсь, — ответила Лина, и впервые в голосе её прозвучала неуверенность. --- Беременность протекала тяжело. Тошнота, слабость, постоянная усталость — Лина, привыкшая к активному образу жизни, мучилась от бездействия. Макс носился вокруг неё, как курица-наседка, за что получал нагоняи. — Я не больна, — говорила она. — Я просто беременна. — Ты — беременна, — соглашался он. — И поэтому ты будешь лежать и отдыхать. — Я не умею лежать и отдыхать. — Научишься. Они спорили, мирились, спорили снова. Но в каждом споре была любовь — та самая, которая делает отношения крепче. --- Анна помогала Лине, чем могла. Она приходила после работы, готовила ужин, убирала в доме, гуляла с Героем. Лина сначала сопротивлялась, потом сдалась. — Ты слишком добрая, — сказала она однажды, когда Анна принесла ей чай в постель. — Ты бы сделала то же самое для меня, — ответила Анна. — Сделала бы, — согласилась Лина. — Но я не умею быть такой… мягкой. — А ты и не будь мягкой, — Анна села на край кровати. — Будь собой. А я буду мягкой за двоих. — Звучит как план. — Это план, — Анна улыбнулась. — Мы команда. Даже в таком деле. --- В марте случилось то, чего они боялись. Сущность вернулась. Это произошло ночью, когда все спали. Лина проснулась от холода — такого же ледяного, как тогда, в склепе. Она села на кровати, прислушалась. Герой, спавший в ногах, заскулил. — Макс, — позвала она. — Проснись. — Что? — он приподнялся. — Она вернулась. Макс мгновенно проснулся. Он посмотрел на Лину, потом на окно — за стеклом было темно, но темнота казалась живой. — Ты уверена? — Уверена, — она взяла его за руку. — Звони Рио. Нужно ехать на кладбище. --- Они встретились у склепа через час. Рио и Анна уже были там — бледные, взволнованные. Грейвс приехал следом, с ружьём. — Что случилось? — спросил он. — Сущность вырвалась, — ответила Лина. — Я чувствую её. Она рядом. — Но дневник запечатан, — сказал Макс. — Значит, кто-то его открыл, — Рио кивнул в сторону склепа. — Или смола разрушилась. Они вошли внутрь. В малой комнате было пусто — дневник исчез. На его месте лежала только горстка чёрной смолы, раскрошенной в пыль. — Кто-то был здесь, — сказала Анна, осматривая пол. — Следы. Свежие. — Один человек, — добавил Макс, наклоняясь. — Мужчина. Размер обуви — сорок третий. — Джесси? — предположил Рио. — Джесси в тюрьме, — ответил Грейвс. — Я проверял сегодня. — Тогда кто? Они переглянулись. Ответ пришёл сам собой. — Эдвард Ларсен, — сказала Лина. — У него были сообщники на воле. Кто-то выполнил его приказ. — Но зачем? — спросила Анна. — Зачем выпускать сущность, которая его же и уничтожит? — Месть, — ответил Рио. — Или безумие. Или и то, и другое. --- Они обыскали склеп, но больше ничего не нашли. Дневник исчез, сущность вернулась — и теперь она была голоднее, чем раньше. — Нам нужно снова её запечатать, — сказала Лина. — Но без дневника это будет сложнее. — Есть другой способ? — спросил Макс. — Есть, — Лина посмотрела на него. — Но он опаснее. — Какой? — Нужно найти того, кто сейчас носит связь, — Лина обвела взглядом всех. — Сущность не может существовать без носителя. Если дневник был вместилищем, значит, после его разрушения связь перешла на человека. — На кого? — спросил Грейвс. — На того, кто призвал её в первый раз, — ответила Лина. — На Эдварда Ларсена. — Но он в тюрьме, — возразил Рио. — Значит, нам нужно поехать в тюрьму, — сказала Лина. — И разорвать связь там. --- На следующий день они отправились в тюрьму строгого режима, где содержался Эдвард Ларсен. Грейвс договорился о встрече через свои связи. Их пропустили без лишних вопросов, но предупредили: «Он странный последнее время. Говорит сам с собой. Смотрит в пустоту». — Он говорит с ней, — сказала Лина, когда они шли по коридору. — С сущностью. — Ты уверена? — спросил Макс. — Уверена. Эдвард Ларсен сидел в камере, прикованный к стулу. Его глаза были пустыми, безумными, но когда он увидел Лину, в них мелькнуло узнавание. — Вы пришли, — сказал он хрипло. — Я знал, что вы придёте. — Вы выпустили сущность, — сказала Лина, садясь напротив. — Зачем? — Она обещала мне свободу, — Эдвард усмехнулся. — Она сказала, что если я выпущу её, она поможет мне сбежать. — И вы поверили? — Я поверил, — он кивнул. — Я всегда верил ей. С детства. — С детства? — переспросила Анна. — Отец показал мне её, когда мне было десять, — Эдвард говорил тихо, почти шёпотом. — Он сказал: «Это наша сила. Это наше богатство. Это наше будущее». Я боялся её. Но я привык. А потом… потом я полюбил её. — Полюбили? — Рио не скрывал отвращения. — Она давала мне всё, что я хотел. Власть, деньги, уважение. А взамен просила так мало — всего несколько жизней в год. Разве это большая цена? — Это большая цена, — сказала Лина. — И вы заплатите её. — Я уже плачу, — Эдвард поднял руки, показывая наручники. — Я в тюрьме. Моя семья разрушена. Мой сын предал меня. Что ещё вы хотите? — Мы хотим разорвать связь, — ответил Макс. — Навсегда. — Вы не сможете, — Эдвард покачал головой. — Она часть меня. Я часть её. Мы едины. — Тогда мы уничтожим вас обоих, — сказала Лина холодно. Эдвард посмотрел на неё, и в его глазах мелькнул страх. — Вы не посмеете. — Посмеем, — ответила Лина. — У нас нет выбора. --- Ритуал разрыва связи в тюрьме был опаснее, чем в склепе. Во-первых, сущность была активна и голодна. Во-вторых, Эдвард сопротивлялся. В-третьих, они были в здании, полном охраны и заключённых, которые не должны были ничего узнать. — Мы сделаем это быстро, — сказала Лина, готовя символы. — Макс, ты на связи. Рио, Анна — прикрываете вход. Грейвс — за дверью. — А если что-то пойдёт не так? — спросил Макс. — Тогда вы уходите, — ответила Лина. — Все. Я останусь. — Нет, — сказал Макс твёрдо. — Мы не бросаем своих. — Это приказ, — Лина посмотрела на него. — Я старший инспектор. Вы будете выполнять приказ. — Я буду делать то, что считаю правильным, — ответил Макс. — И останусь с тобой. Лина хотела возразить, но передумала. Потому что знала: он всё равно не уйдёт. --- Ритуал начался. Лина произносила слова, нанося символы на пол камеры. Эдвард кричал, сопротивлялся, но его держали двое охранников, которых Грейвс лично проинструктировал. Сущность появилась быстро — тёмный дым, сгущающийся в углу, принимающий очертания. Теперь она была больше, чем в прошлый раз — голод увеличил её. — Уходи, — сказала Лина. — Ты больше не нужна здесь. Сущность засмеялась — звук был похож на скрежет металла. — Я нужна, — сказала она голосом, в котором смешались тысячи голосов. — Я всегда нужна. Пока есть страх, я буду. — Тогда мы уничтожим страх, — ответила Лина. Она произнесла последние слова, и комната взорвалась светом. Белым, ослепительным, невыносимым. Рио зажмурился, закрывая лицо руками. Анна вскрикнула. Макс упал на колени, но не выпустил руку Лины. А потом — тишина. Свет погас. Сущность исчезла. Эдвард Ларсен сидел на стуле, сгорбившись, и плакал. — Она ушла, — прошептал он. — Она бросила меня. — Вы бросили её, — поправила Лина. — Или мы. Неважно. Всё кончено. — Кончено? — он поднял на неё глаза. — Кончено, — она кивнула. — Навсегда. --- Они вышли из тюрьмы под утро. Лина шла, опираясь на Макса — ритуал отнял у неё много сил. Анна держала её за руку. Рио нёс рюкзак с оборудованием. — Ты как? — спросил Макс. — Устала, — ответила Лина. — Но счастлива. — Правда? — Правда, — она улыбнулась. — Потому что теперь всё действительно кончено. — Ты уверена? — Уверена, — она посмотрела на небо, где уже занимался рассвет. — Сущность ушла. Эдвард больше не носитель. Дневник уничтожен. Связи больше нет. — А если она вернётся? — спросила Анна. — Не вернётся, — ответила Лина. — Я чувствую. Впервые за долгое время я чувствую… пустоту. Ту самую, которая означает, что тьма ушла. — Навсегда? — спросил Рио. — Навсегда, — кивнула Лина. Они сели в машину и поехали домой. Силвер-Крик просыпался — первые лучи солнца осветили крыши домов, засверкали на снегу. — Знаешь, — сказал Макс, когда они въехали в город, — я хочу, чтобы наш ребёнок рос в этом городе. — Он и будет расти, — ответила Лина. — Потому что теперь он в безопасности. — Ты веришь в это? — Верю, — она положила руку на живот. — Потому что мы сделали всё, чтобы это было правдой. --- Конец тринадцатой главы.