Часть 3 - Столкновение с реальностью ( Сайлен/Раель)

Их снова прерывают и они слышат стук в дверь. Достаточно громкий, быстрый, но с явным напором. В этот момент кровь будто замирает. Ашриэль и Лирен одновременно ловят взгляд друг друга, и в нём вспыхивает короткая, почти одинаковая искра. ШОК. Этот звук выбивает Ашриэля из его мыслей окончательно. Он резко отрывается от сеньориты Аверисс, словно ударенный током, поднимается, и в его взгляде вновь появляется чёткость. Хладнокровие возвращается почти мгновенно. Его голос почти не меняется, хотя видно, что он дышит тяжелее, а с его красивого лба скатываются капли пота когда он громко говорит: — Дайте мне несколько минут, и я вам открою. Он бросает взгляд на раскрасневшуюся Аверисс, будто в последний раз впитывая её образ, после чего его голос становится жёстче, и почти шёпотом говорит уже ей: — Нам обоим нужно срочно одеться. Аверисс не теряется: — Так, может, я залезу под стол, и мы посмотрим, как хорошо ты умеешь вести свои...встречи? — Шутит, пытаясь вернуть привычную лёгкость, её безумие пробиваясь на ружу, но в этот раз в нём есть тень неловкости. Ашриэль закатывает глаза. Он не хочет думать о том, что только что произошло. Не хочет это анализировать. Но за дверью стоят люди, и эту проблему нужно решить. И, скорее всего, они уже всё слышали. Этот беда корабль и так чудом плывет по воде. на вряд ли в него встроили шумоизоляуию. Значит, единственное, что он может сделать как командир это хотя бы выглядеть собранно. Сохранять лицо или то что от него осталось. Он бросает часть одежды в Аверисс, одновременно одеваясь сам: — Пожалуйста, хоть раз просто сделай, что я говорю. Просто оденься — Говорит он так, какбудто отчитывая маленькое дитя, что заставляет Лирен только пришюрить глаза. Но ей, как капитану, тоже эта ситуация не к лицу так что она решает пприслушатсья совету. Пока он натягивает на себя одежду, он спрашивает: — Кто там? — Сайлен и Раэль. Мы пришли обсудить карты, — доносится из-за двери. Ему удаётся удержать выражение лица, пока в мыслях уже проносится тысяча сценариев, как решить эту проблему. И, конечно же, проскальзывает ироничная мысль что ведь где-то глубоко он сам хотел, чтобы это увидели. Как же иногда желания сбываются совсем не так, как ты рассчитываешь. Усмехаетсья Карн про себя. Но с чуть заметной ухмылкой он всё же не справляется. Он смотрит в сторону Аверисс, словно возвращая её обратно в реальность: — Ну что, всё ещё хочешь залезть под стол? — усмешливо говорит он. И тут же замечает, что не вся её одежда явно уцелела. А точнее, то что уцелело стало больше похоже на представление авантагрдного художника чем на носибильное нечто. — А ты что, хочешь, чтобы я надела это? — с тем же выражением лица бросает она. Ашриель замечает что Лирен, Хоть и с усмешкой на лице потеряла часть красок и все же не в восторге от ситуации. Хорошо. Не один он в растерености. Он резко разворачивается к шкафу, достаёт несколько рубашек, берёт штаны и кидает всё это ей. — Надень это. Быстро. Это резкое решение не остаётся незамеченным. Лирен на мгновение замирает, но ничего не говорит. Они оба понимают скрыть произошедшее уже не получится. Ни запах, ни вид, ни то, что сейчас буквально висит в воздухе этой каюты. Вопрос только в том, как именно это будет объяснено. А ни командиру, ни капитану не хочетсья выставитсья в не лесном свете. Ашриэль мельком замечает уже проступающие следы на её шее. Те самые. Ещё недавно он хотел, чтобы это стало доказательством. Чтобы кое кто увидел и все осознал. И вот теперь это оборачивается против него. Почти смешно. Он мог бы рассмеяться от абсурдности ситуации, если бы не понимал, насколько это всё серьёзно. — Собери волосы. Прикрой шею, — бросает он уже тише. — Потом разберёмся. И в этот момент внутри него поднимается совсем другое. Раздражение. На неё. На ситуацию. Но больше всего на себя. Какого чёрта ты сделал? Он проводит рукой по лицу, словно пытаясь стереть последние минуты. Командир. Холодный, собранный, расчётливый. Да? Не хотел быть еще одним мертвым или предаюшим телом для нее? И как получаеться? Смешно. Две минуты и ты теряешь контроль как какой-то пубертатный идиот, который не способен держать себя в руках. Он сжимает челюсть. Ты только что поставил под удар всё. И ради чего? Воспоминание о том, как она не ушла. Как ответила тебе, как на секунду, ты мог почуствовать чтото больше чем пустотц и ярость заполняюшие твою душу? Он резко отсекает эту мысль, сейчас не время. Убедившись, что они оба хотя бы внешне приведены в порядок, он подходит к двери и приоткрывает её, рассчитывая быстро выпроводить гостей, но не успевает. Сайлен и Раэль входят. Сайлен, как обычно, неугомонно и быстро заполняет всё пространство вокруг себя, пока Раэль, наоборот, окутывает его своим спокойствием и почти давящим гигантизмом. Сайлен при этом не замолкает ни на секунду, тараторя как сумасшедший, уже что-то объясняя про карты, отчёты и курс движения. — Карн, нам нужно срочно пересмотреть маршрут, там несостыковка… Они заходят, почти не глядя по сторонам, направляясь к столу, будто это обычный рабочий визит, будто ничего не выбивается из привычного хода вещей. И вдруг воцоряеться тишина. Сайлен и Раэль замирают почти одновременно. Ашриэль, ещё не до конца понимая, в чём дело, сначала пытается сохранить всё под контролем, не подавая вида, будто не замечает их реакции, говорит дальше. Но тишина не проходит. Карн медленно поворачивается в сторону Аверисс, надеясь что они просто не ожидали увидеть капитана в столь поздний час с ним… и, о господи. Она снова его не послушала. Лирен сидит чуть в стороне, на стуле, нога закинута на ногу, поза почти демонстративно расслабленная, и смотрит на него так, будто это всё часть какого-то её собственного спектакля. Её волосы собраны в тугой пучок. Он даже не понимает, откуда у неё вообще взялась резинка. Та самая рубашка, которую он ей дал, не застёгнута до конца, наоборот приоткрыта, какбудто освешая путь деуствий Ашриэля и подчеркивая всю сушность ситуации. И всё, что он так старательно, почти одержимо оставлял на её коже ещё несколько минут назад, сейчас открыто, без всякой попытки скрыть, выставлено на всеобщее обозрение. В этот момент Ашриэль впервые за долгое время по-настоящему теряется. Ну как можно быть твакой упертой??? ОНА ХОТЬ ПОНИМАЕТ ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ? Он готов был взвыть от накатившего унижения. В тот момент ему казалось, что легче провалиться сквозь палубу, чем продолжать стоять здесь и делать вид, будто всё в порядке. Однако Сайлен, к его величайшему сожалению, оправился от первого шока гораздо быстрее, чем следовало. Уже через пару секунд он нашёл происходящее до невозможности смешным. Его смех первым разрезал напряжение в каюте, и именно это окончательно заставило Ашриэля ощутить весь абсурд ситуации. — Лирен, дорогая, что это у вас тут случилось? — весело протянул Сайлен, откровенно забавляясь. — Вы какого-то морского монстра поймали? Или ты опять решила вытащить осьминога из бездны и натравить его на Ашриэля? Ашриэль почти не слушал его. Его внимание было приковано к другому. Лирен, которая ещё недавно казалась вызывающе спокойной, всё же на мгновение выдала себя. Её взгляд дрогнул и метнулся в сторону Раэля, и хотя сам Карн не успел уловить весь смысл этого движения, он заметил достаточно, чтобы понять возможно, впервые за всё это время она тоже до конца осознала, как именно всё выглядит со стороны. Но куда сильнее его задел Раэль. Раэль не засмеялся но и не отвёл взгляд с той поспешностью, с какой это сделал бы человек, которому всё равно. Он просто застыл, и в его лице произошло что-то настолько едва уловимое, что другой бы, возможно, и не заметил. Но Карн увидел, как в его глазах на миг что-то померкло, как губы чуть напряглись, как вся его огромная, спокойная фигура словно сделалась ещё неподвижнее. Раэль держал себя в руках, как и всегда, и именно это почему-то раздражало Карна больше всего. Потому что он сам уже давно не держал себя в руках. Потому что, стоя здесь, рядом с Лирен, в каюте, пропитанной слишком явными следами их недавнего безумия, он чувствовал себя человеком, который позволил себе впасть в эмоции, которые он сам же, считал давно сгнившими в его теле. И всё же, как бы он ни ненавидел себя в этот момент, в нём жило и другое чувство, ещё более постыдное. Где-то глубоко внутри, в самой тёмной и жёсткой части его сущности, рождалось удовлетворение. Ему было достаточно одного взгляда на Раэля, чтобы понять: тот всё увидел. И, что ещё хуже, всё понял. Какая-то часть его не могла не наслаждаться тем, что теперь все стало очевидным. Всё написано у Лирен на шее, в её растрёпанном виде и в напряжённой тишине. И именно это приводило его в ещё большую ярость. Потому что он не хотел получать удовольствие от такой победы. Не хотел радоваться тому, что добился этого самым грязным, самым невыдержанным и самым непрофессиональным способом. Лирен, в отличие от него, приходит в себя быстрее. Она выпрямляется, собирает себя обратно, как будто натягивает привычную маску, и в её глазах снова появляется знакомый огонь и вместе с ним раздражение. — Сайлен, может, это на тебя сейчас чудовище натравить? — с ленивой, но опасной усмешкой тянет она, скрещивая руки. — Или, может, осьминога из пучины достать, раз уж вы опять решили обсуждать всё без меня? Она делает шаг к столу, словно окончательно возвращая разговор к делу. — Карты, чертежи… — продолжает она уже жёстче, — я капитан. Почему я снова не знаю, что происходит на моём корабле? Сайлен, который до этого момента явно получал слишком большое удовольствие от ситуации, на секунду теряется, но затем быстро подхватывает тему, будто только и ждал возможности переключиться. — Смотри, если идти прежним курсом, мы выходим прямо на этот участок… Он наклоняется, указывает на отметки, начинает говорить быстрее, увлекаясь собственными объяснениями. — Здесь слишком открыто, — продолжает он, проводя пальцем по линии маршрута. — Если нас заметят, уйти будет сложнее. Я предлагаю сместиться вот сюда, но тогда мы теряем время и входим в зону нестабильных течений. Лирен слушает, и с каждой минутой её лицо становится всё спокойнее. Она включается в разговор, задаёт вопросы, уточняет, спорит и если не знать, что происходило здесь совсем недавно, можно было бы решить, что перед ними обычное обсуждение курса. Ашриэль тоже возвращается в привычную роль. Он стоит чуть в стороне, наблюдает, иногда коротко вмешивается, но больше слушает, стараясь удержать контроль над собой и над ситуацией. Раэль всё это время почти не говорит. Он стоит рядом, молчаливый, собранный, и лишь изредка переводит взгляд с карты на Лирен, а затем на Карна. И в этом взгляде есть что-то тяжёлое, что-то, что Ашриэль чувствует кожей, даже не глядя прямо. Через несколько минут Раэль наконец спокойно произносит: — Думаю, нам стоит обсудить это позже. Сайлен замирает, переводит взгляд на него, потом на Ашриэля, словно только сейчас осознавая, что момент выбран неудачно. — Да… наверное, — неуверенно соглашается он, начиная сворачивать карты. — Мы можем вернуться позже, когда… — Давайте закончим сейчас, — вдруг говорит Ашриэль. Он сам не сразу понимает, почему произносит это.

***

Примечания: Вот и третья часть, как вам? Я остановилась здесь, потому что не уверена, хотите ли продолжение (там было бы ещё 3–4 главы) или всё же начнём что-то новое, но с тем же фандомом? 1 — Закончили)) 2 — Все уходят. Аверрис и Карн остаються одни. 3 — Все уходит Карн остаетсья в самобичивание.