Часть 2, Провидение

Я знал, что чашка кофе - не лучшее решение проблем. Кофеин повышает уровень адреналина в крови, заставляя сердце биться чаще, что могло бы усилить дрожь в руках. Но я и предположить не мог, что кофе вызовет у меня галлюцинации. Это всё не может быть настоящим? Это просто иллюзия? Ох, мне нужен психолог... Или, возможно, психиатр. Я сидел за решеткой в тесной сырой камере. На холодном каменном полу лежала солома, а воздух наполнял запах плесени. По другую сторону решетки стоял стражник в доспехах и смотрел на меня с недоумением. - Что это за маскарад?! Что здесь вообще происходит?! Я требую объяснений! - вспылил я, обращаясь к нему с отчаянием. - Тот же вопрос к тебе, норд, - произнёс он, скрестив руки на груди. - Ты видел себя? Что за тряпье на тебе? Я невольно посмотрел на себя. На мне была белая рубашка с закатанными рукавами до локтей и темно-серые джинсовые бриджи с кожаным ремнем - моя повседневная одежда. Чему тут удивляться? Но в этом странном месте, среди этих людей, всё казалось совершенно неуместным. - Где я? Что это за место? - Ты в Вайтране, - ответил стражник, - В тюрьме Драконьего Предела, под резиденцией ярла. - Стоп. Вайтран? - я перехватил воздух. - Город такой что-ли? - Город, - кивнул он. - В России такого нет, - пробормотал я. - В какой я стране? - Стране? - он нахмурился, будто слово было незнакомым. - Мы в провинции Скайрим, империи Тамриэль. Похоже, тебя по голове сильно приложили. - Скайрим?.. Это же игра такая, правильно понимаю? Хватит меня разыгрывать! Металл в его руке внезапно заскрежетал: стражник сжал рукоять меча. - Довольно. Вопросы задаю я. Он сделал шаг ближе. - Итак, для начала представься. - Сокол Сергей Викторович. - Место рождения. - Россия, город Омск. - Не местный значит, теперь стало немного ясно. Дата рождения и полных лет. - Одиннадцатое ноября две тысячи тринадцатого. Мне тридцать один. Стражник замер. - Повтори год. - Две тысячи тринадцатый, - сказал я тише, почувствовав, как внутри всё стягивается комком. Он выдохнул сквозь зубы. - Ты не кажешься мне пьяным. Чтобы так работало воображение - нужно выпить много чёрноверескового меда, но речь у тебя слишком внятная. Либо у тебя серьезные проблемы с головой, либо ты смеёшься надо мной, но на смельчака ты не похож. Стражник стоял, как живое воплощение закона и порядка. Высокий и статный, он излучал уверенность и силу. В нем не было места для легкомысленности или шуток - он был воплощением строгой дисциплины и безусловной преданности своему делу. - Ты хоть помнишь, как оказался в чужом доме и с какой целью? Все вещи вокруг остались нетронутыми. Никудышный из тебя вор, - усмехнулся он. - Но я вовсе не вор!, - воскликнул я, пытаясь собрать мысли в голове, - Последнее, что помню, это свет монитора моего компьютера. Честно, я заснул в своей квартире, и вдруг… проснулся здесь. Слушай, посмотри на меня: какой из меня вор? Я даже не знаю, как сюда попал. Он прищурился, изучая меня. Напряжение в воздухе нарастало с каждой секундой. - Похоже ты и правда чокнутый. Месяц в каменном мешке - лучшее лекарство от чудачеств, - едва сдерживая смешок, ответил стражник и повернулся к выходу. Я остался в помещении с одними лишь заключёнными. Да, точно не так я представлял себе свой отпуск... - Как же теперь выбраться отсюда? Мысли о том, как оказался здесь, отошли на второй план, в данный момент меня волновало только одно: необходимо было найти способ выбраться из-за решетки. Я медленно оглядел свою камеру. Если отвлечься от скудного убранства — скрипучей койки в углу и тонкого слоя соломы, устилавшей каменный пол, — комната была абсолютно пустой. Голые стены из грубо отёсанного камня, лишённые даже намёка на украшение, молчаливо свидетельствовали о предназначении этого места. Даже воздух здесь был особенным — спёртым, насыщенным запахом пыли, сырости и чего-то ещё, что можно было назвать запахом безысходности. Этот минимализм обстановки, производил угнетающее впечатление. Всё здесь было подчинено одной цели — изоляции и лишению узника всего, что могло бы напоминать о нормальной жизни за этими стенами. "Полный хабитус!", - заключил я. Ситуация совершенно безнадёжная. Даже если бы мне повезло найти что-то наподобие отмычки, я бы не смог ею воспользоваться, так как не обладал умениями и навыками вскрытия замков. Я уселся на свою койку, погрузившись в раздумья, и отрешённо уставился на солому, разбросанную на полу. "Может, под ней скрывается люк, ведущий к свободе?" Однако тут же я отверг эту идею как абсурдную. "Нет, глупости", — подумал я, но любопытство, как всегда, взяло верх. Я начал осторожно сгребать солому в сторону, надеясь на свою удачу, но к сожалению, судьба была не благосклонна: на месте, где только что лежала солома, действительно ничего не обнаружилось. Никакого проёма, никакого намёка на выход. Машинально взглянул на часы на моем запястье и невольно содрогнулся: с момента моего пробуждения прошло три часа, а это значило, что наступило утро. В темнице было слабо освещено, но благодаря массивной люстре, увешанной свечами, и факелам, крепко прикреплённым к стенам, царила полутёмная атмосфера, далека от абсолютной тьмы. В целом в этом мрачном заведении было много камер, но только в двух из них сидели заключённые. Один мирно спал, а второй, напротив, усердно рыскал в сене, словно искал что-то важное. - Эй! Что ты делаешь?, - тихо, но так, чтобы он услышал, поинтересовался у него, нарушая тишину. - Сматываюсь отсюда, - произнёс он, подняв руку вверх, словно рассматривая какой-то предмет в ней. В его ладони блеснуло нечто, отдалённо напоминающее отмычку, - Повезло, спасибо запасливому узнику, что отбывал свой срок здесь до меня. Я подошёл ближе к решетке, обхватив железные прутья руками. Узник с осторожностью огляделся по сторонам, и, я будто заворожённый, последовал его примеру. Мы были одни. Ловко орудуя инструментом, он без труда вскрыл замок двери и вышел в коридор, направляясь к выходу. Сердце забилось быстрее. Тут же почувствовал, как в груди закипает адреналин. - Ты не поможешь? - произнёс я, надеясь на хоть какую-то поддержку. - Мне не нужен прицеп, тем более такой чокнутый, как ты, - отрезал он, - Я слышал ваш разговор со стражником. Жаль тебя, конечно. Ну всё, счастливо оставаться! Внезапно появившаяся надежда стала также стремительно угасать. "Ах ты, трематода паразитическая!" - пронеслось у меня в голове. - Постой, - сказал я, пытаясь удержать его внимание. - Если поможешь мне - будь уверен, я в долгу не останусь. Эти слова заставили его ненадолго замешкаться. Он посмотрел на меня с недоверием. - И что же ты можешь предложить мне взамен? Только думай быстрее! - А чего бы ты хотел? - спросил я, стараясь не выдать своего волнения. Он недоверчиво окинул меня взглядом с ног до головы. - Нужно зачистить один старый склеп, - произнёс он, его голос стал более серьёзным. - Там захоронено много золота, но это место очень опасно. Я туда не сунусь - жизнь дорога. Но ты... Принесёшь мне сокровища - считай, мы в расчёте. В общем, у тебя есть выбор, решай быстро. Что ж, из двух зол выбирают меньшее. - По рукам, - сказал я, решительно протянув руку. Он аккуратно подошёл ко мне, и мы заключили сделку. - Держи, - заключённый передал мне свою отмычку и маленький тонкий нож. - Я не умею ею пользоваться! Он лишь пожал плечами. - Здесь нет ничего сложного, прислушивайся к щелчкам в замочной скважине. Он дал мне рекомендации, постарался кратко изложить устройство механизма и поделился своими хитростями. Внезапно раздался хриплый кашель из дальнего коридора. Мой собеседник мгновенно отскочил в тень, шепча на прощание: - Если выживешь в склепе "Ветреный пик" - ищи меня в Рифтене в таверне "Пчела и Жало". Спросишь Стального Лиса. После этих слов его фигура растворилась за поворотом, будто призрак, не оставивший и следа своего пребывания в этом мрачном коридоре. Лишь лёгкое колебание пламени факела в железном держателе выдавало недавнее присутствие живого существа. Сжав в потной ладони холодный металл отмычки, я с горечью осознал всю низость своего положения. - Чёрт! Я же детский кардиохирург, уважаемый человек! Как это всё могло со мной произойти? Но в ответ - лишь гулкое молчание каменных стен. Пришлось затаиться, выждать несколько долгих минут, пока стражник, лениво позвякивая ключами, не завершил свой обход и не скрылся за поворотом коридора. Лишь тогда я, стараясь не производить лишнего шума, вновь взялся за отмычку. Я сделал всё в точности, как советовал мне Стальной Лис, и спустя долгих пять-шесть минут мучений в моей ладони лежала часть сломанного инструмента. "Не получилось". Сохраняя хладнокровие, я принялся искать отмычки в своей камере. Принцип понял, мне бы только найти ещё одну! Я заглянул под кровать, обыскал каждый уголок... Но удача снова обошла меня стороной. Я нервно сглотнул и посмотрел на другую часть сломанной отмычки, оставшейся в замке. "Ею по-прежнему можно воспользоваться, просто будет сложнее провернуть. Это мой последний шанс...". Когда дверь, наконец, поддалась с тихим скрипом, каждая клеточка моего существа вздохнула с облегчением. Благо после своего последнего обхода стражник, по всей видимости, отправился трапезничать. Путь был свободен. Осторожно, чуть дыша, подкрался к выходу. Отойдя на достаточное расстояние от Драконьего Предела, я наконец смог охватить взглядом город во всей его полноте. Он был прекрасен - не современной, нарочитой красотой, но той суровой, основательной привлекательностью, что свойственна его эпохе. Атмосфера средневековья пропитала город насквозь. Дома, выстроенные из темного, просмоленного дерева, теснились друг к другу, их островерхие крыши с причудливыми изломами создавали интересный силуэт. Далеко, но явственно слышался звон молота о наковальню - где-то на окраине неустанно трудилась кузница, ритмично, как биение сердца Вайтрана. Люди на улицах были одеты просто и практично: мужчины - в грубые холщовые рубахи и льняные порты, женщины - в различные рода длинные платья: камиза или более сложная котта. Они оживлённо переговаривались, их голоса сливались в непрерывный, деловой гул. Центром же всей этой жизни была площадь, где теснились торговые лавки. Купцы наперебой зазывали прохожих, расхваливая свой незамысловатый товар. Именно в этот миг, наблюдая за всей этой картиной, меня посетила пугающая мысль. Всё, что со мной произошло, не могло быть чьим-либо розыгрышем по двум неоспоримым причинам. Во-первых, столь бредовая идея могла родиться лишь в сознании безумца, а в моём окружении таковых не водилось. Во-вторых, стоимость подобной мистификации была бы не менее фантастической. Горькая усмешка тронула мои губы. Оставался лишь один, неизбежный и неутешительный вывод. Значит, сошел с ума именно я. Вспомнив о своем договоре со Стальным Лисом, решил обратиться за помощью к людям, в надежде на то, что они смогут подсказать мне дорогу к склепу. Однако, чего и стоило ожидать, почти каждый встречный, услышав о Ветреном пике, сторонился меня, ничего не ответив. Я обошел весь Вайтран и только у самых ворот судьба свела меня с нужным человеком. Мне подарили карманную карту Скайрима, на которой были отмечены только его города и крестиком предполагаемое место расположения интересующего меня древнего захоронения. Хорошо было бы купить снаряжение, но денег в местной валюте у меня совсем не было, а дело не терпело отлагательств. Я вышел из города. - Главное, - пронеслось в моей голове с леденящей ясностью, - ни единым словом, ни единым намеком не выдать Станиславу Владимировичу того, что мне довелось повидать. Иначе он сам уволит меня не только с должности, но и выгонит с больницы, а коллеги позвонят куда надо и меня аккуратно, по всем правилам, упакуют в белую, пахнущую стерильностью камеру, где мои рассказы будут тщательно документироваться не как свидетельства, а как симптомы. Мой мир сузится до диагноза в историях болезни, а коллеги, кивая с притворной грустью, будут говорить: «Такой перспективный специалист... Стресс, переутомление. Жаль». Нет, эту истину я должен похоронить глубже любого драконьего кургана. Мое безумие - мой самый главный секрет. - Но зато, меня уже совершенно точно ничто не сможет удивить!, - я постарался найти хоть какое-то утешение для себя. И всё же, несмотря на всю сюрреалистичность происходящего, я испытал настоящее счастье, гуляя по окрестностям города. Закрыв глаза, прислушивался к расслабляющим звукам природы: стрекотание цикад, шум водопада неподалеку, фырканье коней в стойлах и... И... Это топот бегемота? Открыв глаза, повернулся к источнику странного, усиливающегося с каждой секундой звука. Совсем рядом послышались крики людей. Приглядевшись в нарастающий силуэт, я побледнел. - А нет... Всё-таки ещё придется удивляться. Пресвятые пинцеты! А это ещё кто?! Да, не показалось. Мне навстречу приближался великан в сопровождении двух мамонтов. Сдается мне, этот здоровяк с дубиной на плече пасет их. Лучше не стоять у них на пути! Мои старания отдалиться от угрозы были тщетными. Один шаг великана равнялся моему забегу на десять метров. Я бежал со всех ног, круто свернул в сторону, но было уже поздно. В конце концов в этой гонке я проиграл. Судорожно глотая ртом воздух, я начал задыхаться. Великан замахнулся дубиной, и с невероятной силой ударил ею о землю. Я ощутил, как земля затрещала, словно от мощного землетрясения. Удар был настолько сильным, что меня чуть не сбило с ног - едва удалось сохранить равновесие. Бежать от него больше не имело смысла, и я решил встретиться лицом к лицу с самой смертью. Стоя спиной к стремительно приближающемуся концу, начал медленно поворачиваться к великану. Страх не овладел мной - напротив, я был полон решимости. Внутри разгорался огонек, и чувствовал, как он освещает мою душу. Смотрел прямо в его глаза, не отводя взгляда, готовый принять всё, что должно было произойти. И вот его мамонты, неуклонно следуя за своим хозяином, подошли совсем близко - расстояние между нами едва ли составляло двадцать метров. Я мог разглядеть детали их массивных тел, покрытых грубой шерстью, и ощутить, как земля дрожит под их тяжёлой поступью. Великан, величественный и устрашающий, стоял на фоне своих гигантских спутников. - Сергей! Лови!, - чей-то женский голос прозвучал так громко и неожиданно, что заставил меня обернуться на зов. Мне в руки летел деревянный лук и колчан, полный стрел. Я ловко поймал оружие, но времени, чтобы всмотреться в лицо незнакомки не было. Всё моё внимание было сосредоточено на надвигающейся опасности. Лук лег в мои руки, словно был частью меня. Не знаю, откуда во мне взялись эти знания - как правильно держать лук, натягивать тетиву и точно прицеливаться, - но я действовал без колебаний, с удивительной точностью. В этот момент ко мне присоединилась группа людей - таких же лучников, готовых сражаться. Их уверенные движения и сосредоточенные взгляды придавали мне сил. Мы стояли плечом к плечу, готовые встретить вызов, который бросал нам великан и его свита. - Берегись!, - прозвучал мужской голос, адресованный мне. Резко отшатнулся в сторону, чувствуя, как мимо моего виска со свистом проносится огромная каменная глыба, брошенная великаном. Я не видел того, кто предупредил меня, но всей душой был благодарен ему. Ловко перекатываясь по земле, вскочил на одно колено и, почти не целясь, выпустил стрелу. Она впилась в сердце великана, собиравшегося швырнуть следующую глыбу. Рёв боли оглушил лес. Мамонты беспокойно переступали с ноги на ногу, их бивни качались подобно маятникам смерти. Вскоре они лежали поверженные на земле вместе со своим хозяином. - Довольно хладнокровно, - оценил один из охотников, его голос звучал уверенно и сдержанно. - Уважаю, - добавил он, протянув мне руку в знак признания. Я встретил его жест с благодарностью, крепко сжав его ладонь. Угроза осталась позади, можно было расслабиться. Наконец представилась возможность рассмотреть лица людей, так вовремя подоспевших мне на помощь. Охотников было четверо: трое здоровых мужчин и рыжеволосая девушка, которая стояла немного поодаль от меня. Я сразу узнал её. - Элли? Она обернулась. Один из охотников поправил меня: - Её зовут Эйла. Она охотница как и мы. Эйла подошла ближе к парням, попросила оставить нас наедине, пообещав догнать по дороге. Они послушно удалились, и мы остались одни. - Может ты объяснишь, что всё это значит? И почему ты представилась мне тогда как Элли? Сергей стоял перед ней, и в его позе читалась странная двойственность - мощь воина и сосредоточенность учёного. Его широкие плечи и статная фигура говорили о физической силе, но в каждом движении сквозила особая, почти хирургическая точность. Чёрные волосы с серебряными нитями у висков обрамляли лицо с резкими, но благородными чертами. Высокий лоб мыслителя, прямой нос и твёрдый подбородок могли бы принадлежать полководцу, если бы не карие глаза - эти вечно усталые, глубокие глаза врача, видевшие слишком много боли и всё ещё хранящие бездонную доброту. В уголках его глаз затаились лучики морщин - не от возраста, а от привычки щуриться при ярком свете операционных ламп. Его руки, сильные и жилистые, с длинными пальцами, способными одинаково уверенно держать и скальпель, и лук, были спокойно опущены вдоль тела. Даже сейчас от него веяло лёгким запахом антисептика - неистребимым следом профессии. Его строгий взгляд был лишён осуждения, но в нём читалась вся глубина человека, привыкшего нести ответственность за жизни других. В этой снисходительной мудрости сквозь усталость угадывалась сила того, кто видел самую суть человеческой природы. Эйла гордо подняла подбородок. - Я не собираюсь раскрывать своё истинное имя первому встречному, - произнесла она с лёгкой усмешкой. - Мой родной мир Скайрим, и, поскольку я являюсь гостем в вашем, не вижу смысла в том, чтобы местные знали о моём существовании. Тем более, что есть такая игра - Skyrim, и, сказать честно, я очень похожа на саму себя. В условиях этой загадочной реальности было бы разумно соблюдать определённую конспирацию, не так ли? После её слов я потерял способность соображать. Мысли в голове смешались, и мне стало трудно сформулировать хотя бы один внятный вопрос, несмотря на то, что их у меня было предостаточно. - Понимаю, - сказал я, выдержав небольшую паузу, - Но… как ты оказалась в моём мире? И знаешь ли ты, как помочь мне вернуться домой? Эйла помедлила с ответом. Видно было, что она что-то скрывала от меня и не хотела сказать об этом. - Видишь ли... Твое кольцо - не просто кольцо. Это магический атрефакт. Мои глаза заметно округлились. - Не смеши мои бахилы! Ну даже если так, ты хочешь сказать, что оно является проводником между мирами? - Именно так. И у меня тоже есть проводник. Не такой мощный как твой, но он позволяет мне перемещаться. - Через ещё какие-нибудь игры? - Нет. На самом деле существует всего два мира: ваш и наш. Переход возможен только между ними. Я устало вздохнул, отказываясь воспринимать всё это за правду. - Скажи, уже, что я просто сошел с ума. Игра. Как игра может быть реальностью? - Да поверь же ты наконец, что всё что ты видел - правда!, - её голос звучал твёрдо, почти настойчиво. - Ты не сумасшедший, Сергей! Взгляни на факты: кольцо, о котором идёт речь, невероятно древнее, ты и сам упоминал об этом. И, вопреки всему, оно сохранилось в идеальном состоянии, пройдя через века, чтобы оказаться в твоих руках по наследству. Если ты считаешь, что это галлюцинации, ты глубоко заблуждаешься. Какой бы сильной ни была иллюзия, она не может проявляться столь явно и последовательно. Я молчал. Наконец, медленно проговорил: - Хорошо, допустим, я поверил. Что дальше? Неужели нельзя просто избавиться от этого артефакта и вернуться к прежней жизни, как ни в чём не бывало? - Вот этих слов я и боялась, - произнесла она с лёгким вздохом. - Давай поступим так: я отправлю тебя домой, но во время перехода ты должен будешь закрыть глаза и уши. Если ты узнаешь, как воспользоваться кольцом, то покинешь это место навсегда, а этого нельзя допустить. На тебе лежит важная миссия. Слова её звучали серьёзно, и я почувствовал тяжесть ответственности. Даже несмотря на желание избавиться от кольца, я бы на самом деле так не поступил, потому что уважал своих родителей и обещал им сохранить его для потомков. Но, знал, что, если узнаю секрет - действительно никогда не вернусь сюда. Таким образом, выбора у меня не оставалось. - Я согласен. - Отлично, - произнесла она с легким энтузиазмом. - Думаю, можно рассказать тебе еще кое-что, - я догадывался, что Эйла намеренно не говорит мне всей правды, дабы не ввести меня в шок. Твоё кольцо наделяет своего владельца силой, если произнести определенные слова. Например, одно из них звучит так... как же оно там было... Ах, да! «Фус ро да». - «Фус ро да?» - повторил я, произнося слова с недоумением. Но ничего не произошло. - Я не чувствую никакой силы. Она засмеялась, её смех был лёгким и беззаботным, как у ребёнка: - Забавно, Сергей. Можешь не сомневаться, эти слова действительно должны сработать, но, похоже, только в других обстоятельствах. Тебе еще предстоит пробудить в себе эту силу. Потупив взгляд, продолжил: - Ты отправишь меня домой прямо сейчас? - Нет. Моё кольцо перенесет нас обоих, но сейчас я не могу последовать за тобой - меня ждут в Йоррваскре. Давай встретимся завтра с первыми лучами солнца на этом же месте? - Хорошо, но что мне делать всё это время? - Можешь зайти в таверну и отдохнуть. Держи, тебе пригодится. Она протянула мне несколько монет. Мне стало неловко принимать её помощь, и я замешкался, не решаясь протянуть руку. - Бери, - мягко настаивала она. - В этом нет ничего предосудительного. Я просто хочу помочь. После мгновения колебаний я всё же принял монеты, почувствовав их прохладную тяжесть в ладони. - Спасибо, Эйла. До завтра.