Глава 6. Драко. День, когда Драко просчитался… Но где?

Выйдя из душа, Драко подошел к шкафу и взял первую попавшуюся рубашку. Он никогда не заморачивался с выбором и доставал ту, что висела слева — ближе всего. Томми, его домовой эльф, жил в Малфой-мэноре, отказываясь переезжать в другое место. Как-то раз Драко не удержался и спросил: «Почему?», ведь теперь он свободный эльф и может жить, где захочет. В обязанности Томми по-прежнему входили готовка, уборка и стирка. Малфой даже предлагал нанять отдельного эльфа для прачечной, но Томми отказывался и говорил, что, во-первых, ему нравится работать, а во-вторых, он копит на свое собственное жилье. И раз он живет в мэноре бесплатно, то не тратится на аренду, что позволяло ему откладывать почти всю зарплату. Драко не беспокоился по поводу одежды как раз по причине того, что Томми всегда поддерживал ее в идеальном состоянии и сам развешивал все вещи по шкафам. За что он ему щедро доплачивал. Драко бросил взгляд на стол и увидел розовое канцелярское преступление, хоть и спрятанное под обложкой. Его личное поражение. Он запустил руки в еще влажные волосы, собирая воедино все известные ему факты: точно девушка, в этом не было сомнений, он доверял своей интуиции и она кричала ему о том, что это точно девушка. И нет, дело не в цвете. Он же не сексист, чтобы так категорично судить: мальчикам — голубое, девочкам — розовое. Работница Министерства, ну или посетительница, случайно обронившая вещь на входе. Невообразимо умная, чтобы создать что-то подобное, нужно перечитать нереальное количество книг и наложить чары таким образом, чтобы они не вмешивались, спутывая работу друг друга. Импульсивная, судя по ее сообщениям. Праведная справедливость сквозила в буквах. Он раскладывал в своих мыслях все детали по полочкам. Грейнджер. Драко знал только одну девушку, способную на такое. Гермиона Грейнджер. Он издал невнятный звук не то восхищения, не то разочарования. Конечно, была вероятность, что может быть, дай Мерлин, это не она. Но вся известная ему информация противоречила этому. Драко еще раз посмотрел на дневник — если он не смог зачаровать его, то есть вероятность, что Грейнджер, будучи параноидальной контролершей, наложила подобное заклинание на все свои вещи. По его коже пробежала стая мурашек. Драко взглянул на часы — почти девять утра, он и так уже опаздывал. Если камины снова не будут работать и ему снова придется идти через все поместье, он лично придет к Кормаку и будет стоять над его душой, наблюдая, как тот своими неуклюжими корявками ковыряется в чарах каминной сети. Ему срочно необходимо пересечься с Грейнджер до совещания, чтобы проверить теорию и не вызвать никаких подозрений. Драко быстро оделся и взглянул в зеркало. Круги под глазами выдавали его бессонную ночь, но не критично. Приемлемо. Захватив с собой дневник, по-прежнему пряча его внутри сумки, он шагнул в камин, заранее проклиная Маклаггена. Зеленое пламя лизнуло туфли, и Драко оказался в холле Министерства. Он поспешил в свой кабинет, чтобы оставить сумку внутри. По пути он додумался бросить на нее Заглушающее, чтобы подобных неловких ситуаций, как с Эвелин, больше не повторялось. — Мистер Малфой, доброе утро! — кокетливо улыбаясь, сказала Эвелин. — Доброе, — бросил он в ответ, даже не глядя в ее сторону. — С утра доставили сверток… — на мгновение она замялась. — Я не знаю, зачем… Погруженный в свои мысли, Малфой коротко отмахнулся и зашел в свой кабинет. Грейнджер всегда появлялась на совещаниях раньше всех, восседая в гордом одиночестве в ожидании встречи. Значит, ему нужно отправиться к лифтам примерно за пять минут, чтобы подловить ее. Еще будет слишком рано, чтобы все начали подтягиваться, и, скорее всего, он будет ехать в кабине только с ней. Идеальная возможность. Драко сел за стол и следил за стрелками часов, висевших напротив. Он стучал пальцами по столу, ожидая заветных двадцати пяти минут десятого. Как только секундная стрелка коснулась двенадцати, а минутная пяти, он резко встал и пошел к лифтам. К счастью, лифт поедет снизу вверх, что означало, что вначале в нем окажется он, поднимаясь с пятого, а потом уже на четвертом войдет она. План был таким: расслабленно встать у задней стенки, не вызывая абсолютно никаких подозрений, незаметно достать палочку и произнести пару заклинаний. Если это и вправду Грейнджер — ничего не произойдет. Его догадка будет верна. И он просто подбросит блокнот под дверь ее кабинета. Не смотря на то, что пусть дневник и казался ему гениальным изобретением, связываться с Грейнджер совершенно не хотелось. План, конечно, был так себе, учитывая, что он мог как дурак припереться еще и раньше нее. Да и она могла зайти в другой лифт. Но Драко уповал на удачу, может быть, в этот раз ему наконец повезет. Он остановился прямо напротив дверей, когда один из лифтов с нижнего уровня начал подниматься вверх, и быстро нажал на кнопку, чтобы успеть перехватить его. Он нутром чуял, что это именно Грейнджер вызвала подъемник. Двери отворились, и он зашел внутрь. Следуя плану, Драко непринужденно подпер заднюю стенку и, кажется, не дышал, пока лифт преодолевал один этаж. Кабина остановилась на четвертом. Перед ним стояла она, уставившись на него своими огромными оленьими глазами. Драко быстро окинул ее взглядом, отказываясь признаваться самому себе в том, что выглядела она чертовски привлекательно. Длинные, стройные ноги. Тонкая талия. Белая, немного прозрачная блузка подчеркивала все наилучшим образом. Возможно, мама была права, и ему стоило начать с кем-то встречаться. Помутнение рассудка от недостатка близости, не иначе. Он всеми силами удержался от того, чтобы закатить глаза. «Проходим! Проходим! Не задерживаемся!» Она медленно прошла внутрь, будто шла не в кабину лифта, а на собственную казнь. Драко попытался немного разрядить обстановку и поприветствовал ее, почти дружелюбно: — Грейнджер. — Малфой, — безразлично кивнула она в ответ. Он обратил внимание на кружку с изображением льва, в его голове план скоропостижно сменился. Вот она — та вещь, которую она яростно бы охраняла от чужого вмешательства, словно дракон груду золота. Она повернулась к нему спиной, и Драко ощутил волну раздражения — действовать незаметно явно не получится. Он молился Мерлину, чтобы лифт ехал вверх без остановок. Грубо развернуть ее к себе — самое тупое, что можно сделать в этой ситуации. Зачаровать ее брюки, сменив цвет? Нет, маловероятно, что на них могут быть такие чары, да и это харассмент. Очередное ожидание вердикта суда из-за такой выходки — последнее, чего бы ему хотелось, когда все только-только начало налаживаться. Нужно что-то сделать с кружкой. Безобидное. Чтобы она не побежала жаловаться министру или сразу в Визенгамот. В случае, если он ошибся насчет личности создательницы, и заклинание все-таки сработает… Грейнджер просто сочтет его идиотом, который ведет себя как глупый мальчишка. Ничего нового, все как всегда. Он осторожно выглянул из-за ее плеча, и встретился с ней взглядом. В ее карих глазах сквозила неприкрытая неприязнь. Он заметил, как она вздрогнула и что-то внутри неприятно кольнуло. Те времена острых нападок с его стороны были больше десяти лет назад. С тех пор он изменился. Его ценности изменились. Вряд ли она понимала, да и захотела бы понять. — Хочу кое-что проверить, — тихо произнес он, ощущая сладость аромата, исходившего от ее волос. Малфой представил герб Слизерина и прошептал Колормуто, и на кружке появилась змея. На секунду он застыл. Он не мог быть не прав. Он был уверен, что это она. Но герб, сменивший цвет на зеленый, говорил об обратном. Гермиона резко развернулась и ее кудри, встрепенувшись, коснулись его подбородка. Ее волосы пахнут ванил… — Драко сразу же отмел мысль, не позволяя той блуждать по его разуму. Он стоял, не моргая, как вдруг ощутил обжигающие капли на своей рубашке. Периферийным зрением увидел, как она уперто толкает кружку ему в грудь и машинально схватил кофе. — Думаю, теперь это твоя, — прошипела она, словно гарпия. Кофе медленно стекал по ткани, оставляя грязную дорожку. Спустя мгновение, Драко опустил взгляд на темные пятна, затем посмотрел ей в глаза, стараясь унять разрастающуюся бурю эмоций внутри. — Как предсказуемо, Грейнджер, — он приложил колоссальное количество усилий, чтобы не вылить кофе ей прямо на голову. Горячий. Обожжется. «Выходим! Выходим! Не задерживаемся!» Гермиона выбежала из лифта, оставив Драко стоять с ее кружкой в руках. Он хотел что-то придумать, оправдать свою глупую, детскую выходку, но в голове было пусто. Он растерянно моргал, сам не понимая, что сейчас произошло. Взяв себя в руки, Драко быстро накинул на себя Очищающее, избавляясь от пятен, и шагнул следом, пытаясь догнать ее. Она громко цокала каблуками, и услышав его шаги, кажется, еще сильнее ускорилась. Драко уже настиг ее у входа в кабинет, но дверь громко хлопнула прямо перед его носом, почти прищемив пальцы. — Блять, — не сдержавшись, выругался он вслух. До чего Грейнджер бесила. Упертая, своенравная и до невозможного эмоциональная. Через пару секунд он вошел в кабинет, сжимая кружку так сильно, что она бы лопнула, не будь сделана из такого толстого фарфора. Драко внимательно следил за каждым ее движением. Она бросила свой надменный взгляд на него, и он с трудом сдержал желание фыркнуть в ответ. Грейнджер резко отвернулась. Он медленно прошел к своему месту, прямо напротив нее. Вообще технически это не было его местом и каждый мог сесть туда, где было удобно. Но почему-то все решили придерживаться привычной рассадки каждое последующее совещании. И так уж случилось, что на первую встречу он пришел последним и единственное свободное место оказалось прямо напротив нее. Она тогда так нервничала, сверля его взглядом, что он решил выбирать только это место. Один раз Кормак, обычно пропускавший совещания, попытался занять его стул, но, взглянув на Драко, сразу же сдвинулся левее. Посмотрев еще раз на Драко, он пересел на диван, стоящий вдоль стены. Малфой аккуратно поставил ее кружку на стол и развернул так, чтобы ей был виден герб Слизерина. Ну раз уж она начала войну, расплескав кофе из теперь уже симпатичной кружки, — эту битву он не проиграет. Гермиона подняла голову на глухой звук проворота кружки о деревянную столешницу. Драко видел, как ее стул трясется, она точно нервничала и качала ногой под столом. Он видел, как она смотрит в папку, но глаза не бегают по строчкам. Грейнджер избегала его. А еще она издавала этот отвратительный щелкающий звук, без конца теребя шариковую ручку в пальцах. — Грейнджер. Она подняла голову и посмотрела прямо на него. Терпение Драко заканчивалось там, где начинался этот мерзкий звук. — Ты всегда так делаешь, когда нервничаешь? — в его голове это был риторический вопрос, не требующий ответа. Она делала так абсолютно всегда, когда была чем-то раздражена, когда переживала или ожидала ответа. — Как? — раздраженно бросила она. — Щелкаешь этой штукой, — Драко вообще не понял, зачем ответил ей. Неужели она и сама не замечала, как из раза в раз ее большой палец словно бьется в конвульсиях. Драко внимательно следил за ее движениями, рука остановилась и сжала ручку. Он понял, что Грейнджер и правда не замечала за собой этой дурной привычки. Переведя взгляд на ее лицо, он увидел, как она замерла, смутившись. Затем она облизнула губы, и Драко внимательно проследил, как кончик ее языка проходится вдоль нижней губы. Он снова посмотрел на ее уже пустые ладони, ручка лежала на столе. Он заставил себя отвернуться. Кингсли вошел в кабинет и начал вести совещание. Драко не особо вслушивался, размышляя о дневнике, если не Грейнджер, то кто… Он кожей почувствовал на себе ее взгляд и посмотрел на нее. Она хмурилась, а в глазах читалось явное: «О чем сейчас речь?» Драко пожал плечами в ответ, не зная ответа на ее немой вопрос — он хоть и слышал что-то про Францию, но не понял ни слова. Он внимательно посмотрел на Кингсли, и когда все хором начали выкрикивать что-то про оповещения, пазл в его голове сложился. Он не получил какое-то уведомление, что возможно ему нужно куда-то ехать. Вероятно, во Францию. — Я не получал оповещение, — чувствуя раздражение не то на себя, не то на Кингсли, сказал он. — Хм… Странно. Я уверен, что Кэтрин отправила все служебные записки. Это было в конце рабочего дня, около пяти вечера. Главам всех отделов лично в руки. Портключи сделали ночью и доставили сегодня секретарям. Конечно, около пяти вечера. Он же, очарованный дневником, сбежал вчера с работы около четырех. Само собой, он не получил служебную записку лично в руки. Его уже не было на работе. Драко почти расхохотался вслух от комичности ситуации, но сумел сохранить спокойное выражение лица. Он уже хотел ответить, что был вынужден уехать на важную встречу, что почти соответствовало реальности и не было бы враньем, поэтому и не получил уведомление о командировке, как раздался голос Грейнджер: — Я тоже ничего не получала. А вот это уже интересно, Драко подался немного вперед, чтобы точно не пропустить ни одного слова. — Мисс Грейнджер, вы не едете. Ваш отдел не задействован. — Но это может касаться… Драко очень не любил командировки — бестолковая трата времени, еще и учитывая постоянное беспокойство насчет состояния матери, но хоть что-то в этом было хорошее: Грейнджер не едет и какое-то время она не будет его раздражать своим присутствием. Дальше он не стал вслушиваться, ему срочно нужно оказаться в кабинете и прочитать эту записку, которую он должен был получить еще вчера. — Я уверена, что если это касается магических существ, то это и мое дело! — ее голос заставил вынырнуть его из пучины мыслей. Она просто невыносима. — …незаконной перевозки опасного артефакта… Драко уловил только тот факт, что дело связано с артефактом — самая ненавистная часть его работы. Кто-то продал незаконную опасную штуку, а разгребать, разумеется, ему. И теперь придется проводить время в душном французском Министерстве, сидеть на бесконечных обсуждениях и совещаниях: кто, каким маршрутом и как такого больше не допустить, ну хотя бы на бумаге. — Думаю, на этом все. Если у вас остались вопросы, мой кабинет всегда открыт. Хорошего дня. Хорошего дня. Конечно, у Кингсли был хороший день, ему же не придется впопыхах собирать вещи, отправляясь непонятно на сколько. Драко хоть и торопился, но не хотел толкаться на выходе, поэтому посидел еще минуту, планируя остаток дня. Он вернется в свой кабинет, прочитает записку, если к портключу не будет объяснений — активация по времени или касанием — Эвелин выяснит. Вернется домой, соберет вещи, ну и дальше уже будет действовать в зависимости от ситуации. Драко посмотрел напротив, но Грейнджер словно испарилась. Он опустил взгляд на кружку и сделал небольшой глоток. Черт. Вкусно. Драко отправился в свой кабинет, прихватив с собой кружку, по пути он и сам не заметил, как выпил весь кофе. — Мистер Малфой, я узнала! — увидев его, восторженно воскликнула Эвелин. Драко взглянул на нее, и ее щеки покрылись румянцем. — Сегодня у вас срочная командировка во Францию. Портключ активируется касанием, — с очевидными нотками гордости ответила она. — Да, мисс Харт, спасибо. Стоило мне сказать об этом в начале дня, — без тени злости спокойно ответил он. — Но… — она замялась, но тут же продолжила: — Могу я еще что-то для вас сделать? — Да, разошли записки о поездке во Францию Джону, Дэвису и Руперту. Пусть бросают все дела. Они тоже едут, — закончив с указаниями, Драко ушел в свой кабинет. — Хорошей командировки! — попыталась пожелать удачи Эвелин, но Драко уже почти закрыл дверь, не обращая на нее внимания. Драко осмотрел свой кабинет и увидел парящий самолетик прямо под потолком над его столом. Конечно, он же был так сильно увлечен, рассматривая стрелки часов, что даже не заметил служебную записку. Он поставил кружку на край стола, если уж она будет нужна Грейнджер, пусть сама придет и заберет ее, а не разбрасывается своими вещами, проливая горячий кофе на чужую чистую рубашку. Он призвал самолетик, быстро прочитав содержимое, и в очередной раз убедился, что ничего нового не произошло. Стандартная практика. Классика, происходившая примерно пару раз в год. Все, как он и предполагал. Драко достал дневник из сумки, вдруг девушка уже написала ему, но из-за Заглушающего он мог пропустить уведомление. Только он дотронулся до дневника, как раздалось знакомое пиликанье. Драко тут же открыл блокнот и увидел появившийся текст:

«Ну как? Получилось?»

Времени на светские беседы уже не было, поэтому он быстро написал в ответ, честно признаваясь:

«Нет»

Блокнот тут же завибрировал, издав звук:

«А я говорила. Верни дневник.»

Губы Драко расплылись в широкой улыбке. «Говорила», он точно был уверен, что это девушка, и сейчас его догадка оказалась верна. Он решил, что не будет менять свою тактику в общении с ней:

«Может быть. Если расскажешь обо всех чарах»

Драко начал ходить по кабинету и собирать все, что ему может понадобиться. Он так и оставил блокнот лежать открытым на столе, периодически бросая на него взгляд, но сообщение не приходило. Как только раздался уже почти не раздражающий звук, Драко в то же мгновение оказался у стола.

«Нужно было наложить на него Круциатус от всяких идиотов (таких как ты, кстати) — пара минут в муках и желание трогать чужие вещи отпадет.»

Драко пребывал в истинном восторге от прочитанного. Не то, чтобы ему нравилось, когда девушки злились, но то как мило она назвала идиотом вызывало легкую улыбку. Он склонился над столом, чтобы ответить:

«Ммм, не гнушаешься Непростительных. Мне нравится»

Ответ не заставил себя долго ждать.

«Расскажу, когда вернешь.»

Она что, сменила тактику? Ну нет, так дело не пойдет, он вернет, а она сразу же сбежит. Он же не какой-то престарелый волшебник, чтобы повестись на такую толстую провокацию.

«Думаю, в таком случае, он еще побудет со мнои»

Драко почти дописал хвостик буквы «й», как ручка на двери провернулась. Он резко оторвал перо и бросил дневник в ящик. Затем схватил палочку и наложил самое быстрое в жизни Заглушающее, а следом Коллопортус. Его рука никогда не двигалась так стремительно. Дверь отворилась и на пороге стоял разъяренный, словно взрывопотам, Дэвис. — Почему я узнаю о командировке в день командировки? Драко предполагал о такой реакции, но надеялся, что тот хотя бы постучится, прежде чем влетит в кабинет своего начальника. На самом деле, Дэвис Вайт был смышленым, хорошим парнем, но с небольшими проблемами с контролем эмоций. Хоть Драко это и не нравилось, но Вайт был профессионалом своего дела. — Я сам узнал десять минут назад, — спокойно ответил Драко. — Я не могу сегодня поехать. У моей жены роды вот-вот начнутся. Я должен быть в каминной или аппарационной доступности от Святого Мунго, — уже без прежней злости сказал Дэвис. — Кто может тебя заменить? Контрабанда артефакта. Кто знает маршруты и нелегальных торговцев так же хорошо, как и ты? — Драко понимал, насколько для Дэвиса это важно, поэтому не сказал ни слова о его вспышке гнева. — Алан может. Последнее время мы вместе над этим работали, — Дэвис разжал кулаки, его лицо немного расслабилось. — Хорошо, он сможет поехать? — Драко почувствовал укол совести, как он мог забыть о пополнении в семье Вайтов. — Да, он сказал, что с радостью заменит меня и это отличная возможность. — Хорошо. Вот и решили, — его совесть, удовлетворенная ответом, затихла. — Спасибо, мистер Малфой! — уже счастливый Дэвис вышел из кабинета, осторожно прикрыв за собой дверь. Драко дособирал все необходимое в сумку, затем забрал у Эвелин портключ и направился в атриум к каминам. Оставалось только взять одежду из дома и предупредить мать. И можно отправляться.