Глава 020

Каждую ночь, как только Блум закрывала глаза, мир снов превращался в кошмарную галерею ужасов, созданную Нелном, не просто являясь ей, он ещё и заставлял её участвовать, быть свидетельницей самых мрачных деяний, которые совершил при жизни. - Смотри, - шептал он ей на ухо, и его голос звучал почти нежно, словно отец, показывающий ребёнку что‑то удивительное. - Это была моя первая настоящая победа. Блум хотела отвернуться, закричать, проснуться, но не могла пошевелиться, она чувствовала запах гари, слышала далёкие крики, и сердце разрывалось от боли и бессилия. В одном сне она стояла у алтаря, покрытого рунами, Нелн проводил ритуал, требующий жертвы и Блум видела, как бьётся в агонии тело молодой девушки, в другом она шла по лесу, где деревья были искривлены и покрыты кровавыми отметинами. Нелн объяснял, как с помощью их боли подпитывать тёмную магию, однажды он показал ей зеркало, в котором вместо своего отражения Блум увидела себя в чёрном плаще, с глазами, горящими холодным огнём. - Разве это не прекрасно? - спросил Нелн. - Ты могла бы стать моей наследницей. Но каждый раз, когда он ожидал увидеть в её взгляде страх, покорность или даже интерес, Блум отвечала ему твёрдым взглядом. - Ты чудовище, - прошептала она в одну из ночей, собрав все силы. - И ты никогда не заставишь меня стать такой же! Нелн на мгновение замер, его улыбка дрогнула, но тут же стала ещё шире. - О, как же ты ошибаешься, - прошипел он. Солнечный свет струился через высокие окна класса, бликуя на полированной поверхности парт, профессор Палладиум увлечённо объяснял новую тему по магической теории, водя указкой вдоль сложных схем на доске. Винкс сидели рядом Текна что‑то быстро записывала в электронный блокнот, Флора делала аккуратные зарисовки, а Блум пыталась сосредоточиться на словах профессора, но внутри её головы раздался знакомый ледяной голос: - А что, если подбросить жабу в сумку Гризельде? Всего одно заклинание и ты избавишься от её вечных придирок. Давай, Блум, это будет так забавно... Она вздрогнула и сжала край парты, костяшки пальцев побелели, голос Нелна звучал отчётливо, не как эхо сна, а прямо здесь, в реальности, перекрывая голос профессора. - Знаешь чем лучше всего рисовать? - продолжал он, и в его тоне слышалась насмешка, почти веселье. - Кровью врагов. Блум глубоко вздохнула и попыталась сосредоточиться на схеме на доске линии и символы расплывались перед глазами. Она сжала кулаки под партой, ногти впились в ладони. Боль помогла на мгновение прогнать наваждение. - Блум? - тихо позвала Флора, наклоняясь к ней. - Ты в порядке? Ты какая‑то бледная. - Всё нормально, - прошептала Блум, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Просто... голова немного болит. Нелн рассмеялся в её сознании: - Ты всё ещё сопротивляешься? Как трогательно, но рано или поздно ты поддашься. Пальцы Блум дрожали, когда она хотела записать формулу, которую профессор вывел на доске, но рука вывела вместо этого странный завиток, похожий на символ из кошмаров Нелна. Стелла, сидевшая рядом, нахмурилась: - Блум, что это? Это похоже на руны... - О... просто думала что они могли бы значить... Нелн их использовал и я подумала, являются ли они чем-то тёмным сами по себе? Можно ли их использовать во благо... Текна подняла взгляд от своего устройства: - У тебя пульс участился, я вижу по сенсору браслета, - тихо сказала она. - Ты же это не серьёзно? Блум почувствовала, как внутри всё сжимается, она не могла рассказать им не хотела чтобы подруги знали о том что Нелн уже способен говорить с ней. - Да, просто интерес. - она заставила себя улыбнуться. В этот момент Гризельда, стоявшая у двери, строго произнесла: - Мисс Блум, может быть, вы поделитесь с классом, о чём так увлечённо шепчетесь вместо того, чтобы слушать лекцию? Класс затих, а Блум почувствовала, как кровь приливает к щекам. - Простите, - она встала. - Я просто... отвлеклась на секунду. Больше не повторится. Нелн снова рассмеялся в её голове: - Видишь? Они всё равно начинают подозревать, что ты уже моя. Может... Блум сжала зубы. Она не поддастся. Ни здесь, ни сейчас, ни когда‑либо ещё. Следующей ночью Блум снова оказалась во власти Нелна, на этот раз она стояла в начале бесконечного коридора заброшенной больницы стены покрывал облупившийся серый лак, с потолка свисали обрывки проводов, а под ногами хрустели осколки стекла, воздух был пропитан запахом плесени и чего‑то ещё, отдаленно напоминающего кровь. - Беги, - прошипел голос Нелна где‑то позади, слишком близко, чтобы чувствовать себя в безопасности. - Посмотрим, как долго ты продержишься. Блум бросилась вперёд, коридоры разветвлялись, словно щупальца чудовища, одни вели в тупики с разбитыми окнами, другие в палаты с ржавыми кроватями и остатками медицинского оборудования, она слышала его шаги за спиной, иногда раздавался смех, то ли безумный, то ли восторженный: - Ты ведь знаешь, что это бесполезно? Ты не сможешь убежать от меня. Я часть тебя. Блум свернула за угол и оказалась перед развилкой, на мгновение она замерла, выбирая путь, и в этот момент услышала скрип двери где‑то слева, она метнулась вправо, но коридор резко оборвался перед ней возникла решётка, за которой зияла чёрная пустота шахты лифта. "Назад!" мелькнуло в голове, но позади уже стоял Нелн. Теперь он выглядел иначе, чем прежде черты лица исказились, глаза горели лихорадочным огнём, а улыбка была слишком широкой, неестественной. Его плащ волочился по полу, будто цепляясь за неровности разбитого линолеума. - Понравилось бегать? - он сделал шаг вперёд. - Признай, это было весело, ты так забавно пугаешься. Блум отступала, пока не упёрлась спиной в холодную стену, впереди решётка и пропасть, позади Нелн. Она оказалась в ловушке. - Знаешь, что самое прекрасное в этом моменте? Ты абсолютно беспомощна и никто не придёт на помощь. Это мой мир. Здесь я решаю, что будет дальше. - Его рука потянулась к ней, пальцы почти коснулись её плеча... И тут Блум резко распахнула глаза, она сидела в своей кровати, вся в поту, одеяло сбилось в комок у ног, за окном едва брезжил рассвет, а в комнате царила тишина, только тихое дыхание Флоры, спавшей на соседней кровати, напоминало, что она всё ещё в Алфее, в безопасности. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди, Блум глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь, сон был слишком реальным она всё ещё чувствовала холод стены за спиной и слышала издевательский смех Нелна. Осторожно, чтобы не разбудить подруг, она встала и подошла к окну, первые лучи солнца окрашивали небо в розовые и золотые тона. - Это всего лишь сон, - повторяла она про себя. - Но он становится сильнее, если он уже может говорить со мной наяву, что будет дальше? - Она сжала кулаки, глядя на восходящее солнце. - Я не сдамся, - прошептала Блум. - Ты не сломаешь меня, Нелн. Я найду способ победить тебя. В этот момент за спиной послышался тихий голос: - Блум? Ты в порядке? Это была Лейла. Она села на кровати, сонно протирая глаза. Блум обернулась и заставила себя улыбнуться: - Да, всё хорошо, просто плохой сон. Весь день Блум не могла выбросить из головы образ заброшенной больницы из ночного кошмара. - Почему именно больница? - размышляла она, рассеянно водя пером по странице учебника на уроке алхимии. - Что в ней такого важного для Нелна? Винкс переглянулись, заметив её рассеянность. - Блум, ты опять не с нами, - тихо сказала Текна, наклоняясь ближе. - Что тебя тревожит? - Ничего, просто... задумалась, - она заставила себя улыбнуться и перевернула страницу. - Всё в порядке. Но внутри нарастало напряжение, ответ где‑то рядом, он прячется за этими мрачными стенами, за издевательским смехом Нелна, после уроков, уединившись в своей комнате, Блум решилась, она закрыла глаза, сосредоточилась и мысленно обратилась к нему: - Почему больница? Что в ней такого? Ответь! В голове раздался знакомый мрачный смех он звучал так отчётливо, будто Нелн стоял прямо за спиной: - О, наконец‑то ты проявила интерес! Как мило. Но знаешь, я не люблю отвечать на вопросы от тех, кто постоянно меня игнорирует. - Я не играю в твои игры, - мысленно ответила Блум, сжимая кулаки. - Просто скажи, что связывает тебя с той больницей. - А если не скажу? Что тогда? Будешь умолять? - его голос сочился ядом. - Хотя... может быть, я дам тебе подсказку. Подумай, где хранят тех, кого общество считает... опасными. Где прячут тех, чья магия слишком сильна, чтобы её контролировать. Блум почувствовала, как по спине пробежал холодок. - Ты там был? - догадалась она. - Тебя держали там? Смех Нелна стал громче, почти истеричным. - Держали? Разве я похож на того кого можно держать взаперти?! Нет. Это я держал их там, всех. Их страдания придавали мне сил... - Значит, ты использовал страдания других, чтобы стать сильнее? - мысленно бросила она вызов. - Ты не просто злой, ты трус. Ты прятался за чужой болью, вместо того чтобы найти другой путь. На мгновение в сознании повисла тишина. - Я не трус! И никогда им не был! Ты пытаешься меня осудить? Но разве ты не понимаешь, Блум? Ты тоже страдаешь, и именно это делает тебя сильнее. Разница лишь в том, что ты всё ещё цепляешься за свои глупые идеалы! - Истерично выкрикнул Нелн. - Мои идеалы не глупые, - твёрдо ответила Блум. - И однажды я найду способ изгнать тебя. В этот раз - навсегда. Следующей ночью сон Блум снова перенёс её в заброшенную больницу, но на этот раз она не была участницей кошмара, а сторонней свидетельницей, она стояла в углу одиночной палаты, невидимая и неслышимая. В центре комнаты мальчик, которому на вид было лет девять, бледный, с тёмными кругами под глазами. Его руки были покрыты свежими порезами, одежда изодрана, а взгляд дикий, полный отчаяния. - Первая сталь... - шептал он, дёргая ручку запертой двери. - Они не могут меня здесь держать... Нет, не я... Они в клетке, а я снаружи. Да так лучше. Мальчик обернулся, смотря сквозь Блум, в его чертах было что‑то знакомое, не его ли лицо она видела искажённым в облике Нелна? В этот момент дверь с грохотом распахнулась, в палату ворвались двое врачей в белых халатах, но их лица были лишены эмоций словно маски. Они схватили мальчика за руки, несмотря на его сопротивление. - Нет! - закричал он. - Я вижу то, чего не видите вы! Прекратите! - Молчать! - рявкнул один из врачей. Они потащили его по коридору, Блум, словно призрак, последовала за ними, они свернули в процедурную комнату с голыми стенами, где в центре стоял стул с ремнями. мальчика силой усадили, зафиксировали руки и ноги, один из врачей подключил электроды к его вискам. - А ну заткнулся, ублюдок! Ты это угроза обществу, - холодно ответил врач. Блум почувствовала, как внутри всё сжалось от ужаса, она хотела броситься на помощь, закричать, остановить их, но не могла пошевелиться. В последний момент юноша поднял глаза и, казалось, посмотрел прямо на неё, врач нажал кнопку, вспышка яркого света и Блум резко проснулась. Она села в кровати, тяжело дыша, сердце бешено колотилось, ладони были влажными от пота, за окном всё ещё царила ночь, звёзды тускло мерцали в прорезь между шторами. - Нелн... - мысленно позвала она, чувствуя, как внутри закипает гнев. - Это был ты, да? Ты был тем мальчиком. В её сознании раздался знакомый ледяной смех: - Нет, не я. Я никогда не был таким слабым, таким хрупким... - Зачем ты показал мне это? - настаивала она. - Чтобы я почувствовала жалость? - Я не показывал тебе этого! Наши души сейчас переплетены, поэтому ты видишь то что видел я. Вся неделя для Блум превратилась в бесконечный кошмар, каждую ночь она вновь и вновь оказывалась в стенах той мрачной больницы, наблюдая за страданиями юноши, она была уверена, что это сам Нелн в молодости, хоть и отрицает это. В первую ночь после открытия она увидела, как его привязывают к кровати и оставляют в палате на целые сутки без еды и воды, мальчик кричал, умолял о пощаде, но никто не приходил. Следующей ночью сцена изменилась, врачи вводили ему какие-то препараты, вызывающие у него судороги и боль, он кричал, а Блум не могла отвести взгляд она чувствовала его отчаяние, будто оно стало её собственным. - Хватит! - не выдержала Блум во сне, бросаясь к нему, хотя знала, что не может коснуться. - Остановитесь! Юноша поднял на неё взгляд на мгновение их глаза встретились, в его взгляде читалось не только страдание, сцена тут же сменилась - теперь он сидел в углу палаты, обхватив колени, и что‑то царапал на стене обломком кирпича. Блум подошла ближе и разглядела символы те же, что она видела на стенах больницы в своих первых кошмарах, с каждым новым сном детали становились чётче, мальчик обернулся и спросил у кого-то в пустой комнате. - Как прошёл твой день, Альберт? - В его голосе промелькнула теплота, так не свойственная Нелну. - Я умер. Не вынес терапии. - Голос звучал в голове Блум, но мальчик тоже его слышал, на мгновение ей показалось что она видит силуэт мальчика, но потом он пропал. - Прощай, Альберт. Мне будет тебя не хватать. - С этими словами мальчик подошел к стене и перечеркнул четыре рядом расположенные палочки, на этом сон закончился. Днём Блум была бледной и рассеянной, она забывала слова, путала заклинания, а на занятиях то и дело вздрагивала от малейшего шума. - Блум, с тобой точно всё в порядке? - в очередной раз спросила Стелла, когда подруга в третий раз за урок уронила учебник. - Да, просто... плохо сплю, - пробормотала Блум, избегая взгляда подруг. Текна нахмурилась: - Ты выглядишь так, будто не спала неделю. И твоё биополе нестабильно, я вижу колебания. Флора осторожно коснулась её руки: - Может, расскажешь, что происходит? Мы же команда. Мы поможем. Блум оказалась в знакомой палате, стены всё так же облупились, воздух пропитан запахом лекарств и чего‑то затхлого, но на этот раз сцена была иной, мальчик стоял у стены и медленно водил по ней окровавленными руками, пальцы оставляли за собой ярко‑красные следы. На рисуемой им картине был изображены дети, стоящие в ряд, они улыбались, все кроме одного - его лицо закрашено. - Мы никогда не будем вместе... Надеюсь там вам хорошо... Блум почувствовала, как воздух в палате сгустился, стал тяжёлым и давящим. Она инстинктивно отступила к двери и вышла в коридор, то, что она увидела, заставило её замереть от ужаса. По всему коридору лежали тела врачей, десятки неподвижных фигур в белых халатах, их лица застыли в масках абсолютного ужаса, широко раскрытые глаза, искажённые рты, застывшие в безмолвном крике. Некоторые так и остались стоять у стен, будто их сковал внезапный паралич, другие упали на пол, раскинув руки, словно пытались отползти. Кровь на стенах и полу еще не успела высохнуть, Блум видела несколько людей с оружием, гильзы на полу и несколько окровавленных шоковых дубинок. - Это он убил их... - подумала Блум, чувствуя, как по спине пробежал холодок. - Он научился использовать свою магию и стихийно высвобождать её, сделав то чего хотел больше всего... Она обернулась и увидела, что юноша стоит в дверном проёме палаты, теперь его глаза были заполнены знакомой ей тьмой.