Глава 3. Тебе ведь просто нужно сказать "Да". Так почему ты молчишь?...

Весь следующий месяц был вполне обычным для Шото. Утром — школа, днем — домашка, вечером — прогулка. Хотя, нет. Жизнь Тодороки никак не была такой, как раньше. А всему виной хмурый и раздраженный альфа, с которым парню приходилось видеться каждый день. Сначала было тяжело сидеть на одном месте, когда в нескольких шагах от тебя был этот приятный запах летнего костра, от которого сносило крышу. Из-за этого Шото часто уходил с последних уроков, не в силах сдерживаться. Дома он лежал на кровати, прижимая к себе подушку, и неосознанно пытался найти на своей одежде остатки запаха альфы. Со временем игнорировать блондина стало легче. Наверное, как думал сам Шото, он уже привык. Хотя, порой, было тяжело не смотреть на чужую спину. Первый понедельник октября оказался холодным. Ветер залетал через приоткрытое окно и забирался под одеяло Шото, из-за чего он дрожал во сне. Омега открыл глаза и заспанно посмотрел на часы. «8:10… Стоп, что?.. Черт, я проспал!» Гетерохром подскочил с кровати, как ошпаренный, и начал быстро собираться. На первом уроке проходил тест по английскому языку, который был очень важен для парня, из-за чего омега не мог пропустить его. В одной руке Тодороки держал щетку и чистил зубы, пока второй натягивал на себя штаны. Времени завтракать не было, поэтому Шото просто кинул в рюкзак учебники и побежал в прихожую. На скорую руку завязал шнурки на кроссовках и надел первую попавшуюся верхнюю одежду, которой оказалась легкая ветровка, совершенно не подходящая для погоды на улице. Омега бежал в школу со всех ног, не замечая того, что молния на верхней одежде была не до конца застегнута. Сейчас самое главное было успеть. Тодороки забежал в класс за минуту до звонка. Он тяжело выдохнул, когда сел на свое место за последней партой, и уронил голову на стол. Во всяком случае, он не опоздал, и это несказанно радовало. Шото поднял голову и столкнулся с алым взглядом. Бакуго раздраженно рыкнул и отвернулся. Он явно не хотел, чтобы его заметили. Но сейчас омега это проигнорировал, смотря на учителя, который зашел в класс с листами в руках. «Что же, надеюсь, я напишу его хорошо» Парень посмотрел задания на бумаге, и взял в руку карандаш. С языками у него было намного лучше, чем с точными науками, а поэтому парень был полностью уверен в своих силах. Через полтора часа сдвоенный урок был закончен — и Шото положил свой лист в стопку к остальным. Никто не отдыхал на короткой перемене во время пары, потому что каждый был сосредоточен на тесте, который оказался сложнее, чем ожидалось. Гетерохром, несмотря на свою уверенность, все же сомневался, что написал работу без ошибок, но хороший балл точно заработал. Парень вернулся на свое место и полез в рюкзак за учебником на следующий урок. «Черт… И нужно мне было ошибиться» В спешке омега схватил не тот учебник, и уже мысленно готовился к нагоняю от учителя. К парте подошла одноклассница Яойорозу и протянула Шото книгу, с улыбкой на лице. — Я заметила, что ты взял не тот. Мне ничего не будет, так что возьми его, пожалуйста. Тодороки хотелось зажать нос рукой, но он сдержался, взял учебник из рук одноклассницы и холодно кивнул, в знак благодарности. Неприятный и резкий феромон альфы перед ним парню совершенно не нравился. Момо никогда не пыталась скрыть свой запах рядом с Шото, чем слишком сильно себя выдавала, хоть и говорила, что ей никто не нравится. Она постоянно крутилась рядом с омегой, что раздражало его. Все, что оставалось — делать безразличное выражение лица и игнорировать девушку. — Спасибо. Я верну тебе его после урока. Момо улыбнулась и села за свою парту, краем глаза наблюдая за Шото, что не укрылось от его внимания. Но парень как всегда сделал вид, что ему все равно. Он глубоко вдохнул, и рецепторы уловили приятный запах костра, который внезапно усилился. Тодороки поднял голову и увидел Бакуго, который кричал на Мидорию за то, что тот случайно разлил на него воду. Гетерохром вздохнул и покачал головой. Этому парню явно не хватало нескольких уроков манерам. «Когда кричит, все равно сохраняет свои красивые черты лица…» Шото даже не заметил, как эта мысль пронеслась у него в голове. *** Наконец-то пришло время обеденного перерыва, которого Шото ждал с нетерпением. Не поев ничего с утра, омеге очень хотелось есть, и как только прозвенел звонок — парень сразу начал собирать свои вещи, пытаясь сделать это как можно быстрее. Если бы кто-то посмотрел на это со стороны, то сказал бы, что Шото как обычно медленно собирает вещи в рюкзак, а все потому, что внешне парень не показывал свои чувства, пряча все внутри — так к нему было меньше внимания и ненужных вопросов. В столовой Шото остановился рядом с полноценными обедами. Он взял себе салат, кусочек пирога с мясом и стаканчик чая. В помещении как всегда было много людей, а свободных столиков не очень. Единственное пустое место было возле Момо, которая, впрочем, совсем не была против соседа в лице Тодороки. Но самому омеге хотелось побыть в одиночестве и он, недолго думая, пошел в сторону лестницы, которая вела на крышу. Еще в прошлом году там любили сидеть самые популярные альфы школы, считая крышу своей, но с сентября все почему-то перестали туда ходить. Как говорили они, крыша стала совершенно неинтересной, а значит парню подвернулась прекрасная возможность посидеть в тишине. Гетерохром толкнул дверь, и вышел на крышу. В ветровке было прохладно, но спускаться обратно в столовую не хотелось. Здесь было тихо, и Шото успокоенно выдохнул, ища глазами место, куда можно сесть. — Половинчатый, а ты какого хера тут делаешь? Тодороки обернулся, уже зная, кому принадлежал раздраженный тон. Бакуго сверкал алыми глазами, а в руках держал стаканчик кофе. Он явно был недоволен тем, что кто-то пришел на крышу. «Так вот почему тут никого нет. Неужели он настолько сильный альфа, что смог заставить тех учеников перестать сюда ходить?» Парень молчал и ждал следующих действий Кацуки. Так продолжалось несколько минут, пока блондин не сделал внезапный шаг вперед, чем сократил расстояние между ними до минимума. У омеги резко участилось сердцебиение, а коленки предательски задрожали. Он снова поддался запаху, хоть всячески старался избежать близкого контакта с этим человеком. — Я повторяю свой чертов вопрос: чего приковылял? Тодороки через силу оставлял каменное выражение лица. — Захотелось побыть в одиночестве. «Но я был бы не против, чтобы ты тоже сидел тут» Бакуго зарычал и поднял руку, хватая омегу за шею. Но вместо того, чтоб покрепче сжать ее, он провел подушечками пальцев по молочной коже. Шото выдохнул и чуть не выпустил еду. Шея была самым чувствительным местом всех омег, и сейчас немного шершавые пальцы, которые плавно вырисовывали по ней причудливые узоры, доставляли невероятное удовольствие. Блондин внезапно отдернул руку и тихо зарычал, делая глоток кофе, наверное, чтобы вернуть ясность рассудку. — Оставайся тут, половинчатый, но только сегодня. Если придешь завтра — ходить больше не сможешь, — сказал он и пошел к двери, чтобы через несколько секунд оставить Шото в полном одиночестве на крыше. Омега подошел к краю и сел, закрывая покрасневшее лицо руками. «И что это было? Так же, как и в прошлый раз, он ничего не сделал. Но у него такие приятные руки…» Ты станешь отличной шлюхой. Снова эта фраза в голове. Тодороки вздохнул и выкинул из головы блондина, после чего принялся за обед, с удовольствием съедая все. На крыше дул холодный ветер, но Шото было, как и обычно, все равно, ведь он наконец-то оказался в месте, где можно было спокойно подумать в одиночестве. *** Звонок с последнего урока. Гетерохром собрал свои вещи в рюкзак и вышел из школы, направляясь к дому. И снова запах. Шото давно заметил, что постоянно получалось так, что он выходил первым, а Бакуго шел в нескольких шагах позади. Но омега списывал все это на случайность и не придавал значения. Только наслаждался запахом углей в костре. Тодороки зашел в дом и снял кроссовки. На самом деле он чувствовал себя не очень хорошо. Немного кружилась голова, поэтому он выпил таблетку и поднялся в свою комнату. Нужно было сделать домашнее задание, что парень и решил сделать в первую очередь. Думать было сложновато, и перед глазами все плыло, но Шото продолжал игнорировать это. Только когда спустя несколько часов он поставил последнюю точку в предложении, омега поднялся со стула и через несколько мгновений уже лежал на кровати, сильнее укутываясь в одеяло. «Холодно… А я снова забыл включить батареи» — но парень этого так и не сделал, ибо мгновенно провалился в сон. Проснулся Шото вечером. Все тело трясло, голова раскалывалась от боли, немного знобило. Гетерохром понял, что заболел, и раздосадовано вздохнул. Он же знал, что не стоило так легко одеваться на улицу, но все равно сделал наоборот. Пришлось спускаться на первый этаж, чтобы захватить с собой бутылку воды и лекарства. Ноги немного дрожали, поэтому передвигался парень медленно. Он вернулся обратно в постель только через пятнадцать минут — и сразу залез под одеяло. Так было немного теплее. Нужно было постараться заснуть, ведь именно это лучше всего помогало Тодороки прийти в себя. Последним, про что подумал Шото перед тем, как впасть в сон, были раздраженные белые колючки волос. *** Кацуки открыл глаза и бросил раздраженный взгляд на часы. Он опять проснулся слишком рано, и до начала уроков было три часа. Только вторник, а уже хотелось поскорее закончить эту неделю. Хотя, неизвестно, какие дни недели нравились альфе. Точнее, нравился ли хоть один из них. Парень встал с кровати и пошел в ванную, чтобы совершить утренние процедуры. Если он сделает все раньше, то до школы будет еще время погулять по пустому парку в тишине. Посмотрев на себя в зеркало, блондин раздраженно рыкнул. Бакуго раздражали даже волосы, которые практически потеряли свою форму из-за подушки. Он взял в руки расческу. Пряди всегда были мягкие и приятные на ощупь, но он не обращал на это внимания. Привести прическу в порядок не удалось, потому что она как всегда торчала в разные стороны, напоминая колючки. Кацуки с силой кинул расческу в стену и начал умываться. Внезапно, альфа снова вспомнил про Шото и его приятный раздражающий запах. Блондин зарычал, продолжая чистить зубы. То, что вчера он поддался своим чувствам, и начал водить пальцами по белоснежной шее гетерохрома, было ошибкой. Он не должен был позволять себе подобного. Хоть было очень приятно чувствовать его так близко. Бакуго не понимал, зачем это сделал и не собирался понимать. Так же, как он не собирался понимать, почему каждый день специально ждет момента, когда Тодороки выйдет из кабинета, чтобы идти до дома за ним, делая вид, что просто направляется домой. Вскоре он спустился на кухню, где уже стояла Мицуки и готовила. — Почему так рано встал? — спросила она, не отвлекаясь от плиты. — А ты? — Бакуго ответил вопросом на вопрос. Впрочем, как всегда. Блондинка вздохнула и достала что-то из холодильника. — Я вчера не успела тебе ничего сказать, все произошло слишком внезапно. А ты еще и как всегда плевался ядом… — Ничего я не плевался, старуха! — …Твоему отцу дали путевку на отдых за то, что он стал лучшим работником в этом месяце — так он сказал. И почему этот альфа даже не может придумать более интересную причину для появления путевки, которую сам же купил, чтобы я отдохнула? — женщина фыркнула. — Нет, конечно, я рада, что мы едем, но не понимаю, почему нельзя просто сказать. Если проще, днем у нас самолет, и тебе нужно будет пожить две недели самому. Кацуки фыркнул, в точности как мать, и поставил турку на плиту. — Я должен был расстроиться, что о билете для меня не подумали… — Мы знаем, что ты был бы не в восторге пропускать школу, хоть и постоянно говоришь, что она тебе надоела. — … или рыдать из-за того, что мои старики сваливают на две недели и оставляют одного? Мицуки метнула яростный взгляд на Кацуки, собираясь рассказать ему об уважении к родителям, но не успела, так как в кухню вошел заспанный Масару. Он зевнул и почесал живот, после чего посмотрел на жену и сына. — Не стоит ссориться. Милая, успокойся, тебе не стоит нервничать. Кацуки, а ты извинись перед матерью, давай. Блондин сверкнул глазами и некоторое время молчал. Масару терпеливо ждал, пока сын выполнит то, что ему сказали. Мужчина был тем человеком, единственным, который мог успокоить этих двоих одной фразой. Простой фразой, сказанной спокойным тоном, которая в исполнении любого другого человека не повлияла бы ни на Мицуки, ни на Кацуки. Очень сложно остановить бочку с порохом, которая готова взорваться, а если их две, то одна точно разорвется рядом с тобой, оторвав несколько конечностей. Но Масару мог это сделать, и всегда останавливал конфликты между членами семьи. Возможно потому, что хорошо их знал, а возможно потому, что слишком любил обоих, чтобы допускать ссоры в семье. — …Ладно. Извини, я не хотел задеть твое самолюбие. — Кацуки… — Масару угрожающе рыкнул, усилив свой феромон, что заставило младшего альфу дрогнуть. — Агрх, прости, я не подумал, что говорю, — Бакуго отвел взгляд куда-то в сторону. Мицуки вздохнула и взъерошила волосы сына. Она не могла долго обижаться на него, ведь знала, что Кацуки не умеет разговаривать по-другому, что, конечно, немного расстраивало. Женщина надеялась на то, что со временем он поумнеет и станет мягче к окружающим. Она была бы очень рада, если бы все так и случилось. Глава семьи довольно кивнул и сел за стол. Остаток завтрака прошел спокойно. Родители говорили о предстоящей поездке, а Кацуки просто молча сидел с чашкой кофе в руках. *** Прогулка утром получилась неплохой. Бакуго был в тишине, что позволило ему подумать о многих вещах. В том числе о половинчатом. Он зашел в класс и упал за свою парту, с громким звуком роняя портфель на пол. К парню сразу подошел Киришима и улыбнулся. — Кацуки! Утречка! Опять с кислой миной сидишь, будто лимон проглотил. Альфа раздраженно фыркнул. Этот дерьмоволосый, очевидно, не знал, что он любит лимоны. — Уебывай на свое место. Только утро, а ты меня уже бесишь. Эйджиро рассмеялся, но не ушел, затягивая Бакуго в очередной разговор. Впрочем, блондин даже не думал, что его слова подействуют и красноволосый послушает. Оставалось только терпеть его болтовню про популярные игры нового сезона. Через некоторое время к ним подошел Каминари, друг Киришимы, и начал участвовать в этом подобии диалога. Желтоволосый думал, что незаметно смотрит на Кацуки, но второй, конечно, замечал все это. Да и как не заметить, когда этот Пикачу постоянно ходит за тобой по пятам и даже не пытается успокоить свои феромоны в компании агрессивного альфы. Бакуго не нужна была омега. И никогда не будет нужна. А от Каминари еще и пахнет «каким-то дерьмом», что совершенно не нравилось блондину. Ему нравилось что-то, от чего веяло прохладой и свежестью. Что-то, что постоянно было в классе… Прозвенел звонок и все сели на свои места. Денки посмотрел на Бакуго, и немного покраснел. Второму было плевать. «Где этот странный половинчатый? Я сказал ему не приходить на крышу, а не в школу» Альфа рыкнул и скрестил руки на груди. Ему не нравились такие мысли, которые периодически посещали голову и казались совершенно дикими. В кабинет зашел учитель и сел за свой стол. Он поправил очки и прокашлялся, перед тем, как начать говорить: — Ваш одноклассник Тодороки-кун заболел, поэтому в школе его не будет некоторое время. «Будто кому-то интересно состояние этого нелюдимого идиота» — подумал Кацуки, но при этом невольно обратился во внимание. — Поэтому, — продолжил мужчина, — я должен выбрать человека, который будет носить ему домашнее задание. Бакуго-кун, это задание для тебя. — Черта с два я буду носить домашку этому половинчатому, — моментально возразил Кацуки. — Отказ не принимается. Ты живешь ближе всех, и это теперь твоя обязанность. Спорить с учителем не хотелось, поэтому альфа только тихо рыкнул и закрыл глаза. Он не хотел носить домашку половинчатому. «Но, вообще, я не против. Все равно старики улетели, и у меня теперь куча свободного времени» И снова попытка убедить себя в том, что он пойдет к Тодороки только затем, чтоб отдать ему задание. Блондин погрузился в свои мысли, пока его не вызвали к доске, что было встречено обычным раздраженным тоном и злобным взглядом. Учителя, кажется, уже тоже привыкли к такому поведению Кацуки. После урока к альфе подошла Яойорозу Момо и некоторое время молчала, словно боялась начать разговор. Это бесило. — Ну, что глазенки открыла и пялишь на меня как на книгу, которую ты еще, да как это могло произойти, не прочла? — Бакуго был раздражен. — … В общем… Если ты не хочешь, я могу относить Тодороки задания сама. Мне это не сложно, правда, а я видела, что ты был не рад, так что… — Нет, — резко ответил блондин. — Проваливай и дай посидеть в тишине. Кацуки сам не знал, почему оборвал девушку на полуслове, и почему ему не нравилась идея того, что эта надоедливая альфа может носить гетерохрому листки с домашним заданием. Ему просто не нравилась Яойорозу, вот и все. Брюнетка опустила голову, что-то пробормотала себе под нос и пошла на свое место. Но «посидеть в тишине» не удалось, так как к альфе снова подошла не менее раздражающая особа, которая своей наглостью не могла сравниться ни с одним знакомым Бакуго. — Бааакуго, ты такой напряженный, — девушка повисла на плече альфы и улыбнулась. — Весь класс заполнен твоим запахом. Мне-то он очень приятен, а вот остальным омегам… — Круглолицая, и ты туда же. Дайте мне минуту спокойствия и не жужжите как надоедливые мухи. Урарака выдохнула и провела рукой по шее альфы. Эта омега была слишком надоедливой и слишком самоуверенной, хотя так она вела себя только с Кацуки. Остальные очень любили шатенку и говорили о ней только как о той, кто всегда поможет или поддержит несколькими словами. — Ну Бакуго, опять ты меня прогоняешь. А ведь мы неплохо смотримся вместе, — тихо сказала круглолицая и опалила своим дыханием чужое ухо, явно заходя за рамки дозволенного. Кацуки раздраженно отодвинул девушку от себя и зарычал. — Как же вы все заебали своими лицами. Парень вышел из класса, направляясь на крышу, туда, где его точно трогать никто не будет. Очако осталась на месте, победно улыбаясь, ведь думала, что он просто не может сдерживаться рядом с ней. Дверь хлопнула во второй раз. Это выбежал Каминари с мокрыми дорожками на щеках. Он не мог сдержать свои эмоции, и единственным вариантом, чтобы успокоиться, было поплакать в туалете. Шатенка закатила глаза и пошла на свое место. На урок Бакуго так и не пришел, проведя все сорок пять минут на крыше в полном одиночестве и умиротворении. Он нашел то место, где будет наедине со своими мыслями. Конечно, для того пришлось показать некоторым альфам их место, получив пару синяков и полную победу. Теперь крыша была «собственностью Кацуки». «Без тупого половинчатого в этом классе слишком много запахов» *** Кацуки еле отделался от Яойорозу, которая еще раз пыталась уговорить его, чтобы домашнее задание относила она. Особенно громкий рык и немного выдвинутые клыки заставили девушку оставить эту затею и уйти домой расстроенной. Бакуго засунул руки в карманы и медленно пошел по тротуару в сторону дома. Деревья уже полностью окрасились в желтый, и каждую минуту с них падали листья. Кацуки краем глаза обращал на это внимание, но особого значения красоте осенней природы не придавал. Спешить ему было некуда, а половинчатый мог и подождать. Мысли все чаще возвращались к лицу со шрамом, но альфа пытался их игнорировать. «Занесу ему чертову бумажку и свалю» Вскоре, блондин стоял перед дверью соседа и ожидал, пока кто-то ответит. Внешне, Кацуки Бакуго был обычным и раздраженным, но внутри он уже чуть ли не выл от нетерпения и не мог дождаться, когда почувствует этот запах морозного утра и увидит разноцветные глаза. Конечно, перед собой он не признавал этого. «Ну где этот половинчатый? Я уже заебался ждать» Ну да, конечно, ему просто надоело ждать и трусило от нетерпения только потому, что он хотел быстрее оказаться в тишине своего дома. Дверь открыл омега, который кутался в плед и кашлял. Под глазами были мешки, очевидно, из-за того, что он не спал целую ночь. От парня исходил жар. Он удивленно посмотрел на Кацуки и снова закашлялся. — Т-ты… почему пришел? Бакуго потрусил головой, ибо запах Тодороки на несколько секунд вскружил ему голову. Он алым взглядом изучил гетерохрома и тихо рыкнул. «Да он же очевидно не может о себе позаботиться. Только глотал таблетки от температуры и все. Глупый половинчатый» Альфа сделал шаг вперед, но остановился. — Домашку принес. Впустишь, или я так и буду торчать у тебя на пороге? — обычный раздраженный тон Кацуки. Гетерохром немного покраснел, как подумал Бакуго, из-за температуры и долгое время молчал. Еще несколько секунд и терпение блондина лопнет. «Ну почему ты просто не ответишь согласием?» Альфа не знал, почему так хотел попасть в дом к Шото. Его просто тянуло туда, и в этот момент Кацуки думал только о том, что он должен помочь гетерохрому. Альфа внутри тянулся к омеге перед собой, и парень был не в силах это контролировать. Но Тодороки молчал, потупив взгляд в пол. — Т-ты не… — тихо сказал парень и, положив ладонь на дверь, чтобы немного подвинуть ее вперед, отвел взгляд. Он снова бесил меня, и на этот раз в особо изощренной форме, будто ему доставляло удовольствие заставлять меня ждать. Будто мне вообще была разница, войду я в этот чертов дом или нет!