Часть 4. Жилет.

Папайрус, вернувшись домой, обнаружил включённый телевизор, а также старшего брата, спящего на диване. «Видимо заснул за просмотром» — посетила его мысль при виде этой картины. Монстр не обратил внимания на то, что не смотря на включенный телевизор, звуков тот практически не издавал, что было не свойственно ситуации, когда можно просто заснуть при просмотре. Младший из скелебратьев положил на стол у входа, где «жил» домашний камень Санса, бумажный пакет с одеждой для последнего и подошёл к дивану. Его брат спал на спине, поставив одну ногу на диван, а другую вытянув вдоль. Хвост, мирно покачивая кончиком, почти касался пола. Одна рука, что была ближе к спинке, лежала на позвонках между грудной клеткой и тазовыми костями, а другая свисала с дивана вниз, кончиками пальцев доставая до пола. В ней был пульт, который бы выпал, будь диван выше на пару сантиметров. Санс спал глубоким сном, не видя сновидений. Папайрус подошёл к «спящей красавице», взял пульт с пола, который легко выскользнул из рук старшего, и выключил телевизор. Положив устройство на место, он направился на кухню, чтобы разогреть их с братом обед. Судя по количеству пасты в кастрюле — Санс не прикасался к пище. — Санс! Пора просыпаться! Тебе нужно пообедать! Голос брата разбудил Санса, но он не торопился открывать глазницы. Ему не хотелось покидать царство Морфея, которое впервые удалось посетить за столь долгое время. Однако попытка вновь ухватиться за ниточку сна осталась безуспешной. Не имея других вариантов, кроме пробуждения, он медленно приподнялся на руках. Папайрус, не услышав какого-либо ответа из соседней комнаты, уже выглянул из кухни, собираясь повторно и более настойчиво позвать брата, когда обнаружил потихоньку приходящего в себя Санса, зевающего и с неохотой двигающего конечностями, чтобы принять сидячую позу. Понаблюдав ещё за пробуждением старшего, он произнёс: — Санс, я разогрею нам спагетти и буду ждать тебя на кухне. — Ммм-ггммм… Утвердительно промычал Санс. Он сидел на диване, уперев локти в колени и свесив голову. Вставать жуть как не хотелось. Если бы была такая возможность — он бы просидел в этом положении ещё долго, но звуки возящегося на кухне Папайруса подталкивали к движению. Комик поднял голову и посмотрел в строну шума. Угол прохода скрывал хозяйничающего в комнате брата, поэтому, можно так выразиться, Санс целую минуту смотрел в никуда, стараясь прийти в себя. После сна не было какой-либо лёгкости или освобождённости сознания, поэтому требовалось время для того, чтобы отойти от бессознательного состояния. Отведя взгляд от кухни и посмотрев перед собой, он увидел собственное тусклое отражение в экране телевизора. На него устало смотрел рослый монстр в короткой одежде. Даже не верится, что это и есть он, а не что это просто сон или игры разума. Понаблюдав немного за отражением, Санс опирается одной рукой о колено, а другой о ручку дивана, и встаёт с него. Как никак, его ждёт Папайрус на обед. Спагетти к этому времени уже достаточно нагрелись, и повар готовил тарелки со столовыми приборами. Санс проковылял на кухню и сел за стол. — Утречка, Папс. Папайрус обернулся и слегка сощурил глазницы. — Санс… Сейчас обед… — Тогда, обедречка. — … Брат вздохнул и развернулся к тарелкам и кастрюле, чтобы наложить пасты. Перед Сансом вновь поставили тарелку с двойной порцией спагетти. Тот не был в восторге от этого — стряпня Папайруса всё ещё была малопригодной к употреблению, но виду не подал. — Тебе нужно хорошо и много питаться, Санс, чтобы восстановить энергию. Но можешь не волноваться, ведь я, великолепный Папайрус, буду неустанно снабжать тебя пищей для этого! Поэтому, приятного тебе аппетита! — Спасибо, бро. И тебе тож. — Ньех! Довольный тем, что Санс, наконец, ест его спагетти, Папайрус наложил себе оставшуюся в кастрюле пасту в тарелку и также сел за стол. Не ощущая скверного вкуса от собственно-приготовленного блюда, Папайрус отправил очередную вилку в рот, когда заметил, что Санс не торопится притрагиваться к пище. Старший увидел, что брат смотрит на него, будто спрашивая: «Что-то не так?», и поспешил ответить: — Эмм. Ты не против, если я сделаю кое-что? Младший пожал плечами, давая на это «кое-что» разрешение. Всё равно не было понятно, что конкретно хочет сделать Санс. Последний, заметив утвердительный жест, не стал мешкать. Лёгкая синяя дымка открыла холодильник, откуда вылетела бутылка с кетчупом, поддерживаемая всё той же магией. Когда она оказалась в руке скелета, тот немного отпил и сразу же отправил в рот вилку со спагетти. Когда они завтракали, слова Санса о том, сколько он не ел, были правдой. Когда тело каждый раз возвращается к одному и тому же состоянию всего за пару часов — постепенно теряешь смысл в пище. Зачем есть, если скоро всё откатится и небольшое чувство голода опять вернётся? Раньше он полноценно завтракал, позже стал просто перекусывать, когда и это опостылело — закидывал в себя пару конфет, чтобы только притупить желание поесть. Последние несколько десятков сбросов он вообще ничего не ел, поэтому, когда перед ним оказалась полноценная еда — он съел всё, даже не обращая внимания на вкус. Было приятно ощущать хоть какой-то приток магии от пищи. В этот же раз Санс точно не был так голоден, но брата расстраивать он тоже не хотел. Поэтому ему в голову и пришла идея: запивать спагетти кетчупом. Однако последствия употребления такого количества пищи даже его новое тело не выдержало. На содержимое тарелки ушёл целый бутылёк. Под конец Санс из последних сил запихивал в себя оставшиеся спагеттины. Он переел. Возможно, не выпей он на балконе те пол бутылки, трапеза бы прошла немного легче, но было уже поздно рассуждать об этом. Папайрус закончил намного раньше Санса и уже протирал полотенцем помытую кастрюлю с тарелкой, когда сидящий за столом мученик демонстративно поставил красную бутылку на стол, тем самым объявляя, что закончил. Младший забрал у брата грязную тарелку с вилкой и сразу же вымыл их. Стоило тарелке пропасть со стола, как на её месте оказалась голова скелета. Санс лежал на столе положив черепушку на вытянутую руку. Периодически сдерживая излишки магии, что стремились выйти через рот. Пища монстров представляла собой концентрированную магию, поэтому скелебратья и могли спокойно ею питаться, не боясь что она упадёт сквозь челюсть. Как только еда преодолевала некоторый невидимый барьер, прямо за зубами, она превращалась в магию и отправлялась в тело монстра. И прямо сейчас можно было наблюдать крайне интересую картину того, как скелета, не имеющего желудка, вот-вот стошнит. Папайрус уже сложил посуду в шкафчики и подошёл к столу, чтобы положить бутылку с кетчупом в холодильник. Когда горе-повар взял бутылочку в руку, он понял, что она была пустой. Скелет подумал, что может она уже кончалась и на пасту ушли только остатки, поэтому не стал ругаться на брата, а повернулся к мусорному ведру. Но увидев её содержимое, он растерялся. Он точно помнит, что ещё утром — оно было пустым, но прямо сейчас в нём лежала целая куча скомканных бумажек. Младший не заметил пустую красную банку, что также лежала в ведре — всё его внимание было приковано к бумаге. Папайрус бросил взгляд на вздыхающего над столом Санса, который видимо не замечал его присутствия и был сконцентрирован на удержании излишек магии в организме. Уже собираясь расспросить брата, монстр осекся. Промелькнула мысль: «Он всё равно мне ничего не скажет, так?». Вздох. «И что же с тобой всё-таки случилось, Санс?» Папайрус отвел взгляд от комика и бросил бутылку в мусорное ведро. Младший вышел из кухни и направился на второй этаж, в комнату Санса. Ему хотелось удостоверится в его теории о том, что брат убрался в комнате, а не просто накомкал каких-то бумажек. Когда он поднимался по лестнице, из кухни донёсся голос Санса: — Ты надолго? — … Нет. Я не к себе. Я иду в твою комнату. — Оу. Ладно?.. Жду внизу. Папайрус кивнул, будто брат мог видеть его ответ, находясь в другой части дома. Он успел уже подойти к комнате брата. Открыв дверь, скелет увидел, что привычный беспорядок исчез. Не только бумажки, но и носки были убраны, правда стоило обвести комнату взглядом, как младший понял куда именно Санс их дел. В комнате всё ещё валялись две книжки на полу вместе с шаром из простыней и горой из носков, но это был самый чистый беспорядок из тех, что устраивал его брат. Монстр поднял книги и положил их на комод, шар расправил и застелил содержимым матрас, взял тарелку с недельными спагетти, чтобы отправить их в мусорку, и уже хотел пойти вниз, чтобы взять ящик для грязной одежды, чтобы собрать в него носки, как прервал себя. — Санс! Твои носки тебе ещё в пору? — Эээ… Не, бро. Думаю их лучше выкинуть. А знаешь, что? Дай мне секунду. Папайрус, держа в руках тарелку с едой не первой свежести, наблюдал за тем как гора носков покрывается синей дымкой, отрывается от пола на сантиметров тридцать и, проскальзывая между ограждений второго этажа, летит в сторону кухни, где отправляется прямо в ведро. Убедившись в том, что мусорка пополнилась, скелет начал спускаться с тарелкой, когда заметил краем глазницы движение. Из комнаты брата продолжали вылетать носки, они были аккуратно скручены попарно. Видимо, Санс решил избавиться не только от разбросанных носков, и будто в подтверждение этого факта из комнаты вылетел весь покрытый пылью одинокий носок, что видимо хранился за матрасом. Затем из-за дивана показалась еще пара, один вылез из-под ТВ-тумбы, несколько — из ванной. Казалось больше носков в доме не осталось. Заворожённый этой картиной левитирующих вещей, Папайрус был поражён тому, сколько на самом деле было у Санса носков. Но не смотря на представление, когда младший проходил мимо телевизора, то заметил, что тот самый носок всё ещё на месте. — Са-анс. — Хех. Подловил таки … Носок вместе с записками покрываются магией, но не взлетают, а, демонстративно медленно волочась по полу, достигают мусорного ведра и будто заползают внутрь. Папайрус к этому времени уже положил в ведро старые спагетти и успел даже вымыть тарелку. Повернувшись к Сансу, он хотел было что-то сказать, как понял, что на этом домашние дела кончились. — Видимо, с уборкой на сегодня мы закончили… — Агась. — Тогда… Санс! Папайрус подходит к столу, на котором оставил бумажный пакет, и достаёт оттуда купленную вещь. — Вот! Примерь! В руках скелет держит куртку Санса, которую подшили так, что она теперь больше напоминала утеплённый жилет. — В магазине не было в продаже синих курток, поэтому продавщица предложила подшить имеющуюся под новый размер. Ну разве не красиво получилось? Санс глянул на жилет и вздохнул. Кажется, на ближайшее время стиль его одежды точно полностью сменился. Он встал из-за стола, взял бывшую куртку и надел на себя. Так как рукавов теперь не было, а плечи были подшиты под жилет, не только ноги, но и руки теперь были на показ. Слегка поводив плечами в разные стороны, комик удостоверился в удобстве жилета. — Красиво и удобно. Спасибо большое, Папайрус. На лице младшего появилась широчайшая улыбка, а в глазницах будто засияли звёзды. Папайрус обхватил Санса, заключая того в крепких объятиях. — Всегда пожалуйста, Санс! Я так рад, что тебе понравилось! Комедиант не ожидал того, что на него на бросятся с объятиями, но через секунду пришёл в себя. Слегка приобняв Папайруса в ответ, он похлопал того по спине, давая понять, что пора бы его уже отпустить. Но младший не спешил разжимать хватку. — Хей, Папс. — Что? — Если ты меня не отпустишь, я не смогу провести тебя до поста. Папайрус разжимает объятия и немного отходит, возвращая Сансу личное пространство. — Ты хочешь проводить меня? — Ну знаешь: совмещать приятное с полезным. Прогулка на свежем воздухе мне не помешает, а тебе всё равно идти через весь Сноудин. Ну как? — Ты прав, брат! Не сидеть же тебе в четырёх стенах?! Пойдём, выйдем на прогулку! Но перед этим… Папайрус разворачивается в сторону кухни и достаёт из ведра полный мусорный пакет, завязывает последний и застилает в мусорке новый. — Я готов совмещать приятное с полезным! Нье-хе-хе! Санс хмыкнул и пошёл к входной двери, придерживая её для выходящего позади него монстра. Около их дома не было никого, поэтому на появление «нового» монстра в маленьком городке ещё никто не успел обратить внимания. Ноги коснулись притоптанного снега, скелет вздрогнул, но не стал останавливаться, чтобы не занять дверной проём. Скелеты и вправду были довольно устойчивы к температуре, к тому же в Сноудине был лишь небольшой минус, но это всё равно не изменяло того факта, что Санс не привык ощущать под собой снег без какой-либо обуви. В попытке, как обычно, запихнуть руки в карманы куртки получилось только неловкое движение, ведь на привычном месте карманов уже не было. При попытке деть ладони хоть куда-то они оказываются в карманах шорт, не так удобно, но пойдёт. Папайрус поспешил встать рядом с братом. Пока они выходили, он чуть не получил резко вздыбившимся хвостом Санса по лицу. В следующий раз надо будет иметь в виду: держать чуть большую дистанцию, чем обычно. Первым делом — монстры забросили пакет в ближайшую к их дому урну и продолжили свой путь, заходя вглубь Сноудина. Санс медленно брёл, а Папайрус всё никак не мог подстроиться под его скорость: она была меньше той, с которой он ходит, но явно большей обычного прогулочного шага брата, к которой он привык. Когда они проходили около перекрёстка улиц, мимо пробегающий лисице-подобный монстр, который явно куда-то торопился, заметил новое лицо рядом с Папайрусом. Явно удивлённый появлению ещё одного скелета он слегка кивнул и продолжил свой путь. А потом изумлённых взглядов стало больше. Сейчас у многих монстров был обеденный перерыв, поэтому некоторые выходили, чтобы забежать куда-то перекусить или просто отдохнуть, кроме этого, никто не отменял мамочек с маленькими детьми, вышедшими на прогулку. Большинство монстров были более сдержаны и не подавали виду, увидев новый облик Санса, всё-таки некультурно акцентировать внимание на гостях и туристах. Другие провожали провожали их удивлённым взглядом. Некоторые, особо активные монстрята подбегали поближе и осматривали нового монстра со всех сторон, преграждая братьям дорогу, но их мамы спешили извиниться за столь бестактное поведение своих детей. Невзначай спрашивали: «А откуда вы к нам пришли?», «Как вас зовут?», «Вы здесь проездом?» и прочие вопросы, на которые Санс отвечал одинаково протягивая руку для рукопожатия. Шутка с подушкой-пердушкой в руке сегодня звучала намного чаще обычного, а после следовала стандартная фраза: «Я Санс, скелет Санс». А так, прогулка двух братьев проходила без происшествий. Миновав бар «У Гриллби», Санс немного задержал взгляд на входе, а затем, продолжив идти, предложил Папайрусу сегодня поужинать фастфудом. Брат не был рад данному предложению, но согласился на то, что на ужин каждый может взять себе что-то своё. Когда они вышли за пределы города, и уже проходили около поста малого пса, мимо них прошёл монстр похожий на смесь оленя с зайцем. Когда они оказались в непосредственной близости, он обратил на Санса внимание и даже специально скорректировал свой маршрут, чтобы помешать скелетам пройти. Явно ухмыляясь тому, что ему удалось задержать эту парочку, он начал диалог: — И с кем это ты идёшь, Папайрус? Папайрус не заметил слегка ехидного взгляда прохожего, которым он одарил обоих братьев. — Я и Санс решили выйти на прогулку сегодня! Прямо сейчас мы направляемся к самому первому посту. Сегодня все такие приветливые и общительные, да, Санс? — … И не говори бро. Санс сразу заметил, что монстр перед ними что-то задумал, но тут был его брат, поэтому, наплевав на знакомого, телепортнуться куда подальше он не мог. С явной наигранностью монстр продолжил: — Ох, правда? Я тебя даже не узнал. — Это всё новый стиль. Мне идёт, скажи? — Несомненно. Но по-моему не только одежда изменилась, мне кажется или ты подрос слегка? — Ничего такого, всего пара миллиметров. — Ну, чтож, поздравляю с тем, что тебя официально можно выписать из недоростков, Санс. Хей, Папайрус, и как ты теперь с этой шпалой будешь жить? — Ох, зачем вы так? Конечно, Санс вырос, но таким образом акцентировать внимание на телах монстров не совсем правильно. — А меня не е- — Хей, Папс! Перебил монстра Санс. — Да, Санс? — Смотри. Что это там за деревьями промелькнуло? Папайрус прищурился, пытаясь разглядеть хоть что-то за стволами деревьев. Санс в эту же секунду бесцеремонно кладёт ладонь монстру на плечо. *Вжух* Скелет и олень к заячьими ушами оказались в глухой части леса, окружающий Сноудин. Рука скелета с силой сжалась на плече монстра, сам он наклонился поближе к лицу пренеприятного знакомого, нависая тем самым над ним. Зрачки Санса погасли, с лица сползла наигранная вежливость, оставив только угрозу. — Сдрысни, Бодж. Бодж явно растерянный ситуацией, не успел толком среагировать, на угрозу или возмутиться из-за сжатого ладонью плеча, как монстр перед ним исчез. Оставил того посреди глуши с саднящим плечом, на котором видимо появился синяк. *Вжух* И Санс вновь стоит около Папайруса, будто ничего не произошло. — Ммм. Я ничего не вижу, Санс. Ты уверен, что ты что-то видел? — Видимо померещилось, Папс. Ты же знаешь, с глазами у скелетов проблема — их нет. Возможно в этой шутке было больше правды, чем простая констатация факта. — Санс! — Что, я не прав? — Сейчас не об этом! … А… куда делся тот грубиян? — Пока ты смотрел, он вспомнил, что у него есть важные дела, и поспешил к себе. Продолжим путь? — Ммм… Хорошо, да пошли. Остальная часть маршрута прошла спокойно. Папайрус рассказывал о том, что он будет делать, когда наконец поймает человека, а Санс ему периодически поддакивал. Оставив младшего около своего поста, он вышел из поля его зрения и переместился ко входу «У Гриллби», напугав тем самым проходящую мимо старушку. Санс забыл, что до попыток к эвакуации жителей, немногое количество монстров знало о его способности быстрого перемещения, поэтому пришлось помочь пожилой даме. Не став выслушивать её замечания, он ретировался в бар. Сейчас там не было всех завсегдатаев заведения, но парочку всё-таки присутствовало. Монстры увидев вошедшего обратили на него немигающие взгляды, даже Гриллби заметил внезапную тишину и, глянув на гостя, даже перестал натирать стакан. — … — … — … Санси~? Первая подала голос уже к этому времени пьяная зайчиха, что сидела у входа. — Неужели настолько не похож? Услышав знакомый голос, другие монстры выдохнули. Первым заговорил монстр-челюсть. — Ну знаешь, Санс, когда на протяжении нескольких лет не видишь никаких изменений во внешности монстра — тяжело не заметить увеличение роста в два раза. А обычно: монстры так быстро не растут. — Зато я росту. Видимо выпитое молоко наконец дало свои плоды. — Ты сегодня поздно, всё окей? Поинтересовался монстр-утка. Санс махнул рукой. — Да так. Папайрус устроил мне небольшой отдых дома из-за скачка в росте — ничего серьёзного. Хей, Гриллби, можешь налить мне стаканчик чего по-крепче? Элементаль развернулся, доставая из шкафа за собой виски, и поставил на стойку стакан. Санс к этому времени уже подошёл к стойке и сел за барный стул. — Какой мииилый хвостик, Санси~ Дашь потрогать? — Тц. Опять про него забыл… Хвост, это монстры. Монстры, это хвост. Теперь вы знакомы. Трогать нельзя, глазеть нельзя. Мне ещё с ним жить — потом насмотритесь. Закончив сценку знакомства, Санс берёт стакан с виски и делает небольшой глоток. Монстры в баре немного ошарашены грубым поведение скелета, но решив, что это не их дело, оставляют Санса в покое. Последний, сидя за барной стойкой, попивает виски, иногда засматриваясь то на алкоголь в стакане, то на «пожарный» выход, то на стену, заставленную всеми возможными алкогольными напитками. Когда взгляд встречается с лицом Гриллби, который смотрит на последнего с явным беспокойством, но ничего не говорит, Санс сразу отводит зрачки в сторону. И еле слышно произносит: — Хех… Спасибо, конечно, дружище, но оно не стоит твоего беспокойства. Может быть однажды поделюсь, но точно не сейчас. Прости… Осушив стакан, Санс ставит его стол, слегка отодвигая от себя. Ему хотелось бы сейчас выпить ещё парочку таких стаканчиков, но нужно ещё с Парайрусом вечер провести и желательно в адекватном состоянии. — Хей, Гриллбс. Я ближе к ужину зайду к тебе за бургером, подготовишь один «с собой» часика через три, окей? Гриллби кивает и забирает пустой стакан у Санса. Монстр ещё некоторое время сидит в баре, думая о своём. Затем встаёт, опираясь одной рукой на стойку. — Всем хорошего дня. Попрошу вас и дальше воздержаться от вопросов, спасибо. *Вжух* На месте, где стоял Санс теперь пусто, а на барной стойке, где была только секунду назад его ладонь сейчас лежала купюра и несколько монет, общей стоимостью ровно в один бургер и стакан виски. Увидев деньги на столе, Гриллби стал ещё обеспокоеннее за друга. «Что же всё-таки с ним случилось?» Санс переместился домой, прямо к дивану, и плюхнулся на него, включая телевизор. После не самого интересного фильма послышались приближающиеся шаги за дверью, а затем стук. — Санс, ты дома? «Ох зря ты позвал её сюда, Папс…»

***

От автора: Последующие события я перекручивала в голове множество раз, надеюсь у меня получится сложить всё в нормальный текст.