Часть 4

      Я проснулась от яркого света, который слепил мне глаза. Слезла с кровати, подошла к окну и задёрнула шторами. Но спать уже не хотелось, поэтому я взяла пару вещей из чемодана и направилась в душ. В душе я пробыла совсем немного, всего полчаса. Переоделась, высушила волосы и вышла. Из коридора на втором этаже я увидела, что на кухне уже сидят Джек и Лула. Джек что-то оживлённо рассказывал, размахивая кружкой, а Лула кивала, помешивая что-то в миске. Я быстро направилась к ним — ступеньки привычно скрипнули под моими шагами, и запах свежесваренного кофе ударил в нос. — Доброе утро. — О, Морри, доброе! Как спалось? — Да, кстати, я проснулся сегодня от какого-то грохота, показалось, что что-то упало, — бурно рассказывал парень. Его русые волосы торчали в разные стороны, а на щеке краснел след от подушки. — Но когда я утром встал и осмотрелся — всё стоит на своих местах. — Странно. Хорошо, что я крепко сплю, — быстро проговорила я и тут же мысленно себя одёрнула. Слишком фальшиво. — Лула, давай я тебе помогу. Я встала с места и подошла к девушке, которая как раз доставала из шкафа большую сковороду. Мне хотелось заняться чем угодно — нарезать хлеб, переставить тарелки, вытереть стол, — только бы не вспоминать ночь. Утром мне казалось, что это сон. Что Атлас издевается надо мной даже во сне, выдумывая такие нелепые и неловкие ситуации. Но слова Джека убедили меня в обратном: всё, что случилось ночью, оказалось реальностью. Может, покажется, что ничего такого — просто пошла попить водички, просто упала перед парнем, с которым у меня и так натянутые отношения, просто посидела перед ним полуголая. Так что насчёт Атласа — надеюсь, он забудет об этом как о страшном сне. Или хотя бы сделает вид, что забыл. Мы с Лулой справились довольно быстро: она ловко разбила яйца, я нарезала помидоры и сыр, и завтрак на всех был готов. К этому времени даже спустился Меррит: сонный, в домашних шароварах и с неизменной кружкой кофе. Поэтому, расставив тарелки и не дожидаясь его, мы стали завтракать. Я взяла тост с авокадо и откусила маленький кусочек, стараясь не смотреть на пустующий стул Атласа. — Ну что, Морри, готова к сегодняшнему дню? — сказал Меррит, отхлёбывая кофе и щурясь от удовольствия. Я пожала плечами, даже не зная, что ответить. На самом деле я вообще не была готова. Ни к тренировкам, ни к его взглядам, ни к тому, что мне придётся стоять рядом с ним и делать вид, что ничего не случилось. — Думаю, Атлас тебя сегодня так отжарит. От его слов я подавилась. Хлеб застрял в горле, я закашляла — громко на весь дом — и быстро схватилась за стакан с водой, запивая. — Фу, Меррит, что за гадости за столом? — воскликнула Лула, но в её голосе слышалась скорее наигранная брезгливость, чем настоящее возмущение. — Я о жёсткой тренировке, а вы о чём? — Меррит развёл руками, делая невинное лицо. Но в уголках его глаз плясали чёртики. В этот момент послышались медленные шаги и какие-то неразборчивые ругательства. Мы все обернулись, и перед нами стоял Дэниел — всё в той же футболке и тех же штанах, что и ночью, но уже более помятый. Под глазами залегли тени: он явно спал не больше меня. — Что, у меня что-то на голове? — спросил он, усаживаясь за стол и наливая в кружку кофе. Я тихо посмеялась — ну правда, смешно — и тут же получила грозный взгляд Атласа. Он быстро провёл по волосам пятерней, укладывая их в привычный беспорядок. Это движение было таким быстрым, почти нервным, что я невольно залипла на секунду. — И чего это наш кудряш сразу стал прихорашиваться? — бросил Меррит, делая глоток кофе. — А может, ты это делаешь ради кого-то? — Не бери на свой счёт, МакКини, ты уже слишком стар для меня. — Ах, Атлас, какая грубость даже для тебя, — мужчина взял виноградинку с тарелки и кинул в Дэниела, но тот отмахнулся, даже не подняв головы. — Вообще, по всем законам ситкомов, ты должен был её поймать. — Я не смотрю дурацкие ситкомы, — отрезал Атлас и принялся за еду. Наконец закончив завтракать, я собралась помыть посуду. И проходя мимо Атласа… — Стой, стой, стой, — преграждая путь рукой, остановил меня парень. Его пальцы легли на край стола так близко, что я машинально отступила на шаг. — А ты ничего не забыла? — Сам помой, — буркнула я, но, получив взгляд полного возмущения — он даже бровь приподнял, — и немного постояв, тарелку всё же взяла. Ну а что? Он мне вчера помог. И я постараюсь его как-нибудь отблагодарить. Когда-нибудь. Дэниелу позвонили, и он отошёл в другую комнату — я услышала, как он ответил коротким «Да» и хлопнул дверью. Джек пошёл учить Меррита трюкам с картами. Мою посуду, я совсем не заметила, как ко мне подошла Лула. — И что это было? — Что именно? — Нагрубила, но всё же сделала, что он хотел. — А, ты про это. Я просто подумала: не портить себе настроение с самого утра. — А я подумала, ты смирилась с оскорблениями Атласа и решила стать его девочкой на побегушках. — Что? — я выронила тарелку в раковину от услышанного. Она звякнула, но не разбилась. — Да чтобы я бегала за ним и тапочки ему носила! Ты такой меня видишь? — Нет, я не это имела в виду. — Лула мягко отодвинула меня локтем и взялась за полотенце. — Просто говорю: не позволяй ему тобой помыкать. Ты не обязана быть удобной. — Я и не буду, — ответила я, но голос прозвучал не слишком уверенно. Отставив последнюю тарелку, мы с Лулой пошли в большой зал. Меррит всё ещё пытался сделать карточный фокус: колода выпадала у него из пальцев, карты разлетались по полу, и он каждый раз чертыхался с весёлой безнадёжностью. Недолго постояв и посмотрев на них, я подошла к столу и взяла карты, делая небольшую разминку. Я хотела показать ребятам стоящие фокусы, чтобы отвлечься от мыслей об Атласе. Я успела сделать пружинку — карты упруго вылетели из одной руки в другую, потом мгновенный перелёт и водопадик, как в зал зашёл Атлас. Он остановился в дверях, скрестив руки на груди, и окинул всех медленным взглядом. — Вы уже все тут, ну тогда начнём. Я старалась не обращать внимания на пристальный взгляд Атласа, который прожигал меня и снаружи, и изнутри. Но ничего не получалось: я пыталась как-то спрятаться за ребят и потихоньку делала маленькие шажочки, прячась за спину одного, затем другого, продолжая крутить карты, но на каждый мой шаг Атлас делал два. Делая ещё один шаг, я совсем не заметила, как столкнулась спиной с Джеком. Он охнул, и все карты рассыпались из моих рук веером — они упали на пол с тихим шуршанием, будто листья. — Прости, я не хотела, — быстро извинившись, я опустилась на корточки и стала собирать карты. — Ничего, давай я тебе помогу. — Джек присел рядом, и мы быстро, молча, собрали колоду. Когда я поднялась и развернулась, то непроизвольно задержала дыхание. Передо мной в упор стоял Дэниел. От него пахло утренним кофе и чем-то резким, вроде хвои или дорогого одеколона. — У тебя кривые руки. Ты держишь колоду как капусту, — сказал он, глядя сверху вниз. — Ну спасибо, — выдохнула я. — И что за дурацкие сравнения? Ты вообще можешь когда-нибудь быть более вежливым? — Я не буду сюсюкаться с тобой, потому что если ты не научишься сейчас, то подставишь нас всех. — Ладно, я поняла. Джек пытался быть миротворцем — он встал между нами, развёл руками, улыбнулся, — но вскоре понял, что это бесполезно. Меррит просто наблюдал, откинувшись в кресле и иногда подливая масла в огонь философскими замечаниями: — Я где-то слышал, что ненависть — это всего лишь нераскрытое восхищение. От этих слов Дэниел бесился ещё больше. Отойдя от него, я отошла ото всех и подошла к зеркалу. Я смотрела на себя, повторяя несколько быстрых трюков. Пальцы слушались плохо: карты норовили выскользнуть не туда, колода то и дело наклонялась влево. Я сжала зубы и попробовала ещё раз. — Ты делаешь это неправильно, — сказал он, заставив меня вздрогнуть. Он прислонился плечом к стеллажу. — Ты зажимаешь мизинец. Из-за этого теряется инерция. Он подошёл и встал за моей спиной. Моё тело напряглось, чувствуя тепло его тела. Он взял мою руку в свою, грубо, без сантиментов, и поправил положение пальцев. — Чувствуешь? — спросил он, и его дыхание коснулось моего уха. — Не дави. Дай карте захотеть улететь. Когда карта, подчинившись его коррекции, легко выскользнула и бесшумно спланировала на пол, я выдохнула. — Я и сама бы поняла, — пробормотала я, но не отстранилась. — Конечно, — хмыкнул Дэниел, и в его голосе снова прорезалась стальная нотка. — Через полгода тренировок. А у нас нет времени. Не благодари. Он развернулся и ушёл, оставив меня одну в этом углу. Ещё немного постояв и подумав, мои мысли прервал Дэниел. — Думаю, на сегодня хватит. Мы хорошо потренировались, и завтра есть что показать Дилану, так что сейчас можем расходиться, — сказав это, парень развернулся и вышел из зала. Я же выдохнула и потихоньку отправилась в свою комнату, по пути повторяя все манипуляции с картами, а зайдя в комнату, я упала на кровать, и из рук выпала пара карт, разлетающихся по всей кровати и не только. О чёрт, снова ползать на коленках я не хочу.