Часть 8

--- Ночной воздух Ада был таким же горячим, как всегда — отличный контраст с тем местом, где только что побывал Винсент. Однако холод так и не отступал полностью, а вместе с ним — горькое осознание произошедшего. Неужели он был слишком самонадеян? Естественно. Так какой смысл задавать себе этот вопрос теперь, когда всё уже случилось? Выдыхая дым от сигареты в открытое окно, Винсент сидел на подоконнике. Он измученно вздохнул. Сигарета ничуть не помогала согреть лёгкие, хотя надежда всё ещё теплилась. А мысли уносились только к одному — красноухому демону, который мог бы его согреть. Разумеется, не стал бы... но в теории мог. — Чёрт, и куда я полез? — как же глупо всё это было. Если бы Ал узнал, то посмеялся: чтобы хоть кто-то в Аду решился пойти на такое ради другого? Они же, блять, демоны. Бездушные твари, которые не должны даже мыслить о заботе, любви или элементарной бескорыстности. Однако вряд ли это было про Винсента. Всё же он хотел лишь войти, выбить, если придётся, информацию и выйти. Быстро. Без последствий. Для Винсента это была единственная цель. Потому что ради этого ушастого эгоиста он был готов на всё, пусть тот и не ценил и не оценит. Хотя всё же небольшой клубок сомнений после пережитого скрутился в животе. Действительно ли готов на всё? Сжав губы в тонкую полоску и тяжело промычав, Винсент зарылся когтями в волосы. Теперь он уже и сам не знал. Текст, который уже даже не болел на правой руке, слабо поблёскивал. Эта тварь умудрилась не только окончательно запутать его своими тупыми стишками, но и не дать нужной информации. — Что за бред вообще? — пробормотал Винсент, зажав сигарету между зубов и проведя пальцами по тексту на руке. — Побороть свой грех? Эта тварь хочет, чтобы я занял место на поводке вместо Аластора? А ещё и сдох сразу же? Хах. Он выплюнул сигарету прямо в окно услышав сердитое «Эй?!» откуда-то снизу. Даже не взглянув на несчастного, показал ему средний палец, а затем выдохнул, слезая с подоконника и хлопнув окном так, что то задрожало. — Блядство! — прорычал он, упав на кровать спиной и посмотрев в идеально белый потолок своей спальни. — Ал... Имя само слетело с губ — самым правильным и нужным звучанием, на какое только был способен голос теле-демона. Глаза медленно закрылись... выдох стал легче, стоило вспомнить, как этот мерзавец дурил ему голову. --- Винсент даже не успел осознать, где находится. С трудом открыл глаза, лежа на тротуаре. Капли дождя падали на лицо, высыхая от непривычной горечи почти сразу, едва касаясь кожи. Дождь был странным: он окутывал не привычной прохладой, а наоборот. Падающая вода с алого даже ночью неба немного жгла, а лёгкие заполнял спёртый, пропитанный тухлятиной и горечью воздух, давящий на внутренности лёгким удушьем, к которому сложно было привыкнуть. С трудом поднявшись, Винсент поморщился и сжал пульсирующую болью голову руками. Ощущение было такое, будто через неё пропустили 2.000 вольт — настолько ужасно она болела. Впрочем, как и всё остальное тело. Что-то было не так. Собственное тело вовсе не его. Твёрже, может быть даже сильнее: не было привычного ощущения сжатия кожи и костей. Паника быстро подступила к горлу вместе с тошнотой и прочими вытекающими из этого состояния последствиями — такими как слёзы. Хотя последние Винсент всё же сдержал. Стоило ли плакать посреди неизвестной улицы с кучей незнакомцев, проходящих мимо и искусно делающих вид, будто его здесь и не было? Где он оказался? Что это за место? Почему собственное тело казалось неправильным? Кожа не ощущалась обычной — немного шершавой или вовсе искусственной. Как точнее её описать, Винсент не знал, но назвать её человеческой или живой язык не поворачивался. А когда он надавил сильнее на виски, то вообще удивился их непривычной твёрдости. Словно трогаешь... Сталь? Встряхнув головой (что, к слову, было плохой идеей — перед глазами всё вновь поплыло), он опёрся руками на колени, чтобы подняться, но резко отдёрнул их, уставившись на свои руки ошарашенными глазами, стараясь сфокусироваться, но те не менялись... Его собственные руки с тёмно-синей кожей доходившей почти до локтей, а после становились мягко-голубыми, почти бледными, как и видимо остальное тело. Ногти с длинными причудливыми, но очень острыми когтями заходили почти на проксимальную фалангу пальцев. Бирюзового цвета, с явным поблёскиванием кислотно-розового перелива под определённым углом. — Блять! — резко вскочив от этого открытия, он почувствовал, как желудок сжался, а внутренности перекрутило. Пошатнувшись, Винсент схватился за угол стены, и его стошнило... прямо на обувь тому, кто резко вышел из-за угла. — Вот же... — пробормотал Вокс и уже хотел извиниться, подняв голову, но... — Эй, придурок! — прорычал голос. Винсент застыл, распахнув глаза в полном шоке. И это ещё мягко сказано. Три морды. Огромных амбалов с вытянутыми, как у волков, лицами, шерстью по всему телу и острыми клыками вместо зубов смотрели на него глазами, которые можно было назвать только голодными. Абсолютно точно — зверски. Винсент сделал шаг назад, не веря своим глазам. Костюмы? Очень реальные? Хэллоуин или что-то в этом роде? А с ним тогда что? Что-то он не помнил, чтобы надевал костюм, да и тело казалось слишком реальным, чтобы быть костюмом. — Эй, ребят... вы не староваты, чтобы наряжаться? — попытался пошутить Винсент, но, когда вытянутая пасть одного из них раскрылась, обнажив острые волчьи зубы и длинный язык, он выдохнул: — Охренеть... «Точно, блять, не костюмы! Ни в каком ёбаном мире это не было просто хорошим блядским костюмом!» Ноги сами рванули прочь, причём со всей возможной скоростью. Тело всё ещё болело так, будто его убили и выпотрошили, а затем снова и снова, но это было не так важно — адреналин ударил в голову, придавая силы. Уж лучше бежать, чем в лапы к этим хрен знает кому. За спиной он слышал рычание этих полупуделей на ножках. И ладно бы грёбанные псы и впрямь так выглядели, нет — это были почти двухметровые свирепые волки! Хотя о том, как их вообще назвать, ему было трижды похуй и дважды поебать. Важнее было наконец-то оторваться. Ведь если его догонят — скорее всего, убьют, загрызут, съедят, трахнут? Не важно! Важно то, что даже под адреналином ноги еле выдерживали, а в глазах всё просто плыло, сливась в единную массу из света. Блять, он только что стал самым известным телеведущим и не собирался умирать после своего грёбаного дебюта на премьере! Это как минимум тупо, а как максимум — несправедливо! Улицы были странными: повсюду — просто везде — были эти существа, которых и людьми назвать нельзя. Кто-то с рогами, кто-то с клыками, кто-то с шерстью разных цветов или вовсе без кожи, с шестью руками, вообще без — все с какой-то уникальной приблудой, что навеивало мысли о том, как же выглядел сам Винсент, если одни руки уже были... Внезапно завернув за угол и забежав в закрытый переулок, Вокс столкнулся с мусорным баком, запнулся и упал на землю, почти ударившись и так больной головой, но успев в последний момент вытянуть руки, чтобы уменьшить полученый ущерб. — Сука... — прохрипел теле-демон, перевернувшись на спину. Вот и всё, два отростка совсем не слушались, да и по бокам красовались прочные каменные стены. Не то чтобы он хотел сдаться, однако в таком состоянии действительно мало что можно сделать, особенно когда три волчьи фигуры уже объявились в переулке, кружа возле своей «добычи» как коршуны. — Попался, — хмыкнул один из волков, подходя ближе. — Чёрт, да он, видимо, новенький. Винсент поморщился, пытаясь подняться, чтобы хоть чуть-чуть придать себе уверенности, но тяжёлый ботинок ударил прямо в грудь, не позволив ему и такой маленькой роскоши, заставив лежать на месте. Тихий вздох слетел с губ. Полный пиздец. Его прожуют, выплюнут, а судя по размерам их пастей — даже не подавятся. (К сожалению) Такие мысли тошно сжимали голову. Нет... Чёрт возьми! С какого чёрта он, самый известный телеведущий, вот так просто будет млеть как какая-то сука перед утырками, только чтобы его не трогали?! Конечно, он вообще не знал, куда попал, и, кто знает, возможно, это лишь его сон, вызванный какой-то горячкой с явной наркотической примесью. Не имело смысла, насколько реальным всё выглядело, но ни в какой чёртовой вселенной Винсент не был тряпкой. Один из них присел прямо между ног, грубо разведя их когтистыми лапами, чтобы освободить своей внушительной фигуре больше места, и высунул свой длиннющий язык, проведя им по сгибу горла. А острые когти, которые лишь секунду назад лежали на бёдрах, вцепились в рубашку, разорвав её без особого напряжения. «Какого хера?!» Тело двинулось на чистой агрессии, и Винсент со всей возможной силы врезал кулаком прямо по челюсти твари. Волк издал нечеловеческий визг, отлетев почти на два метра назад. Из его носа полилась кровь, а шерсть встала дыбом. — Что за? — прошептал Винсент, не веря своим глазам, уставившись прямо на руку. Кулак немного покалывало, а между пальцами проскакивал ток, поднимаясь всё выше по всей руке. — Как я это? — почти усмехнулся он, но не успел опомниться — ботинок слишком быстро оклемавшегося зверя вновь ударил его в грудь и откинул назад. — Ты... покойник... — прорычал волк и свистнул, кивнул в сторону Вокса в немом указе поднять лежачую тушу на ноги. Оскал хищника был действительно зверским, когда его ребятки, несмотря на лёгкое сопротивление и безуспешные попытки повторить фокус с молнией, оторвали того от земли под локти и прижали к стене. — Сучка, — ухмыльнулся волк, подняв голову Винсента за чёлку. — Знаешь, я хотел лишь немного с тобой поиграть, но видимо, новые души нынче строптивые, — хмыкнул он. — Придётся получше тебя обучить. Тот уже было приготовил язвительный комментарий, но чужой кулак резко врезался в кожу, от чего та с болезненным всплеском отлетела назад, а затем подалась вперёд с тонкой струйкой крови из разбитой губы и кажеться сломаного носа. — Ха... — усмехнулся Вокс. Точно не человеческий удар... а ведь он эксперт в них — уж сколько он получал по лицу и по пальцам, не сосчитать. Ногти зверя впились в скулы Винсента. — Какого чёрта ты ржёшь?! — прорычал зверь, прижавшись лбом ко лбу пленника. — Пошёл ты, — хрипло произнёс Винсент и плюнул тому прямо в фурри-морду. — Со мной обращались и жёстче, придурок! Так что если ты на большее не способен, то нам не о чём говорить! — Язвительный комментарий слетел с уст сам собой, моментально разозлив противника ещё сильнее, хотя, казалось бы, куда сильнее? — Без своих верных шавок ты всего лишь никчёмный щенок. Иначе почему они удерживают меня? Боишься вновь получить разряд по своей уродливой физиономии? Оказывается, можно сильнее. Глазницы мохнатой сволочи буквально залились кровью. — Ах ты мразь! — прорычал волк. — Отпустите его! Сейчас я покажу, кто тут папочка, — усмехнулся тот, разминая плечи, в то время как Вокс, слегка пошатнувшись без поддержки, чуть не упал, но всё же остался стоять — спасибо и на том. Выдохнув, он довольно неуклюже попытался встать в стойку. Не то чтобы он не дрался раньше, но после довольно сильного удара голова продолжала ходить ходуном, что не способствовало мыслительному процессу. Что делать? Даже если каким-то чудом ему удастся провернуть фокус с электричеством ещё раз и вырубить гада, нельзя быть уверенным, что двое других не нападут со спины. Нужно что-то придумать. и быстро пока... К сожалению, противник не дал особо времени — тут же рванул вперёд, замахнувшись когтями в миллиметре от лица. Благо на чистой реакции Винсент успел сделать шаг в сторону, и волк пролетел мимо. — Блять. Напрягаясь сильнее, пытаясь вызвать хотя бы лёгкие искорки из рук, и при этом не свалиться, с дасадой осознал, что причудливая способность явно насмехалась над его и так слабым состоянием. А оклемавшийся слишком быстро соперник не прибавлял уверенности. Быстро развернувшись, зверь вновь кинулся вперёд, и на этот раз реакция Вокса не оказалась феноменальной, предав владельца. Удар особенно острыми когтистыми руками пришёлся в бок, разорвав плоть. Не успев сдержать вопль, Винсент пошатнулся назад и упал, угодив прямо в чьи-то руки. Которые ловко придержали его за спину и почти собственнически провели вниз прямо к ноющему боку. Сука... — Какое расточительство — такого прекрасного материала, — прозвучал чей-то бархатный голос. К сожалению, в подобном положении Винсент едва ли мог увидеть лица того, с кем столкнулся, однако отчётливо лицезрел немой ужас волков, напавших на него. «Кто же его подхватил?» — подумал теле-демон, немного поморщившись, когда острые алые когти собрали кровь синеватого оттенка с бока и с аппетитом облизали свои же пальцы. — Брысь, — с явной усмешкой фыркнул мелодичный тембр, и три шавки, поджав хвосты, пронеслись мимо с такой паникой в глазах, что Вокс ненароком подумал: «А вдруг стать ужином для волков было не таким плохой перспективой?» — Мой дорогой, ты так и собираешься на мне виснуть? — почти промурлыкал голос, и только сейчас в нём заметились отголоски какого-то шума, вроде радио или прочей старой фигни. Вокс напрягся и изо всех сил постарался выпрямиться. Получилось, правда, он чуть не упал вперёд, но это не важно. Прижав руку к кровоточащему боку, он наконец-то взглянул на таинственного "спасителя." — Олень...? — еле слышно пробормотал Винсент, прищурив глаза. «Это что, какая-то шутка? Они его испугались?» Кроваво-алые глаза метнулись с ноткой явного оскорбления в сторону спасённой тушки, которая едва ли стояла на ногах. — Ой! Я... я не хотел, прости, просто твой вид... он... сбил с толку, — протараторил тот, чем вызвал усмешку сверкнувшими во тьме желтоватыми острыми зубами. Неизвестный стоял перед Винсентом с прямой спиной, держа в руках какой-то причудливый посох, отдалённо напоминавший микрофон, в ужасно старомодной на взгляд Винсента одежде, ещё и почти полностью красной. А на голове красовались два красных ушка с маленькими, почти запрятанными в копне рыжих волос рогами. Чудак... Хотя почему же тогда эти псы так испугались? Он не выглядел особо опасным. Да, острые когти и зубы тоже не внушают доверия, но в остальном... Чёрт, он выглядел даже более хрупким, чем Винсент: плечи чуть уже, ростом ниже даже на длинных каблуках, а талия такая тонкая, что можно было обхватить двумя руками — учитывая, что сейчас когтистые лапы самого Винсента были по ощущениям почти в два раза больше его обычных рук. — Налюбовался, мой хороший? — лукаво ухмыляясь, произнёс некто, смахивающий на оленёнка. — Знаешь, обычно после спасения принято... — он постучал по своему подбородку длинными тонкими коготком, — благодарить? Тебе ведь известно такое слово? Винсент напрягся. Конечно, он, блять, знал, но чёртова ухмылочка очень сильно бесила по какой-то неопределённой причине. Хотелось бы, конечно, фыркнуть и сказать, что он и сам бы прекрасно справился, но что-то проверять данного субъекта на терпеливость не хотелось. Кто знает: если по каким-то причинам Винсент стал пулять молниями из рук, то, может, и у этого есть какая-то скрытая фишка. Поэтому, прокашлявшись и убрав раздражение в голосе, он ответил: — Кхм... прости, да... с-спасибо большое, — выдохнул Винсент. — Слушай... ты не знаешь, что это вообще за место? Улыбка на лице «спасителя» поплыла ещё выше, а голова наклонилась в сторону с таким хрустом, что по идее должна была сломать позвоночник, однако этого не произошло. — Хммм... неужели нет догадок? — яхидно поинтересовался неизвестный, чем всё же заслужил лёгкое закатывание глаз. Винсент слишком вымотался, чтобы играть в игры, однако его собеседник, напротив, загорелся игривыми огоньками, хотя и не стал слишком долго издеваться. — Ты в Аду! Мои поздравления! — бодро воскликнул голос, чем знатно ошарашил Винсента. — Это что, блять, шутка? — не успев подумать, сказал тот, чем вызвал несколько смешков. — О, поверь, я не шучу. Хотя и давно не видел Землю, может быть, теперь и там бродят подобные ушастые клыкастые создания, мм? Винсент ещё раз закатил глаза. — Ха-ха, — пробормотал он, чуть сильнее сжав рану на боку. — Вот же... — Не переживай об этом, — хмыкнул собеседник. — Наши тела восстанавливаются куда быстрее, чем у людей. Часа через два будешь как новенький, мой друг! — Может, хватит? Ты спас меня, все дела, но вот эти твои обращения типа «мой друг» или «мой хороший» уж слишком, — фыркнул Винсент. — Мы даже не знакомы. — Ха-ха! Ну что ты, элементарная вежливость. Хотя я уже и так понял, что ты мало в ней смыслишь, — мурлыкнул ушастый. — Что ж... Сделав шаг вперёд, причудливый незнакомец протянул руку и немного наклонился. — Аластор, Радио-демон. Винсент опешил, похлопав глазами как настоящий идиот, и неловко пожал чужую ладонь. — Ви... Винсент. Просто Винсент. — Теперь, полагаю, мы знакомы! Знаешь, обожаю истории о хороших смертях! — заявил Аластор и, развернувшись на каблуках, пошёл прочь из переулка. — Как насчёт рассказать мне о своей смерти за кружечкой чего-то крепкого? -С..стой! - воскликнул тот, но красноухий его даже не услушал, заставив сорваться с места и пойти за своим уже обрёвшим имя «спасителем». Хотя, честно говоря, тот не выглядел так, будто действительно планировал ему помогать, скорее позабавиться. Но в целом... где-то глубоко в душе... может быть, совсем немного... он был благодарен красноухому оленю. --- Вокс открыл глаза и хмыкнул своим собственным воспоминаниям. Чёрт... первая встреча с Алом наполняла сердце особенной теплотой, хотя тогда олень больше раздражал,чем пленил. Ну а сейчас, наверное, если бы Ал узнал, что их знакомство навевает подобную сентиментальность, то точно бы рассмеялся, заливаясь своим привычным надломленным, чуть-чуть скрипучим от помех радио смехом. Впрочем, даже думать не надо — уверен, всё именно так и было бы. — Конченый психопат... а я тут из-за тебя голову ломаю, — улыбка стала более нежной, когда Вокс закрыл лицо руками и перевернулся на бок, погружаясь в сон. --- Утро выдалось тяжёлым. Проснувшись на всё том же диване с занывшими от неудобного положения мышцами, Аластор вновь ощутил боль во всём теле, но, на удивление, прошла она куда быстрее, чем раньше. Не то чтобы это способствовало его желанию подняться — такового, как выяснилось, будто вовсе не было. Однако, пересилив свою внезапную потребность в соединении с диваном в одном целом по крайней мере до конца дня, Аластор с неохотой побрёл в ванную. Уж лучше разнежиться хоть немного в горячей воде, чем и дальше просиживать в неудобном положении тела. Хотя диван и был мягким, для полноценного сна он точно не предназначался. Только зайдя в ванную, Аластор щёлкнул пальцами, и кран с горячей водой сам открылся, наполняя комнату мягким журчанием и быстро поднимающимся паром, в то время как всё ещё недовольный пробуждением радио-демон поспешно снимал одежду, не желая оставаться на прохладном воздухе ванной дольше, чем нужно. С тихим вздохом тело опустилось в воду, а голова тут же удобно устроилась на специальной подушке из водостойкого материала, прикреплённого к поверхности ванны. Странно, но только вчера, после сделки с Зестиалом, Аластор, казалось бы, позволил себе немного расслабиться, но уже сегодня это расслабление скрутилось новым комком мыслей — непосредственно о его металлическом друге. Раз уж теперь проблема с возвращением почти была решена, можно было действительно задуматься: по какой же причине чувства Аластора стали выходить из-под контроля? Хотя разве это не было очевидно? Аластор просто ослаб. Просто слишком устал. Да, это оправдание было бы приемлемым, особенно если подумать, что как минимум действительно нормального отдыха у него не было давно: с момента пленения в своём времени точно, а может, и с той самой оставленной раны Адамом. Разумеется, тут её не было, но... Винсент был прав: мозг тоже имеет свойство изнашиваться. Даже у Радио-демона. Тогда, может, и не такая плохая идея — остаться сегодня дома и позволить себе относительную тишину и покой. — Мммм, — сладко мурлыкнул Аластор, потянувшись в приятно обволакивающей воде и явно соглашаясь со своими мыслями. Однако... «Бум! Бум! Бум!» Резкий стук откуда-то снизу заставил нахмурить брови и раздражённо поёжиться в воде. «Серьёзно? И кому вновь понадобилась моя персона?» Выскользнув из воды с молниеносной скоростью и натянув атласно-красный халат прямо на мокрое тело, он готов был разорвать того храбреца, что решил его тревожить, в только что решённый начаться выходной. Но стоило схватить свой посох и распахнуть дверь, как в нос ударил приятный аромат, а глаза на секунду застыли в удивлении, уставившись на букет ярко-красных адских роз. — О... я не вовремя? — Винсент ухмыльнулся, глядя на полуобнажённого Ала, хотя старался не пялиться. (Нет, не старался.) Кто же мог его винить? Перед глазами распахнулся такой вид — всё равно что смотреть на огонь, который не можешь потрогать, или помахать перед быком красной тряпкой. (К слову, за время прибывания в Аду Винсент успел немного прокачать тело, так что теперь его поверхность была огнеупорной.) Мягкий атлас на теле ещё немного раздражённого, но так же удивлённого Аластора струился по фигуре, местами прилипая к коже. Тонкие капли спадали с лица, очерчивая его контур, а волосы, зачёсанные назад, открывали вид на маленький шрам во лбу, который в демонической форме становился ядерно-зелёным. Однако сейчас, имея обычный оттенок кожи, казался почти трогательным... особенно в сочетании с мягкими ушками, опустившимися назад, и тихим потрескиванием рычания Аластора на фоне. Странно, но из-за всего этого вида Вокс даже и не подумал о чём-то пошлом, а скорее наоборот — о самом целомудренном, что могло прийти в голову. А именно: прижаться губами в мягком невинном жесте ко шраму на лбу и просто прижать раздражённого оленя к себе. Безусловно, это бы не помогло, и возможно, ему бы сломали пару конечностей, хотя в последнее время Аластор довольно много позволял, так что... Сделав шаг вперёд и уже почти коснувшись Аластора в том месте, которое он посчитал безопасным, Винсент увидел, как дверь перед его лицом резко хлопнула, а цепкие когти перед этим успели выдернуть букет из рук и скрыться вместе с их обладателем. Улыбка Винсента застыла на лице, но брови свелись к переносице. — Эй! Ал?! Ну чего ты? Реально злишься?! — прокричал Вокс в закрытую дверь, но ответа не последовало. — Я тут могу хоть весь день ждать! --- За дверью Радио-демон раздражённо прижался спиной к двери, опустив чёлку, обратно на лоб, и, бросив букет на тумбу, не озаботившись сохраностью цветов, а затем медленно выдохнул. В целом ничего бы не мешало просто не открывать эту дверь больше, хотя... соседство с домом Рози совсем рядом не придавало ситуации красок. Что ж, недолго думая, Аластор щёлкнул пальцами, привёл себя в нормальный вид, уже полностью одетый в знакомую одежду. Наверное, всё же можно немного подыграть назойливому другу, просто чтобы увести его подальше... конечно же, только по этому. Поморщившись и кинув последний взгляд на букет — сердце невольно кольнуло, — но решив не заострять на этом внимание, Радио-демон поспешно открыл дверь. --- Чёрт. Грозить такому упёртому оленю, как Ал, было бесполезно. Тот был куда более упёртым, чем самый тупорылый мул, замерший посреди дороги и создавший огромную пробку, на которую ему было плевать с высокой колокольни. Как же бесит. Тяжело выдохнув, Винсент сел на крыльце, опёр щёку на кулак и надулся почти как маленький ребёнок. Но не прошло и пары минут, как что-то не сильно, но ощутимо ударило его по голове. — Ай! Что за?! — Вокс обернулся, подпрыгнув на ноги, но притупился, увидев Аластора в полной готовности. — Пошли. Так уж и быть, уделю тебе своё драгоценное время, Mon cher, но учти: завтрак будет с тебя, — ухмыльнулся Аластор и направился вперёд, даже не обернувшись на потирающего в недоумении голову приятеля. «Он это серьёзно? Вот так просто — запереть дверь перед лицом, а затем выйти как ни в чём не бывало, да ещё при этом чертовски красивый и готовенький, как грёбаная модель?! Единственное... костюмчик всё же был привычным. Хотя Ал всегда был хорош — вообще не имело значения, что носит этот олень, потому что олень, видимо, поцелован высшими силами на грёбанную привлекательность. Даже с этой дерьмовой ухмылкой и огоньками озорства в глазах». Мрачно подумал Вокс и, запихнув руки в карманы брюк, поплёлся за ним. --- — Куда мы идём, Винсент? — хмыкнул Аластор, удобно устроив свою руку под локоть ведущего его в неизвестном направлении Вокса. — Думал, после завтрака наше маленькое рандеву закончится? Как-то неожиданно теле-демон сжал пальцы Аластора своей рукой и мягко улыбнулся. От этого сердце пропустило маленький тёплый удар, который отдался приятной трепетом в теле, едва заставив извечную улыбку слегка напрячься, но не убрать руку. Было странно, как обычная неприязнь к прикосновениям таяла хотя бы по отношению к Винсенту. Неужели к хорошему и вправду привыкаешь быстрее? — Я подумал, что сегодня мы могли бы побаловать себя? — промурлыкал Винсент. — Что скажешь? Ты, я и небольшое... — Винсент нервно сглотнул. «Свидание». Но, посмотрев в эти пытливые глаза, явно загоревшиеся озорством и ещё будто чем-то несвойственным, запнулся: — Прогулка! Небольшая прогулка! На секунду показалось, что Радио-демон притормозил, чуть сильнее сжав пальцы на локте приятеля, но быстро выправился, хотя в голове Винсента всё же будто всплыли несколько окошек с вопросами. «Он не это хотел услышать? Может, стоило сказать „свидание“?» Аластор рассмеялся, немного наигранно, но всё с тем же аласторовским привычным смехом. — Ха-ха-ха, что ж! Звучит неплохо, mon âme! Полагаю, сегодня я могу подыграть твоим авантюрам. Винсент покачал головой, усмехнувшись. Конечно, Ал не мог просто сказать «да» или элементарно заинтересоваться завуалированным подтекстом «рандеву». Нет, эта оленина будет вести себя так, будто именно он тут правит балом. И это даже не то чтобы бесило, но немного подразнить такого самоуверенного котёнка очень даже хотелось. Особенно когда один секретик, требующий обсуждения, так и норовил слететь с губ. Задумавшись и не особо хорошо взвесив все «за» и «против», он пальцами приподнял подбородок Аластора в свою сторону почти невесомым движением. И увидел, как тот слегка дрогнул, ушки невинно прижались к голове, слегка распушившись у кончиков, а тело словно само захотело прижаться чуть ближе к тёплому прикосновению. Вокс ухмыльнулся. Интересная реакция, подумал он, проведя большим пальцем по подбородку Радио-демона, чуть сильнее надавив, заставив зрачки приятеля расшириться, полностью скрыв цвет глаз. «Не сейчас... сначала его нужно расслабить, прежде чем говорить». — У тебя было что-то на лице, дружище, — прошептал Вокс и убрал руку, прежде чем цепкие зубки вцепились в его пальцы. Но, на удивление, те даже не думали о подобном. Напротив, Аластор будто и сам обомлел, быстро отвернув голову и слегка поморщившись, видимо, обдумывая собственное поведение. — Не знаю, что ты задумал, Винсент, — прищурившись, сказал Аластор. — Но не играй со мной. — Вышло серьёзно, даже серьёзнее, чем теле-демон представлял. Винсент хмыкнул. — Играть? Ал? Всего лишь приятный день. Обещаю, тебе не о чем волноваться. Хотя... — Винсент выждал паузу, прежде чем заслужить пытливый, излюбленный взгляд. — Не скажу, что тебе затея придётся по нраву, — мурлыкнул он, поиграв бровями, и потянул Аластора вперёд, пока тот не успел опомниться. Что ж, неизвестная заторможенность оленя была даже на руку, даже если где-то глубоко в душе возникало неприятное чувство беспокойства. --- Аластор вздохнул, когда Винсент втащил его в какой-то, по виду, старый, покрытый слоями пыли антикварный магазин. Что ж, если тот решил таким образом впечатлить Радио-демона, то это даже умилительно со стороны такого приверженца новых технологий, как Винсент. Подумал про себя Ал, но комментировать не стал, осматривая ассортимент товаров, пока его дружочек, очень хорошо попросив подождать на месте, скрылся за одной из дверей. Лавка в целом была ничем не примечательна и, как оказалось, не работала уже долгое время. Откуда у Винсента доступ к ней, знать не особо хотелось. Ассортимент казался даже очень скудным до тех пор, пока, неспешно прогуливаясь, Аластор зашёл в довольно узкую арку, закрытую свисающими сверху, чем-то вроде маленьких камушков на верёвочке украшениями — видимо, чтобы закрыть от посетителей содержимое комнаты. Но стоило ему поднять глаза, как они быстро просияли, осматривая окружение. Радио! Вся комната сверху донизу была забита абсолютно разными моделями — начиная с самой первой модели Regency TR-1, появившейся в мире, и до той самой, что стояла в доме Аластора ещё при жизни. Маленькая коробочка, сотканная из красного дерева с узорами ручной работы, почти точно такими же... Люди в то время точно умели делать поистине прекрасные вещи. Уж точно не то что эти шумные бесполезные коробки с картинками, которые любились Винсенту. Его пальцы нежно провели по верхушке, глаза прикрылись с благоговением. Какое же было время: тихий вечер с любимым блюдом на уютной кухне, пропитавшейся запахом специй и лёгкого слоя пыли, приятные мелодии, наполняющие комнату по-особому значащим уютом и... — Эй! Ал! — Винсент появился слишком неожиданно за спиной и уже по-хозяйски устроил руку на талию Аластора. — Я кое-что приготовил. Знаю, ты не особо любишь всё, что связано с видео и цифрой, но... — Как ты нашёл это место? — внезапно прошептал Аластор с нежностью, улыбнувшись и смотря на маленькое чудо перед собой. Вокс слегка стушевался перед поднятым вопросом, но затем, нагнувшись, уложил подбородок на плечо Аластора и, будто бы немного покраснев, прошептал: — ...Купил его. — Что? — Аластор повернул голову, слегка её наклонив и навострив уши. — Кхм... ну... я случайно на него наткнулся, когда... когда скупал старые магазины для своей компании, чтобы потом их перестроить под магазины новейшей техники и... — Винсент пожал плечами. — Наткнулся на это место. Планировал поступить с ним так же, но... — голос стал чуть тише, — увидел радио и подумал о тебе. Пару секунд Аластор молчал, переваривая информацию, а Винсент был слишком смущён, чтобы посмотреть ему в глаза, хотя и жутко любопытно было увидеть, какое у него лицо в этот момент. Хотя не нужно быть гением, чтобы понять... скорее всего, такое же снисходительное, каким бывало, когда Винсент говорил что-то тошнотворно милое. — Ха-ха-ха — совсем чуть-чуть похихикал Радио-демон, прикрыв рот рукой. — Это просто очаровательно! — выпалил тот, заставив сильнее сжать когти на своей талии, ведь его мозг буквально взорвался от этой лёгкой, но такой живой реакции, неприкрытой надменностью, сарказмом или попытками обучить, что в Аду не принято быть настолько слащавым. — Ну так... — начал Вокс, — пойдём? Радио-демон лишь кивнул, позволяя утянуть себя в другую комнату. --- Винсент толкнул какую-то дверь, открывшую вид на прилично обставленную студию. Стены в мягко-алых тонах, по крайней мере, на одну часть комнаты. С левой стороны — мягкий диван, на котором лежали подушки стиля двадцатых годов с причудливым цветастым узором, явно игравшие роль декора и точно не пригодные для сна из-за своей твёрдости. По бокам — два дерева в мраморных горшках, а за спинкой — драпировка, покрывающая стену и мягко спадающая на пол в небольшом каскаде. Другая половина комнаты была полностью серой. Единственное, что там стояло, — камера на специальной подставке, направленная в сторону дивана, и студийный свет по обе стороны от неё. — И это твой план? — хмыкнул Аластор. — Фотография? Ты же знаешь, что все снимки со мной будут попросту искажены. — М-м-м, — промычал Винсент и подошёл к камере. — Ага, но эта камера не такая, как обычно. Я долго парил мозг, чтобы настроить её как следует, и вложил немало сил, чтобы всё сработало. Знаю, ты не фанат подобного, но... — Винсент почесал затылок. — Мне бы очень хотелось сфотографироваться с тобой. Пожалуйста? «Что за чудесная железка», — подумал Радио-демон. «Что ж, если он так искренне просит, то одна фотография ничего не изменит». Тем более... когда-то Винсент часто говорил про это, однако после их ссоры они, конечно же, не успели ничего сделать. Не то чтобы Аластор сожалел, напротив — ему было всё равно. Какой смысл жалеть о несделанном, если Аластор видел лицо Винсента почти на всех раздражающих телеэкранах каждый адский день? Немного поразмышляв, скорее для вида, чтобы дорожайшая железяка чуть сильнее поволновалась перед ним, всё же хмыкнул, поставил свой посох у стены и направился к дивану. Чуть откинув низ плаща, он сел на диван, закинул идеально длинные ноги одну на другую и положил руки на колено, сцепив их в замок. — Чего же ты тогда ждёшь, дорогой? — ухмыльнулся Аластор. Винсент лишь на секунду застыл, но быстро взял себя в руки, установил камеру на подставку и приземлился на диван рядом. Они сидели очень близко. Аластор — с привычной уверенностью, а Винсент — с лёгкой нервозностью, но явно довольный тем, что его на редкость упёртый друг не ушёл, хлопнув дверью. На самом деле это и вправду было странно. В целом не только это: Аластор изменился, по крайней мере, в присутствии второго — это точно. Радио-демон и сам понимал, что за всё короткое пребывание в прошлом стал позволять себе более несвойственные мысли и действия по отношению к Воксу. Не то чтобы он сам тянулся к своей излюбленной железяке, напротив — слишком часто позволял касаться так, как ни один грешник не осмелился бы, а если бы и осмелился, то жестоко поплатился бы в ту же секунду. Быть может, всё это лишь чувство ностальгии? Ведь такой Винсент — ещё не опороченный жестокостью обиды (в которой Радио-демон не видел своей вины) и маниакальным желанием уничтожения всего и вся лишь бы доказать Аластору свою «несокрушимую» мощь — был куда приятнее того, кем он стал. Стал. Такое интересное слово. Особенно для Ада. Ведь в Аду и так сидят грешники, раскрывшие все свои худшие качества ещё при жизни и продолжающие в таком же порочном духе. Так что Винсент точно не был пушинкой — это было понятно без всяких слов. Аластор даже мог признать, что с их первой встречи в том захудалом переулке Винсент быстро оправился и встал на ноги. Более того, как помнилось, и как сегодня выяснилось, молодой теле-демон уже начал свой небольшой путь к созданию Vox-tec и владел несколькими телемагазинами в Пентограм-сити. Хотя почему-то Аластор помнил, что эта дорожка началась с дикой ярости после отказа. Признаться, в то время Радио-демон не особенно слушал рассказы Вокса за вечерами в баре, и, вероятнее всего, Вокс точно рассказывал ему всё в мельчайших подробностях, но определённый фильтр в голове сбрасывал приятный лепет подальше и просто наслаждался атмосферой. Может, слушать слова Вокса в то время ему и не нравилось, зато голос теле-демона был действительно хорош. Задумавшись над всем этим, Ал даже не заметил, как его сердечный друг подскочил к камере и просмотрел несколько уже сделанных снимков. — Вот! Вот эта! — воскликнул тот и приземлился на колени возле ног Аластора, уперевшись локтями в мягкое сиденье дивана, и повернул камеру к Аластору. Скользнув взглядом по снимку, Радио-демон одобрительно кивнул. Всё было идеально: едва заметное касание бёдер, ровные осанки с лёгкими улыбками и... Зрачки на секунду расширились. Возможно, Ал не заметил этого, витая в своих мыслях, а может, просто не придал значения. Но одна из его рук на фото очень удачно легла на ладонь Винсента, переплетая пальцы с лёгким сжатием. Что-то трепетное и почти невесомое пригрелось в сердце. Этот жест был таким... идеальным. Словно всё так и должно быть. Не так, как случилось с многолетней обидой и ссорами, не с желанием разорвать друг друга при каждой встрече, а вот так... с... нежностью, лю... Аластор покачал головой, чуть сведя брови к переносице. Это бред. Променять только что обретённую независимость на такие глупости? Чтобы что? Просто забыть всё, что произошло? Невозможно по многим причинам. Во-первых, из-за Рози. Но если призадуматься, смог бы Аластор вновь прожить эти семьдесят лет? На этот раз — без молчания и привычных игр друг с другом? Точно нет... хотя бы потому, что он всё помнит. Довольно тяжёлый вздох слетел с губ слишком быстро, чтобы это осознать. — Всё хорошо? — спросил Вокс, оторвавшись от просмотра фотографий и взглянув на Аластора, заставив того почти нежно улыбнуться. — Абсолютно, приятель, — ответил тот, и пальцы с острыми когтями легли на голову сидящего внизу друга, нежно почёсывая и перебирая волосы. Всё же это было утомительно. Всё, что происходило, казалось несвойственным, но таким до одури пьянящим, что с каждым разом становилось всё сложнее себя одёрнуть. А самое главное — вовсе не хотелось. И пугало это только в те моменты, когда под штаниной в области голени кинжал из ангельской стали давил на кожу, как бы показывая чёткое положение дел на самом деле. Противиться Рози в это время Аластор не мог. — Полагаю, мы закончили? Я бы хотел вернуться в свой дом, — сказал тот, убрав руку и поднявшись с дивана. Но чужие пальцы, схватившие его за край пальто, легонько потянули назад. — На самом деле... — Винсент встал на ноги, положил фотоаппарат на диван и подошёл к Аластору, взяв его ладони в обе руки с лёгким трепетом. — Я приготовил кое-что... прямо тут, на крыше, — прошептал он, подняв глаза на Аластора. «О чёрт» — другие слова просто не приходили на ум. Всё это было слишком опасно, слишком сложно, слишком... нравилось и в то же время ужасно давило на и без того забитую голову. Аластор покачал головой с тихим смешком. Как же сложно просто отказать. Видимо, он действительно стал слабаком. — Тогда веди, — тихо выдохнул он, почти молясь внутри, чтобы это не зашло слишком далеко. --- Лестница на крышу слегка закручивалась по пути, и с каждым шагом становилось будто физически сложнее идти. Неизвестная нервозность мелкой дрожью шла по телу и была отнюдь не приятной; казалось, даже ноги это понимали, становясь ватными и тяжёлыми одновременно. Но вот Винсент торжественно толкнул дверь, ведущую прямо на крышу, и деликатно наклонился, пропуская Аластора вперёд. Сама крыша особо не была примечательной — с перилами по краям и завораживающим видом на адское небо. Хотя уже упомянутые перила вряд ли могли остановить кого-то от прыжка. Разумеется, прыгать никто и не собирался, по крайней мере, пока глаза Аластора не зацепились за аккуратно расстеленный плед с корзиной, окружённый, наверное, сотнями зажжённых свечей. Вот после этого прыгнуть уже хотелось, потому что, видимо, подготовленный до чёртиков Вокс сразу заметил недоумение Аластора и поспешно закрыл дверь, так же аккуратно преградив путь к отступлению собой, почти что невинно сцепив руки вместе. — Кхм... — неловко кашлянул Радио-демон, внимательно осмотрев окружение. — Что ж... подобного я действительно не ожидал. — Разумеется, он постарался скрыть удивление за привычной улыбкой, но, кажется, лёгкая дрожь в голосе всё же выдала. Конечно, раньше игнорировать довольно сильные намёки Винсента было проще простого, но теперь точно нет. Не зря ещё там внизу всё существо кричало: побыстрее закончить «рандеву» и ретироваться домой. И что же теперь делать? Так же, как всегда, разыграть роль лёгкой наивности и не придавать значения разворачивающейся картине? Или вовсе наконец-то выпустить накопившееся негодование прямо на глупого дружка? — Я подумал, тебе не помешает отдых, — неловко произнёс Винсент, чем вырвал усталый смешок Аластора. Как будто это должно помочь ему отдохнуть. О чём вообще думает эта железка и почему именно сейчас появились такие широкие жесты с жирным, кричащим подтекстом? Помнится, раньше Винсент всегда действовал осторожно, по крайней мере, до первого предложения о сотрудничестве. Которое, к слову, стало и последним, ибо Радио-демон не оставил ему ни малейшей доли желания надеяться хоть на что-то ещё. Устало потерев переносицу, Аластор не заметил, как Вокс подошёл ближе и положил руки ему на плечи в довольно утешительном жесте. Хотя мысли всё равно метались. Погодите, всё, что происходит сейчас, было именно потому, что Аластор не отказал Воксу сразу? Как же всё-таки проблемно. Может, стоило просто, как раньше, поставить точку и хлопнуть дверью того излюбленного ими бара, а затем уже самостоятельно разбираться со всеми этими проблемами со временем? Тем более что сейчас у него уже был довольно сильный помощник в лице Зестиала, который рано или поздно выполнит свою часть сделки. Как бы всё было проще, если бы сделать это с самого начала. Но сейчас... мелкая дрожь превращалась в довольно крупную, а голова противно трещала, закладывая уши. — Эй, Ал? Голова болит? — прошептал нежный голос прямо над ухом. — Обещаю, ничего такого... просто... маленький перекус. Не успев сдержаться, Аластор горько усмехнулся, уже едва сдерживаясь от бури эмоций внутри. И большинство из них были весьма нелестными. — Перекус?.. Я, по-твоему, идиот? — на удивление довольно сдержанно, по сравнению с тем, что на самом деле хотелось сказать или сделать, отозвался Аластор. — Ты спишь и видишь, как бы заманить меня в подобного рода чушь! — выпалил он, пренебрежительно махнув в сторону пледа. Руки Вокса чуть сильнее сжались на плечах, а брови свились к переносице. Ладно, видимо, продолжать этот спектакль нет смысла. Хотя Вокс и думал, что Ал сам в обыденной манере его поддержит. Однако раз уж тот по какой-то неведомой причине решил быть откровенным... то и Воксу нет смысла играть в игры. — Я всё знаю. — Если бить, так бить на поражение, верно? Голова Радио-демона моментально поднялась к лицу Винсента, а челюсть с маниакально натянутой улыбкой даже хрустнула от сжатия зубов. — Объясни. Что же такого тебе известно? — На фоне зазвучали раздражённые радио-помехи. — Про твой контракт, придурок! — зарычал Вокс. — И не смей отрицать! Аластор отшатнулся, скинув чужие руки с плеч, сжав свои собственные в кулаки, выискивая на лице друга хоть каплю лжи. А затем очень быстро в голову пришли скорее всего правдивые доводы и довольно обоснованные. — Ты рылся в моих вещах, — ядовито постановил он и, увидев слегка сжавшиеся губы и мимолётное сожаление, рассмеялся: — Ха-ха-ха! Ну конечно же! Стоило один раз тебе довериться, приведя в свой дом, как ты сразу выискал полезную информацию. Чего я вообще от тебя ждал? Ты демон, такой же как я! Аластор развёл руками в сторону, продолжая маниакально хихикать и вести свой монолог. — Ну и чего же ты хочешь? Давай же скажи мне! — Радио-демон сократил расстояние, схватив Вокса за рубашку. — Может быть, чтобы я согласился на твоё предложение?! Не томи же меня, мой дорогой! Умолял сохранить мой секрет?! М?! Винсент опешил, сжав запястья Аластора. Казалось, тот был на грани нервного срыва, если не уже там. Но и внутри теле-демона привычно закипала ярость. Он так старался, залезая в самую ущербную яму Ада для этого бессердечного оленя, а всё что получил — это недоверие и попутные обвинения. Конечно, он и вправду рылся в вещах Аластора, но ведь нашёл способ ему помочь... К чёрту! Раз уже решил, что сделает, значит, сделает! И не важно, что Аластор будет думать. Но перед этим хотя бы маленький кусочек он заберёт. Даже против воли...всё равно терять будет уже нечего. Резко сделав шаг вперёд, попутно поставив Аластору подножку, он повалил напыщенного оленя на спину, после чего молниеносно навис сверху, прижав со всей возможной силы руки уже разгорячённого Радио-демона над головой, и прижался губами к уже открывшемуся в негодовании рту... просунув язык поглубже в чужую глотку. ....