Правда под видом шутки — не всегда весело

      Как выяснила Берёзкина, кольцо власти и стародревней давности бумага находились при них. И хотелось бы знать, кто распределил для них роли. Майа, хоббит и эльф. А что с остальными?       — Если всё рассказать и показать отцу, боюсь, дело закончится Советом и нам не вернуться домой, — вздыхая, садясь на край кровати, произнесла мысли вслух Наталья.       — Почему? — не поняла Алла.       — Потому что не доверят нам то, за чем охотятся все в Средиземье, и канон начнётся прямо сейчас.       — И что делать? — оставив посох у кресла, Лебедева развалилась на мягкой бархатной подушке кресла.       — А вы уверены, что это то самое, сауроновское?       — Я бы сказала, что да! — призналась майа. — Испытала на себе эту мерзость.       — В Средиземье много волшебных колец, и все по-разному действуют. К примеру, у моей бабки Галадриэль есть Нэнья — кольцо с магией воды.       — Да-да, и у Гэндальфа есть, — вспомнила Таня. — С красным камнем.       — Нарья — кольцо Огня, — продолжила Наталья. — И у Элронда есть!       — Нэнья, Нарья… Да какая разница, — свела брови Таня.       — Надо бы проверить огнём. — Аэрель протянула руку к хоббитянке: — Покажи! — Та вытащила и развернула платочек, на ладони лежало обычное обручальное кольцо. — Да уж! Скромняга Саурон! — оценила фантазию великого ученика Аулэ. — Знаете, девочки, меня всегда мучил один вопрос: как оно может подойти по размеру всем? Какой рост и какая пятерня у Тёмного Властелина, и какие руки у Фродо или у Бильбо. Ничего не смущает?       — Мы не фанаты этого рыжего бармена, — ответила Лебедева. — И плевать, кто что и куда одевает. Попади мы в мир Гарри Поттера, я бы точна знала, что и как.       — А причем тут Фродо? — не поняла Эймин.       — А то, что Фродо как раз и есть хранитель кольца и будет надевать его, и не раз. Это он доберётся до Мордора и бросит его в расщелину. Конец истории.       — Уже не доберётся, кольцо-то у нас, — продолжила хоббитянка. — Я выкрала его у Бильбо.       Только Аэрель хотела взять кольцо, как почувствовала магнетическую тяжёлую волну, как сама вечность, и появилось покалывание в руке:       — Нет. Ты лучше сама брось его в огонь.       — Вот-вот, и я об этом, — добавила Исильвен, — хорошо, что у нас есть Савельева!       — Пользуйтесь! — буркнула Алла и бросила ювелирное украшение в камин.       Пламя в нём почти угасло, когда кольцо, будто по собственной воле, оказалось среди тлеющих углей. А может, хотело явить себя миру.       Сначала ничего не происходило, и лишь тихое потрескивание древесины нарушало тишину. Металл не чернел, не покрывался копотью. Напротив, стал светлеть, словно огонь очищал его, а не пожирал. И вдруг на гладкой поверхности проступили линии. Тонкие, как паутина, они медленно наливались жарким светом, будто сама огненная кровь пробуждалась внутри кольца. Незнакомые резкие угловатые символы вспыхивали один за другим. В них было что-то живое и зловещее.       Комната наполнилась странным ощущением, воздух стал тяжелее, гуще. Дышать стало трудно. Надпись горела ярче, чем сами угли. И в этом свете вдруг стало ясно: кольцо не просто выдерживало огонь. Огонь принадлежал ему. И тут Наталья увидела себя в роскошном белом подвенечном платье. Она искала глазами жениха, но не находила. «Я буду всегда рядом, — за спиной послышался властный мужской голос. — Принеси мне его, и ты навеки станешь моей королевой».       Её передёрнуло, и морок отстал.       — «Хрена тебе, а не кольцо! Не на ту напал. Знаем! Проходили!» — Она зацепила кольцо щипцами и приподняла, как делал Гэндальф в фильме: — Возьми его! — и протянула хоббитянке.       — Почему я? — та отпрянула.       — Не бойся, оно холодное должно быть, — неуверенно продолжила Берёзкина и закатила глаза. Алла раскрыла ладонь, и кольцо шлёпнулось в руку.       — И правда холодное! — улыбнулась Эймин. — И что здесь написано?       — Ash nazg durbatulûk, ash nazg gimbatul, ash nazg thrakatulûk, agh burzum-ishi krimpatul, — совсем тихо произнесла Берёзкина на непонятном языке.       Алла подняла голову и прищурила глаза: — Хватит умничать. Это оно?       — Оно! — эльфийка с вожделением взглянула на колечко. Её взгляд заметно поменялся, цвет глаз превратился в грозовую тучу.       — Так, так, осторожно, Берёзкина, нам оно не надо, — Исильвен схватила ту за руку. Наталья дёрнулась и будто пришла в себя.       — Что это было? Мне показалось, что я слышала чей-то голос, он предлагал взять прелесть. Вот чёрт!       — Не чёрт, а Саурон, — поправила Таня.       — Ну, а почему я не слышу? — успела надуть губы Эймин.       — Потому что ты хранительница! А на кольце написано: Одно кольцо, чтоб править всеми, оно главное. Оно в тьме, чтоб собрать их всех вместе, — ответила Аэрель и сделала шаг назад. — Теперь я понимаю Галадриэль.       — Опять это «собрать», — вздохнула Алла. — Кругом одни загадки.       — Да, но откуда ты знаешь чёрное наречие? — Исильвен покосилась на подругу, но, увидев в глазах тот же вопрос, тут же ответила: — Я от Гэндальфа слышала. Да и майар — положено знать!       — А я и не знаю! Я просто помню по книге и фильму. А вот Жнец мечтала выучить синдарин, эти строки как раз написаны на эльфийском. — Аэрель улыбнулась. — А я его уже знаю! Удобно, правда? А что там с бумагой? — Только она произнесла, как в дверь постучали. Алла быстро спрятала кольцо, всё в то же укромное место.       — Прошу прощения, леди Аэрель, — эльфийка, стоящая в дверях, улыбнулась. — Владыка Элронд ожидает вас и гостей в Зале Огня.       — Спасибо, Идриэль, мы сейчас придём. — Как только дверь закрылась, Наташа зашептала: — Ну, давайте, только быстро, покажите мне эту бумагу.       Татьяна вытащила свиток из походной сумки и протянула Берёзкиной.       — …и лишь Единое всех соберёт, и Мордор встретит цифрой семь. Кольцо живое в мир вернёт, туда, откуда вышла тень… — дочитала эльфийка. — Семь? Нас, кстати, в кафе было как раз семь.       — Как ты думаешь, что значит «кольцо живое»? — поинтересовалась Исильвен.       — Ты у Гэндальфа не спрашивала?       — Может, надо было у Сарумана спросить? Нет, конечно! — с сарказмом ответила Лебедева.       — Ну, у Сарумана точно не надо. Он сам желает найти кольцо, предатель ещё тот. Он, скорее всего, уже подсел на палантин и думает, что он управляет. А это им управляют.       — Ты про чёрный круглый шар? — встрепенулась Исильвен.       — Он самый! Я не знаю, как Элронд на это отреагирует. Нам же надо не только избавиться от этого, — Аэрель взглянула на грудь Эймин, туда, куда та спрятала кольцо, — но и вернуться домой живыми! А вы уверены, что мы все в Средиземье?       — Нам-то откуда это знать? Пока я нашла только вас, но цифра семь меня смущает, — ответила Исильвен. — Если бы хоть намёк был бы, где искать остальных. И так время бежит. У меня, пока я найду выход, сын вырастет.       Наталья покрутила бумагу и так и сяк, но больше ничего не увидела. — А если на них руны, как в «Хоббите»? — осенило её.       — Нет на мне никаких рун, — возмутилась Эймин.       — Я про лист бумаги. Ведь сейчас то самое время по сюжету, когда Торин с гномами и Бильбо шли к горе, — ответила Ната.       — А ведь точно! Они тоже попали в Ривенделл, и Элронд что-то там раскрыл, — вспоминая сюжет фильма, добавила Лебедева.       — Лунные руны, — уточнила Берёзкина. — Надо будет попробовать, чем чёрт не шутит.       — Ну тогда ладно! Пока мы здесь, ты могла бы всё тут показать? — изменилась в голосе Эймин. — Мне всегда нравились эльфы.       — Господи, Савельева, ты, как всегда, в своём репертуаре.       — Да ну тебя, когда ещё будет такая возможность? — ответила та на недовольство Тани.       — Потом всё покажу! Но Элронду пока ни слова, сами разберёмся. Не будем спешить. А то он сразу призовёт Белый Совет. И всё! Капец нашему возвращению. Никто не поверит, что мы из другого мира.