Часть 10

Глава 10. Распространение Успех с вакциной на Кае стал точкой невозврата. Теперь они знали, что это работает. Теперь у них был прототип, который нужно было превратить в лекарство, способное спасти миллионы. Но между лабораторным образцом и массовым производством лежала пропасть, которую нельзя было преодолеть одной решимостью. Ипас работала как одержимая. Она спала по три-четыре часа в сутки, пила бесконечные чашки кофе и делала пометки в блокноте, который уже был исписан до половины. Сэмми помогал ей, насколько мог, но его медицинские знания были скорее практическими, чем теоретическими. Он умел спасать людей, но не умел создавать лекарства на молекулярном уровне. — Нам нужно оборудование, — сказала Ипас на третий день после успешного теста. — То, что есть в этой лаборатории, — детские игрушки по сравнению с тем, что требуется для синтеза вакцины в промышленных масштабах. — Какое оборудование? — спросил Вольт. — Биореакторы. Хроматографы. Стерильные боксы. И расходные материалы — тысячи пробирок, реагентов, сред для культивирования. — Где это взять? — В крупных фармацевтических центрах. В больницах. В университетских лабораториях. Но всё это или разграблено, или законсервировано, или находится под охраной. — Под охраной — это проблема? — усмехнулась Люси. — Мы справлялись и с худшим. — Это не военная операция, — возразила Ипас. — Нам нужно не украсть, а получить доступ. Легально. Иначе мы будем не спасителями, а преступниками. — В конце света законы меняются, — сказал Вольт. — Но люди не меняются, — ответила Ипас. — Если мы хотим, чтобы они нам поверили, мы должны действовать в рамках. Иначе нас примут за сумасшедших или за террористов. Они замолчали. Кай, сидевший в углу и молча наблюдавший за разговором, поднял голову. — В моё время не было законов, — сказал он. — Были только люди и их поступки. Вы делаете правильные поступки. Этого достаточно. — Твоё время было тысячу лет назад, — сказала Люси. — Сейчас всё сложнее. — Сложнее или проще? — спросил Кай. — Вы сами сказали, что в конце света законы меняются. Может быть, конец света ещё не наступил, но он близок. И люди будут благодарны тем, кто предложит им спасение, независимо от того, есть у вас разрешение или нет. Вольт посмотрел на Кая долгим взглядом. — Он прав, — сказал Вольт. — Мы не можем ждать. Каждый день промедления — это сотни, тысячи потенциальных жертв. Мы найдём оборудование. Любым способом. Поиски привели их в старый университетский кампус на окраине Санта-Адалии. Здание биологического факультета было заброшено с момента эпидемии — кто-то заколотил окна досками, повесил замки на двери и забыл о нём. Но внутри, если верить схемам, которые нашла Ипас, сохранилось оборудование, способное синтезировать вакцину. — Вход через подвал, — сказал Вольт, изучая план. — Главный вход заперт, и вокруг него, скорее всего, патрули. Но в подвале есть аварийный выход со стороны парка. — Кто патрулирует? — спросила Люси. — Местные военные. Или наёмники. Неважно. Нам нужно не столкновение, а проникновение. — Я могу отвлечь их, — предложил Кай. — Меня они не увидят. Или увидят то, что я захочу. — Ты уверен? — спросил Сэмми. — Я делал это тысячи раз, — ответил Кай. — Прятаться во тьме — моё второе имя. План был прост: Кай отвлекает охрану, Вольт, Люси, Сэмми и Ипас проникают в здание, забирают необходимое оборудование и выбираются через подвал. Время на операцию — не больше часа. — Если через час вас не будет, я приду за вами, — сказал Кай. — Не придётся, — ответил Вольт. — Мы успеем. Они двинулись к кампусу в сумерках. Тени сгущались, превращая парк в лабиринт из чёрных деревьев и серых кустов. Кай отделился от группы и исчез в темноте, как дым. — Он справится? — спросила Ипас. — Он справлялся тысячу лет, — ответил Сэмми. — Один час для него — что одна секунда для нас. Они добрались до аварийного выхода. Решётка была заперта на замок, который Вольт вскрыл за минуту — навык, оставшийся с тех серых дней, когда замки были единственным, что отделяло их от смерти. Внутри было темно и холодно. Ипас включила фонарик, и луч света выхватил из темноты длинный коридор с ободранными стенами и мозаичным полом, на котором когда-то были выложены молекулы ДНК. — Лаборатории на третьем этаже, — сказала Ипас. — Лифты не работают. Идём пешком. Они поднялись по лестнице, стараясь ступать бесшумно. Каждый скрип ступеньки казался им выстрелом. На втором этаже Люси замерла, подняв руку. — Слышите? — прошептала она. Сверху доносились шаги. Не одного человека — нескольких. И голоса. — Здесь кто-то есть, — сказал Вольт. — Охрана внутри. — Или мародёры, — предположил Сэмми. — Или и то, и другое, — сказала Ипас. Они прижались к стене. Шаги приближались. Вольт достал нож, Люси — пистолет с глушителем. — Не стрелять, если не увидят, — прошептал Вольт. — Мы здесь не для войны. Из-за угла вышел человек в военной форме. За ним — ещё двое. Они были вооружены, но выглядели расслабленно — не ждали неприятностей в заброшенном здании. — …говорю тебе, здесь ничего нет, — сказал первый. — Пустая трата времени. — Начальник сказал проверить, мы проверяем, — ответил второй. Они прошли мимо, не заметив прижавшихся к стене теней. Вольт выдохнул, когда шаги затихли внизу. — Три этажа, — сказал он. — Быстро и тихо. Они поднялись на третий этаж. Лаборатории были заперты, но замки не выдержали напора Вольта. Они вошли в комнату, полную пыльных приборов, засохших реактивов и столов, покрытых слоем грязи. — Биореактор вон там, — сказала Ипас, показывая на угловую комнату. — Он старый, но должен работать. Они начали разбирать оборудование — отсоединять, упаковывать, грузить в принесённые с собой рюкзаки. Время шло. Час почти истёк. — Уходим, — сказал Вольт, когда последняя деталь была упакована. — Минуту, — сказала Ипас, роясь в шкафу с реактивами. — Здесь есть агар и питательные среды. Это нам пригодится. — Ипас, — поторопил Сэмми. — Сейчас. Она схватила несколько коробок и сунула их в рюкзак. В этот момент внизу раздался крик, потом выстрел, потом ещё один. — Кай, — сказала Люси. — Его обнаружили. Они бросились к лестнице, но на втором этаже их уже ждали. Трое военных с автоматами, направленными на лестничную клетку. — Стоять! — крикнул один. — Руки за голову! Вольт выругался сквозь зубы. — Мы не враги, — сказал Вольт, поднимая руки. — Мы учёные. Нам нужно оборудование для исследований. — Учёные? — усмехнулся военный. — С оружием? — Это для защиты, — сказала Люси. — Мир опасен. — Опустите оружие, — приказал второй. — Медленно. Вольт кивнул Люси. Она опустила пистолет на пол. Он положил нож. Сэмми и Ипас подняли руки. — Обыщите их, — сказал первый. Солдаты подошли. Один из них схватил Ипас за рюкзак и вырвал его из рук. — Что здесь? — спросил он, заглядывая внутрь. — Оборудование для синтеза вакцины, — ответила Ипас. — Мы нашли способ остановить вирус. — Вирус давно кончился, — сказал солдат. — Ты что, новости не смотришь? — Он вернётся, — сказал Сэмми. — И вернётся скоро. Мы пытаемся предотвратить это. Солдаты переглянулись. — Отведите их к капитану, — сказал первый. — Пусть он решает. Их вывели на улицу. Кай стоял на коленях в центре парковки, окружённый пятью солдатами. Его руки были заведены за спину, но он не сопротивлялся. Когда он увидел своих друзей, его красные глаза вспыхнули, но он ничего не сказал. — Это ещё кто? — спросил солдат, показывая на Кая. — Наш… помощник, — сказал Вольт. — Он не опасен. — У него красные глаза, — заметил солдат. — Это мутация? — Долгая история, — ответил Сэмми. Их привели в импровизированный штаб — автобус, переделанный в передвижной командный пункт. Внутри сидел капитан — женщина лет сорока, с короткой стрижкой, шрамом на щеке и усталыми, но цепкими глазами. — Кто вы? — спросила она, не вставая. — Я Вольт. Это Люси, Сэмми, Ипас и Кай. Мы… выжившие из Нортвуда. — Нортвуд? — капитан подняла бровь. — Город-призрак? — Да, — сказала Ипас. — Мы пережили эпидемию. И мы знаем, как остановить её, если она вернётся. — Если? — капитан усмехнулась. — Она не вернётся. Вирус мёртв. — Нет, — сказала Ипас. — Он спит. И он проснётся. У нас есть доказательства. Она рассказала всё — про алтарь, про образцы, про вакцину, которую они создали, про Кая и его историю. Капитан слушала молча, не перебивая, и её лицо становилось всё серьёзнее. — Это звучит как бред сумасшедшего, — сказала она, когда Ипас закончила. — Мы знаем, — сказал Вольт. — Но это правда. — И ты хочешь, чтобы я поверила тебе на слово? — Мы хотим, чтобы вы проверили сами, — сказал Сэмми. — Возьмите образцы. Проведите анализы. У вас есть лаборатория? Капитан помолчала. — Есть, — сказала она наконец. — Но если вы меня обманываете… — Мы не обманываем, — сказала Люси. — У нас нет причин. Капитан кивнула своим людям. — Отведите их в лабораторию. И присматривайте за ними. Если они попытаются сбежать — стрелять. Лаборатория в военном лагере была лучше, чем университетская. Современное оборудование, стерильные боксы, холодильники с реактивами — всё, о чём Ипас могла только мечтать. Ей выделили отдельную комнату и доступ к анализаторам. Вольта, Люси, Сэмми и Кая держали в казарме под охраной, но не как заключённых — скорее, как недоверенных гостей. — Она справится, — сказал Сэмми, сидя на койке. — Ипас умная. — Дело не в уме, — ответил Вольт. — Дело в том, поверят ли они. — А если не поверят? — спросила Люси. — Тогда мы сбежим. И будем действовать сами. — Без их оборудования? — Найдём другое. Кай сидел в углу, закрыв глаза. Он не спал — он вообще не спал, насколько они знали, — но выглядел так, будто медитировал. — Ты спокоен, — заметила Люси. — Я видел столько войн, столько недоверия, столько глупости, — ответил Кай, не открывая глаз. — Эта ничем не отличается. Люди боятся того, чего не понимают. А потом, когда понимают, боятся ещё больше. — И что делать? — Ждать, — сказал Кай. — Ждать и надеяться. Они ждали три дня. На третий день дверь казармы открылась, и вошла Ипас — уставшая, с красными глазами от недосыпа, но улыбающаяся. — Они поверили, — сказала она. — Анализы подтвердили наличие активного вируса в образцах. И моя вакцина работает на лабораторных культурах. — Значит, они позволят нам продолжить? — спросил Вольт. — Не только позволят, — ответила Ипас. — Они предоставят ресурсы. Капитан хочет встретиться с вами. Они пошли в штаб. Капитан сидела за столом, перед ней лежали распечатки анализов и фотографии микроскопических снимков. — Я должна извиниться, — сказала она, когда они вошли. — Я вам не поверила. Это было ошибкой. — Вы действовали по инструкции, — сказал Вольт. — Мы не в обиде. — Теперь я верю, — продолжила капитан. — Вирус возвращается. Мои учёные подтвердили это. И ваша вакцина — единственное, что может его остановить. — Мы не можем произвести её в достаточном количестве, — сказала Ипас. — Нам нужны мощности. Заводы. Персонал. — Я доложу командованию, — сказала капитан. — Но это займёт время. А у нас его нет, верно? — Верно, — кивнул Сэмми. — Тогда начнём с малого, — сказала капитан. — Я выделю вам лабораторию, персонал и материалы. Вы будете производить вакцину в небольших объёмах — для тех, кто в зоне риска. А я буду убеждать начальство. — Спасибо, — сказала Люси. — Не благодарите, — капитан покачала головой. — Если вы правы, мы все в долгу перед вами. Если нет… ну, тогда мы просто потратим время и ресурсы. Это меньшее из зол. Производство началось на следующий день. Ипас руководила процессом, Сэмми помогал с документацией и контролем качества, Вольт и Люси обеспечивали безопасность — в лагере было спокойно, но старые привычки не умирают. Кай стал чем-то вроде легенды среди солдат — существо с красными глазами, которое не ест, не пьёт, не спит и говорит на древних языках. К нему относились с опаской, но и с уважением. Первые дозы вакцины были готовы через неделю. Их ввели добровольцам — солдатам, которые согласились рискнуть. Ни у кого не было побочных эффектов, и анализы показали, что вирусная нагрузка в их крови (вирус был у каждого, просто спал) снизилась до нуля. — Это работает, — сказала Ипас, глядя на результаты. — Мы сделали это. — Мы сделали только первый шаг, — напомнил Вольт. — Впереди тысячи доз. Миллионы. — Но мы знаем, как это делать, — сказала Люси. — Остальное — вопрос времени. — Времени, которого у нас может не быть, — сказал Сэмми. — Если вирус проснётся завтра, мы не успеем спасти всех. — Тогда мы спасём тех, кого сможем, — ответил Вольт. — И будем надеяться, что этого достаточно. В ту ночь они сидели на крыше лабораторного корпуса, глядя на звёзды. Город внизу спал, не зная, что над ним нависла угроза. Не зная, что где-то наверху, на плоской крыше, четверо людей и одно древнее существо делают всё возможное, чтобы они проснулись завтра. — Страшно, — сказала Ипас. — Не за себя. За всех. За тех, кто не знает. — Страх — это нормально, — сказал Сэмми, обнимая её. — Страх помогает нам не ошибаться. — А если мы всё равно ошибёмся? — Тогда мы исправим ошибку. Как исправляли всегда. Вольт взял Люси за руку. Она сжала его пальцы. — Ты думаешь, мы сможем вернуться к нормальной жизни? — спросила она. — После всего этого? — А что такое нормальная жизнь? — ответил он. — Для нас нормальная жизнь — это быть вместе. Бороться. Спасать. Любить. Всё остальное — декорации. — Философ, — усмехнулась она. — Прагматик, — поправил он. Они поцеловались, и звёзды над ними горели так же ярко, как тысячи лет назад, когда Кай впервые посмотрел на небо и поверил, что может вернуть любимую. Кай сидел в стороне, наблюдая за ними. Его красные глаза отражали свет далёких галактик. — Ты скучаешь по ней? — спросил Сэмми, поворачиваясь к нему. — По Лире? — Каждый день, — ответил Кай. — Каждую ночь. Каждое мгновение последних тысячи лет. — И ты не пытался… снова? — Нет. Одна ошибка — это трагедия. Вторая — это безумие. — Но ты помогаешь нам, — сказала Ипас. — Мы тоже совершили ту же ошибку. Но у нас получилось. — У вас получилось, потому что вы были вместе, — сказал Кай. — У меня никого не было. Я был один. И одиночество сделало ритуал неполным. Вирус вошёл в пустоту, которую я не мог заполнить. — Теперь ты не один, — сказал Вольт. — Да, — кивнул Кай. — Теперь не один. Они сидели в тишине, слушая, как город дышит. Где-то внизу лаяла собака, где-то плакал ребёнок, где-то смеялись люди. Жизнь продолжалась. И они были частью этой жизни.

***

На десятый день после начала производства в лагерь пришло сообщение от командования. Капитан собрала их в штабе и показала приказ: «Обеспечить группу гражданских лиц всем необходимым для масштабирования производства вакцины. Выделить ресурсы, персонал и транспорт. Координацию возложить на капитана Роуз». — Они согласились, — сказала капитан, и в её голосе впервые прозвучало что-то, похожее на надежду. — Мы будем производить вакцину на заводе в соседнем городе. Завод законсервирован, но его можно запустить за две недели. — Две недели — это долго, — сказал Сэмми. — Это быстро для бюрократии, — ответила капитан. — Я выжала максимум. — Спасибо, — сказал Вольт. — Не благодарите. Работайте. Они переехали на завод на следующий день. Завод был огромным — цеха, лаборатории, склады, административные здания. Всё покрыто пылью, но оборудование выглядело рабочим. Ипас ходила по цехам, как ребёнок в кондитерской, трогала приборы, читала таблички, делала пометки. — Здесь можно производить тысячи доз в день, — сказала она. — Тысячи. — А сколько нужно? — спросила Люси. — Миллионы. Но это начало. Они начали расконсервацию. С помощью солдат и нанятых рабочих (капитан нашла людей, которые согласились работать за еду и жильё) завод оживал. Вольт руководил логистикой, Сэмми — медицинской частью, Люси — безопасностью, Ипас — производством. Кай был везде и нигде — он появлялся там, где нужна была его нечеловеческая сила или способность проходить сквозь стены. — Ты мог бы быть супергероем, — сказала ему однажды Люси. — Я был им, — ответил Кай. — Тысячу лет назад. Это скучно. — Что не скучно? — Это, — он показал на завод, на людей, на суету. — Быть частью чего-то живого. Не наблюдать со стороны, а участвовать. — Добро пожаловать в команду, — улыбнулась Люси. — Спасибо, — сказал Кай. И в его красных глазах впервые за тысячу лет мелькнуло что-то, похожее на радость. *Прошёл месяц.* Завод работал на полную мощность. Тысячи доз вакцины отправлялись в больницы, в аптеки, в военные части. Люди приезжали со всей страны, чтобы получить прививку. Очереди были длинными, но никто не жаловался — все знали, что вирус вернулся. Новости сообщали о первых случаях заражения в отдалённых районах. Страх снова охватывал мир. Но теперь у мира было оружие. Вольт стоял у окна своего кабинета и смотрел на людей, которые ждали в очереди. Старики, женщины с детьми, молодые парни, девушки — все они надеялись на спасение. И он знал, что это спасение реально. — Ты гордишься? — спросила Люси, подходя сзади и обнимая его за талию. — Не собой, — ответил он. — Нами. Всеми. Тем, что мы сделали. — Мы сделали не всё, — сказала она. — Ещё много работы. — Но мы сделали главное. Мы не сдались. Она повернула его к себе. — Я люблю тебя, — сказала она. — Я знаю, — ответил он. — Я тоже тебя люблю. Они поцеловались, и в этом поцелуе было всё — прошлое, настоящее и будущее. Всё, что они пережили, и всё, что им предстояло. Сэмми и Ипас сидели на крыше завода, глядя на закат. — Знаешь, — сказала Ипас, — я думала, что после смерти не будет ничего. Темнота. Пустота. Но когда я умерла, я не почувствовала ни темноты, ни пустоты. Я почувствовала вас. Вашу любовь. Она была как нить, которая тянула меня обратно. — Мы никогда не отпускали тебя, — сказал Сэмми. — Даже когда не помнили. — Теперь помните, — она улыбнулась. — И я помню. Он взял её за руку. — Навсегда? — Навсегда. Кай стоял в тени здания, наблюдая за ними. Он не завидовал — он был слишком стар для зависти. Он просто смотрел и запоминал. Потому что даже после тысячи лет одиночества он знал: любовь существует. Она реальна. Она сильнее вируса, сильнее смерти, сильнее времени. И, может быть, когда-нибудь, когда его проклятие падёт, он тоже сможет любить. По-настоящему. Без тьмы. Без красных глаз. А пока он был здесь. С ними. С семьёй, которая приняла его, несмотря ни на что. И этого было достаточно. --- Конец десятой главы.🪐