Часть 11

Глава 11. Испытание верой Завод гудел, как огромный улей. Тысячи доз вакцины покидали его стены каждый день, отправляясь в разные концы страны, а потом и за её пределы. Мир медленно, но верно вооружался против вируса, который когда-то уже едва не уничтожил человечество. Но страх не уходил. Он висел в воздухе, как запах озона перед грозой, и даже самые оптимистичные лица хмурились, когда речь заходила о будущем. Вольт сидел в своём импровизированном кабинете — бывшей комнате охраны с толстыми стёклами и десятками мониторов, на которые транслировались камеры по всему периметру. Он смотрел на экраны, но не видел их. Его мысли были далеко. — Ты опять не спал, — сказала Люси, входя без стука. Она всегда входила без стука. Это было их правилом. — Спал, — соврал он. — Вольт, у тебя под глазами круги, как у панды. И панды, между прочим, вымирающий вид. Не нужно им подражать. Он усмехнулся, несмотря на усталость. — Я просто думаю. — О чём? — О том, что будет, когда мы сделаем всё, что должны. Когда вирус будет побеждён. Когда люди перестанут бояться. Куда мы пойдём? Чем будем заниматься? — Ты боишься нормальной жизни? — Люси села на край его стола. — Я не знаю, что это такое, — признался он. — Вся моя сознательная жизнь — это борьба. Сначала апокалипсис, потом выживание, потом потеря памяти, потом её обретение, потом снова борьба. А что после? — После мы будем жить, — просто ответила Люси. — Так же, как сейчас. Только без выстрелов. Будем просыпаться утром, пить кофе, ссориться из-за того, кто моет посуду, и мириться. Будем путешествовать. Будем смотреть глупые фильмы и смеяться. Будем… будем просто быть. — Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — сказал Вольт. — Потому что мы привыкли к плохому, — она взяла его за руку. — Но хорошее тоже случается. Мы сами его создаём. Он посмотрел на неё. Её глаза, карие с золотистыми искорками, смотрели на него с такой теплотой, что у него защемило в груди. — Ты веришь в это? — спросил он. — Я верю в нас, — ответила она. — А всё остальное приложится. Он потянул её к себе, и она соскользнула со стола прямо ему на колени. — Осторожно, — прошептала она. — Камеры. — Это мои камеры, — ответил он, обнимая её. — Я могу их выключить. — Не смей. У нас работа. — Работа подождёт. Он поцеловал её, и на несколько минут мир перестал существовать. Остались только они — двое, которые прошли через ад и нашли друг друга на другом конце. Когда они отстранились, Люси провела пальцем по его шраму на скуле. — Знаешь, — сказала она, — я рада, что мы не признались друг другу тогда, в детстве. — Почему? — удивился Вольт. — Потому что тогда это было бы просто детской влюблённостью. А теперь — это выбор. Мы видели худшее в мире и друг в друге. И всё равно выбрали быть вместе. Это дороже. Он прижал её крепче. — Ты права, — сказал он. — Это дороже. В лаборатории Ипас и Сэмми работали над усовершенствованной версией вакцины. Первый вариант был эффективен, но требовал хранения при очень низких температурах, что создавало логистические проблемы. Нужно было создать формулу, которая оставалась бы стабильной при обычных условиях. — Если мы изменим буферный раствор, — говорила Ипас, водя пальцем по экрану планшета, — то сможем повысить термостабильность, но есть риск денатурации белка. — А если добавить стабилизатор на основе сахарозы? — предложил Сэмми, глядя на её расчёты. — Мы уже пробовали. Эффект есть, но недостаточный. — Тогда нужен другой подход. Может быть, лиофилизация? — Лиофилизация требует оборудования, которого у нас нет, — вздохнула Ипас. — Но мы можем попросить у военных. — Попросим, — сказал Сэмми. — В конце концов, мы спасаем мир. Могут и расщедриться. Ипас улыбнулась. Она любила его оптимизм — иногда наивный, но всегда искренний. — Сэмми, — позвала она. — Мм? — Ты никогда не жалеешь, что связался со мной? Что твоя жизнь пошла по такому пути? Он оторвался от расчётов и посмотрел на неё. — Ты серьёзно? — Да. Я приношу одни проблемы. Сначала я умерла, вы вернули меня, потеряли память, теперь мы боремся с вирусом… Если бы ты не встретил меня, у тебя была бы нормальная жизнь. Спокойная. — Ипас, — он подошёл к ней и взял её за плечи. — Нормальная жизнь — это скучно. А скука — это смерть. Я не хочу нормальной жизни. Я хочу жизни с тобой. С её проблемами, опасностями, бессонными ночами в лаборатории и моментами, когда мы сидим на крыше и смотрим на звёзды. Это моя норма. И я не променял бы её ни на что. У неё защипало в глазах. — Ты слишком хорош для меня, — прошептала она. — Это ты для меня слишком хороша, — ответил он. — Ты умерла, чтобы спасти нас. Ты вернулась. Ты создаёшь лекарство, которое спасёт миллионы. Ты — чудо, Ипас. А я просто счастлив, что могу быть рядом. Она уткнулась лицом ему в грудь, и он обнял её, поглаживая по спине. — Давай просто продолжим работать, — сказала она muffled голосом. — Давай, — согласился он. — Но сначала — кофе. С ванильным сиропом. Она подняла голову и улыбнулась сквозь слёзы. — Ты помнишь. — Я помню всё, — сказал он. — И буду помнить всегда. Кай проводил время на складе. Он не нуждался во сне, не нуждался в еде, и единственное, что он делал, — это помогал рабочим перемещать тяжёлые ящики с вакциной. Его сила была нечеловеческой, и он работал с такой эффективностью, что за день заменял десяток грузчиков. — Ты мог бы отдыхать, — сказал ему однажды один из рабочих, здоровенный мужчина по имени Том. — Я не устаю, — ответил Кай. — Везёт тебе, — хмыкнул Том. — А у меня спина уже отваливается. — Дай мне, — сказал Кай, забирая у него очередной ящик. Том посмотрел на него с уважением и лёгкой опаской. — Слушай, парень, — сказал он. — Ты… ты человек? Ну, в смысле… у тебя глаза красные. И ты не ешь. Это как-то… — Я был человеком, — ответил Кай. — Очень давно. — А теперь? — А теперь я — то, что осталось. Том хотел спросить ещё, но передумал. В мире, где зомби были реальностью, красные глаза у существа, которое помогало таскать ящики, были не самой большой странностью. Позже Кай вышел на улицу. Ночь была тёплой, звёздной. Он поднял голову к небу и долго смотрел на созвездия. Они изменились за тысячу лет. Звёзды сместились, некоторые погасли, появились новые. Но небо всё так же было бесконечным, и это успокаивало. — Ты скучаешь по тем временам? — раздался голос сзади. Он обернулся. Это была Люси. Она стояла в дверях склада, закутанная в лёгкую куртку. — Я не знаю, что такое скучать, — ответил Кай. — Слишком много времени прошло. — А мне кажется, ты скучаешь, — сказала она, подходя ближе. — Ты смотришь на звёзды так, будто ищешь что-то. Или кого-то. — Лира любила звёзды, — сказал Кай тихо. — Она говорила, что в них записаны все истории мира. Нужно только уметь читать. — Ты умеешь? — Я пытался научиться. Но после её смерти небо стало для меня просто светом. Без смысла. Люси села на ящик рядом с ним. — А теперь? — спросила она. — Теперь… я снова вижу в них что-то. Не знаю, что именно. Но они перестали быть пустыми. — Это потому, что у тебя снова есть люди, — сказала Люси. — Даже если ты не человек. Ты с нами. И мы с тобой. — Вы странные, — сказал Кай. — Вы приняли меня, хотя я мог вас уничтожить. — Но не уничтожил, — заметила Люси. — Ты выбрал другое. И мы это ценим. Кай повернулся к ней. В его красных глазах отражались звёзды. — Я никогда не говорил этого вслух, — сказал он. — Но я благодарен вам. За то, что дали мне второй шанс. Не на жизнь — я не могу умереть. На то, чтобы снова почувствовать себя частью чего-то. — Для этого не нужна благодарность, — сказала Люси. — Достаточно просто быть рядом. Они сидели в тишине, глядя на звёзды, и это было одно из тех мгновений, которые не забываются. Утром следующего дня Вольта вызвали к капитану Роуз. Он пришёл в штаб и застал её за чтением какого-то донесения. Лицо у неё было озабоченным. — Плохие новости? — спросил Вольт, садясь напротив. — Не знаю, как классифицировать, — ответила капитан, откладывая бумаги. — Мы получили сообщение из соседнего города. Там вспышка. Не вируса, нет. Вакцина работает, заражённых нет. Но люди… люди паникуют. Кто-то распускает слухи, что вакцина — это заговор, что она на самом деле превращает людей в монстров, что мы — марионетки корпораций. — Бред, — сказал Вольт. — Бред, — согласилась капитан. — Но в него верят. Организовались группы сопротивления. Они перехватывают поставки, нападают на медицинские центры, сжигают вакцину. — Кто они? — Местные. Бывшие военные. Гражданские. Лидер — человек по имени Корбен. Бывший полковник, потерял семью во время прошлой эпидемии. С тех пор ненавидит всё, что связано с "официальной медициной". Считает, что вирус был создан искусственно, а теперь нас хотят "чипировать" через вакцину. — И что вы предлагаете? — Я предлагаю вам поехать туда. Поговорить с ними. Вы — не военные, не правительство. Вы — выжившие. Может быть, они вас послушают. — А если не послушают? — Тогда мы будем вынуждены применить силу. Но я хочу избежать кровопролития. Люди и так потеряли слишком много. Вольт задумался. — Я поеду, — сказал он. — Но возьму своих. — Берите, — кивнула капитан. — И будьте осторожны. Корбен — не дурак. И он вооружён. Через два часа они были на месте. Город назывался Милдред — небольшой, затерянный среди холмов, с обветшалыми зданиями и пустынными улицами. На въезде их встретил блокпост из старых автобусов и мешков с песком. Люди с ружьями смотрели на них без особого дружелюбия. — Стой! — крикнул один из них, когда машина остановилась. — Кто такие? — Мы не враги, — сказал Вольт, выходя с поднятыми руками. — Мы хотим поговорить с Корбеном. — С какой целью? — Мы — те, кто создал вакцину. Мы хотим объяснить, что это не заговор. Что мы спасаем людей. Охрана переглянулась. Через минуту их провели в здание бывшей мэрии, где в большом зале заседаний их ждал сам Корбен. Он был высоким, седым, с жёстким лицом и холодными голубыми глазами. На нём была военная форма без знаков различия, и он сидел за столом, заваленным картами и оружием. — Вы создатели вакцины? — спросил он, не вставая. — Да, — ответил Вольт. — Это Ипас — биолог, она разработала формулу. Сэмми — врач. Люси и я — координаторы. А это Кай — наш… консультант. Кай стоял в тени, и его красные глаза светились в полумраке. Корбен заметил их, но не подал виду. — Консультант с красными глазами, — усмехнулся он. — Что дальше? Летающие тарелки? — Долгая история, — сказал Сэмми. — Но он на нашей стороне. — На вашей стороне, — повторил Корбен. — А на чьей стороне вакцина? На стороне людей или на стороне тех, кто хочет нажиться на их страхе? — Вакцина на стороне жизни, — сказала Ипас. — Я сама была мертва. Я знаю, что такое смерть. И я не стала бы создавать то, что убивает. — Мертва? — Корбен прищурился. — Её укусили во время прошлой эпидемии, — объяснил Вольт. — Она покончила с собой, чтобы не превратиться в монстра. Мы вернули её с помощью ритуала. — Ритуала? — Корбен рассмеялся, но смех был невесёлым. — Вы что, сектанты? — Нет, — сказал Сэмми. — Мы просто люди, которые сделали невозможное, потому что любили друг друга. И теперь мы пытаемся спасти других. Не ради денег, не ради власти. Потому что это правильно. Корбен замолчал. Он смотрел на них долгим, изучающим взглядом. — Вы верите в то, что говорите, — сказал он наконец. — Это видно. Но вера — не доказательство. — Возьмите образец вакцины, — предложила Ипас. — Проверьте её в своей лаборатории. Если найдёте хоть что-то, что подтвердит ваши подозрения, мы уйдём и больше не вернёмся. — А если не найдём? — Тогда вы начнёте вакцинацию. И спасёте свой город. Корбен помолчал. Потом кивнул. — Хорошо. У вас есть три дня. Часть 6 Три дня в Милдреде были похожи на три года. Ипас работала в местной лаборатории, проверяя каждую партию вакцины вместе с местными медиками. Сэмми помогал в больнице, где лежали больные с другими болезнями — вирус ещё не добрался до города, но время работало против них. Вольт и Люси патрулировали улицы, разговаривали с людьми, пытались убедить их, что вакцина — это не оружие, а спасение. — Они боятся, — сказала Люси на второй день, сидя на ступеньках мэрии. — Я их понимаю. Когда мир обманывает тебя раз за разом, ты перестаёшь верить. — Мы должны заставить их поверить, — ответил Вольт. — Не заставить, — поправила Люси. — Убедить. Это разница. Кай был самым эффективным агитатором. Люди боялись его красных глаз, но он говорил тихо, спокойно, и в его словах была такая древняя мудрость, что даже самые упёртые начинали слушать. — Я видел конец света, — говорил он. — Не один. И каждый раз выживали те, кто доверял друг другу. Одиночки умирали первыми. Не от вируса — от отчаяния. — А ты почему выжил? — спросил его один молодой парень. — Потому что я не был человеком, — ответил Кай. — Но теперь я рядом с людьми. И я вижу, что у них есть то, чего у меня никогда не было. Надежда. На третий день Корбен пришёл к ним сам. — Анализы чисты, — сказал он. — Вакцина не содержит ничего, кроме того, что вы описали. Мои люди подтвердили. — И? — спросил Вольт. — И мы начнём вакцинацию завтра утром, — сказал Корбен. — Но я хочу, чтобы вы остались. Не как надзиратели. Как… свидетели. — Мы останемся, — сказал Сэмми. — Столько, сколько понадобится. Корбен кивнул и ушёл. Люси посмотрела на Вольта. — Мы сделали это, — сказала она. — Мы сделали первый шаг, — ответил он. — Впереди ещё много таких городов. — Но мы знаем, как это делать, — сказала Ипас. — Убеждать. Помогать. Спасать. — И любить, — добавил Сэмми. Они обнялись вчетвером, и Кай стоял рядом, глядя на них. Он не умел обниматься — слишком долго был один. Но в его глазах горел огонь, которого не было тысячу лет. Вакцинация прошла без эксцессов. Люди приходили с опаской, но после того, как первые сотни получили прививки и не превратились в монстров, очередь выросла в разы. К вечеру третьего дня был вакцинирован весь город. — Вы сделали невозможное, — сказал Корбен, пожимая руку Вольту. — Я был неправ насчёт вас. — Вы были осторожны, — ответил Вольт. — В этом мире осторожность не помешает. — Я хочу, чтобы вы знали, — сказал Корбен. — Если когда-нибудь понадобится помощь — зовите. Мы придём. — Спасибо, — сказала Люси. — Берегите себя. Они выехали из Милдреда на закате. Город остался позади, и дорога вилась среди холмов, освещённых золотым светом. — Знаете, — сказала Ипас, глядя в окно, — я думаю, что это и есть счастье. Не когда всё хорошо. А когда ты можешь сделать что-то хорошее для других. — Согласен, — сказал Сэмми. — И я, — добавила Люси. Вольт ничего не сказал. Он просто смотрел на дорогу и улыбался — той редкой, настоящей улыбкой, которая появлялась на его лице только когда он был по-настоящему счастлив. Кай сидел на заднем сиденье, рядом с Ипас, и смотрел на заходящее солнце. Его красные глаза отражали свет, и в этом отражении было что-то новое — то, чего не было тысячу лет. Надежда. Вернувшись на завод, они узнали, что за время их отсутствия произошло ещё несколько вспышек сопротивления в других городах. Капитан Роуз собрала экстренное совещание. — Мы не можем послать вас везде, — сказала она. — Но мы можем обучить других. Создать сеть доверенных людей, которые будут разъезжать по городам и убеждать людей. — Мы можем написать инструкцию, — предложил Сэмми. — Простую, понятную. Объяснить, что такое вакцина, как она работает, почему её не надо бояться. — И снять видео, — добавила Люси. — С нашими лицами. Люди верят лицам больше, чем бумажкам. — Хорошо, — кивнула капитан. — Займитесь этим. А мы пока будем производить вакцину. Следующие две недели они работали над просветительской кампанией. Ипас написала текст, Сэмми отредактировал его с медицинской точки зрения, Вольт и Люси сняли видео в импровизированной студии. Кай стоял за кадром, но его тень иногда попадала в кадр, и это придавало видео загадочности. — Ты должен появиться в кадре, — сказала ему Люси. — Твои глаза — это символ. Люди запомнят тебя. — Или испугаются, — возразил Кай. — И то, и другое, — сказала она. — Но они хотя бы посмотрят. А это главное. Кай согласился. Он сел перед камерой, и его красные глаза смотрели прямо в объектив. — Я не человек, — сказал он. — Я был им когда-то. Я потерял всё, что можно потерять. И я нашёл то, что искал тысячу лет, — не в ритуалах, не в магии, а в людях, которые приняли меня таким, какой я есть. Не бойтесь вакцины. Бойтесь остаться без защиты. Потому что вирус не знает жалости. А мы — знаем. Видео разошлось по интернету за несколько дней. Миллионы просмотров, тысячи комментариев — от восторженных до яростных. Но главное — люди начали приходить за вакциной. Очереди выросли, и завод работал на пределе возможностей. Однажды ночью, когда все спали (кроме Кая, который стоял на крыше и смотрел на звёзды), Вольт проснулся от странного звука. Он сел на кровати. Люси спала рядом, её дыхание было ровным и спокойным. Звук повторился — похожий на скрежет металла, но приглушённый, далёкий. Вольт встал, оделся и вышел в коридор. Там он встретил Сэмми, который тоже не спал. — Ты слышал? — спросил Сэмми. — Да. Идём. Они прошли к выходу на территорию завода. Охрана была на месте, но ничего необычного не замечала. — Может, показалось? — предположил Сэмми. В этот момент забор в сотне метров от них содрогнулся и начал крениться. Кто-то — или что-то — пробивало его с другой стороны. — Тревога! — крикнул Вольт, хватая рацию. Из темноты вышли фигуры. Не зомби — люди. Вооружённые, в самодельной броне, с горящими факелами. — Стойте! — крикнул Вольт, выходя вперёд. — Что вам нужно? — Мы пришли уничтожить вакцину! — крикнул один из них, высокий мужчина с закрытым маской лицом. — Вы отравляете людей! — Вакцина спасает жизни! — крикнул Сэмми. — Ложь! — заорал другой. — Мы знаем правду! Они бросились вперёд. Вольт выстрелил в воздух, надеясь отпугнуть, но это не сработало. Нападающих было около тридцати — слишком много, чтобы остановить их силой, не убивая. — Нам нужно отступить! — крикнул Сэмми. В этот момент из тени вынырнул Кай. Он встал между нападающими и заводом, и его красные глаза засветились ярче обычного. — Стойте, — сказал он. Его голос звучал нечеловечески — глубоко, мощно, заставляя землю дрожать. — Или вы умрёте. Нападающие замерли. Некоторые попятились. — Это демон! — закричал кто-то. — Не демон, — сказал Кай. — Я — тот, кто видел, как люди умирают от вируса. Я — тот, кто не может умереть сам. И я говорю вам: вакцина — ваше единственное спасение. Уходите. Пока я не передумал. Нападающие колебались. Потом, один за другим, они начали отступать. Через минуту никого не осталось, только сломанный забор и трое людей, тяжело дышащих. — Ты спас нас, — сказал Вольт Каю. — Я спас их, — ответил Кай. — От них самих. На следующее утро капитан Роуз усилила охрану завода. Нападавших искали, но они растворились в лесах, как тени. — Это не последний раз, — сказала она. — Чем успешнее наша кампания, тем яростнее будут атаки. — Мы знаем, — сказал Вольт. — Мы готовы. — Вы не можете быть готовы ко всему, — возразила капитан. — Можем, — сказала Люси. — Потому что мы — Минифорс. Капитан подняла бровь. — Минифорс? — Долгая история, — улыбнулся Сэмми. Они вышли из штаба. Солнце вставало над заводом, окрашивая небо в розовый и золотой. Где-то вдалеке пели птицы — живые, настоящие, не заражённые. — Как думаешь, — спросила Ипас, глядя на восход, — сколько ещё нам придётся бороться? — Пока не победим, — ответил Сэмми. — А когда победим? Что тогда? — Тогда мы будем жить. Долго и счастливо. Как в сказках. — Ты веришь в сказки? — Я верю в нас, — сказал он. — А это лучше любых сказок. Они стояли на крыше завода, вчетвером, и смотрели, как новый день вступает в свои права. Кай был рядом, в тени, но его красные глаза светились в лучах утреннего солнца. Впереди были новые битвы, новые испытания, новые потери. Но они знали, что справятся. Потому что они были вместе. Потому что они были семьёй. И это было главное. --- Конец одиннадцатой главы.