Глава 4. Слизеринский междусобойчик

Драко сполз по стене и уселся прямо на ковер, обхватив колени руками. Шок от Гриффиндорских свадеб начал сменяться истерическим осознанием того, что он сотворил со своим собственным окружением. — Ладно, Поттер — это месть судьбы, — прохрипел он, глядя на свои тапочки с фамильным гербом. — Но свои-то... Тео! Миллисента! Память услужливо перенесла его в подземелья Слизерина. Пятый курс. Вечер после жутко нудной Истории магии. Драко сидел в лучшем кресле у камина, пытаясь сосредоточиться на каталоге метел, но ему мешали. Теодор Нотт, бледный и тощий, как скелет садового гнома, ныл о том, что у него вечно мерзнут ноги. А Миллисента Булстроуд — девушка, способная остановить на скаку не только коня, но и разъяренного тролля — в это время громко хрустела яблоком и жаловалась на то, что в Хогвартсе слишком тонкие одеяла. Драко это взбесило. Его эстетическое чувство прекрасного билось в конвульсиях от этой компании. — «Нотт, ради Салазара, заткнись! — рявкнул он тогда, не отрываясь от каталога. — Иди прижмись к Булстроуд. Вы идеально подходите друг другу: она тебя согреет, а ты будешь вместо грелки. Будете сидеть под одним пледом до конца дней и обсуждать сорта яблок и шерстяные носки!» Драко в своей спальне издал звук, похожий на стон раненого тюленя. — О, нет... нет-нет-нет. Он вспомнил прошлый Рождественский бал. Он тогда еще удивился, почему Тео и Миллисента пришли вместе. Но самое страшное было не это. Он вспомнил, как зашел к ним в гости буквально недавно... Они сидели на одном диване. Под огромным, невообразимо уродливым пледом, связанным из колючей шерсти. Миллисента чистила яблоко ножом, а Тео... Тео читал ей вслух «Глашатая моды» и подтыкал ей одеяло под ноги.— Они реально сидят под пледом! — Драко схватился за голову. — Они обсуждают носки! Я... я превратил двух перспективных темных магов в клуб любителей домашнего уюта! Он вспомнил, с какой яростной издевкой он произнес тогда слово «грелка». Магия Крови, видимо, расценила это как техническое задание по терморегуляции. Тео теперь шага не мог ступить без Миллисенты, потому что его магия буквально «замерзала» без её присутствия. А Миллисента стала самой заботливой женщиной в Британии, просто потому что Драко Малфой хотел, чтобы они замолчали и дали ему посмотреть на метлы. — Я — создатель самых скучных пар в мире, — выдохнул Драко, роняя голову на ковер. — Если я сейчас скажу Блейзу Забини, что он «прекрасно смотрится в обнимку с фикусом», он завтра купит горшок и начнет выбирать удобрения. Он понял, что его дар — это не великая сила. Это какое-то проклятие тамады-неудачника. — Это всё я, — прошептал он в ворс ковра. — Весь этот демографический взрыв в Британии — это просто последствия моих плохих завтраков.