Часть 2

Мужчина на мгновение замолчал, внимательно рассматривая девушку перед собой. Его взгляд скользнул по её военной форме, по странному снаряжению, по шраму, пересекающему глаз. В его лице мелькнуло короткое, почти незаметное удивление. — Меня зовут Эрвин Смит, — наконец произнёс он спокойным, ровным голосом. — Капитан Разведкорпуса. Мы находимся за пределами территории стены Мария. Девушка смотрела на него несколько секунд, пытаясь осмыслить услышанное. Его слова звучали понятно, язык был знакомым, но смысл будто ускользал. Разведкорпус? Стена Мария? В голове это никак не складывалось. Она медленно поднялась на ноги, чувствуя, как тянет мышцы после падения и долгого пребывания в холодной воде. Одежда всё ещё была тяжёлой и сырой, бронежилет давил на плечи. Девушка огляделась вокруг: густой лес, странная тишина и этот мужчина в зелёном плаще с мечом. Это не было похоже ни на одну военную зону, где ей доводилось бывать. — В какой стране мы находимся? — спросила она наконец, нахмурившись. — На Иран это совсем не похоже. Эрвин слегка приподнял брови, будто вопрос показался ему странным. — О чём ты говоришь? Какие страны? — спокойно ответил он. — Мы находимся за пределами стены Мария. Девушка раздражённо цокнула языком и провела рукой по мокрым волосам. — Да поняла я уже, что за пределами стены, — резко сказала она, голос стал жёстче. — Но что это, чёрт возьми, за место? Ещё недавно я находилась на военной операции в Иране. Какого хрена я вдруг оказалась здесь? И кто вы вообще такие? Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Эрвин явно не понимал половины слов, которые она произнесла. Названия, которые она упоминала, ничего ему не говорили. Но одно он понял точно — девушка была солдатом. Это было видно по тому, как она держалась, по её реакции на угрозу и по тому, как её взгляд постоянно оценивал окружающее пространство. Он медленно опустил клинок, но полностью оружие не убрал. — Мы доставим тебя в наш штаб, — сказал он после короткой паузы. — Там тебя расспросят. В его голосе не было угрозы, только холодная уверенность человека, привыкшего отдавать приказы. Позади него зашуршали ветки. Из леса начали появляться другие солдаты в таких же зелёных плащах и с тем же странным снаряжением на поясе. Девушка медленно оглядела их, чувствуя, как внутри поднимается тревога. Она всё ещё не понимала, где находится. Но одно было ясно — это место не имело ничего общего ни с Ираном, ни вообще с миром, который она знала. — Нам нужно двигаться быстрее. Пока в округе нет титанов, — спокойно произнёс Эрвин, обращаясь к своему отряду. Солдаты сразу начали готовиться к движению. Несколько человек подвели лошадей, проверили ремни и снаряжение. Одну из лошадей подвели и к девушке. Она некоторое время смотрела на животное, затем уверенно взялась за седло и одним движением поднялась в него. Мышечная память сработала быстрее мыслей — годы назад ей приходилось проходить курс верховой езды во время подготовки. Сиена слегка потянула поводья, заставляя лошадь успокоиться, и только потом перевела взгляд на Эрвина. Она всё ещё пыталась разобраться в происходящем. Сначала странная форма этих людей. Потом мечи. Теперь ещё и какие-то титаны. — Капитан… — наконец сказала она, нахмурившись. — О каких титанах вы говорите? Несколько солдат поблизости переглянулись. Эрвин медленно повернул голову в её сторону. Его взгляд стал более внимательным, будто он пытался понять, шутит она или говорит серьёзно. — Ты никогда не слышала о титанах? — спросил он после короткой паузы. Сиена посмотрела на него так, будто вопрос прозвучал абсолютно абсурдно. — Нет, — ответила она. — И, судя по вашему тону, мне это вряд ли понравится. На несколько секунд между ними повисла тишина. Лошади тихо фыркали, переступая копытами по земле, а ветер шелестел листьями деревьев. Эрвин внимательно наблюдал за ней. Если она лгала, то делала это слишком убедительно. Или же… Она действительно не знала. — Тогда, — спокойно произнёс он, берясь за поводья своего коня, — тебе придётся узнать очень многое. Он развернул лошадь в сторону лесной тропы. — Двигаемся. Отряд тронулся с места, направляясь через густой лес. А Сиена всё ещё не могла избавиться от странного чувства, что она оказалась в мире, где правила совсем другие. К счастью, по пути обратно титанов они так и не встретили. Отряд Разведкорпуса двигался быстро и почти без остановок, пока наконец впереди не показались массивные ворота стены и знакомые здания военной базы. Когда ворота закрылись за ними, напряжение, висевшее в воздухе всю дорогу, постепенно начало спадать. Через некоторое время Сиену привели в кабинет главнокомандующего. Помещение было просторным, но довольно простым: тяжёлый деревянный стол, несколько карт на стенах, шкафы с документами. За столом сидел пожилой мужчина с холодным, внимательным взглядом. Рядом, чуть в стороне, стоял Эрвин, скрестив руки за спиной. Сиена молча осматривала комнату и людей в ней, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё ещё кипели десятки вопросов. Всё вокруг выглядело слишком странно: одежда этих людей, оружие, разговоры о каких-то стенах и титанах. Чем больше она думала об этом, тем яснее становилось одно — это место не имело ничего общего с тем миром, который она знала. Главнокомандующий некоторое время изучал её молча, словно пытаясь понять, кто именно стоит перед ним. Наконец он слегка подался вперёд. — Что ж, — произнёс он ровным голосом. — Рассказывай. Кто ты такая? Сиена на секунду задумалась. Она не знала, стоит ли говорить правду. Слишком многое могло прозвучать для них как безумие. Но одно она понимала совершенно ясно: где бы она сейчас ни находилась, это точно был не её мир. Она выпрямилась и автоматически приняла стойку, которую отрабатывала годами. Рефлексы сработали быстрее сомнений. Подняв руку, она чётко отдала честь, как её учили в армии. — Полковник пятой группы специального назначения вооружённых сил Соединённых Штатов Америки, — спокойно представилась она. — Сиена Уайт. В кабинете на мгновение повисла тишина. Главнокомандующий слегка приподнял брови, явно удивлённый таким представлением. — Значит, ты солдат, — медленно произнёс он. — Более того… полковник. Сиена коротко кивнула. Её взгляд оставался спокойным и прямым, как у человека, привыкшего держать себя перед вышестоящим командованием. Главнокомандующий на секунду перевёл взгляд на Эрвина, словно оценивая услышанное. — Интересно… — тихо произнёс он. — И что же солдат столь высокого ранга делает за пределами наших стен? Сиена на мгновение сжала челюсть. Сиена несколько секунд молчала, обдумывая, насколько откровенной ей стоит быть. Ситуация и без того выглядела абсурдной: незнакомый мир, люди с мечами, разговоры о каких-то стенах и существах, о которых она никогда не слышала. Но если она начнёт лгать, это только усилит подозрения. Она медленно опустила руку после отданной чести и посмотрела прямо на сидящего перед ней мужчину. — Я находилась на специальной операции, — наконец произнесла она спокойным, почти официальным тоном. — Детали которой раскрыть вам не могу. Её голос звучал так же, как на любом военном брифинге. Сдержанно. Чётко. — На наш отряд напали. Судя по всему, враг получил информацию о нашем местоположении. Нас застали врасплох. Началась перестрелка… затем произошёл взрыв. Мой напарник столкнул меня с моста в воду. Последнее, что я помню — это удар о воду. Когда я пришла в себя… вокруг уже был лес. Она сделала короткую паузу. — И ваш солдат с мечом у моего горла. В кабинете повисла тишина. Кис Шадис всё это время слушал её очень внимательно, не перебивая ни на секунду. Его лицо оставалось суровым, но взгляд становился всё более сосредоточенным. Он явно пытался сопоставить её слова с тем, что знал о мире за стенами. Наконец он медленно откинулся на спинку кресла. — Хочешь сказать, — произнёс он медленно, — что ты была на войне? Сиена кивнула, будто это был самый очевидный факт. Но следующий вопрос прозвучал уже с заметным недоверием. — И при этом… ты никогда не слышала о титанах? В его голосе звучало искреннее непонимание. — С кем же ты тогда воевала? Сиена нахмурилась и на секунду даже растерялась. Для неё этот вопрос звучал почти так же странно, как их разговоры о стенах и титанах. Она посмотрела на него так, словно ответ был очевиден. — С кем же ещё? — сказала она. — С людьми. Слова повисли в воздухе. В комнате стало настолько тихо, что было слышно, как где-то за окном скрипнула дверь. Шадис и Эрвин обменялись короткими взглядами. Для них этот ответ звучал почти абсурдно. Война… против людей? За пределами стен? За пределами стен существовали только титаны. По крайней мере, так считалось. Эрвин медленно прищурился, внимательно наблюдая за девушкой. Он пытался понять, лжёт ли она. Но её лицо оставалось спокойным, а тон — уверенным. Так обычно говорят люди, которые не сомневаются в своих словах. Сиена, в свою очередь, тоже смотрела на них и чувствовала, как внутри растёт раздражение. Чем дольше длился разговор, тем сильнее казалось, что эти люди воспринимают её слова как какую-то нелепую фантазию. Наконец она слегка развела руками. — Я не понимаю, почему вас это так удивляет, — сказала она. — Люди воюют друг с другом всю историю человечества. Эти слова заставили Шадиса снова выпрямиться. — Историю… человечества? — повторил он медленно. В его голосе прозвучало что-то странное. Сиена некоторое время смотрела на них, ожидая хоть какой-то реакции. Но чем дольше длилось молчание, тем яснее становилось — её слова не просто удивили их. Они их не поняли. Это было видно по их лицам. По тому, как они переглянулись. По тому, как в их взглядах появилось осторожное сомнение. Сиена медленно нахмурилась. В голове начали складываться тревожные мысли. Сначала странные стены. Потом титаны. Теперь их реакция на обычный, казалось бы, разговор о войне между людьми. Что-то здесь было очень не так. Она сделала медленный вдох, пытаясь собраться с мыслями. — Какой… — начала она, но на секунду запнулась. — Какой сейчас год? Вопрос прозвучал неожиданно даже для неё самой. В комнате снова стало тихо. Кис Шадис некоторое время смотрел на неё, будто пытаясь понять, серьёзно ли она спрашивает. — Сейчас восемьсот сорок первый год, — наконец ответил он. Сиена замерла. Её лицо не изменилось сразу, но внутри словно что-то оборвалось. 841. Ни одна существующая календарная система не давала такого числа. Она медленно опустила взгляд на пол, пытаясь быстро перебрать в голове возможные объяснения. Это не мог быть исламский календарь. Не китайский. Не юлианский. Не григорианский. Ничего из того, что она знала. Она снова подняла голову. — Восемьсот… сорок первый? — тихо повторила она. Эрвин внимательно наблюдал за ней. Он заметил то, что могли пропустить другие: короткое напряжение в её плечах, едва заметное изменение дыхания, взгляд человека, который внезапно понял что-то неприятное. — Да, — спокойно подтвердил он. — Восемьсот сорок первый год. Эти слова окончательно поставили всё на свои места. Сиена медленно провела рукой по лицу и тихо выдохнула. Теперь стало ясно. Эти люди не знали о странах. Не знали о современных войнах. Не знали даже о самом устройстве мира, которое она считала очевидным. И это означало только одно. Она действительно была не в своём мире. Через несколько секунд она снова посмотрела на них. Теперь её взгляд был другим — более холодным, более сосредоточенным, как у человека, который пытается оценить новую, неизвестную обстановку. — Ладно… — тихо сказала она. Затем она медленно покачала головой. — Тогда у меня для вас плохие новости. Она посмотрела сначала на Шадиса, затем на Эрвина. — Потому что в моём мире сейчас две тысячи двадцать шестой год. В кабинете снова воцарилась тишина. Слова Сиены повисли в воздухе. — Две тысячи… двадцать шестой? — медленно повторил Шадис, словно пытаясь осмыслить само число. Для него это звучало так же абсурдно, как если бы кто-то заявил, что видел мир за пределами стен и вернулся оттуда живым. В кабинете воцарилась тишина. За окном слышались приглушённые голоса солдат и отдалённый стук копыт во дворе, но внутри комнаты всё будто застыло. Эрвин всё это время внимательно наблюдал за Сиеной. Он не перебивал её и не проявлял эмоций, но его взгляд был слишком сосредоточенным. Он изучал каждую её реакцию, каждое движение. Она не выглядела сумасшедшей. И уж точно не выглядела человеком, который выдумывает историю на ходу. — Допустим, — наконец произнёс он спокойно. — Что ты имеешь в виду, говоря «в твоём мире»? Сиена слегка выдохнула через нос. Она уже поняла, что этот разговор будет долгим. — Я имею в виду именно то, что сказала, — ответила она. — Мир, в котором я родилась. Она немного прошлась по комнате, пытаясь подобрать слова, которые могли бы быть понятны людям, явно живущим в куда более примитивных условиях. — В моём мире нет никаких стен, — сказала она. — Города занимают огромные территории. Страны разделены границами, и каждая страна управляется своим правительством. Шадис нахмурился. — Страны… — повторил он тихо. Сиена кивнула. — Большие территории с миллионами людей. Некоторые из них союзники, некоторые — враги. И когда между ними возникают конфликты, начинаются войны. Она сделала паузу и посмотрела на них. — Но воюем мы не мечами. В её голосе появилась лёгкая ирония. — У нас есть огнестрельное оружие. Шадис слегка наклонился вперёд. — Огнестрельное…? — Оружие, которое стреляет металлическими пулями с огромной скоростью, — пояснила она. — Оно способно убить человека на расстоянии в сотни метров. На лице Шадиса появилось явное недоверие. Но Эрвин всё ещё молчал. Сиена продолжила: — И это только начало. У нас есть танки — огромные бронированные машины с пушками. Есть самолёты, которые могут летать выше облаков. Есть ракеты, способные преодолеть тысячи километров. Она остановилась у окна. — А ещё есть спутники. Машины, которые люди вывели в космос. Они вращаются вокруг планеты и позволяют нам наблюдать за любой точкой на Земле. Шадис несколько секунд просто смотрел на неё. — Ты хочешь сказать… — медленно произнёс он, — что люди могут летать? — Да, — спокойно ответила Сиена. — Уже больше ста лет. Снова наступила тишина. Даже Эрвин на секунду отвёл взгляд, словно обдумывая услышанное. Наконец он сделал несколько шагов вперёд и остановился напротив неё. — Если всё, что ты говоришь, правда, — сказал он тихо, — тогда твой мир значительно опережает наш в развитии. Сиена усмехнулась. — Судя по вашим мечам и разговорам о стенах… — сказала она. — Да. Она посмотрела прямо на него. — Но у меня к вам тот же вопрос, капитан. В её голосе появилась холодная серьёзность. — Что, чёрт возьми, такое титаны? Эрвин несколько секунд молчал. Затем он ответил. — Враги человечества. Сиена прищурилась. — Люди? — Нет. Эрвин слегка покачал головой. — Гиганты. Он выдержал короткую паузу. — Максимум пятнадцать метров ростом. И впервые с начала разговора на лице Сиены появилось выражение настоящего недоверия. — …Вы сейчас серьёзно? Эрвин посмотрел на неё абсолютно спокойно. — Более чем. И именно в этот момент Сиена начала понимать, что её ситуация может быть куда хуже, чем она думала сначала. Сиена скрестила руки на груди и внимательно посмотрела на Эрвина. В её взгляде читалось явное недоверие. За годы службы она слышала много странных историй, но гиганты ростом пятнадцать метров звучали как плохая шутка или бред человека, пережившего слишком много боёв. — И чем же эти титаны так опасны? — спросила она наконец. На лице Шадиса мелькнула мрачная усмешка, но отвечать он не стал. Вместо него вперёд шагнул Эрвин. Его голос оставался спокойным, почти бесстрастным. — Они едят людей. Сиена пару секунд смотрела на него, ожидая, что он продолжит. Но он молчал. — …Что? — переспросила она. — Титаны питаются людьми, — пояснил Эрвин так же спокойно. — Это их единственная цель. Сиена прищурилась, пытаясь понять, серьёзно ли он говорит. — Подождите. Вы хотите сказать, что где-то там ходят гигантские гуманоиды… и просто… едят людей? — Да. Ответ прозвучал слишком быстро и слишком уверенно. В комнате снова повисла тяжёлая тишина. Сиена медленно выдохнула через нос и провела рукой по волосам, пытаясь осмыслить услышанное. — Ладно… — пробормотала она. — Допустим. Она снова посмотрела на них. — И как именно вы их убиваете? Потому что, если это действительно существа такого размера, обычные клинки вряд ли могут нанести им серьёзный урон. Шадис коротко хмыкнул. — Ты быстро схватываешь. Эрвин подошёл к столу, на котором лежала карта окрестностей стены, и положил руку на её край. — Тело титана почти невозможно уничтожить обычным способом, — объяснил он. — Даже если отрубить конечности, они быстро регенерируют. — Регенерируют… — повторила Сиена тихо. — Единственное уязвимое место находится здесь, — продолжил Эрвин. Он провёл пальцами по задней части своей шеи. — У основания затылка. Сиена машинально коснулась того же места на своей шее. — То есть вам нужно подобраться к пятнадцатиметровому гиганту… и ударить его именно туда? — Именно так. Сиена несколько секунд молчала. Затем её взгляд медленно опустился на меч, закреплённый на поясе Эрвина. — И вы делаете это… с помощью этого? Шадис усмехнулся. — А как ты думаешь? Сиена покачала головой. — Чёрт… Она прошлась по комнате, пытаясь уложить всё это в голове. Если они говорили правду, то человечество здесь жило буквально в осаде. Она остановилась и снова посмотрела на них. — И сколько этих… титанов? Эрвин на секунду задумался. — За пределами стен? Он сделал небольшую паузу. — Достаточно, чтобы человечество оказалось на грани вымирания. Эти слова прозвучали спокойно, но в них чувствовалась тяжесть, которую невозможно было скрыть. Сиена медленно выдохнула. — Потрясающе… Она посмотрела на них с выражением, в котором смешались усталость и раздражение. — Значит, я каким-то образом попала в мир, где гиганты едят людей, а человечество прячется за стенами. Она покачала головой. — Знаете… мой день становился всё хуже и хуже, но такого я точно не ожидала. — Решение по поводу твоего нахождения здесь мы примем позже, — наконец сказал главнокомандующий, откинувшись на спинку кресла. — Пока что ты останешься под наблюдением. Эрвин сопроводит тебя в казармы. Отдохни. Завтра мы продолжим разговор. Сиена коротко кивнула. Честно говоря, после всего произошедшего ей действительно хотелось только одного — несколько часов тишины и возможность наконец всё обдумать. Она молча развернулась и вышла из кабинета. Эрвин последовал за ней. Коридоры штаба были длинными и освещались тусклым светом ламп. Вокруг иногда проходили солдаты в зелёных плащах, бросая на Сиену осторожные взгляды. Её форма, мокрая, потёртая и явно чуждая этому месту, сразу привлекала внимание. Они шли молча. Эрвин двигался уверенно, словно знал каждый уголок этого здания, а Сиена просто следовала за ним, пытаясь запомнить дорогу и одновременно осматривая всё вокруг. Здесь всё выглядело иначе: грубые деревянные стены, тяжёлые двери, запах кожи и металла. Ни электрических ламп, ни привычного оборудования, к которому она привыкла за годы службы. Наконец Эрвин остановился у одной из дверей. — Это временная комната для гостей, — сказал он. — Здесь ты можешь отдохнуть. Сиена открыла дверь и вошла внутрь. Комната оказалась простой: кровать, стол, стул и небольшое окно. Ничего лишнего. Она уже собиралась закрыть дверь, когда заметила, что Эрвин всё ещё стоит в проходе. Он явно хотел что-то сказать. Но молчал. Несколько секунд он просто стоял, глядя в сторону, словно подбирая слова. Сиена заметила это почти сразу. За годы службы она слишком хорошо научилась читать людей. Она тихо вздохнула, прошла в комнату и опустилась на стул, слегка вытянув уставшие ноги. — Говорите, капитан, — спокойно сказала она. — Я же вижу, что вы хотите о чём-то спросить. Эрвин слегка поднял брови. Похоже, его действительно удивило, что она так быстро это заметила. Несколько секунд он молчал, после чего всё же вошёл в комнату и остановился у двери. — Что случилось с твоим глазом? — наконец спросил он. — Если это не секрет. Сиена машинально коснулась пальцами шрама, проходящего через левую сторону лица. Этот жест был почти бессознательным — привычка, оставшаяся ещё со времён госпиталя. Она некоторое время молчала, вспоминая. — Афганистан, — тихо сказала она. Эрвин слегка нахмурился. — Это… место? — Страна, — пояснила она. — Одна из многих в моём мире. Она на секунду отвела взгляд к окну. — Наш конвой попал под обстрел. Сначала взрыв, потом автоматный огонь. Осколок от взрывного устройства ударил меня в лицо. Она говорила об этом спокойно, почти без эмоций — так, как люди обычно рассказывают о событиях, которые уже много раз прокручивали в памяти. — Врачи сказали, что мне повезло. Осколок прошёл всего в нескольких миллиметрах от мозга. Но глаз спасти не смогли. Она слегка усмехнулась. — Так что теперь я вижу мир только наполовину. Эрвин некоторое время молчал. Он внимательно рассматривал шрам, но не из любопытства — скорее оценивая. Для солдата подобные ранения были понятны. — И несмотря на это… ты продолжила службу, — сказал он. Сиена пожала плечами. — У меня не было особого выбора. Она посмотрела прямо на него. — В армии не очень любят терять опытных солдат. На секунду между ними снова повисла тишина. Затем Сиена слегка наклонила голову. — А теперь моя очередь задать вопрос, капитан. Эрвин спокойно ждал. — Вы сказали, что человечество почти вымерло из-за титанов. Она прищурилась. — Тогда скажите… сколько людей вообще осталось в вашем мире? Взгляд Эрвина на мгновение потемнел. Эрвин несколько секунд молчал, прежде чем ответить. — Чуть более одного миллиона человек. Сиена нахмурилась. Она ожидала услышать маленькое число, но не настолько. Миллион — это меньше, чем население многих городов в её мире. — Настолько мало… — тихо произнесла она, больше для себя, чем для него. Она задумчиво провела пальцами по подбородку, обрабатывая информацию. Если людей действительно осталось чуть больше миллиона, то становится понятно, почему они живут за стенами и почему каждая потеря для них критична. — Интересно, — сказала она наконец. — Это крайне отличается от моего мира. Эрвин слегка наклонил голову. — И каково же население твоего мира? Сиена подняла взгляд на него. На секунду она даже задумалась, как это прозвучит для человека, выросшего в мире, где всё человечество едва превышает миллион. — Около восьми миллиардов человек, — спокойно сказала она. — Возможно, уже больше. Это лишь приблизительная цифра зарегистрированного населения. Несколько секунд Эрвин ничего не говорил. Даже его обычно непроницаемое лицо едва заметно изменилось. — Восемь… миллиардов? — повторил он. Сиена кивнула. — Да. Она слегка откинулась на спинку стула. — В стране, где я живу, население составляет около трёхсот сорока трёх миллионов человек. В комнате снова воцарилась тишина. Эрвин медленно перевёл взгляд к окну, будто пытаясь представить себе масштаб сказанного. Триста сорок три миллиона. Это число само по себе превышало всё население человечества в их мире более чем в триста раз. — Значит… — тихо сказал он, — один лишь твой народ превышает численность всего человечества здесь. — Намного, — спокойно подтвердила Сиена. Она наблюдала за его реакцией, как наблюдала бы за командиром на брифинге. Но теперь она начала понимать кое-что ещё. Этот человек не просто удивлён. Он анализирует. Его взгляд стал сосредоточенным, почти холодным — как у человека, который пытается увидеть за словами более глубокую картину. — Тогда ваш мир… — медленно произнёс Эрвин, — должен обладать огромными ресурсами. Сиена усмехнулась. — Огромными проблемами тоже. Она подняла взгляд на него. — Когда у тебя восемь миллиардов человек на одной планете, конфликты неизбежны. Эрвин некоторое время молчал. — Но вы всё ещё воюете между собой. Это был не вопрос. Скорее констатация. — Конечно, — ответила Сиена. — Люди всегда находят причины воевать. Она на секунду задумалась. — Территории. Ресурсы. Политика. Религия. Идеологии. Она слегка пожала плечами. — Иногда просто потому, что не могут договориться. Эрвин смотрел на неё с тем же спокойным выражением лица, но внутри его мысли уже начали складываться в цепочку. Мир без стен. Мир без титанов. Мир с миллиардами людей. И технологии, позволяющие летать и наблюдать за планетой из космоса. Если всё это правда… То перед ним сейчас сидит человек из мира, который человечество здесь даже не могло представить. — Сиена, — наконец сказал он. Она подняла взгляд. — Да? Эрвин некоторое время молчал, словно взвешивая слова. — Если всё, что ты рассказала, правда… — тихо произнёс он. Его взгляд стал серьёзнее. — Тогда твой мир мог бы уничтожить титанов за несколько дней. Сиена слегка усмехнулась. — Несколько дней? — сказала она. Она покачала головой. — Капитан… Она посмотрела прямо ему в глаза. — Если всё, что вы рассказали о титанах правда… мой мир уничтожил бы их за несколько часов. В комнате снова стало тихо. И на этот раз Эрвин не ответил сразу. Эрвин некоторое время молчал после её слов. Его лицо снова стало привычно спокойным, но по взгляду было видно — он тщательно обдумывает услышанное. Числа, технологии, масштаб мира, о котором говорила Сиена, явно не укладывались в привычную картину его реальности. Наконец он выпрямился и спокойно сказал: — Думаю, на сегодня достаточно информации. Мне нужно переварить то, что я услышал. Отдыхай. Он ещё на секунду задержал на ней взгляд, словно пытаясь понять, насколько ей можно доверять, после чего развернулся и вышел из комнаты, тихо закрыв за собой дверь. Шаги в коридоре постепенно стихли, и в комнате стало непривычно тихо. Сиена несколько секунд сидела на стуле, глядя в одну точку перед собой. Всё, что произошло за последние часы, казалось слишком странным, чтобы мозг мог спокойно это принять. Титаны. Стены. Мир, где всё человечество насчитывает чуть больше миллиона человек. Она медленно выдохнула и поднялась со стула, подойдя к окну. На улице начинало темнеть. Во дворе казарм двигались солдаты, кто-то уводил лошадей в стойла, кто-то проверял снаряжение. Их зелёные плащи колыхались на ветру, и вся эта картина больше напоминала кадр из исторического фильма, чем реальность. Она оперлась руками о подоконник и провела ладонью по лицу, пытаясь привести мысли в порядок. За годы службы она попадала в тяжёлые ситуации — засады, проваленные операции, потерю связи, окружение. Но даже тогда она понимала, где находится и что происходит. Сейчас же у неё не было ничего: ни связи, ни оружия, ни даже уверенности, что этот мир вообще подчиняется тем же законам, что и её собственный. — Прекрасно… — тихо пробормотала она себе под нос. Сиена сняла бронежилет и положила его на стол. Металл тихо звякнул в тишине комнаты. Затем она устало села на край кровати, чувствуя, как усталость наконец начинает накрывать её. В голове снова всплыли слова Эрвина: чуть более одного миллиона человек. Она тяжело выдохнула. В её мире одно только население страны, где она жила, превышало это число в сотни раз. Она легла на кровать и уставилась в деревянный потолок. За окном слышались приглушённые голоса солдат и стук копыт во дворе. Сиена закрыла глаза, но вместо отдыха в голове продолжали крутиться одни и те же мысли. Как она вообще оказалась здесь? И если это действительно другой мир… то существует ли вообще способ вернуться обратно. На следующее утро Эрвин снова пришёл за ней. Разговор был коротким — фактически его и не было. Он лишь сообщил, что главнокомандующий хочет видеть её снова. Сиена без лишних вопросов последовала за ним по знакомым уже коридорам штаба. Солдаты по дороге всё так же бросали на неё настороженные взгляды. Весть о странной девушке, найденной за пределами стен, похоже, уже разошлась по корпусу. Через несколько минут они вошли в кабинет. Шадис стоял у стола, опершись руками о карту, разложенную на деревянной поверхности. Когда они вошли, он поднял взгляд на Сиену и некоторое время просто изучал её лицо, будто окончательно решая для себя, можно ли ей доверять. — Итак, Сиена, — наконец произнёс он. — Если всё, что ты сказала вчера, правда… твои знания могут оказаться для нас критически необходимыми. Мы не можем позволить себе потерять столь ценного человека. Сиена ничего не ответила. Она стояла спокойно, наблюдая за ним и ожидая продолжения. Шадис продолжил: — Однако есть одна проблема. Он выпрямился. — Сейчас многие в корпусе недовольны. Человек, найденный за пределами стен, вызывает слишком много вопросов. Некоторые уже предлагают рассматривать тебя как возможную угрозу. Он сделал короткую паузу. — Тебя могут обвинить в том, что ты шпионка. А в нашем мире подобные обвинения заканчиваются очень просто. Его взгляд стал холоднее. — Казнью за предательство человечества. В комнате на секунду воцарилась тишина. Сиена даже не дрогнула. Ни выражение её лица, ни поза не изменились. Она лишь спокойно скрестила руки на груди и слегка наклонила голову, глядя на Шадиса. — Я так понимаю, — сказала она ровным голосом, — у вас уже есть решение этой проблемы. Шадис усмехнулся. Реакция девушки явно подтвердила его ожидания. — Как и думал, — сказал он. — Ты быстро схватываешь. Он подошёл к столу и слегка постучал пальцами по карте. — Мы объявим тебя одной из пропавших солдат разведкорпуса. Скажем, что во время прошлой экспедиции ты была потеряна за пределами стен и чудом выжила. Когда наш отряд наткнулся на тебя, мы просто вернули тебя обратно. Конечно же, кроме меня и Эрвина о твоей настоящей личности никто знать не будет. Сиена некоторое время молчала, обдумывая услышанное. Ложная легенда. Стандартная практика в любой армии. Она перевела взгляд на Эрвина, который всё это время стоял рядом и наблюдал за разговором. — И что же от меня требуется в обмен на моё спасение? — спокойно спросила она. Шадис ответил без колебаний: — Ты вступишь в разведкорпус. Он слегка прищурился. — У тебя будет два месяца. За это время ты должна пройти всю подготовку, сдать экзамены и доказать, что способна служить вместе с остальными. Сиена слегка нахмурилась. — И если я справлюсь? — Тогда я назначу тебя капитаном. Слова прозвучали настолько спокойно, будто речь шла о чем-то совершенно обычном. Сиена на секунду даже замерла. — Капитаном? — переспросила она. — Вот так сразу? Шадис скрестил руки за спиной. — Ты уже была полковником в своём мире. Было бы глупо ставить тебя на уровень обычных солдат. Он посмотрел ей прямо в глаза. — Но звание нужно заслужить заново. В этот момент Эрвин впервые вмешался в разговор. — Два месяца — это минимальный срок, — сказал он спокойно. — Если ты действительно обладаешь тем опытом, о котором говорила… этого времени должно хватить. Сиена некоторое время молчала, переводя взгляд с одного на другого. Затем тихо усмехнулась. — Интересное у вас предложение. Она опустила руки и чуть выпрямилась. — Либо я становлюсь солдатом вашего разведкорпуса… Она сделала короткую паузу. — Либо вы меня казните. Шадис спокойно кивнул. — По сути — да. Сиена вздохнула. — Что ж… Она посмотрела сначала на Шадиса, затем на Эрвина. — Похоже, выбора у меня всё равно нет.