Глава 22

      Ритуальная комната Малфой Мэнора находилась глубоко под поместьем.       Каменные стены, потемневшие от времени и магии, были покрыты древними рунами. В некоторых местах серебряные линии едва заметно мерцали — словно в них до сих пор текла родовая магия. Воздух здесь был холоднее, тяжелее, пропитанный чем-то древним, почти живым.       В центре комнаты был вычерчен ритуальный круг — сложный, многослойный, с вплетенными символами двух родов: Блэков и Малфоев. Тонкие серебряные линии переплетались с темными, почти чернильными дорожками.       Нарцисса, Люциус и Андромеда стояли у границы круга, каждый у своего символа. Неглубокие надрезы на их ладонях уже начинали затягиваться, но кровь, впитываясь в вырезанные каналы, медленно двигалась по узору — словно живая. Когда последние капли коснулись линий, круг откликнулся. Серебро вспыхнуло холодным светом. Темные линии углубились, принимая в себя магию крови. Воздух дрогнул — едва ощутимо, но достаточно, чтобы по коже пробежал холод. Родовая магия приняла подношение. Узор замкнулся. И теперь он не просто был вычерчен — он работал.       Тедди лежал в центре круга. Слишком неподвижный для ребенка. Его грудь едва поднималась, а кожа казалась почти прозрачной.       Драко стоял напротив, уже внутри круга. Прямой, собранный — но слишком напряженный, если знать, куда смотреть. Его пальцы были сжаты так сильно, что побелели костяшки.       Гермиона находилась у границы круга. В руках — раскрытый фолиант, исписанный ее собственными пометками. Но сейчас она почти не смотрела в него. Ее голос должен был удерживать ритуал. Малейшая ошибка — и все разрушится.       Нарцисса стояла прямо, но ее руки были сцеплены перед собой слишком крепко. Взгляд не отрывался от сына.       Люциус выглядел привычно собранным, почти холодным — но напряжение в линии плеч и сжатая челюсть выдавали его сильнее любых слов.       Андромеда стояла ближе всех к Тедди. Ее взгляд был прикован к нему, и в нем не осталось ничего, кроме страха и решимости. — Как только начнем, остановиться будет нельзя, — тихо сказала Гермиона.       Тишина стала абсолютной. — Мы готовы, — первой ответила Нарцисса.       Люциус коротко кивнул, Андромеда сжала пальцы в кулак, а Драко перевел взгляд на Гермиону: — Начинай.       Гермиона медленно вдохнула. И заговорила. Слова заклинания прозвучали низко, глубоко — так, будто сама магия отзывалась на них. Сначала ничего не происходило. А затем…       Воздух в комнате резко потяжелел. Рунные линии вспыхнули тусклым светом. Тело Тедди дернулось. Из его груди вырвался первый всплеск темной магии — рваный, агрессивный, почти живой.       Андромеда резко вдохнула, но не сделала ни шага.       Нарцисса на секунду закрыла глаза, словно собирая волю.       Люциус едва заметно подался вперед — и остановился у границы круга. — Держите линии! — резко сказала Гермиона.       Все трое одновременно направили магию в круг. Серебряные линии вспыхнули ярче, запечатывая пространство. Темная масса начала проявляться — густая, вязкая, она вытягивалась из Тедди, словно не желая отпускать его. — Сейчас!       Драко шагнул вперед и опустился рядом с мальчиком, кладя руку ему на грудь. На мгновение он замер. Магия давила со всех сторон — будто чувствовала, что сейчас произойдет. Драко сжал зубы. И только после этого, не отводя взгляда, произнес: — Tenebras tuas accepi.       Слова прозвучали глухо — но отозвались эхом в самих стенах. И в следующую секунду ритуал ожил. Линии круга вспыхнули ослепительно ярко. Темная сущность, до этого рвано колебавшаяся над телом Тедди, резко дернулась — словно ее дернули за невидимую нить.       Она сопротивлялась: сжималась, расползалась, снова собиралась, пытаясь удержаться в теле мальчика. Когда она наконец оторвалась, то метнулась в сторону — и тут же ударилась о невидимую стену. Барьер выдержал. Сущность с глухим ревом билась о границы круга, скручивалась, рассыпалась на вспышки темно-синего света — но не могла прорваться. — Усильте круг магией! — резко бросила Гермиона. Ее голос впервые дрогнул.       Магия двух родов вспыхнула сильнее, окончательно замыкая пространство. И тогда она сорвалась. Темная сила рванулась к Драко — стремительно, почти с яростью — и врезалась в него. Драко резко вдохнул, выгибаясь от боли. Холод обжег изнутри. Словно что-то чужое прорвалось под кожу, в кости, в саму магию. В ушах зазвенело, мир на секунду потемнел. Но он не отстранился, не отнял руку. — Еще! — крикнула Гермиона.       И в этот момент откликнулся Мэнор. Стены задрожали — не от разрушения, а словно от усилия. Рунные линии, вырезанные в камне, вспыхнули холодным серебром, усиливая круг. Воздух стал плотнее, почти вязким, не позволяя сущности вырваться за пределы. Дом удерживал ритуал.       Темная сила больше не металась.       Она текла.       Прямо в Драко.       Потоком.       И в этот момент он потерял сознание.