Глава 14 - Вам письмо.

      «Как хорошо известно нашим читателям, прошло уже 3 года с момента окончания Великого Восстания, длившегося с 1074 по 1076 год. Презренная 6 армия, вместе с 3 и 8, под командованием Старинной Аристократии, попыталась силой объявить импичмент законному наследнику умершего из-за болезни Его Величества Владимира Ивановича Урсийского, Его Величеству Императору Фёдору Владимировичу Урсийскому, взошедшему на престол в 1073 году. Однако благодаря вставшим под знамёна Императора лоялистам в лице 4 и 5, а также вовремя подоспевшим с западного фронта 2 и 7 армиям, Восстание удалось подавить.       К огромному сожалению, «Старая гвардия» в лице консервативной аристократии, которая до сих пор контролирует достаточную часть армии Урсуса, всё ещё пытается продолжить жёсткую политику Его Величества Владимира Ивановича Урсийского, не принимая проводившихся реформ его сына, такие как серьёзные послабления в отношении к Заражённым.       Именно в этот момент наша редакция может точно сказать одно — мы обязаны все сплотиться вокруг его величества и не дать мятежникам подорвать будущее благополучие нашей страны.       Империя Урсус была великой, велика, и будет великой всегда!»       — Урсус, газета «Правда», выпуск 1079 года.              «— Скажу тебе так, Лика, если говорить начистоту, именно Урсуса, Каздела и Колумбии я, как и все умные люди, опасаюсь больше всего.       — А Урсуса почему? Насколько мне известно, сейчас эта Империя в упадке после недавней позорной войны в Хигаси.       Кардинал Арханиэл вздохнул.       — И именно поэтому «бедная», «несчастная», «побитая» Империя Урсус до сих пор спокойно занимает огромные территории, ударными темпами поднимает производства и реформирует свою армию, пусть и ценой жёсткой эксплуатации Заражённых, вкупе с использованием трудовых лагерей? А «выигравшее» Хигаси всё также является маленькой страной на краю света, которую совсем скоро постигнет экономический кризис?       Я смутился. Действительно, несмотря на проигранную войну, неудачный государственный переворот и раскол в «высшем свете», дипломаты Урсуса всё также активны, да и никто из соседей не особо стремится ссориться с этой северной страной.       — Не стоит так переживать. Собственно, цель наших с тобой «занятий» — научить тебя смотреть на мир также, как я на него смотрю уже лет 30. Нужно «видеть», а не просто «смотреть», понимаешь о чём я?»       — Один из многочисленных разговоров между Его Высокопреосвященством Святым Кардиналом Арханиэлом Ривольве и Корном.              Прошлое       Время — 11:28, день и месяц неизвестны, конец 1079 года.       Место — Город Латерано, секретный корпус Седьмого трибунала, зал для тренировок.       Событие — Тренировка с Наставницей.       — Фух... Кха...       Пытаюсь отдышаться после только что закончившегося спарринга.       Совсем скоро настанет момент моего отправления в поле, и мы старались максимально продуктивно использовать последние дни.       На самом деле удивительно, насколько всё же артс — убойная вещь. Особенно если им владеет опытный, тренированный боец.       Перевожу взгляд на Фидию. После получаса отработки ножевого боя, вкупе с рукопашной тренировкой различных хитрых бросков, она даже не запыхалась. Разумеется, искусство «Усиление» невероятно повышает все физические данные использующего… Но её уровень — это нечто запредельное. Особенно в спарке с выдающимися врождёнными навыками и мощным телом.       Даже не буду брать в расчёт козыри в рукаве, которые обязательно были.       Хоть тренировки и проводились всегда с осторожностью, и сама Наставница действовала аккуратно, но я чётко понимал — при желании мои руки были бы сломаны с одного удара, а превращение меня в труп заняло бы минуту от силы.       Одетая в лёгкую футболку и шорты, которые не скрывали россыпь мелких чёрных кристаллов на её руках и ногах, она довольно потянулась, и, заметив мой взгляд, специально выставила грудь вперёд, ехидно скалясь.       — Ну что, Святоша, может, всё-таки не стоит? С твоей подготовкой я тебя реально зауважаю, если сможешь даже год протянуть.       Иду к раковине, умываю лицо и полощу рот холодной водой.       — Не дождётесь. Я ещё на вашей могиле толкну речь.       — Я серьёзно, парниш. Да, за это время тебе серьёзно подтянули навыки. Стрельба, рукопашка, психология, тактика и стратегия, история, и ещё до кучи — ты вкалывал как проклятый. Однако у тебя отсутствует самое главное.       — И что же?       — Реальный опыт и практика. Вся эта теория, конечно, хороша, но одно дело — полигон и уютный кабинет, а другое — жестокие пустоши, где почти каждый встречный хочет тебя убить, как и ты его.       — Тьфу... Коней на переправе не меняют, да и выбора у меня нет.       — Выбор есть всегда.       Она подошла поближе и уже без шуток смотрела на меня.       — Слушай… Правда, всё понимаю, но тля… Не хочу, чтобы ты бесславно где-нибудь сдох. Даже меня в поле выпустили только после 3 лет подготовки в подразделении гашишинов…       Фидия осеклась, поняв, что проговорилась, и с тревогой посмотрела на меня.       Словами не передать, насколько же мне было тяжело сохранить самообладание, не выдав себя. Божество, она реально гашишин, пусть и бывший?! Да все старые и новые Святые, это, как если бы ко мне подошёл Апостольский Рыцарь из личного спецназа Папы и попросил закурить. Уровень примерно схож.       Если рыцари-стрелки представляют собой выражение «Санкта-бронетранспортёр» и способны убить хоть сотню бойцов за раз, пользуясь огромными тяжёлыми пулемётами, защищаемые передовой бронёй со щитом, то вот ассасины, или же «гашишины» — это профи-убийцы.       Даже не так. Это буквально элита элит. Заказать им убить кого-то — стоит таких средств и связей, каких мне сложно представить. Но если уж заказ сделан — всё, в 99.9% случаях проблема решена гарантировано. У них даже клятва при найме: «Назови мне имя, и я клянусь своей душой, что убью это существо».       И вот одна из таких стоит рядом со мной? Безумие…       Закрываю кран, сплёвывая остатки воды.       — А? «Даже меня» что? Извини, не расслышал.       — Да забей.       Она явно успокоилась, и я продолжил.       — И вообще расслабьтесь. Заражение мне не грозит, в пекло не иду, всё будет отлично!       С напускной бравадой и улыбкой бью себя в грудь, после чего вижу что-то мелькнувшее в воздухе, и я получаю лёгкий, но обидный подзатыльник.       — Балда.       Фидия улыбнулась, понимая, что я шучу.       — То есть я учу своего первого ученика, тружусь адски, переживаю, ночами не сплю, а он вот так?       — Большую часть времени вы спите, лежите, читаете или кушаете. А, ну ещё гуляете. И спите вы крепко.       — Цыц.       Мне протянули ловко отцепленный от пояса клинок.       — Встань ровнее, боец.       Вытягиваюсь по струнке, глядя на ставшее каменным лицо Наставницы.       — Итак, Лика, мой первый ученик. Я знаю, какое нелёгкое задание тебе поручено, и я знаю, какая тяжёлая судьба тебя ждёт. Однако ясно точно — ты достоин взять моё имя. Отныне тебя зовут Корн. Первый владелец получил его из-за своих больших рогов. Второй — снискал ему славы. Я — сделала его известным. Так дай же обещание, что при тебе имя Корн будет произносится с трепетом и уважением!       Беру протянутый клинок двумя руками, серьёзно кивая.       — Обещаю.       — Молодец…       10 секунд её лицо было строгим, но вскоре на нём неизменно появилась очередная рожица.       — …Не, ну вроде норм сказала, не? Записать надо было…       Терплю руку, что задорно треплет мои волосы. Блин, такой момент испортить…       — Что? Причина кислого лица, доклад по форме?       — Вы неисправима… Так, а звать вас в итоге как?       — Рененет али Шубат я уже как 30 лет, а чт…       Теперь уже я улыбался, открыто, с чувством победителя внутри.       — Ах ты мелкий! Не, ну я уже распланировала, как буду тебя дразнить вплоть до отъезда, и за 5 минут до отправки скажу… а ты…       Игнорирую привычные наигранные жалобы. Я лично не удивлён, что кроме меня и Арханиэла других собеседников у неё нет. Учитывая просто охрененный характер, только обладая искусством, подобным моему, или выдержкой и опытом, как у Кардинала, можно спокойно общаться с этой вечно угорающей колючкой из пустыни.       — Ре-не-нет? Красивое имя.       — Э…       Так, не понял, она сейчас смутилась или что?       — Ура, мелкий научился делать комплименты! Надо будет отметить.       Ладно, поддержу смену темы.       — И где?       — Да в кафе погнали, все равно на сегодня закончили.       Быстро разойдясь по раздевалкам, переодеваемся в нормальную одежду и двигаем к небольшому заведению.       — Кстати… Раз я передала имя, то получается, что у тебя сегодня выпуск! Значит, платишь и за меня.       — Рененет, при всём уважении, у нас в Латерано мужчинам и женщинам давно даны равные права, и поэтому думаю, что каждый может запла…       — Бе-бе-бе, ничего не слышу!       Шутливо прикрыв уши, супер-серьёзный ассасин убегает вперёд.       Задорно улыбаюсь и следую за ней.       

***

      Время — 18:21, день и месяц неизвестны, 1081 год.       Место — Сиракузская Конфедерация, город Вольсинии, парковка у гостиницы семьи Венеция «Un viaggiatore stanco».       Событие — Разбор полётов.       — Корн, ау, приём, вызывает W. Приехали, чего застыл?       Просыпаюсь от лёгких толчков в плечо, потираю глаза. Мини-автобус остановился у гостиницы, и все потихоньку выходили на улицу.       Блин, задремал. И сон приятный приснился, только вспомнить не могу…       — Да, прости W, чёт рубануло.       — Видимо устал от использования артса. Ничего, уже можем расслабиться. Щас денюжки выдадут, и можно будет бухнуть нормально.       — W, давай сначала закроем дело, а потом хоть спиртом чистым заливайся и трахай кого хочешь. Главное, если потратишь всё — потом не плачь и не проси взаймы. Пошли уже, остальные внутрь зашли.       Инес тихо высказала тираду и поспешила за Хоедерером, который, по всей видимости, давно привык к болтовне снайпера, поэтому ничего не говорил.       — Эх… Командир, трахни ты её уже нормально, пусть только гундеть перестанет.       Вытянувшаяся от Инес тень, показывающая большущий фак в ответ на приглушённое бормотание, была доблестно проигнорирована.       Потягиваюсь, подхватываю мои с Тенью вещи из салона и иду ко входу. Саму надзирательницу уже аккуратно отнёс на носилках внутрь персонал, а вызванный сонный врач с чемоданом наперевес ушёл осматривать раненую.       К нам присоединилась Вульписфолия, которая не переставала с кем-то общаться по портативному передатчику, что-то непрерывно говоря на чистом Сиракузском.       Заходим внутрь. В целом, обычное стандартное заведение, разве что стоящий в центре холла куст зелени удивил.       Странно, но ладно.       Наш наниматель проводит нашу шестёрку наверх, в один из номеров, по пути что-то оттараторя подбежавшему управляющему.       Все вместе поднимаемся на 2 этаж и обустраиваемся, занимая места за вместительным столом.       — Te lo dico io, è meraviglioso, lascia che mi occupi dei mercenari.... Si`, si`, ci vediamo presto, rimandero` l`appuntamento… Фууух. Так, начнём. Самое главное.       Выключив передатчик и отложив его в сторону, она достала откуда-то из-под стола 2 больших сумки, а после толкнула их нам.       — Обещанные средства. С учётом премий — по 90 000 лмд.       — А плата за врача?       — Не бери в голову, считай это приятным бонусом. Всё же вы отлично поработали.       Вульписфолия выглядела невероятно довольной.       Мы с Хоедерером берём по сумке. Не знаю, как там они будут делить, я просто протягиваю по 30 000 Рики и Марфе. Свои же аккуратной стопкой прячу во внутренний карман.       Мысленно улыбаюсь, слушая тихие жалобы W.       За исключением отданной Ульшуле 2000 — на руках у меня сейчас аж 29 000. Солидно. На такую сумму и жить можно, какое-то время вообще не работая.       Рики с Марфой тут же начали о чём-то шушукаться. Не, прав я, скорее всего тут наши пути и разойдутся.       — Так!       Отвлекаюсь на снайпера, который горел уверенностью.       — Всё, кто как хочет, — а идём в бар! Успешное дело надо отметить.       — Не, мы пас.       — Я спать.       — Прости, честно — я заебался.       Получив 4 отказа, он с надеждой оборачивается на меня. Смотрю в эти грустные глаза. Не, с одной стороны, хочется просто лечь и отоспаться часиков этак 10, а то и 12.       С другой стороны, чуйка подсказывала, что сходить стоит…       Ладно, один часик погоды не сделает.       — Фиг с тобой, погнали. Ты прав, отметить надо, чтобы удача не обиделась. Вульписфолия.       Лисица, весело слушая бесплатное шоу, оборачивается на меня.       — Прошу — можно оставлю тут Тень ненадолго? Завтра заберу.       — Ой, брось, уж на ночь точно оставляй, всё равно все остальные пока побудут здесь, верно?       — Не парься, Корн, иди. Развлеки этого шута, пусть ребёнок успокоится.       Хоедерер с улыбкой отвечает за всех, уже собираясь в отдельный номер, вместе с Инес. Рики с Марфой, тем временем, давно тихо смотались.       — Спасибо.       — Корн, это… Аккуратней будьте. Если этот набухается, проследи, пожалуйста, чтобы ничего не натворил.       — Да без проблем.       — Иди уже, рогатая. Корн, полетели.       Предварительно оставляю большую часть денег и автомат в выделенном номере. Пишу на всякий случай записку спящей тут же Тени, которая, после осмотра врачом и заверений, что всё будет в порядке, пускала слюни в подушку. Хорошо, что уж Вульписфолии нет никакого смысла нас обкрадывать, а работники явно хорошо обучены и понимали, что за воровство в лучшем случае им отрубили бы руку.       Выхожу на улицу вместе с W, слушая насвистываемую им мелодию. С собой беру только лёгкий пистолет.       Люблю вечер. Солнце уже успело зайти, и на улицы заступила приятная прохлада.       Проходим буквально метров 50, то и дело натыкаясь на праздных прохожих, и останавливаемся у красиво перемигивающейся вывески. Хоть название было непонятным, но нарисованная бутылка явно намекала — мы по адресу.       С задором переглядываемся и открываем двери.       Прости, организм, отдых откладывается.       

***

      — Корн.       Чувствую, что меня кто-то трясёт.       — Кооорн. Аууу, просыпайся, тебя Хоедерер спрашивает. Говорит что-то насчёт Вульписфолии.       Чего?       Открываю глаза и вижу зависшее надо мной обеспокоенное лицо Тени.       — Да, щас, спасибо.       Поднимаюсь с кровати и начинаю одеваться. Часы показывали 10:01.       Быстрая проверка памяти показала, что вроде всё закончилось хорошо. В говно мы не ужрались, до состояния карусели себя не довёл — считай, великолепно посидели.       Вспоминаю детали. Так, вот мы с W делаем заказ… Вот нам приносят какие-то крепкие коктейли… Вот бы делаем тосты… W торжественно ревёт «чтобы сдохла Виктория!»… Вот к нам подходит какой-то невыразительный парнишка и вручает письмо…       Стоп.       Вот оно.       

***

      Мы, уже порядком поддатые, сидели за удобным столом. Пока вокруг нас играла музыка, а я вёл какой-то безумно длинный монолог про общую бессмысленность бытия, а W вторил мне, поедая вкусный шашлык.       Внезапно, почти из ниоткуда, к нам подошёл неизвестный. Причём явно под маскировкой — я не верю, что в реальности существует Лупо, у которого вообще нет отличительных особенностей.       И это не манера речи. Буквально взгляду зацепиться не за что.       — Добрый вечер. Корн, W, я присяду?       — А ты кто? Я тебя чёт не знаю. Вульписфолии что-то потребовалось?       Снайпер, даже жуя кусок мяса, не смог промолчать.       — Падай, раз нужно.       Показываю рукой на свободный стул.       — Благодарю. И нет, отвечая на ваш вопрос, я лишь скромный посланник, пришедший передать некоторые письма.       Положив передо мной 2 конверта, а перед W один, он продолжил.       — Скажу честно, что отряд Хоедерера, что… ваша персона, Корн, достаточно сильно выделилась за последний год.       Он слегка улыбнулся.       — Но поскольку, положа руку на сердце, идти в вотчину семьи Венеция желания у меня маловато, — пришлось выискивать вас вот так…       — Слушай, во мне сейчас минимум литр крепкого алкоголя, поэтому можешь нормально сказать, что тебе нужно?       — Да погоди, W, он же и пытается объяснить.       Посланник блеснул глазами.       — Что же, учитывая ваше состояние, буду краток. Если вы согласны с фразой «Народ Сарказ вернёт своё по праву», если устали жить на побегушках у других, служа лишь инструментом… Тогда прочтите письмо. Там всё сказано.       Резко встав со стула, он почти успел уйти, но мой вопрос останавливает его.       — А второе письмо?       — О. Это уже просьба… нашего общего знакомого. Прощайте, господа.       Ответив через плечо, неизвестный окончательно растворился в толпе.       — Мда… а вот и письмецо…       W как-то резко погрустнел и махом допил выпивку.       — Говорил же — отпуск надо было взять.       

***

      Нащупываю в кармане нераспечатанных 2 конверта.       Вот и кончились шуточки. Похоже, что очень скоро начнётся основной этап моего задания.       Подхватываю автомат и выхожу из номера, после чего иду вправо, к кабинету нашей нанимательницы.       Прохожу внутрь и вижу сидящую за столом Вульписфолию и Хоедерера. Причём ощущался он очень радостным, скорее даже весёлым.       — Корн, прощу прощения, что подняли, но хотелось бы окончательно всё обсудить.       — Э… Насчёт чего?       Присаживаюсь на стул и наливаю себе чая.       — Если кратко — нас нанимали на 3 недели. Так?       Хоедерер взял слово.       — Ну да.       Закидываю в кружку 3 ложки сахара и мешаю, после чего доливаю холодной воды.       — Но тут что-то у семьи Венеция планы поменялись. И как бы так сказать… В общем, ей сказали выпроводить нас поскорее. А то после того, как мы считай без потерь уработали больше 20 бойцов, среди которых был Санкта и неплохие обладатели артса — на верхах резко осознали, что нужно бы нас выкинуть нахуй отсюда, чтобы в порыве скуки ничего не натворили.       — Ну не так же.       Вульписфолия страдальчески машет руками.       — Просто… Нападение вы отразили блестяще, с погрузкой больше проблем не будет, так как мы всё решили, зачем вам тратить своё время просто так? Тем более, деньги я уже отдала.       Искусством чувствуя её смущение от сказанной Хоедерером правды, усмехаюсь.       — Да не, всё в порядке, я понимаю. Позвольте ещё день здесь переночевать, и завтра уехать?       От неё повеяло радостью.       — Конечно, без проблем.       — Ну и супер. Ладно, пойду своих проверю.       — Давай.       Иду обратно в свой номер, по пути натыкаюсь на явно искавшего меня Рики и Марфу, нагруженные вещами.       — Корн… Это…       И чего он так нервничает…       А, ясно.       — Да?       — Мы можем… Ну, поговорить?       Ну что же.       Пришла пора расставить все точки.       — Конечно, пошли в мой номер.