꒕ꀊꁲꃃꁲ 7: Дᥱʍ᧐ны Внуᴛρᥙ.

Наши самые страшные враги —

Те, что прячутся у нас внутри…

»***»

«Evanescence — Bring Me To Life»

      Когда Ножд открыл глаза, то обнаружил себя стоящего в чьей-то давно обветшалой спальне, в одном из тех заброшенных домов с планет на окраине империи, что были разрушены в числе первых, когда в результате столкновения двух великих начал был «перерожден» Блэк Дум. Окна были разбиты, из-за чего снаружи в комнату летел снег. Он уже заполнил всё помещение так, что среди сугробов едва можно было различить скрытую под ним мебель по типу большого книжного шкафа в углу, ещё одного шкафа рядом с дверью, письменного стола у одного из окон, стульев и прочего.       В процессе оценки ущерба нанесенного дому, а точнее — не посредственно этой комнате, его изучающий взгляд остановился на большой двуспальной кровати. Три из четырёх узких столбика были сломаны почти полностью. Только четвертый чудом уцелел, на нём под гонимым с улицы в спальню ветром трепалась порванная ткань, что некогда служила балдахином. Горка снега так же занимало почти всю площадь спального места. На свободной же нижней трети сидела знакомая коту фигура, закутанная в изношенный и потрепанных множеством невзгод черный плащ. Капюшон был отброшен, потому Ножд сразу узнал Лиору. Это твоя родная планета, что на отшибе империи? Так здесь ты жила все те годы, пока не попала во дворец? Не уверен, что мне бы понравилось это место, даже если бы оно не было таким… потрёпанным.       Она сидела на самом краю, держа в одной руке старую книгу в кожаном переплете, но не открывала. Антропоморфный кот обратил внимание, как в другой своей руке она с силой сжимает что-то. Судя по торчащим наружу уголкам пергамента, это была записка или письмо? Ножд этого не знал, так как она прочитала его до того момента в своих воспоминаниях, которые он наблюдал сейчас. Но Оранжевого Луча мучило любопытство того, что же она хотела ему показать? Он приблизился к ней вплотную, но никакой реакции не было. Сел на край кровати в паре сантиметров, но она снова не отреагировала. Просто продолжала сдавливать бумагу в своей ладони и не моргая смотреть на книгу.       Кот уже начал думать, что ему придётся ждать вечность, пока что-то произойдет, но его опасения оказались напрасными. Спустя всего пару минут, Лиора из воспоминаний всё же решила открыть книгу и они стали вместе, хоть она по-прежнему его не видела. Потертый фолиант оказался дневником отца Лиоры. Того, кто много десятилетий назад оставил Ножда сиротой, что послужило семенем неизбежного раздора между его дочерью и сыном загубленных им графа и графини Уонс. В своём дневнике этот антропоморфный волк описывал жизнь на этой планетке, где он спрятался после того, как подстроил свою фальшивую смерть. Как встреча с матерью Лиоры его изменила, из-за чего он решил покинуть Императора, которого считал своим другом — почти братом.       Читать про его счастливую жизнь Оранжевому Лучу было мягко говоря неприятно. Он был негласно благодарен Лиоре, что та быстро перелистывала большую часть этих записей, не вынуждая его читать их. Однако, Ножд быстро понял, что делала она это не потому, что ей было противно как ему. Лиора пыталась найти что-то. Но что именно? Кот пока не понимал.       Внезапно, она перестала мелькать листами перед его носом и с прищуром стала заглядываться в название на самом верху последней открытой страницей. Там была крупная надпись, похожая на название какой-нибудь детской сказки: «Аметистовая Принцесса». Сначала Ножд не понял, почему её заинтересовала обычная сказка в дневнике отца? Но вчитываясь в текст всё дальше и дальше, он начал улавливать параллели жизни главной героини этой истории с самой Лиорой. Это было похоже на пересказ жизни реальной личности обёрнутый в детскую сказку с другими именами, чуть измененными деталями некоторых событий. А в роли рассказчика был отец главной героини, под которым Рафаил явно имел ввиду самого себя. Но зачем маскировать свою жизнь под видом детской сказки? Будто он не мог чего-то сказать напрямую и потому придумал такой способ сохранить какую-то важную информацию, чтобы потом она смогла её найти?       От предположений о сущности такой информации Ножда отвлекли строки, в которых он сразу разглядел намёк на судьбу своих родителей. Он уже забыл, зачем прилетел на эту планету. Забыл про клятву верности Блэк Думу, про последствия от её нарушения. Оранжевый Луч в эту секунду жаждал во чтобы то ни стало узнать правду и был слишком близок, чтобы думать о чём либо другом. «Всю свою жизнь до встречи со своей первой и единственной любовью он разрывался между долгом, дружбой и своей собственной совестью. Даже, если это было нужно для высшего блага, он чувствовал, что поступает неправильно, когда подставил одного своего друга по приказу другого, пусть даже и самого Императора. Из-за своей слабости, своей нерешительности воспротивиться этому приказу — Великий Герой совершил первую, но, увы, не последнюю свою ошибку. Он оставил несчастного мальчика с недавно пробудившимся даром сиротой. И с отвращением наблюдал как тот, кто и велел такое с ним сотворить, решил проявить «милосердие» к ребенку «предателей». Император взял его под своё крыло. И мальчик был безмерно благодарен ему, даже не подозревая, что поклялся посвятить свою жизнь тому, кто лишил его самых дорогих…»

***

      Ножд не сразу понял, что видение в его сознании рассеялось. Он снова почувствовал себя в воде фонтана, но к его лбу уже никто не прикасался. Кот сидел с плотно закрытыми глазами, до боли сжимая руки в кулаки, но не позволяя молниям вырваться из-под контроля. Не видел лица Лиоры, но чувствовал, что она всё ещё была рядом. Просто молчала, давая ему осознать всё увиденное. И он был благодарен за это.       Оранжевый Луч раз за разом покручивал в голове увиденное, будто от этого могло что-то изменится. В голову так же лезли воспоминания как далекие, так и не слишко давние. Во всех них он видел Блэк Дума. По большей части — ещё до становления таковым. Как Ножд, будучи ещё маленьким и несмышленым ребёнком, слепо доверился Императору Кайелету. Как кот был ему благодарен, что тот взял под свою опеку ребенка предателей. Кайелет стал для него вторым отцом. И больше всего на свете Ножд желал отплатить ему за «милость». Всегда стремился быть первым, лучшим, непобедимым. И как же сильно он возненавидел Лиору, когда та появилась во дворце.       Первый Фиолетовый Луч за сотни лет! Вопреки всем слухам о холодности, безразличии и даже бессердечности, что были присущи всем владельцам силы камня Разума, Лиора оказалась совсем другой. Прибывшая с окраины империи, ничего не понимающая в столичном этикете, манерах, рыцарской чести. Несмотря на высмеивание её происхождения и презрения к репутации её предшественников, Лиора таки смогла постепенно адаптироваться среди рыцарей и даже некоторых Лучей. Постепенно к ней менялись взгляды многих. Но с самого первого дня к ней был благосклонен сам Кайелет. Это заставляло Оранжевого Луча практически сгорать от ревности и завести.       Хотя было ли к кому ревновать? В конечно счёте, они оба были лишь шестеренками в планах теперь уже Блэк Дума. И оба из-за него лишились родителей. Оглядываясь на прошлое, сейчас Ножду хотелось истерически рассмеяться. Столько лет вражды с той, чья судьба была так похожа на его собственную, из-за надуманных причин выглядела действительно иронично. Может, если бы он узнал всю эту историю раньше, то между ними всё могло быть иначе? — Прости, Ножд.       Извинения были насколько неожиданными, что кот не сразу сообразил, что она задумала. Забывшись от осознания открывшийся истины, Ножд не успел и слова сказать, как глаза фиолетовые глаза с по-прежнему черным белком поменяли свой цвет на голубой. Шипы, увеличенные клыки и прочие черты крови Блэк Армс так же все ещё оставались на её теле, что свидетельствовало о том, что её организм не был очищен до конца. Губы девушки песца раскрылись, высвободив волшебный голос, который быстро начал опутывать его сознание паутиной сна. Это была сила Камня Звука. Первого погибшего в войне, что до сих пор не была закончена, Луча — Голубого. Ближайшего друга Лиоры, с которым они вместе приехали во дворец. И который успел передать ей свою силу прямо перед тем как его душа слилась с Первозданным Порядком. — Не сопротивляйся. Сама не верю, что говорю это, но мне бы хотелось ещё немного поговорить с тобой пока ты «в себе». Но сейчас я нужнее ему. — с заметной ноткой грусти в голосе, произнесла она.       Оранжевому Лучу хватило силы только для последней усмешки, прежде чем провалиться в объятия волшебной дремоты. Лиора не позволила ему упасть лицом в воду, привязав туловище к фонтану веревкой из сумки самого кота. Затем она выпрыгнула за пределы собственного барьера. Бросила последний прощальный взгляд аметистовых глаз на умиротворенное во сне лицо Ножда. Её искренняя улыбка, в существование кот никогда не верил, на мгновение возникла на лице песца. Однако, в следующую же секунду пропала, стоило глазам Фиолетового Луча выхватить из воцарившейся на этой стороне планеты тьмы и ослепляющих огней мегаполиса в далеко здание организации G.U.N. И она не сомневалась, ведь вокруг именного этого здания в искусственном свете, не способном им навредить, тут и там виднелись силуэты знакомых ей монстров и участки виднеющихся даже с её расстояния разрушений. Боюсь, в этот раз ограничиться «допустимым пределом» не получится.       Прекрасно понимая, какую цену ей предстоит за это заплатить, Лиора нащупала еле заметную кнопку на невидимом кольце. Маскировка тут же спала, а вместе с ней и щелкнул замочек украшения-ограничителя. Стоило ей снять его, как энергия кулона под одеждой тут же запульсировала, послав волну мурашек по всему телу. Лиора сделала глубокий вдох, стараясь сохранить сердце и разум в покое. Убрала кольцо во внутренний корман своего белого плаща. Наконец, полностью взяв под контроль бурлящий поток энергии древнего артефакта, она снова использовала силу своего камня Разума. Опутала себя его фиолетовой энергией. Оторвала своё от земли и полетела в сторону нужного здания.

***

Тем временем. На базе «G.U.N.».

«Sonic The Hedgehog 2006 Shadow With Mephiles»

      Последние слова Мефилеса заставили ту струну, соединяющую Шедоу с реальностью лопнуть. Его глаза загорелись так ярко, будто в них действительно запылало пламя. Вокруг завихрилась не привычный Хаос, а непонятные сгустки чёрной энергии неизвестного происхождения. Вернее — известного, но Шедоу не желал признавать той ужасной истины своего происхождения, что открылась ему сегодня. А от его крика у некоторых присутствующий будто закрывали душу. — Шедоу, нет! — воскликнула Хоуп, попытавшись броситься к нему, но её удержали Руж и Наклз. — Не подходи к нему, Хоуп! — с нескрываемым беспокойством за напарника и девушку, сказала летучая мышь. — Она права. Сейчас он не тот ёж, к которому ты привыкла. — поддержал её слова ехидна, подняв огромный кусок бетона отколовшийся от стены и швырнув его в подошедшего к ним монстра-пришельца. — Где командир Тауэрс? Ты связывалась с ним его после того, как передала нам Изумруд? — спросил Телз, подлетев к ним на своих хвостах и что-то вводя на своём устройстве. — Нет. Как только в здании появился тот Кот с молниями, он почти полностью уничтожил наши источники энергии. Удалось подключить резервные источники питания, но связь ещё не восстановилась. И я волнуюсь за него. — ответила мышь, попытавшись набрать командира на своем коммуникаторе, но из её уст почти сразу сорвался вздох разочарования.       В паре метров от них Соник и Эми разбили ещё одну пачку монстров. Первый попытался докричаться до них. — Он не из тех, кого легко убить. Что бы там ни было, нам здесь уж точно хуже. Смотрите!       Все тут же посмотрели в сторону Шедоу и Мефилеса. Второй уже тоже успел сильно измениться внешне. Его образ стал меньше напоминать на антропоморфного ежа. Он стал больше похож на демона из древних легенд. И особенно пугающими были его глаза, ставшие красными с ядовито-зелеными зрачками. От его тени по всему полу стала расползаться тьма, как если бы она была живой. Дойдя до ног антропоморфных зверей и солдат, что успели пробраться на этот этаж, она приковала их к земле, как если бы они увязли в болоте или попали в зыбучие пески. И чтобы закрепить свой триумф, Мефилес воссоздал из тьмы множество своих двойников, которые заполонили почти всё пространство и окружили чёрно-алого ежа. — Какого дьявола?! — прорычал Наклз, попытавшись сконцентрировать энергию на руках и сжечь склизкую, черную гадость, но та быстро восстановилась, захватив ещё и его руки. — Что за гадость? Она что живая?! — вслед за ним воскликнула Руж, захлопав крыльями, но не смогла подняться даже на миллиметр. — Не трогайте! Чем больше мы сопротивляемся, тем сильнее она нас затягивает! — замахав руками, чтобы привлечь внимание, заговорил Тейлз. — Не думаю, что если мы останемся стоять, то эти «дьявольские силки» нас просто спустят на нижний этаж. Есть гениальные идеи, Телз? — не переставая шутить даже в такой ситуации, дабы успокоить самого себя, спросил Соник. — Я думаю! Думаю!       Шедоу тоже попал в ловушку тьмы Мефилеса. Перед его глазами предстала картина, наполненная лишь отчаянием. Почти все, кто в той или иной степени стали часть его новой жизни сейчас были на волоске от гибели. А сам он боролся не только с врагом в лице своей искаженной копии, но с самим собой. Во всех смыслах. И он проигрывал. Снова. Снова он мог лишь беспомощно наблюдать как мир вокруг него рушиться. Рушиться из-за него. Ведь не попади он на эту планету, то и не было бы всего этого. И, возможно, она тоже была ещё жива. — Жаль, но никому из вас не удастся остановить меня. — спокойно произнёс Мефилес, возвышаясь над полом и поднял руки в победном жесте, наслаждаясь шоу.       Шедоу стиснул зубы так, что мог поклясться, что услышал их скрежет. На секунду в его голове мелькнула мысль, что во всём виновата рыцарь, что отправила его сюда, но она быстро сменилась другой. Нет. То же самое бы повторилось в другом месте и с другими невинными жизнями. Лиора вряд ли хотела обречь Землю на учесть своей планеты, она просто хотела подарить мне шанс на лучшую жизнь. Если бы меня не создали, то и отправлять меня сюда не было бы необходимости. Само моё существование и есть причина стольких страданий. Значит, просто нужно избавить все миры от угрозы в лице меня. Но сначала, есть то, что я должен сделать… — Посмотрим… — отвечая на ранее заявление Мефилеса, Шедоу нашел в себе силы встать на ноги и расправить свои новые жуткие крылья. — Этот мир обязательно предаст тебя рано или поздно. Оправдан ли такой риск? — разочарованно качая головой и сжимая одну руку в кулак, спросил Мефилес. — Даже если весь мир пойдёт против меня… — Шедоу отвечал ему без тени сомнения, снимая первое кольцо с правого запястья, затем второе — с левого, и не взглянул как они упали на землю. — Я буду сражаться. Как и всегда!

«I Am… All Of Me — Shadow The Hedgehog»

      От ярости в голосе Шедоу у всех присутствующий по всему телу прошел табун мурашек. Даже Мефилес напрягся и воссоздал ещё больше своих двойников. Однако, это ничуть не умерило его пыла. Напротив, вместе с силой Блэк Армс от него во все стороны стала исходить энергия Хаоса. Красные молнии выжигали тьму на полу быстрее, чем она начинала расползаться вновь. Напитав свои аэро-ботинки энергией Хаоса, Шедоу стал рассекать на них всё пространство, выкашивая подделок Мефилеса как сорняки. Монстры так же превращались в бесформенные черные жижи от его беспощадных ударов.       Чем больше монстров и копий Мефилеса было им поражено, тем больше начинали пульсировать вены на теле и крыльях чёрно-алого ежа. Глаза его горели безумной жаждой крови, а сердце билось так сильно, что отдавалось болью в груди, будто было готово взорваться в любой момент. Но Шедоу было всё равно. Он был готов на всё, даже пожертвовать собственной жизнью, лишь бы из-за него снова никто не пострадал.       И вот он уже добрался до самого Мефилеса. Вложил в удар всю силу Хаоса, что успел сконцентрировать на ведущей руке, одним ударом в грудь подбросил его в воздух и пробил им потолок. Но не остановился на этом. Используя свои новые крылья, Шедоу сам поднимался в воздухе и продолжал наносить ему удары, пробивая Мефилесом все потолки верхних этажей один за другим, пока они не оказались снаружи — на крыше самого здания «G.U.N.».       Мефилес уже был изрядно помятым, но не собирался так легко сдаваться. Используя связь с чудовищами, он призвал их всех на крышу. Несколько секунд и множество отвратительных тварей от тех, что ползли по стенам здания, до тех, что летали вокруг него, оказались там и нацелились на крылатого, чёрно-алого ежа. Охваченный тёмной, струящейся энергией Блэк Армс и собственной силой Хаоса Шедоу будто перестал быть самим собой. Он не только использовал свои силы, но и как дикий зверь, разрезал их на части тварей своими когтями. Отрывал от них куски чёрной плоти своими клыками, от чего их оставшаяся кровь стекала по его подбородку и падала на холодную крышу.       С каждой секундой энергия внутри Шедоу всё росла и росла. Его налитые кровью глаза расширились ещё больше, потемневшие вены взбухли ещё сильнее, а сердце было готово вот-вот разорваться от перегрузки! Но вдруг перед глазами ежа, будто их ниоткуда, вспыхнул такой яркий свет, что он был вынужден закрыть глаза. Когда же свет исчез, а Шедоу смог снова разлепить веки, то он больше не был на крыше базы «G.U.N.». Он обнаружил себя в поле белых лилий. Том самом поле, где Мария рассказала ему о том, что «свет можно увидеть даже тогда, когда самой звезды уже нет». — Мария, ты думаешь, я опасен?       Шедоу вздрогнул, услышав за спиной свой же голос. От удивления его будто парализовало, но другой голос вернул всё же заставил его резко обернуться. И вновь замереть в изумлении от увиденного. — С чего ты это взял? — ответил ему голос, который он бы ни спутал ни с одним другим.       В нескольких метрах, рядом со знакомой платформой, ведущей в лабораторию, сидели он сам и… Мария. Живая. Такая же как и пятьдесят лет назад. Они даже вели тот же самый диалог, что и в прошлом. Он не мог поверить, что вернулся в тот самый момент. Это реально? Но как? Почему? Продолжение следует…