Он улыбался (Пьетро, Вирсавия; PG-13)

Он улыбался. Улыбался и не знал, как это с ним приключилось.  Джин. Сияющая, прекрасная и спокойная Джин. Он привык к трем типам женщин: смотрящих на него так, будто они были готовы отдаться прямо здесь и сейчас; влюбленных в своих мужчин, а потому провожающих его скучающим взглядом (самый лучший тип, по его мнению); и тех, кто по каким-то причинам оставался к нему равнодушен. Он молился на них и ставил памятники. А, ну были еще лесбиянки и бисексуалки. Но они просто не входили в сферу его интересов, точнее... Точнее он не входил в их сферу.  Вирсавия. Он помнил, как все начиналось. Вообще-то ошибочно он записал ее в категорию равнодушных, но потом понял, что сделал слишком скоропостижный вывод. Роберт просто строила из себя недотрогу, но ее взгляд неистово следил за каждым движением Пьетро. «Возьми меня прямо здесь, сейчас, я-мисс-хочу-тебя-полностью», - вот что говорили ее глаза.  Такие ему претили больше всего: холодные, закрытые, типа все такие из себя недоступные, все им не надо... Надо и даже побольше всех остальных.  Ледяная Вирсавия с жаждущим, страстным, неистовым взглядом. Ну конечно, он недели две с половиной ходил, радуясь жизни, а потом все-таки решил ее отыметь. Что ж отказываться, если просит. Тем более она была ничего. Он трахнул ее и трахал еще несколько раз. Ну, он думал так. А Вирсавия Роберт думала, что у них начались отношения.  Это стало для него сюрпризом, потому что к тому времени он продолжал ее трахать, она сделалась его этакой постоянной партнершей. После этого они в основном молчали и не разговаривали об этом. Пьетро ошибочно полагал, что обе стороны устраивает такой расклад. Вирсавия, однако, ждала большего. Это была некрасивая сцена, и честно, Пьетро бы навсегда вычеркнул ее из своей памяти - да не забудешь. Можно было бы уволить ее, конечно, но вообще-то Вирсавия хорошо делала свою работу. А методы партии Пьетро не то чтобы поддерживал, хотя устроить скорые проводы некоторым людям к почившему Дракону, на его взгляд, не помешало бы.  Они были вместе - с точки зрения Вирсавии, конечно же, - около двух месяцев.  А потом у них состоялся разговор. Из которого Пьетро и узнал, что, оказывается, на протяжении этих двух месяцев крутил интрижку с Вирсавией Роберт, что ей надоело мыканье по углам. И, черт возьми, когда их отношения перейдут на новый уровень. Или же - подчеркнула она - они будут вынуждены прервать их общение именно на таком уровне. Потому что ее все это не устраивает. Пьетро помнил, что раздражение внутри взвилось сразу же. Без всяких церемоний он разъяснил Роберт о том, что ситуация представляла собой на самом деле. Она была поражена, да. До самой глубины души. Но Пьетро это не интересовало, до чего она там была поражена. Если секс с женщиной становился обременен еще каким-то довеском, то он быстро сворачивал лавочку. Вирсавия явно восприняла это болезненно. Пьетро тоже это аукнулось - в том плане, что оставаться с ней одной наедине... Теперь было тяжело. Ему-то нет, но все равно вокруг прямо-таки витала эта аура отвергнутой, подавленной, ненавидящей тебя женщины, но все еще в глубине жаждущей, чтобы ты ее уложил. Ну да, конечно, ее можно было бы уволить, но... Кажется, после седьмого увольнения у Аарона уже начали появляться к Салаццо определенные вопросы.  Но его проблема решилась сама собой. Он ведать не ведал, кто занимался такими вопросами, но начальство начальств решило, что Вирсавия одна не справляется. И прислали к ней еще одну помощницу. Один метр пятьдесят восемь сантиметров ростом, крикливую, а главное, непрошибаемую лесбиянку. Луэлле Навке понравилась Вирсавия Роберт, и Пьетро вздохнул с облегчением.