Глава 8. Шаг к свободе

      Ева стояла перед зеркалом и расчёсывала влажные после душа волосы. Её физическое состояние на удивление быстро пришло в относительную норму, и сейчас, сменив заляпанную всем подряд одежду и в целом приведя себя в порядок, она наконец ощущала себя человеком. Рубашку было уже не спасти, поэтому девушка приняла решение отдать её Дженни на тряпки.       «Если так и дальше пойдёт, мой запас вещей улетит за несколько дней, — подумала она, в очередной раз проводя расчёской по рыжим прядям. — Интересно, люди, которых сюда без вещей привезли, им вообще как живётся?»       Импровизированный больничный было решено заканчивать. Джим то ли не нашёл причины держать её в комнате дольше, то ли решил, что это попросту бессмысленно. Поэтому Ева вполне легально собиралась прямо сейчас отправиться на завтрак, а потом поискать в доме ещё что-нибудь интересное или кого-нибудь о чём-нибудь расспросить.       — Вижу, ты уже достаточно освоилась, — раздался голос из ниоткуда.       «О, а вот и утренние эфиры вернулись, не стоило привыкать к их отсутствию».       — Не пора ли тебе заняться своим освобождением вместо всякой ерунды, которой вы тут коллективно страдаете с Дженни и обоими Файрвудами? Хотя бы найти дверь, — сказал Кукловод и тут же саркастично добавил: — Она в прихожей, если ты не в курсе.       «Да вы мастер иронии, мистер маньяк».       — А чего мне её искать? — спросила Коллинз, разворачиваясь к камере и бросая расчёску на кровать. — Я мимо неё каждый день прохожу, когда спускаюсь на первый этаж.       — Видимо, недостаточно эффективно проходишь, раз всё ещё не нашла мотивацию её открывать, — продолжил заточитель с издёвкой. — Меньше слов, больше дела, Ева. Поторопись в прихожую.       Динамик отключился. Ева обречённо вздохнула и скорчила недовольную рожицу зеркалу. На этот раз она полностью облачилась в чёрное в надежде, что так её вещи пострадают меньше и не придётся в очередной раз от них избавляться. Больше, чем рыжие волосы, на этом фоне выделялись только белые свежие бинты на ладонях — она всё же научилась с горем пополам накладывать их сама себе, чтобы лишний раз не отвлекать от дел ни доктора, ни Дженни.       Необходимость идти на испытание без завтрака и даже без чая призывала неприятные воспоминания о её первом визите в подвал, но выбора ей, похоже, опять не оставили. Перед выходом девушка задумчиво оглядела комнату и приняла решение сделать сегодня что-то, что может предотвратить возникновение подобной ситуации в будущем. И у неё уже даже была идея, что именно.       «Интересно, с чего бы у Кукловода такое хорошее настроение с утра пораньше? — задумалась Коллинз, бодро спускаясь по ступенькам на первый этаж. — Вряд ли он ответит на этот вопрос».       Достигнув первого этажа, Ева встала посреди прихожей и огляделась. Прямо перед ней находилась массивная обитая железом двустворчатая дверь. Эта достопримечательность всея особняка, разумеется, бросилась ей в глаза ещё в самый первый день, когда она шла на своё первое испытание. Тогда не было ни сил, ни времени рассмотреть её поближе, а позже — не подворачивался повод. Зато подвернулся сейчас, поэтому девушка стояла и изучала взглядом замки, которыми была увешана дверь: десять штук, все разной формы и размера и с разными отверстиями под ключи.       Ева задумчиво взяла в руку один из замков и провела по нему указательным пальцем. Металлический и, скорее всего, очень крепкий. Можно было бы попробовать ломиком в качестве рычага, и то вряд ли получится…       — Именно эта дверь отделяет тебя от свободы, — донеслось из динамиков. — Десять замков, десять ключей. Девять комнат и девять пазлов, открывающих маленькие секреты каждой из них.       Рыжая отпустила замок и посмотрела в камеру, подняв бровь.       — Кукловод, у тебя математика не сходится, — заметила она, скрестив руки на груди. — Замков десять, ключей десять, а комнат и пазлов почему-то девять.       — Это не ошибка, — ответил Кукловод. — Где же находится последний ключ, спросишь ты? Поймёшь, когда соберёшь остальные.       — М-да, — случайно вслух вырвалось у Евы.       — Путь к свободе не бывает лёгким, — отреагировал мужчина, как могло бы показаться, с тенью улыбки. — Хотя, я смотрю, ты уже неплохо продвинулась в сборе пазлов.       Девушка с досадой взъерошила всё ещё мокрые волосы рукой. Ей бы хотелось двигаться к свободе более бодро. И, помимо прочего, узнать больше про это место и причины происходящего здесь, иначе её пребывание здесь становилось бессмысленным. Но информации у сыщика-самоучки по-прежнему было критически мало, чтобы сделать хоть какие-то выводы, хотя завтра будет уже неделя со дня, когда она тут впервые проснулась.       Желая хоть какого-то смысла добавить своему длительному нахождению в прихожей, Коллинз решила ещё раз осмотреться. Однако беглый осмотр помещения ничего не дал. Бросалась в глаза только засохшая кровь на ковре, но этим, конечно, Еву было уже не удивить, тем более что в прихожей находились одни из наиболее опасных ловушек, что она пока видела в доме, — это мушкет, вечно сливающийся с цветом стен, и меч, угрожающий в любой момент приземлиться тебе на голову.       «Ладно, для начала завтрак, а там как пойдёт», — подумала девушка и направилась в сторону кухни.       ***       Кухня, как обычно, встречала аппетитными ароматами свежей еды и только что заваренного чёрного чая. Ева на секунду остановилась на пороге и в очередной раз подумала о том, что, если бы не чёртовы дверные ручки, это место могло бы претендовать на звание рая на земле хотя бы за еду Дженни.       — Доброе утро, Ева, — привычно тепло поприветствовала её блондинка. — Ты как раз удачно зашла, сегодня завтрак разнообразный и из свежих продуктов. Как себя чувствуешь?       — Прекрасно, мне разрешили снова шариться по особняку, а не только по своей комнате, — посмеялась Коллинз и с блеском в глазах посмотрела на яичницу с беконом. — А что, до этого завтраки были несвежие?       Она присела за стол и недоверчиво посмотрела на кухонную фею, которая в это время разливала чай по двум фарфоровым чашкам.       — Да нет, я не в этом смысле, — поспешила оправдаться она. — Просто у нас по воскресеньям и понедельникам всегда свежие продукты появляются, вот и сегодня не исключение.       Ева уже с большим азартом принялась за еду, но реплика Дженни заставила её вновь окунуться в философские размышления.       — Вот знаешь, хоть убей, но я не понимаю Кукловода, — в этот раз она решила порассуждать вслух. — Каждую неделю привозить продукты, довольно неплохие, кстати, на толпу в полтора десятка человек — это же и разориться можно. А ещё обслуживание дома — свет там, газ, электричество, вода. Компьютер у каждого свой. Особняк гигантский. Значит, у него как минимум много денег. И заморить голодом и поиздеваться цели явно нет. Зачем человек с таким состоянием и не особо-то кровожадный вообще всё это затеял?       Рыжая обратила взгляд, полный искренней заинтересованности в поиске ответов на поставленные вопросы, на приятельницу. Дженни часто моргала глазами, сжимая в маленьких ладонях такую же маленькую чашку.       — Ева, честно — я понятия не имею, — наконец ответила она, опуская взгляд. — И вряд ли кто-то из пленников имеет. Хотя есть те, кто как раз пытается разобраться.       — Это хорошо, — оживилась Ева, отправляя в рот очередной кусочек жареного бекона. От постоянного единоличного мыслительного процесса можно и шизофрению заработать, а так есть шанс найти хоть какое-то подобие напарника. — Кстати, возвращаясь к продуктам: вот кто их приносит? Сам Кукловод? Так он же типа загадочный, а что, если встретит кого ночью? Или рабочих нанимает?       Уоллис вновь пожала плечами.       — Я как-то пыталась подсмотреть, — шепнула она, наклонившись ближе к Еве. — Спряталась в подвале в ночь поставки и смотрела через замочную скважину — оттуда хороший обзор на кухонную дверь.       — И как?       — Никак. У меня зрение плохое, и я не разглядела, кто это был.       — Досадно.       Рыжая хлебнула чай.       — Может, ты попробуешь? — вдруг спросила Дженни, заговорщицки глядя на свою собеседницу. — Ты хотя бы в очках.       Ева поставила чашку на стол и побарабанила по её поверхности подушечками пальцев.       — Ну собственно, почему бы и нет, — ответила она, удовлетворённо хмыкнув. — Если воскресенье и понедельник, то сегодняшняя ночь как раз подходит?       Дженни утвердительно кивнула, радуясь, что девушка поддержала её идею. Ева же, в свою очередь, радовалась тому, что деятельность в доме, возможно, начинает приносить осмысленную пользу.       — Кстати, Дженни, я хотела тебя спросить, — решила перевести тему Коллинз. — У тебя не найдётся какого-нибудь небольшого заварочного чайника, пары ненужных чашек и кипятильника?       У блондинки от такого неожиданного набора округлились глаза. Она встала из-за стола и начала по очереди открывать шкафчики с посудой в надежде найти то, о чём её спросили.       — Возможно, даже найдутся, — заключила Дженни, вытаскивая с одной из полок пыльный заварочный чайник, бывший когда-то белым. — Только как минимум чайник точно помыть придётся… А зачем тебе? Знаю, ты не любишь этот вопрос…       Ева хихикнула.       — Да нет, в этот раз я вполне могу ответить, — улыбнулась она. — Просто я большой фанат чая. Поэтому у меня есть привычка — если остаюсь где-то дольше нескольких дней, предпочитаю оборудовать что-то вроде чайной станции в непосредственной близости от своего основного места обитания. То есть в реалиях данного дома — у себя в комнате.       Уоллис на удивление быстро справилась с просьбой рыжей — чайник, две небольшие чашки из того же набора и даже кипятильник были последовательно вытащены на стол прямо перед Евой.       — То есть ты собираешься притащить это всё к себе в комнату, чтобы там заваривать чай? — уточнила девушка с непониманием.       — Буквально. Тем более Кукловод повадился давать квесты с самого утра, хотелось бы перед ними хотя бы чай выпивать, если не завтракать, — дополнительно пояснила Коллинз.       Рыжая переставила все предметы на поднос и приготовилась нести их наверх.       — Кстати, я думаю, идея правда хорошая, — кивнула Дженни. — Я когда-то тоже думала у себя такое чаепитие организовать — ко мне в комнату часто приходят поболтать, приходится бегать на кухню за чашками.       — Ну вот, а это ты на втором этаже живешь, а мне приходится с третьего бегать, — Ева вздохнула. — Так что когда обустрою там всё — заходи на чай. Покажу тебе необычный способ его заварить.       — Договорились! — радостно улыбнулась Уоллис.       Ева, стараясь не уронить посуду с подноса, осторожно двинулась прочь из кухни.       ***       Расставив все предварительно тщательно вымытые чайные приборы на подносе в удобном для себя порядке, рыжая довольно улыбнулась.       Свободную розетку под кипятильник удалось найти только под столом с компьютером, так что ютить свой чайный набор пришлось на ветхом подоконнике у заколоченного окна. Она бы предпочла выделить какой-нибудь столик или тумбочку, как в их с Алексом рабочем кабинете в Лондоне, но условия особняка-ловушки в принципе не располагали к тому, чтобы качать права, — девушка всё ещё часто думала о том, что ей очень повезло по сравнению с тем, что могло бы с ней стать в результате этой необдуманной поездки.       «Алекс… Интересно, что он подумает, если я не вернусь из своего «отпуска»? Решит, что я его кинула в такой ответственный момент его карьеры?»       Мысли о напарнике резко понизили до этого момента неплохое настроение.       — Ну что, на дверь с замками ты посмотрела, теперь нужно найти первый ключ, — Кукловод определённо не собирался давать Еве тонуть в мрачных мыслях о близких, оставшихся за пределами дома, за что она сейчас даже была ему благодарна. — Собери пазл кухни и узнаешь, где находится тайник с ключом.       — Чёрт, да я бы с радостью, — Коллинз резко вышла из забвения и всплеснула руками. — Только ты сам сказал, что последний фрагмент пазла нельзя найти в комнатах. Может, поделишься по доброте душевной?       — Может, и поделюсь, — неопределённо хмыкнул мужчина. — Но для начала у меня для тебя испытание: пройди гостиную, не попав в ловушку ни разу. Справишься — будешь вознаграждена.       Ева недоверчиво глянула в камеру. Спонтанная щедрость заточителя её определённо смущала — с чего бы ему отдавать ей ценный пазл, которого нет ни у кого в доме, за довольно простое задание? Подвох ощущался нутром, но любопытство, как, впрочем, и всегда, перевешивало.       Оставив в покое чашки и ложки, девушка поправила воротник и капюшон своей толстовки и, попутно морально приходя в полную боевую готовность, вышла из комнаты.       Вновь спускаясь по лестнице на первый этаж, Ева обнаружила в прихожей Джека. Тот искал что-то в ящике тумбочки и совершенно не обратил внимания на появление в комнате девушки.       — Тьфу, бесполезно, как чай вилкой пить, — раздосадованно пробурчал он, приводя содержимое ящика в состояние полного беспорядка.       — Джек? — окликнула его Ева. — Ты что-то потерял?       Парень разочарованно и нервно захлопнул ящик — видимо, поисковая операция не увенчалась успехом — и повернулся к девушке, потягиваясь.       — Батарейку, — изрёк он.       Рыжая развела руками, невербально показывая, что из ответа поняла примерно ничего. Джек вздохнул.       — Я понял, в чём была проблема с часами, — пояснил Файрвуд. — Всё банально до безобразия: в них просто садится батарейка. Только в этом доме нельзя просто сходить в магазин и купить её, так что вот, обыскиваю открытые комнаты.       — А ты уверен, что в доме вообще есть часовая батарейка? — недоверчиво уточнила Ева.       — Нет. Ну, то есть я знаю, где они точно есть, вернее у кого, — нахмурился парень. — Но я за ней туда не пойду.       Девушка саркастично хихикнула — пояснения, у кого конкретно хранились батарейки, ей уже не требовались.       — Почему? — на удачу спросила она.       — Потому что она у Джима, — спокойно и коротко ответил Джек.       — Это я поняла. Почему не пойдёшь?       — Мы с ним, так сказать… несколько не в ладах. Потому что он идиот. И говорить об этом я сейчас не хочу.       Ева пожала плечами — попытаться стоило.       «Интересно, каковы шансы, что старший окажется более разговорчивым?»       — Эфир мой, кстати, где?! — словно опомнившись, воскликнул Джек, переводя тему.       — Давай я тебе батарейку принесу, что ли, — Ева неловко поправила очки и перевела тему обратно. — Мне путь в гостиную пока не закрыт. Вроде.       Файрвуд покачал головой. Эфир, очевидно, канул в лету, и надеяться на его возвращение было, по всей видимости, столь же бессмысленно, сколько пытаться найти часовую батарейку в горе хлама, оставшегося от прошлых владельцев особняка.       — Ладно, — согласился он, — Только ни в коем случае не говори, что это я попросил.       Коллинз с долей удивления кивнула и продолжила свой путь до гостиной, держа в уме, что ей ещё проходить испытание, не попадая в ловушки.       «Можно подумать, до этого я каждый день по несколько штук на себе собирала».       Она нажала на ручку двери, лезвие уже почти привычно чиркнуло кожу ладоней сквозь бинты, вскрывая едва начавшие заживать порезы. Ощущение по-прежнему было неприятным, но чисто психологически уже воспринималось как данность.       В гостиной тихо потрескивал камин. Ева замерла на пороге, не отрывая взгляда от огня, — ей вспомнился дом её родителей в Кардиффе и уютные вечера в кругу семьи. Они случались редко, но всё же. Почти призрак прошлой жизни до её переезда в Лондон.       «Родители. Вот если с ними не связаться в назначенный срок, они перевернут всю Британию в поисках меня».       Девушка настолько глубоко упала в свои мысли, глядя на танцующие языки пламени, что не только забыла про батарейки, пазлы и ловушки, а даже не обратила внимания, что, помимо неё, в комнате ещё есть люди. Настроение упало в ноль окончательно.       — Ладно, спасибо, Джим, я пойду, — женский голос вырвал Еву из мыслей о свободе, и она наконец обернулась на сидящих на диване.       — До встречи, Лиз, — ответил ей Джим, убирая бинты в аптечку.       С блондинкой, сидевшей рядом с доктором, Ева уже была знакома — они пересеклись днём ранее на кухне, и она представилась как Элизабет.       Элизабет осторожно встала с дивана, держась левой рукой за перевязанный бинтом локоть правой, и тихо просеменила к выходу. В дверях она обернулась на Коллинз, кивнула ей, едва слышно поздоровавшись, и вышла в коридор. Ева внимательно посмотрела ей вслед.       — Ловушка, обычное дело, — пояснил Джим, и девушка окончательно вернулась в реальность, услышав знакомое слово.       — Ясно.       С этими словами она бескомпромиссно хлопнула дверью. Таймер противно пискнул, отведя три с половиной минуты вместо четырёх, как раньше. Девушка взяла в руки список и принялась бегло осматривать комнату глазами, чтобы, согласно собственной отработанной схеме, сначала приметить расположение предметов.       Подвох обнаружился практически сразу — абсолютно возле всех ловушек располагался минимум один предмет из списка, что уже усложняло задачу избегать попадания в них. Песочные часы и кукла стояли на шкафу аккурат возле подвешенной под потолком гири, на застрявшую на карнизе туфлю недружелюбно смотрело дуло ружья, а бесплатный сыр и вовсе располагался прямо в мышеловке, по заветам известной пословицы.       «Если ты решил взять меня на понт, то не прокатит, дорогой».       — Тебе не нужна помощь? — уточнил Файрвуд.       — Нет, — отрезала Ева.       Она с улыбкой покачала головой и направилась в угол комнаты, где располагался зонт. Раз, два, три. Апельсин, расчёска, бутылка сока летят в корзину. Дальше — осторожно сгрести изогнутой деревянной ручкой куклу и песочные часы, огибая держащуюся на честном слове цепь от гири. Подцепить туфлю на карнизе, не задевая огнестрельное оружие на стене. Толкнуть сыр с мышеловки почти невесомым касанием и, подняв предмет с пола — хорошо, что муляж, иначе тут бы уже точно кто-то пострашнее крыс завёлся, — бросить его в корзину вслед за всем остальным вместе с зонтом-помощником.       Таймер заканчивает отсчёт — до конца остаётся почти две минуты, — дверной замок приятно щёлкает. Ева победно улыбается и с вызовом оборачивается на камеру, скрещивая руки на груди.       Джим, всё это время не сводивший глаз с действий девушки, удивлённо моргнул.       — Красиво.       — Знаю.       «Позёрка», — справедливо прошипел противный внутренний голос.       Кукловод продолжал хранить молчание, никак не комментируя совсем не характерную для новичка ловкость Евы, и вообще не подавал признаков жизни. Но она была уверена — он прямо сейчас наблюдал именно за этой комнатой. Рыжая, весьма довольная собой, присела в кресло и обратилась к Джиму:       — Джим, у меня к тебе неожиданная просьба: у тебя случайно нет запасной батарейки для наручных часов?       Мужчина удивился вопросу, но вида не подал.       — Есть. А тебе зачем?       «Ещё чуть-чуть, и этот вопрос начнёт мне сниться».       Ева немного нервно одёрнула длинный рукав толстовки. Следовало продумать легенду заранее, чтобы не сочинять её на ходу, но об этом девушка подумать не удосужилась.       — Для… наручных часов… — растягивая гласные, протянула Коллинз максимально глупый и одновременно максимально логичный ответ.       — За всё время, что ты здесь, я ни разу не видел, чтобы ты носила наручные часы, — возразил Файрвуд, разворачиваясь к ней и всё так же пристально глядя в глаза.       — А зачем носить часы, в которых села батарейка и которые не показывают правильное время? — возмущённо встрепенулась она. — Я вообще-то потому за ней и пришла!       Лучшая защита, как известно, — это нападение. И можно было бы даже предположить, что подобная тактика сработала — Джим встал с дивана, подошёл к комоду и вытащил из одного из ящиков упаковку тонких батареек-таблеток. Достав одну из них, он подошёл к Еве, но отдавать вещь не спешил.       — История, конечно, красивая получилась, — доктор опёрся одной рукой на спинку кресла, и девушке пришлось неудобно задрать голову, чтобы смотреть ему в лицо. — Но что-то мне подсказывает, что тебя Джек послал.       — Я, кстати, всегда говорила, что врать не умею и что у меня на лице всё написано, — сдалась Ева, почти обиженно откидываясь в кресле.       — Это правда. И не только про часы.       — Что?       Коллинз невольно напряглась всем телом и испуганно подняла взгляд. Вот что он сейчас имел в виду? Что ещё он успел про неё узнать?       — У него в часах батарейка садится? — резко перевёл тему Джим, убирая руку с кресла и протягивая злополучную батарейку девушке. — Никак не может отца забыть. Верит, что, пока часы идут, он где-то жив…       Ева приняла предмет и кинула его в карман, чтобы не потерять. Мужчина молча опустился на диван и задумчиво посмотрел в огонь, горящий в камине. Пламя скользило по дровам, то обнимая деревяшки и почти стухая, то вновь зажигаясь яркой высокой искрой. Девушка посмотрела на доктора и внимательно вгляделась в лицо — внешне спокойное и не выражающее ни единой эмоции, но взгляд изменился, будто потемнел и потяжелел. Что творилось внутри него, в его мыслях — понять было невозможно, но вся эта картина явно свидетельствовала о том, что ничего позитивного.       Рыжая хотела было наброситься на Файрвуда со своими стандартными вопросами: что произошло, с кем произошло, почему, где и когда, — но, едва открыв рот и набрав воздух, резко передумала. Эти раны ей почему-то вскрывать не хотелось, а в том, что это именно раны, она была абсолютно уверена.       — Передай ему батарейку, но не говори, что я всё понял, — Джим оторвал взгляд от огня, но по-прежнему не оборачивался на Еву. — Ему так будет легче.       — Хорошо, — коротко согласилась она.       Ева решила не задерживаться, молча поднялась с кресла и направилась к выходу. Обернувшись ещё раз, она почувствовала какое-то неприятное щемящее чувство в груди, но права вторгаться в личное пространство не ощущала. Да и не имела привычки вести доверительные беседы с людьми в принципе, тем более с теми, кого и недели не знала.       Когда девушка выползла в прихожую, она с большим удивлением обнаружила там Джека, который, похоже, всё это время сидел на ступеньках внизу и ждал её. Меланхоличное настроение и невесть откуда вылезшее эмпатическое сочувствие отправились на дальнюю полку. Ева пришла в своё стандартное состояние.       — Ты что, ждал меня тут? — с удивлением спросила она.       — Ну вообще-то да. Чего так долго? — возмутился Джек, поднимаясь на ноги.       — Извини, пришлось подробную легенду сочинять, чтоб не прикопаться, — соврала Коллинз, опуская подробности диалога со старшим братом парня, и тут же мысленно прокрутила эпизод в гостиной. Возвращался параноидальный страх, что её ложь, даже самую мелкую, распознают абсолютно все.       Ева вытащила батарейку из кармана и протянула её Файрвуду.       — Она у тебя! — радостно воскликнул он, взял предмет в ладонь и подкинул в воздухе, как монетку, тут же поймав. — Джим, конечно, догадается, что это я тебя попросил… Ну и пусть. Ведь ему тоже нужно, чтобы эти часы не останавливались, несмотря на то что отец отдал их мне.       Коллинз неопределённо пожала плечами, пожелала Джеку удачи в ремонте часов и поплелась к себе на третий этаж. Бодрость духа была утрачена безнадёжно — сначала от своих воспоминаний о свободе, а теперь и от чужих.       Едва дойдя до комнаты и закрыв за собой дверь, девушка рухнула на кровать спиной и растянулась в позе звёздочки, уставившись в потолок.       «Всё-таки странные у них отношения, — подумала она о братьях. — Друг другу помогают, но поговорить спокойно не могут, даже в одной комнате оба стараются не пересекаться. Что за история с часами? Что с их родителями? Джек мой ровесник, Джим, ну, может, лет на пять старше, значит, те вполне могут быть живы. Или там имела место какая-то трагедия? Дженни говорит, что конфликт между братьями какой-то нестандартный, и, похоже, знает в чём дело, так что, может, это они уже в доме так разругались? Да что, в конце концов, они вообще оба делают здесь?»       Поток философских рассуждений Евы о чужих родственных связях и их внутренних распрях был прерван внезапным вторжением.       — Ты так и планируешь тут лежать и ничего не делать? — донеслось из динамика.       — Нет, ну ничего себе, — вслух возмутилась Ева, возвращаясь в реальный мир и ровно усаживаясь в кровати. — Я вообще-то прошла твоё испытание, на мой взгляд, даже перевыполнила. Ты мне обещал награду. И где?       — Ну попробуй включить зрение и посмотреть на свою тумбочку, — недовольно ответил Кукловод.       Девушка повернула голову в сторону прикроватной тумбочки и действительно обнаружила там то, чего ещё утром не было, — фрагмент пазла. Она тут же схватила его в руки и, рассмотрев повнимательнее, пришла к выводу, что это тот самый последний пазл кухни, которого ей не доставало. Всё ещё не веря своему счастью, рыжая спрыгнула на пол, залезла под кровать, где хранились её рамы с пазлами, и извлекла оттуда почти полностью собранную кухню.       Руки дрожали от волнения, но она постаралась успокоиться и вставила кусочек в единственное пустующее место картинки. От того, что начало происходить далее, Ева чуть не подпрыгнула. На собранном пазле, словно проявляющиеся невидимые чернила, начали появляться красные линии, которыми были обведены отдельные предметы с фотографии. Так, красным выделилась одна из плиток в полу, светильник на потолке, от которого отходила стрелка вниз, и верхняя часть рамы у картины, висящей на одной из стен, со стрелкой, обращённой в её сторону.       Коллинз, пребывая в полном шоке, таращилась на изображение кухни с рисунком поверх. Она потёрла одну из красных линий указательным пальцем, но ничего не произошло. Затем внимательно осмотрела свой палец и даже попыталась его понюхать, потрогать другим пальцем. Однако ни одно из «исследований» не дало ей ответ на вопрос, что это за чертовщина, чем нанесён этот рисунок и почему он проявился, только когда пазл был собран полностью.       — Теперь ты знаешь, что первый ключ спрятан под выступающей плиткой пола на кухне. Осталось добыть его, — заметил Кукловод, глядя на впавшую в ступор девушку. — Только перед этим предстоит пройти испытание — это обязательное условие.       Судя по условным обозначениям, от Евы требовалось нажать на раму картины и потянуть вниз люстру. Девушка поднялась с пола и застыла на мгновение, будто сомневаясь в чём-то, но вдруг резко сорвалась с места и со всех ног побежала из комнаты — в коридор, пролетела лестницу, перепрыгивая через две ступеньки, завернула за угол к кухне и остановилась, лишь когда достигла двери упомянутой комнаты.       Нажала на ручку — о боли думать в этот раз совсем некогда. Скорее проскочила внутрь комнаты и на автомате хлопнула дверью, чтобы активировать испытание. Свет на кухне не горел, Ева негромко выругалась, пошарила по стене рукой в поисках выключателя и щёлкнула единственной кнопкой, однако ничего не произошло. Подёргав выключатель несколько раз, рыжая не на шутку занервничала — проблемы со светом были сейчас максимально неуместны.       — Кукловод, у тебя в особняке проблемы со светом, — раздражённо бросила она в пустоту. Дыхание было сбито — то ли от бега, то ли от волнения.       — Это не проблемы со светом, — возразил Кукловод. — Думала, просто придёшь и заберёшь ключ? Как бы не так, Ева. Добро пожаловать в режим испытания «тайник». Его тебе предстоит пройти в темноте, а вместо предметов в списке — их силуэты. И кстати, время идёт в два раза быстрее.       Девушка выругалась ещё раз, уже ощутимо громче.       — В полной темноте? Я что, кошка?       — Ну можешь в полной, если так хочется, но вообще-то для нормальных людей сбоку от таймера висит фонарик, — съязвил мужчина.       Ева начала агрессивно шарить по стене рукой, довольно быстро нащупав что-то, что напоминало по форме фонарик. Включив его, она увидела, что таймер показывал две с половиной минуты до конца, на самом деле означавшие меньше полутора.       Заключительный предмет отправился в корзину в последние доли секунды, но всё же испытание было успешно завершено. Окончательно запыхавшаяся девушка приземлилась на стул — буквально на пару минут, перевести дух. Она закрыла глаза и сложила голову на руки — ей даже на мгновение показалось, что к ней снова вернулись все симптомы этого странного недосотрясения, которое прошло так же резко и внезапно, как возникло пару дней назад.       Наконец Ева взяла себя в руки и, освещая пространство перед собой фонариком, поднялась со стула, чтобы выполнить инструкции с пазла. Нажатие на раму картины справа от плиты — действительно верхний фрагмент щёлкнул и на секунду отъехал назад от основной части картины. Затем потянуть вниз светильник над столом.       После этого где-то внизу, около холодильника, раздался новый щелчок. Коллинз перевела луч фонаря на пол и обнаружила, что одна из плиток начала заметно выпирать в сравнении с общим уровнем покрытия. Она нервно заправила пряди волос за уши и медленно опустилась на пол, изучая со всех сторон выступающую плитку. Теперь нужно было чем-то её подцепить. Недолго думая, девушка схватила со стола обычный кухонный нож и осторожно, боясь повредить какой-нибудь хитрый механизм и закрыть тайник обратно навсегда, поддела плиту с одного из углов. Фрагмент пола поддался, плитка отошла и чуть не упала в небольшое углубление в полу.       Как только мешающий кафель был убран, взору открылся сам тайник. На дне одиноко лежал обыкновенный медный ключ.       Ева подцепила ключ пальцами и взяла его в руку. Металл приятно холодил кожу ладони, не покрытую бинтом. Она сама не могла понять, что её так заворожило в этом чёртовом ключе, напоминающем простой ключ от квартиры, в которой она жила на свободе. Но девушка действительно не могла отвести взгляд от предмета, продолжая светить на него фонариком.       — Поздравляю, Ева, первый ключ у тебя, — голос из динамиков отрезвил её. На кухне внезапно включился свет. — Теперь ты сможешь открыть первый замок и заняться поисками других ключей. Чувствуешь? Свобода уже куда ближе, чем раньше.       Она чувствовала. Определённо чувствовала.       Временно убрав ключ в карман, Ева поспешила вернуть кафельную плитку на место, чтобы не оставлять после себя следов разрушения. Покончив с этим, она направилась к выходу из комнаты — мыслей в голове не было, все действия выполнялись как будто на автопилоте.       Терять много времени Коллинз не стала и поспешила воспользоваться ключом и советом Кукловода, который к нему прилагался, — а именно открыть первый замок в прихожей. Найти нужный по форме выемки под ключ не составило труда.       Вдох-выдох. Ну что трястись, как последний лист дуба на осеннем ветру, перед тем как просто открыть какой-то дверной замок? Просто засунуть куда-то обычный, чёрт возьми, ключ и повернуть его пару раз?       Ключ с третьей попытки наконец попадает в замочную скважину — дурацкий тремор рук раздражает и мешает. Два оборота против часовой стрелки. Щелчок.       Первый замок. Один из десяти. За неделю можно было успеть больше, темп так себе.       Коллинз осторожно сняла обычный амбарный замок с двери.       Всего один из десяти. Но это на один больше, чем смогли открыть остальные за почти три месяца.       Действие, которое должно быть обыденным, почему-то вызывало головокружение. Она сама не заметила, как втянулась в эту кукловодовскую игру.       Ева медленно сползла вдоль стены на нижнюю ступеньку лестницы, прижимая к себе тяжёлый и холодный металлический замок со вставленным в него ключом.