Глава 14. «Добро пожаловать во фракцию»

      — Джим, мне нужно с тобой поговорить.       Ева, стоя в дверном проёме, потирала правое запястье. Джим напрягся.       — Я рукой ударилась, подозрительно долго и сильно болит для такой фигни, — сообщила она, проходя в комнату.       Доктор с разочарованием выдохнул и встал из-за стола, чтобы сходить за своей аптечкой.       — Конечно. Присядь на диван, — попросил он.       Девушка молча прошла к дивану и присела ближе к камину. В доме, как обычно, было прохладно, и находиться у источников естественного тепла в такие моменты было особенно приятно. Файрвуд опустился на софу справа от неё, ставя аптечку на журнальный столик, и осторожно взял её больную руку в свои.       — А обо что ты ударилась?.. — с подозрением спросил он, внимательно осматривая конечность.       — Эм, — Ева смутилась, не зная, как объяснить произошедшее. — Об пол.       — Ты упала?       — Нет. Там, в общем, сложно… Я… э-э… кое-что отклеивала.       Джим посмотрел на неё с сильным недоумением во взгляде, но решил тактично промолчать.       — Ты занозу где-то поставила, — пояснил он свой интерес к происхождению травмы. — Видимо, с деревянных досок на полу.       Ева скривилась. Едва ли процесс вытаскивания занозы можно было хотя бы с натяжкой назвать приятным. Мужчина полез в аптечку за необходимым.       Когда Джим завершил свою работу, Коллинз с облегчением откинулась на спинку дивана, тут же почувствовав между ней и своей спиной металлический ствол пистолета и вспомнив, зачем сюда изначально пришла. Она, поморщившись, пощупала забинтованное запястье. Лёгкая боль ощущалась, но после всех дверных ручек не казалась такой уж существенной.       — Джим, — тихо позвала она доктора, убирающего медикаменты.       — Да? — отозвался он, даже не оборачиваясь.       — Я ведь не из-за руки к тебе пришла на самом деле.       Джим оторвался от аптечки и серьёзно посмотрел на девушку. Ева здоровой рукой вытащила из-за пазухи пистолет и выложила его на стол перед Файрвудом. У того от удивления расширились глаза, но смысл действия он понял не сразу и потому с недоверием переводил взгляд с оружия на собеседницу и обратно.       — Это лежало в тайнике гостиной вместе со вторым ключом, — пояснила девушка, всё так же неподвижно сидя на диване. — И я хочу, чтобы ты считал это моё действие официальным согласием присоединиться к Последователям.       Доктор окончательно затормозил, совершенно искренне не ожидая такого исхода. Ещё полчаса назад он пытался убедить себя в том, что факт ухода Евы в Подполье не особенно трагичен, и, надо сказать, не особенно достигал в этом действии успехов. А сейчас она заявляет ему о своём решении присоединиться к его фракции и приносит содержимое тайника, за которым так активно охотятся конкуренты. Мужчина взял в руки оружие. Пальцы почему-то липли к стволу и рукоятке; Джим нахмурился и ещё несколько раз прикоснулся к предмету, чтобы убедиться, что ему не показалось.       — Почему он… липкий?.. — озвучил он свои мысли.       — Ну-у… — второй раз за этот диалог вопросы доктора ставили Еву в тупик. — Он был обмотан скотчем.       Файрвуд снова поднял на неё взгляд, и теперь недоумения в нём было ещё больше.       — Ну не смотри на меня так, — рыжая не выдержала и с раздражением отвернулась от мужчины. — Мне нужно было его куда-то спрятать, и я для надёжности приклеила его к кровати с обратной стороны. Когда отклеивала, долбанулась рукой. Чтоб держалось, налепила много скотча, поэтому следы остались на пистолете. Не на тумбочке же прикроватной мне надо было его держать.       Джим кивнул, мысленно признавая доводы рациональными, а потом вдруг рассмеялся, представив у себя в голове, как Ева клеила пистолет скотчем к кровати. Девушка скептически подняла одну бровь, не видя поводов для веселья.       — Прости, — извинился док и перестал смеяться, поймав на себе недовольный взгляд новоиспечённой коллеги по фракции. — Интересно, зачем Кукловоду в доме оружие?       — Из него стреляли и не чистили потом, — заметила Коллинз. — Посмотри, там следы пороха на дуле.       — Вижу, — отозвался Джим. — Я возьму его на изучение?       — Без проблем. Тем более у меня ему всё равно пока быть небезопасно, раз полдома уже в курсе, что в тайнике не только ключ лежал. А второй раз клеить его под кровать я не хочу.       Файрвуд с трудом подавил в себе новый приступ смеха.       — Ну что ж. Добро пожаловать во фракцию, — улыбнулся он и протянул ей руку, свободную от револьвера.       — Рада сотрудничеству, — Ева крепко пожала ладонь мужчины. — Надеюсь, оно окажется продуктивным.       — Не сомневаюсь в этом. Приходи сегодня в семь на собрание, познакомишься с остальными последователями.       — Обязательно приду. До встречи, Джим.       Девушка поднялась с дивана и поспешно покинула гостиную. Джим отложил пистолет в сторону и проводил её взглядом, задержав его на пустом дверном проёме ещё на некоторое время после того, как Ева скрылась в глубине тёмного коридора. Очнувшись пару минут спустя, он поймал себя на мысли, что неосознанно улыбается, и тут же поспешил вернуть себе прежнюю флегматично-спокойную маску, за которой невозможно было распознать истинные эмоции мужчины.       И всё же на душе стало теплее.       ***       Маленькая захламлённая каморка где-то в мансарде слабо освещалась тусклым светом настольной лампы и белым свечением сразу нескольких мониторов. За толстым стеклом небольшого окна постепенно смеркалось. Впрочем, уличный свет и в дневное время не давал должного уровня освещения в этом помещении, особенно в столь дрянную картинно-английскую погоду — дождь вторые сутки подряд барабанил по крыше, раздражая единственного и постоянного обитателя комнатушки, и тучи тяжёлым свинцом висели над дубовой рощей, что едва была видна из окна за белёсым туманом.       В потёртом офисном кресле перед экраном компьютера сидел мужчина и усталым взглядом сверлил мониторы. Он задумчиво постукивал подушечками пальцев по поверхности стола, сконцентрировав всё внимание на одной из своих «марионеток», что только что вышла из гостиной и направилась прочь.       В покрасневших от практически круглосуточного сидения за компьютером глазах впервые за очень долгое время возник огонёк азарта. Театр достаточно давно стал до ужасного предсказуем и монотонен в действиях его актёров. Но с той самой минуты, как он решил подбросить своей добровольно-принудительной гостье пистолет, ему было как минимум интересно, каковы будут её дальнейшие действия. И теперь, когда он с удивлением обнаружил, что выбор девушки несколько отличался от того варианта, который казался ему наиболее вероятным, заточителю ни в коем случае не хотелось отпускать ощущение отступающей скуки. Ему не давала покоя мысль, как бы встряхнуть этот дом ещё посильнее.       Неожиданное озарение посетило Кукловода, когда его взгляд упал на изображение с камеры в подвале. Мужчина нажал пару кнопок на клавиатуре и, склонившись к микрофону, чётко произнёс:       — Джек Файрвуд, у меня есть для тебя задание…       ***       Время подступало к семи часам пополудни, и Ева Коллинз бодрым шагом двигалась в сторону гостиной, где её ожидало первое собрание фракции, к которой она присоединилась несколько часов назад.       Ева терпеть не могла собрания любого рода. Школьные представляли собой глупые споры глупых людей о глупых вещах, которые, по мнению девушки, не заслуживали столько внимания, сколько им его уделялось. Собрания в академии созывались чаще всего исключительно с целью раздать лещей провинившимся, нарушившим дисциплину или попросту неуспевающим студентам. На работе совещания проводили все кому не лень — будь то большие церемонии с участием комиссара или же утренние пятиминутки от непосредственного начальника отдела, — поэтому они попросту отнимали рабочее время, которого и без того не хватало. Девушка знала, что каждая подобная встреча состоит из обязательных элементов — вещающего лидера, которого слушает примерно два человека из всей толпы, кучки сплетников в углу, которые пришли, только чтобы обсудить, кто из остальных собравшихся с кем спит и у кого какие жизненные проблемы, пары новеньких с горящими глазами, а также раздачи всем сёстрам по серьгам, и совсем неважно, в положительном ключе или в отрицательном.       Именно с такими мыслями новоиспечённая последовательница вошла в гостиную и, стараясь остаться незамеченной для широкой публики, тихо присела в кресло.       — Спасибо, что пришла.       Ева, вздрогнув, обернулась — за её спиной стоял Джим, чуть наклоняясь к ней, чтобы иметь возможность говорить тише.       — А что мне оставалось, — равнодушно пожала плечами она, сбросила кеды и забралась в кресло с ногами.       Доктор исчез так же внезапно, как и появился. Остальные, на её радость, не проявляли к девушке никакого интереса, переговариваясь друг с другом о чём-то своём в парах и тройках или просто сидя по одиночке.       Однако мечтам Евы остаться тенью на этом собрании сбыться было не суждено. Прямо перед ней возникла уже отлично знакомая ей женская фигура в красном платье — Алиса. Сложив руки на груди, она неодобрительно смотрела на Коллинз сверху вниз.       — Обычно я занимаю это кресло на собраниях, это моё место, — холодно произнесла она, продолжая сверлить рыжую взглядом.       — Извините, я не знала, просто села на свободное, — скорее дежурно извинилась Ева. Оглядевшись по сторонам, она заметила практически пустой диван: многие предпочли остаться стоять и не занимать мест. — Там целый диван свободен, вы можете…       — Я как-то неясно выразилась? — настойчивее спросила Алиса, привлекая внимание остальных собравшихся.       — А какая разница, где сидеть? — с искренним недоумением спросила Ева.       — Дамы, давайте начнём собрание — все уже пришли, — прервал спор девушек вновь внезапно возникший Джим. — Алиса, присядь, пожалуйста.       Доктор кивнул на диван. Женщина смерила его полным смеси возмущения и презрения взглядом, который он успешно проигнорировал. Но всё же опустилась на софу, периодически поглядывая то на Еву, то на Файрвуда-старшего.       — Дамы и господа, для начала я хотел бы познакомить вас с новым членом фракции Последователей, — громко начал Джим, и Ева похоронила последнюю надежду на то, что никто, кроме него, не обратит внимания на её присутствие. — Это Ева Коллинз, она в доме совсем недавно, но уже успела сильно помочь фракции, а также первой из всех обитателей дома собрать пазл и открыть первый замок на входной двери.       По гостиной пошли перешёптывания.       «Вещающий лидер — есть, кучка сплетников — есть, раздача наград с перечислением никому не нужных регалий — есть… Осталось найти каких-нибудь девочек с горящими глазами и устроить кому-нибудь публичную порку, и бинго собраний готово».       — Два замка, если быть точнее, — поправила Файрвуда девушка. — Второй ключ уже добыт, осталась формальность — применить его по назначению.       «Но я это сделаю позже, чтоб не разговаривать с Джеком хотя бы до завтра».       — Тем лучше, — кивнул Джим. — Я думаю, у вас ещё будет возможность познакомиться, а сейчас перейдём к делу…       Мужчина говорил о разном: о мотивах Кукловода, о важности его личности, что-то про психологию преступников — на этом моменте Ева особенно внимательно к нему прислушалась, поминая недобрым словом курс криминальной психологии. Ещё немного о происках Подполья, о пополнении медикаментов и продуктов, иногда что-то спрашивал у кого-то из зала.       Коллинз глазами пробежалась по присутствующим в гостиной. В толпе, помимо Алисы, обнаружилось и ещё несколько уже знакомых ей лиц — это две девушки, с которыми она как-то встретилась на кухне за обедом, Элизабет и Маргарет, и два парня, которых она видела в замочную скважину подвала, когда те переносили коробки с провизией. Впрочем, как выяснилось из короткого отрывка речи лидера, никакой премудрости там не было. Молодые люди не покидали особняк и лишь забирали коробки в прихожей. Услышав это, Ева отчего-то с некоторым облегчением вздохнула.       Кроме того, среди коллег по фракции нашлись и те, с кем рыжая познакомиться ещё не успела. В целом сообщество представляло собой разнородную и слабо вовлечённую в происходящее массу. Кто-то откровенно скучал, кто-то шептался в углу о чём-то своём. Ещё пара девушек безотрывно смотрели на Джима, но, судя по их влюблённым выражениям лиц, думали совершенно не о миссии фракции Последователей и не о биографии Кукловода. И лишь Алиса Грин, выпрямив спину, точно проглотила спицу, внимательно слушала доктора и не отводила от него взгляд — совершенно нечитаемый и холодный.       К концу недолгого собрания у Евы были практически готовые психологические портреты каждого из его участников. Абсолютно все её предварительные суждения о встрече оказались верны, кроме, пожалуй, одного — исходя из философии фракции, она ожидала проповеди на грани сектантства, но этого не случилось. И тем интереснее становилась ситуация, в которой Коллинз оказалась.       — Благодарю всех присутствующих за участие в собрании, надеюсь, всем понятны их задания на ближайшие дни, — сдержанно кивнул Джим, подытоживая свою речь, и люди понемногу начали движение. — Ева, останься, мне нужно поговорить с тобой лично.       — Мне тоже нужно поговорить с тобой лично, Джим, — холодно перебила его Алиса, недобрым взглядом окидывая Еву.       — Представьте, что меня нет, — Коллинз взяла с бортика кресла плед и укрыла им себя с головой, давая понять, что выходить из комнаты не намерена, но и мешать разговору доктора и Грин не станет.       Покачав головой, Файрвуд отошёл в другой конец комнаты, куда за ним проследовала и жаждущая разговора с ним последовательница. Ева устроилась поудобнее в кресле. Остальные постепенно покидали гостиную, с интересом оглядывая напоследок оставшуюся тройку.       Разговор Алисы и Джима не продлился долго, вскоре Ева, которая из приличия не стала вслушиваться в него, услышала стук каблуков, направляющихся к двери. Лишь когда звук растворился в глубине коридора, она вытащила свою взлохматившуюся рыжую голову из-под пледа и обернулась на доктора. Тот держал в руках какой-то потрёпанный лист бумаги и внимательно вчитывался в его содержимое.       — Что читаешь? — спросила девушка.       — Появились новые ключики к прошлому — Алиса нашла страницу дневника некоего Джона, — отозвался Файрвуд. — Бумага плохо сохр…       Рыжая вдруг громко и страдальчески застонала, перебив Джима, и уткнулась лицом в мягкую спинку кресла.       — С тобой всё хорошо? — уточнил мужчина, переводя взгляд с листка на неё.       — Да, — ответила Ева, поправляя сбившиеся очки и возвращая голосу нормальные интонации. — Знаешь, в первый или второй день своего здесь пребывания я пообещала себе, что, если встречу в этом доме какого-нибудь Джона, я сойду с ума.       — Это чем тебе так Джоны не угодили? — доктор изумлённо поднял брови.       — Да нет, дело не в Джонах… Просто первые три имени, которые я услышала в особняке, все как на подбор начинались на букву Дж, а чтобы в рассказах Дженни различать вас с Джеком, и вовсе приходилось прилагать усилия. У меня даже была версия, что Кукловод собирал людей по алфавиту. Ещё одного человека на Дж я просто не выдержу.       Девушка, казалось, говорила абсолютно серьёзно, и на лице её не отображалось ни тени улыбки или шутки, но оттого Джиму стало ещё сложнее сдерживать лёгкий смешок.       — В таком случае вынужден тебя «обрадовать»: если не ошибаюсь, среди пленников есть ещё парень по имени Джейсон, — улыбнулся он, и лицо Коллинз приняло совсем нечитаемое выражение. — Но прошу тебя, не надо сходить с ума. Во-первых, ты мне ещё понадобишься. Во-вторых, тут, пожалуй, и без того хватает пациентов для психиатра…       На этих словах Файрвуд устало потёр лоб, и Ева без труда догадалась, о ком конкретно он подумал в этот момент. Девушка криво усмехнулась, вспомнив, что брат доктора тоже не так давно упоминал «поехавших пациенток» и тоже явно подразумевал вполне определённую личность.       — Я постараюсь, — заверила она его, поднимаясь с кресла и подходя ближе. — Так что там с дневником?       — А, точно, — опомнился Джим. — Бумага плохо сохранилась, и в ней мало информации, так что, если ты вдруг найдёшь в доме другие страницы, было бы прекрасно.       Мужчина протянул Еве листок.       «Привет, Дневник. Я буду называть тебя Джо, ладно? Мы с тобой почти тёзки — меня зовут Джон. Мама мне тебя подарила, чтобы я мог поделиться с тобой своими мыслями, пока её нет. Давай я сначала расскажу тебе о нашей семье».       — О боже, ещё и Джо… — обречённо вздохнула Коллинз. — Радует одно: похоже, дневник детский, так что вряд ли имеет отношение к настоящему этого дома. Здесь же нет детей?       Док отрицательно покачал головой.       Конечно, девушка сразу вспомнила о том, что уже находила в доме обрывок дневника, принадлежащего, судя по всему, ребёнку или подростку. Однако приняла решение пока не сообщать об этом лидеру своей фракции.       — Если найду что-то подобное — обязательно скажу, — заверила она Джима, теребя край тетрадного листа.       — Тогда у меня к тебе будет ещё одно дело, в котором мне понадобится твоя помощь.       — Да?       — Я хочу кое-что проверить в прихожей, чтобы меня никто не отвлекал и без лишних глаз. Сможешь пойти и осмотреть ночью комнату со мной?       Джим с надеждой взглянул на Еву. Пару секунд она смотрела ему в глаза, желая что-то спросить, но в конечном итоге передумала и согласно кивнула.       — Без проблем, — улыбнулась рыжая. — Тогда я успею поужинать и зайду к тебе часа через три.       — Спасибо.       Стоявший в привычном хладнокровном напряжении доктор, кажется, немного расслабился и расправил плечи. Ева, заметив изменение позы с закрытой на более открытую, едва различимо улыбнулась краешком губ.       Она уже направлялась к выходу из комнаты, как вдруг резко остановилась, развернулась и подошла к столу, возле которого продолжал стоять Джим. Тот уже собирался вернуться к своим более привычным медицинским задачам.       — И да, ещё кое-что, — Коллинз многозначительно посмотрела на мужчину и, достав небольшой предмет из кармана джинсов, выложила его на стол. Этим предметом была та самая потерянная доктором пару дней назад зажигалка. — Простите меня, «доктор Джей Эф».       Взгляд девушки сделался виноватым. Файрвуд несколько мгновений переводил взгляд с неё на зажигалку и обратно, после чего наконец произнёс, прикрывая глаза:       — И за это тоже спасибо.       — Ты не выглядишь удивлённым, — подозрительно сощурилась Ева.       — Я и не удивлён, — пожал плечами Джим. — Я знал, что с зажигалкой, с самого начала.       — Когда мне стоит начинать тебя бояться?       Вопрос девушки потонул в ироничной интонации и обмене полуулыбками, и для доктора остался незамеченным тот факт, что его собеседница на самом деле едва ли шутила, задавая его.       ***       Верхний свет в прихожей был погашен, комната освещалась лишь небольшим бра на стене. Ева и Джим, убедившись, что никто не помешает им и не подслушает их разговоры, перешли к осмотру, то и дело вслушиваясь в скрипы досок и завывания ветра в коридорах, создающие мрачную атмосферу в особняке. У Коллинз от нахождения здесь по спине прошёлся неприятный холодок — всё ещё было не вполне понятно, что произошло с ней здесь не так давно. Была ли это игра её уставшего и обескровленного сознания или взаправду паранормальное явление, просившее её о помощи? Знать ответ почему-то не хотелось независимо от того, каким он окажется.       Девушка, воспользовавшись моментом, подошла к двери и достала второй добытый из тайника ключ из кармана. Она осмотрела замки и, найдя подходящее отверстие, вставила ключ в замочную скважину, провернула его против часовой стрелки. Очередной амбарный замок был снят с петли, но, к радости Евы, уже не вызывал у неё такой бурной реакции, как первый.       Лидер Ворон тем временем даже не обернулся на её действия и, сведя брови к переносице, шарил по противоположной стене, осматривая каждый её сантиметр.       — Так что мы в итоге ищем? — уточнила Коллинз, присоединяясь к мужчине.       Джим повернулся к ней.       — Ты замечала, что здесь на ковре старая кровь, которую не смогли отстирать? — спросил он, указывая на ковёр перед входной дверью с застарелыми бурыми пятнами.       — Конечно, — кивнула Ева, заправляя прядь волос за ухо. — Но учитывая условия, в которых мы заперты, подозрительнее было бы, если бы следов крови по всему дому не было.       Рыжая многозначительно посмотрела сперва на дверную ручку с острыми шипами на ней, а затем на меч, небезопасно болтающийся недалеко от них. Если упадёт прямо сейчас, вонзится лезвием в пол в паре сантиметров от ноги доктора.       — Нет, если ты думаешь, что это следы чьего-то попадания в ловушку, то предположение неверное, — покачал головой Джим. — Я проверял, кровь слишком старая, ей по меньшей мере несколько лет, а мы здесь всего несколько месяцев. Тем более я был одним из первых «гостей».       «Это если до вас тут никого не было, доктор Файрвуд…»       — Хорошо, допустим, — Ева присела на корточки и всмотрелась в жутковатые разводы. — И какие же у тебя версии произошедшего?       — Я думаю, здесь могло что-то произойти, — начал Файрвуд. — Что-то криминальное или трагичное. И я пытался найти другие следы возможного происшествия и, кажется, кое-что нашёл.       Джим подошёл к стене, которую исследовал до этого. Внимательно всматриваясь, он провёл рядом с зеркалом пальцами, словно нащупывая что-то, и, наконец найдя, подозвал Еву жестом. Та поднялась с пола и подошла к мужчине. В месте в стене, на которое он указывал, обнаружилось едва различимое отверстие, похожее на пулевое. Оно терялось на фоне обоев, и оттого невооружённым взглядом и без соответствующей цели заметить его было практически невозможно, особенно при таком освещении.       Пугающая догадка поразила Коллинз. Она нахмурилась и провела подушечкой пальца по выщерблине.       — Вот чёрт, — выругалась девушка. — Джим, где тот пистолет, который я тебе приносила?       — С собой, — ответил Джим, доставая пистолет из кармана брюк. Поймав удивлённый взгляд Евы, он поспешил добавить: — Взял на всякий случай.       Вздохнув, рыжая перехватила из руки доктора оружие и ловким движением приставила его к стене так, чтобы дуло оказалось прижато к найденному возле зеркала отверстию, после чего довольно хмыкнула.       «Глазомер ещё не растеряла, это радует».       — Точно, я была права, — воодушевлённо произнесла она, отнимая револьвер от стены. — Диаметр этой выщерблины совпадает с диаметром дула пистолета, который я нашла в тайнике. Вывод…       — Здесь кого-то ранили или убили из этого пистолета несколько лет назад, — подхватил её мысль Джим.       — Или из такого же. Но скорее ты прав. Модель, конечно, популярная раньше была в качестве гражданского оружия, да и калибр в целом распространённый, но едва ли этот конкретный пистолет оказался здесь случайно.       Ева осторожно постучала пальцем по стволу и непроизвольно зевнула.       — Извини. В сон клонит, — объяснилась она.       — Тогда продолжим эту тему завтра, — предложил Файрвуд. — Если хочешь, пистолет можешь оставить у себя.       — Да, спасибо, — кивнула девушка. — Тогда спокойной ночи.       — Спокойной ночи, Ева.       Джим вежливо кивнул своей коллеге на прощание и вышел из прихожей в коридор первого этажа, сворачивая в сторону гостиной. Ева ещё пару минут посмотрела на отверстие в стене, затем на пистолет у себя в руке, после чего, убрав оружие за пояс, зашагала по лестнице вверх и направилась в свою комнату.       ***       — Как-то так.       Ева отхлебнула почти остывший чай из чашки и, поставив её обратно на стол, сложила руки в замочек.       — Значит, Последователи? — спросила сидящая напротив неё Дженни.       Рыжая утвердительно кивнула. За завтраком она решила рассказать подруге, какой выбор сделала, а также поделилась новостью о втором открытом замке. Тем не менее некоторые подробности девушка всё же предпочла не раскрывать — о найденном пистолете и отверстиях от пуль милой кухонной фее лучше было не знать.       — Знаешь, я понимаю, что выбор может показаться неожиданным, — решила пояснить Ева. — Но кидаться грудью на амбразуру я почему-то не имею ни малейшего желания. К тому же у меня есть ощущение, что Джим говорит меньше, чем думает, и я хочу понять, ошибаюсь ли.       Из головы никак не шёл вчерашний вечер. Коллинз не понимала, с чего бы вдруг Джиму понадобилось обыскивать дом на предмет следов преступлений не первой свежести. Действия последователей, судя по собранию, и тем более действия самого доктора существенно отличались от философии, которую ей обещали в самом начале. Однако как бы то ни было, раз её лидеру по какой-то причине захотелось выяснить прошлое этого дома, они действительно могут сработаться.       — Если честно, Джим и вправду довольно… закрытый человек, — смутилась Дженни, приступив к мытью посуды. — Нет, он, конечно, очень милый, вежливый и добрый, старается помочь всем в доме, но… мне кажется, за те почти три месяца, что мы знакомы, я так и не смогла понять, что у него внутри — чувства, мысли, мотивы… Как будто он не считает, что его может кто-то поддержать, и оттого никому не доверяет.       — Ты не знаешь, что у них за отношения были с Джеком до всей этой истории с приглашением? И где их родители? По возрасту они вполне ещё могут быть живы, если даже Джиму лет тридцать.       — Джиму двадцать девять, — поправила Еву Уоллис. — Нет, я только знаю, что Джек последние годы вообще не жил в Англии, а учился где-то за границей — кажется, во Франции. Про родителей Джим никогда не упоминал, а Джек вообще на вопросы о семье и брате только раздражается и отмахивается.       Ева понимающе усмехнулась, из вежливости допивая холодный невкусный чай. Она давно заметила, что тема семейных отношений у Файрвудов довольно болезненная, но вряд ли кто-то из них станет ей исповедаться.       — А твои родители? — голос Дженни выдернул Коллинз из размышлений. — Они не станут искать тебя, там, на свободе?       — Они считают, что я в командировке без связи, — пожала плечами рыжая. — Если честно, даже не хочу представлять, что будет, если я не объявлюсь хотя бы через месяц. Отец перевернёт всю страну.       — Думаю, тебе очень повез… Ой, Джим, доброе утро.       Под возглас блондинки Ева обернулась на дверь и обнаружила там стоящего у входа доктора. Девушка коротко кивнула ему.       — Доброе утро, дамы. Не хотел прерывать вашу трапезу и беседу, но, Ева, можно тебя на пару слов?       Коллинз обречённо вздохнула и поднялась со стула, поправляя на себе голубую рубашку — судя по виду и фасону, скорее всего мужскую. Оба последователя вышли в коридор.       — Что-то случилось с камерами, — начал Джим, когда они дошли до гостиной. — Похоже, что ночью они работали неправильно.       — Все камеры? — уточнила Ева, прикрывая за собой дверь так, чтобы та не захлопнулась.       — Кажется, только подвальная. Можешь, пожалуйста, сходить в подвал и посмотреть, что там мой брат натворил?       Девушка поморщилась от понимания, что попадаться Джеку на глаза по-прежнему не очень хочет.       — А это обязательно делать мне? — жалобно спросила она. — Ты ведь пошёл за мной на кухню, мог и в подвал зайти заодно.       «Ну вот, не успела вступить во фракцию, а уже препираюсь по поводу поручений лидера. И как меня с таким характером занесло в государственную структуру?..»       — Рискну показаться трусом, но твой поход туда кажется более безопасной идей, чем мой, — Файрвуд отвёл глаза.       — Это ещё почему?       — Во-первых, ты не вызываешь у Джека молниеносный приступ злости, ненависти и раздражения, на который в отношении меня он, пожалуй, имеет право… — доктор сделал паузу. — Во-вторых, его воспитание не позволяет ему бить женщин, поэтому будет на один сломанный нос меньше.       — Чудесно, — хмыкнула Ева, не очень понимая, иронизировал Джим насчёт второго или говорил серьёзно. — Ладно, скоро вернусь. Правда, насчёт отсутствия сломанных носов — уж извини, не гарантирую.       Приняв безысходность своего положения, Коллинз направилась в подвал. В помещении, на её счастье, было пусто — Джек, видимо, ушёл бегать по делам. Не став терять ни минуты, Ева быстрым шагом подошла к тому углу комнаты, в котором под потолком висела камера наблюдения. Под её чёрным корпусом болталось какое-то странного вида устройство — коробочка из радиодеталей, по внешнему виду которой было сложно точно установить, что именно она делала. Коробочка оказалась наскоро припаяна к проводам, идущим от камеры.       «Он что, при включённом электричестве паял? Интересно, впору удивляться его дурной голове или вселенской удаче, раз он остался в живых?»       Выяснив всё, что ей было поручено выяснить, девушка предпочла как можно скорее ретироваться из комнаты, чтобы не столкнуться с младшим из Файрвудов. Но только она хотела облегчённо вздохнуть, выйдя обратно в коридор, как поняла — ей этой вселенской удачи точно не достаёт.       — Ну и что ты там вынюхивала? — немного агрессивно спросил Джек, как из-под земли возникший перед ней.       — Ничего, — соврала Ева. — К твоему сведению, подвал — общая комната, так что имею право проходить в ней испытания и искать что-то без твоего одобрения.       По настроению парня было понятно, что он в курсе её финального выбора.       — И всё же предпочёл бы видеть здесь тебя и ваших ворон пореже, — огрызнулся он, проходя к двери в подвал. — И знаешь, если тебе интересно моё мнение, то я считаю, что ты совершила большую ошибку. И как только мой брат тебя уломал?       — Через постель, конечно, — сощурившись, парировала рыжая.       — Тогда вдвойне сочувствую, — то ли в шутку, то ли всерьёз бросил подпольщик. — Тем более, говорят, это место уже занято Алисой Грин.       — В таком случае неизвестно, кому ещё сочувствовать надо.       Последнюю реплику Евы Джек уже не слышал, скрывшись за дверью подвала. Девушка, покачав головой, развернулась в сторону гостиной.       — В общем, к камере в подвале прикручено какое-то устройство, — с порога бросила Коллинз сидящему на диване Джиму. Тот оторвался от книги и посмотрел на неё. — Больше ничего не могу сказать. Думаю, эта штука каким-то образом влияет на изображение и передаёт неправильную картинку.       Глаза доктора расширялись с каждым словом девушки. Мужчина отложил книгу и задумчиво провёл ладонью по волнистым волосам.       — Однако не зря Джек уезжал учиться во Францию — придумать и сделать такое устройство, — впечатлённо пробормотал он. — И подключить к действующей камере. Ненормальный, как он жив до сих пор?       Ева пожала плечами — сама десятью минутами ранее удивлялась тому же.       — Камеру придётся починить, — безапелляционно заявил Джим, поднимаясь с дивана.       — Ну это точно не ко мне, я из области физики и техники помню, только как включать тостер и что не надо совать пальцы в розетку, — рыжая помахала руками в знак протеста.       — Да у меня у самого знания физики на уровне школы… — нахмурился Файрвуд. — Ладно, и этого хватит. Нужна будет плата и кусачки с резиновыми ручками… В крайнем случае ножницы подойдут, и паяльник, чтобы восстановить провод.       — Уверена, что это всё наверняка найдётся у Джека в подвале. Только нам придётся подождать, пока он сам оттуда уйдёт, — он как раз возвращался туда, когда я выходила.       Джим согласно кивнул. Последователи вместе вышли из гостиной и направились в сторону подвала. Остановившись в коридоре неподалёку и спрятавшись за выступ в стене, они стали наблюдать за дверью подвала, надеясь дождаться момента, когда комната вновь опустеет.       — Так Джек учился во Франции? — спросила Ева, чтобы не стоять молча неизвестно сколько.       — Да, в Сорбонне, физике обучался, — отозвался док. — Сдал вступительные экзамены после школы и уехал, даже стипендию получал. А до этого несколько лет сам тайком учил французский. Когда он поступил, я впервые подумал, что упорству брата могу только позавидовать.       — А разве для того, чтобы закончить медицинский, не нужно упорство? — улыбнулась Коллинз с хитрым огоньком в глазах.       — Не знаю, как насчёт упорства, но стальные нервы точно нужны, — Джим облокотился спиной на стену. — Особенно когда возвращаешься из Лондона на малую родину и начинаешь работать в провинциальной больнице. Не зря всё-таки Джек сбежал, ему в Йорке было бы тесно.       — Прям-таки сбежал?       — Ещё вслед громко выразил надежду, что никогда «не вернётся в эту дыру».       Ева хотела спросить что-то ещё, но мужчина вдруг резко ухватил её за плечо и прижал указательный палец свободной руки к губам. Мимо сообщников пронёсся на полной скорости Джек, выбежавший из подвала и устремившийся вверх по лестнице. Молча кивнув друг другу, они оба быстро шмыгнули в освободившийся подвал.       — Постой пока на входе, а я попробую с этим разобраться, — попросил Джим.       Пробежавшись глазами по разбросанному по всему подвалу мусору, который младший Файрвуд гордо называл «инструментами» и «деталями», доктор устало выдохнул. Еве почему-то отчётливо представилось детство братьев: такие разные половинки детской и Джим с точно таким же недовольным, но в то же время смиренным взглядом оглядывающий раскиданные игрушки на стороне брата.       Сам же Файрвуд тем временем удивительно быстро нашёл нужные инструменты и забирался с ножницами на шаткую табуретку, чтобы достать до камеры. Заметив, что он тянется ножницами к припаянным лидером крыс проводам, его спутница испуганно воскликнула:       — Стой, ты что, собрался наживую их резать? Подвиг брата повторить хочешь?       — А у меня есть выбор? — спокойно спросил Джим, оборачиваясь. — Камеру же надо починить. Да нет, тут у ножниц прорезиненные ручки. Резина не проводит ток. Кажется…       Ева мгновенно преодолела расстояние от входа до угла с камерой и решительно перехватила мужчину за запястье.       — Кажется? Джим, при всём уважении, если тебя сейчас шарахнет током, меня не радует перспектива остаться без единственного врача в этом доме, пока в нём можно умереть при любом неосторожном движении.       Девушка недвусмысленно кивнула на циркулярную пилу-ловушку, угрожающе висевшую примерно в двадцати дюймах от последователей.       — Хорошо, допустим, а какие варианты? — уточнил доктор, пытаясь высвободить руку из цепкой хватки Евы.       — Иди сторожи вход, я сама сниму эту херню, — Коллинз посмотрела ему в глаза.       — То есть перспектива лишиться врача тебя пугает, а перспектива умереть от удара током — нет? — серьёзно спросил Джим.       — Потому что смерть от удара током будет мгновенной, а если я попаду в опасную ловушку и мне не смогут помочь — возможно, я буду умирать несколько часов в адских муках, — справедливо заметила рыжая, поправляя очки.       — Ладно, — сдался Файрвуд, слезая с табурета и отдавая Еве ножницы. — Только там ещё паять придётся, с этим ты как справишься?       Девушка пропустила его замечание мимо ушей и полезла на табуретку, которая даже под её небольшим весом настораживающе-жалобно заскрипела. Взгромоздившись на стул, она потянулась камере. Найти нужный провод, тянувшийся от странного устройства, не составило большого труда, и Коллинз поднесла ножницы к его основанию возле камеры. Пришлось впервые за много лет вспомнить молитву. Джим внимательно следил за её руками.       Вдох-выдох.       Раздался звук смыкания ножниц. Провод был перерезан, устройство Джека под воздействием гравитации упало и разлетелось на детали, а Ева с удивлением для себя обнаружила, что всё ещё жива. От этого осознания у неё внезапно закружилась голова, и она, покачнувшись на старом табурете, полетела вниз. Однако столкновения с полом не произошло — в полёте её поймал Джим, успевший сообразить и подставить руки.       — Ты как? — обеспокоенно спросил он.       — Нормально. Голова закружилась, — девушка часто поморгала глазами и, осознав неловкость своего положения, смущённо покраснела и добавила: — Поставь меня на ноги, пожалуйста.       Доктор поспешно выполнил просьбу и вернул совсем раскрасневшуюся Еву на землю, аккуратно поставив на пол подвала.       — Давай я дальше всё же сам.       Коллинз приложила забинтованные ладони к горящим щекам и, не став спорить, уковыляла обратно ко входу в подвал — вспомнив, что всё же надо бы следить за возможными визитёрами комнаты. Джим какое-то время возился с платой, паяльником и проводами несчастной камеры, работая сосредоточенно и кропотливо. Ева издалека наблюдала за его руками и за процессом работы.       Наконец с камерой было покончено.       — Кажется, получилось, — заключил Файрвуд, слезая с замученной за сегодня табуретки. — Замечательно, хоть и несколько удивительно. Интересно, что же хотели скрыть от Учителя?       Ева, резко выдернутая из своих мыслей в реальность, скривилась от последнего предложения.       — Чёрт его знает, — буркнула она, поднимаясь со ступенек, на которых сидела. — Но нам точно лучше скрыться отсюда поскорее, если не хотим огрести от подпольщиков.