Глава 15. Разные цели, одинаковые средства

      — Нужен порох и лучше много, — проворчал Джек, копошась в своих запасах. — Селитру мы тут вряд ли найдём, так что будем использовать более интересный рецепт.       — Шеф, ты чего задумал? — хитро прищурившись, спросила у парня темноволосая короткостриженная девушка с замысловатой татуировкой на всё левое плечо.       Файрвуд обернулся на коллегу по фракции и загадочно улыбнулся.       — Я тут одну интересную вещицу недавно обнаружил. Хочу найти ей полезное применение, но для этого придётся кое-что создать.       — И давно ты стал таким скрытным? — не унималась брюнетка.       — Не хочу спугнуть удачу, — Джек вернулся к исследованию подвальных стеллажей. — Не исключаю, что совсем скоро мы сможем выйти отсюда на свободу, так что, надеюсь, ты в деле, Натали.       Натали склонила голову набок, но спорить не стала.       — Конечно, шеф, — отозвалась она. — Что надо делать?       — Для начала понадобится чистая вата — целлюлоза…       ***       Ева, захватив с собой кружку с чаем из кухни, направлялась в гостиную. Уже в дверях она почти столкнулась с выходящим из комнаты Джимом, едва не облив доктора кипятком.       — Ева, ты не видела в доме детскую железную дорогу? — с ходу спросил он, не обратив внимания на отчаянные попытки девушки не пролить на него свой чай.       — И тебе доброе утро, Джим, — хмуро отозвалась она, выразительно на него посмотрев. — Нет, я понятия не имею, о чём ты говоришь.       — Я когда-то собирал её целиком, но сейчас не знаю, где она, — вздохнул доктор. — Придётся собирать заново, видимо. Можешь посмотреть пассажирский вагон в детской?       Коллинз облокотилась на стену.       — Могу, конечно, но пока не очень понимаю зачем, — честно призналась она.       — Стоит проверить одну вещь, — уклончиво ответил Джим. — Пока не хочу ничего утверждать, так что давай я поясню позже?       — Ладно.       — Спасибо.       Файрвуд исчез в коридоре в ту же секунду. Ева посмотрела ему вслед и неопределённо пожала плечами. До детской она за всё это время так и не добралась, поэтому в глубине души была рада конкретному поводу исследовать ещё одну комнату. Девушка задумчиво посмотрела на своё отражение в кружке чая и направилась к лестнице в прихожей.       Детская, насколько Ева помнила по рассказам Дженни, располагалась на втором этаже за ближайшей к лестнице дверью. Коллинз осторожно взялась за ручку, привычно поморщившись от укола шипов, и заглянула внутрь. По правую руку от входа стояли небольшой письменный стол и двухъярусная кровать, какие обычно ставят в детских в семьях с двумя детьми примерно одного возраста. По левую — ещё один стол, комод и несколько полок с игрушками и книгами, повешенных на стену. Прямо напротив двери расположились два кресла с зеленоватой обивкой и низкий журнальный столик между ними.       Решив от нечего делать пройти испытание, девушка захлопнула дверь. Комната, по-видимому, не пользовалась большой популярностью у обитателей дома: здесь не было ни горы инструментов и механизмов, интересовавших Подполье, ни тепла камина, привлекающего Последователей, ни продуктов питания, нужных всем без исключения жителям дома независимо от их политических взглядов. По полу были разбросаны самые разные игрушки — машинки, деревянные модели, кораблики…       Среди игрушечной вакханалии обнаружился и пассажирский вагон поезда, о котором ранее говорил Джим. Ева прихватила игрушку и, завершив испытание, бегло взглянула на письменный стол. Её внимание привлёк лист бумаги, а точнее детский почерк, которым он был исписан и который казался смутно знакомым.       «У нас огромная библиотека, потому что папе присылают все напечатанные книги, по одной штуке. Они, правда, бывают с браком, и тогда меня или Сэма просят их починить. Мне это нравится, а Сэм ещё маленький и часто разливает клей на пол. Он мой брат, так что я на него не сержусь и всегда говорю, что это я разлил клей. Правда, по-моему, папа всё равно догадывается».       Коллинз вчиталась в небрежные строчки и улыбнулась написанному. У неё не было братьев или сестёр, но теплоту отношения автора дневника к своему брату удалось прочувствовать и без личного опыта.       Свернув тетрадный лист и сложив его в карман, Ева направилась к выходу и поторопилась в гостиную, чтобы отдать найденный вагон своему «шефу». Джим действительно оказался там — мужчина пытался привести в относительный порядок свою лабораторию, подготавливая её к будущей масштабной работе.       — И ещё раз привет, — с улыбкой кивнула ему Ева, заходя в комнату и доставая вагон и найденную страницу дневника. — Принесла вагон, вот, посмотри.       Доктор принял из рук девушки игрушку и начал внимательно её осматривать. Он задумчиво провёл по тёмно-зелёному пластмассовому корпусу пальцем, сведя брови к переносице, и с лёгкой досадой отложил вагон.       — Любопытно, но по этому химический анализ не проведёшь… — озвучил свои мысли Джим. — Нужно больше вагонов.       — Химический анализ? — переспросила Коллинз. — Зачем проводить химический анализ детской игрушки? Мы вроде не на производстве в отделе качества.       Файрвуд помолчал несколько секунд, глядя в заколоченное окно, будто что-то обдумывал. Закончив свои размышления, он отрицательно покачал головой и ответил:       — Всё ещё не могу объяснить. Хочу сперва получить результаты опытов, а потом обсуждать их предметно.       Ева неудовлетворённо хмыкнула. Собираясь до этого показать коллеге по расследованию находки, связанные с дневниками, она, поддавшись лёгкому уколу обиды, передумала и убрала тетрадный лист обратно в карман.       — Окей, как скажешь, — развела руками она. — Тогда что мне делать сейчас?       — Поищи грузовой вагон, — ответил Джим, возвращаясь к своей химии. — Я когда-то находил его на кухне, возможно, он сейчас снова там. А я пока попробую сделать что-то с этим образцом.       С этими словами он снова принялся осматривать каждый миллиметр принесённого Евой вагона. Девушка, точно смирившись со своей неосведомлённой участью, уже подошла к выходу, но на пороге обернулась и добавила:       — Знаешь, мне иногда кажется, что вы с Джеком основали свои фракции только для того, чтобы было кого легально гонять по комнатам в поисках всякой фигни, пока вы оба занимаетесь другой фигнёй.       Высказавшись, Коллинз вышла в коридор и, нарочно или нет, хлопнула дверью в гостиную. Сработал таймер, и Джим, вздохнув, поднялся со стула, чтобы пройти испытание…       ***       Джек довольно вертел в руках только что принесённую его сообщницей бутылочку серной кислоты, рассматривая, как она переливается за мутноватым стеклом в свете подвальной лампы. Он поставил бутылку на ящик к другим ингредиентам и обратился к коллеге:       — Вообще-то я второе высшее хотел как раз по химии получать, — горделиво сказал он. — Собирался в Штаты сбежать и поступить в Беркли по гранту. Только теперь у меня и первого диплома не будет, спасибо Джиму. И ведь совсем немного не доучился!       Парень раздражённо плюхнулся на табурет — при любой мысли о брате у него мгновенно портилось настроение.       — Эка у тебя география обширная, шеф, — то Европа, то Америка, — почти восхищённо протянула Натали. — За третьим дипломом в Японию бы поехал или вообще в Россию?       — Вот когда выйдем, перед нами весь мир будет открыт, и чёрта с два меня что остановит на этот раз.       Джек любил говорить о свободе. О Франции, об учёбе, о своих великих планах на несколько образований, на карьеру в науке или в промышленности, на путешествия по миру. Правда, он всегда опускал тот факт, чем для него на самом деле стало бегство в другую страну несколько лет назад и почему возвращаться на родину не хотелось даже после приглашения брата.       — Ладно, что-то мы с тобой заболтались о будущем, возвращаемся в настоящее, — решительно сказал он. — По рецепту Вьеля нам нужны ещё диэтиловый эфир и обычный медицинский спирт. Найдёшь, Нэт?       — Так эфир же у нас был, я тебе его уже таскала, — возмутилась Нэт.       — Коллинз брала недавно. И не вернула, зараза, — всплеснул руками Файрвуд. — Вот и как я мог ей доверять, ты мне скажи? Уверен, что и поломка нашего устройства — её рук дело, братец сам бы сюда не сунулся.       — Ну кто ж знал, что она к воронам уйдёт, — попыталась успокоить его девушка. — Пофиг, грабану ещё раз аптечку Джима.       Нэт встала с ящика и, одёрнув майку, хотела было пойти к выходу, но Джек остановил её.       — Не, он с ней в последнее время носится как с тухлым яйцом, — недовольно проворчал парень. — С эфиром придётся проявить фантазию, но вот спирт я знаю, где ещё добыть.       Он подошёл к брюнетке и, наклонившись к её уху, начал что-то тихо объяснять.       ***       — На этом вагоне слишком слабый след.       Джим вертел в руках красноватого цвета грузовой вагон, который некоторое время назад Ева нашла в куче хлама на кухне. Сейчас она сидела на подлокотнике кресла и внимательно смотрела на доктора.       — Или это из-за цвета вагона так кажется… — продолжал он комментировать свои наблюдения. — В любом случае нужны другие образцы.       — Что ты хочешь найти на этом поезде? — не выдержав, спросила Коллинз.       — Боюсь, я уже нашёл, просто не хочу признать это, — выдохнул Джим. — Я провёл анализ первого вагона, пока моя теория подтверждается, и, должен сказать, я этому совершенно не рад. Однако при таком методе анализа вероятность ошибки очень велика… Да ещё с таким крохотным образцом.       Мужчина прикрыл глаза и приложил ладони к переносице, откидываясь на спинку стула. Его напряжение было заметно невооружённым взглядом.       Ева раздражённо побарабанила пальцами по колену и изогнула одну бровь.       — Джим, что за загадки? Это несерьёзно, мы ведь не враги, — заметила девушка, с укором посмотрев на доктора. — Даже до моего вступления в Последователи ты был разговорчивее.       — Нет, Ева, извини, лучше я скажу тебе, когда буду полностью уверен в своей догадке, — с предельной серьёзностью ответил ей Джим, оборачиваясь.       Коллинз от такой холодности стало не по себе. Она даже поймала себя на совершенно глупой мысли, что скучает по лёгким и редким улыбкам Файрвуда-старшего, которые ей каким-то образом удавалось вызывать в прошлые разы. Однако, вновь пожав плечами, девушка приняла правила игры и решила подождать, пока Джим снова начнёт чем-то с ней делиться сам. Она молча поднялась с кресла.       — Ты куда? — спросил доктор, заметив, что его коллега собирается уходить.       — Тебе ведь нужны ещё вагоны, верно? — напряжённо уточнила Ева.       — Да, должен быть ещё угольный вагон. Я когда-то видел его в прихожей, но, наверное, сейчас его найти будет непросто.       — Думаю, я знаю, где он, — устало улыбнулась рыжая и почти шёпотом добавила: — И ты сам туда вряд ли пойдёшь…       Ева вспомнила, как несколько дней назад они с Джеком искали что-то в подвале. Тогда, среди гор джековского мусора и бытовых приспособлений, она заметила вагончик игрушечного поезда, но в тот момент не придала этому значения. Сейчас вагончик был ей просто необходим, хотя и операция по посещению подвала вызывала отчего-то хтонический ужас.       Проскользнув за железную дверь, Коллинз спустилась вниз по лестнице, но её надеждам встретить, как и вчера, когда она пришла проверить камеры, пустое помещение, не суждено было сбыться. В подвале обнаружился Джек, который при виде девушки сразу же накрыл подвернувшейся под руку тряпкой разложенные на ящике предметы.       — Зачем пришла? — недовольно, но уже не так агрессивно, как в прошлый раз, спросил он. — Опять будешь портить нам работу и резать провода наших устройств?       — Не понимаю, о чём ты говоришь, — отмахнулась Ева, ища глазами ту коробку, в которой ранее видела вагон.       — Ты, кстати, врать не умеешь, — хмыкнул Джек.       Рыжая всплеснула руками.       — Да ладно? Я об этом говорю с первого дня, но почему-то… — она осеклась на полуслове, чуть было не выдав, что её главную ложь здесь до сих пор так никто и не распознал.       — Почему-то что? — серьёзно спросил Файрвуд-младший, поднимая бровь.       — Ничего, — покачала головой Ева. — В любом случае я не собираюсь на сей раз тебе мешать. Мне просто нужна одна штука, и я раньше видела её здесь.       — Не очередная ли бутылка эфира, которую я от тебя так и не дождался? — Джек начинал злиться.       — Нет.       — Тогда забирай свою штуку и выметайся поскорее. И кстати, можешь передать привет братцу и сказать, что его жалкие попытки нам помешать всё равно не остановят меня и моих крыс. И скоро он сможет лично в этом убедиться!       Ева пропустила угрозы мимо ушей и присела на корточки рядом с коробкой с вещами. Быстро раскопав и выудив чёрный вагон с углём под сверлящим взглядом Джека, она предпочла как можно скорее ретироваться из подвала, не задерживаясь надолго в логове «противников».       ***       Джим с неудовольствием смотрел на яркий розовый цвет, которым мгновенно окрасился образец на предметном стекле, едва он добавил на него реактив. Теория подтверждалась во второй раз, но в то же время имелась высокая вероятность ложноположительного теста. Провести бы другой анализ, да вот в условиях особняка и собранной на коленке лаборатории…       Мужчина подвинул к себе ближе справочник по судебной медицине. Если и проводить сложные опыты, то, помимо прочего, стоило устранить сомнения в собственной квалификации. Однако вместо формул реактивов и криминалистических терминов в его голову шли совсем другие вещи — а именно Ева и их последний разговор. Джим понимал, что его недоверие огорчает девушку, но собственных громких слов без подтверждений боялся сильнее.       Как по заказу, за спиной раздался лёгкий стук костяшек пальцев о дверной косяк, и доктор без труда определил, кто стал его источником. Он обернулся ко входу и перевёл взгляд из книги на вошедшую девушку.       — Принесла вагон, — не обращение — констатация факта. — Что-нибудь ещё?       Джим хотел было напрячься, ведь привычные ироничные интонации и саркастичные шутки в речи напарницы заменились холодными и обрывочными фразами, но быстро понял, что она лишь зеркалила его собственные изменения в поведении. Он взял в руки крупный вагон с углём и быстро осмотрел его в привычных местах — щелях, мелких выемках. Та же история, что и везде, — это заставило доктора тяжело вздохнуть.       — Да, и здесь следы, — глухо произнёс он. — Нужно пробовать другой метод. Хоть бы я ошибался!       Ева на мгновение уловила искреннюю тревожность и даже отчаяние в слегка дрогнувшем голосе Файрвуда. Она опёрлась здоровой частью ладони на спинку стула и молча посмотрела на него, будто пыталась прочитать что-то в выражении лица или заставить говорить одним пристальным взглядом.       — Ева, я не хочу говорить тебе результаты, пока они не будут совершенно очевидны, — мужчина кожей ощутил её наблюдение и, отложив игрушку, вернулся к книге. Коллинз всё так же молча развела руками. — Остались две последние части — цистерна и паровоз. Если и на них обнаружатся следы…       — Окей, — механически перебила его Ева. — Поищу в доме.       — Спасибо.       Девушка развернулась.       — Кстати, тебе привет от Джека, — добавила она перед уходом. — Сказал, что его не остановят «твои жалкие попытки» помешать и что скоро ты в этом убедишься.       Джим устало покачал головой и перелистнул страницу учебника.       ***       — В конце концов, меня это уже просто раздражает, — искренне негодовала Ева, объясняя Дженни причины своего плохого настроения. — Я думала, вопросы ко мне сняты, а тут опять какие-то тайны мадридского двора. Хотя, если уж совсем по-честному, это у меня должны быть вопросы, а не у него!       Рыжая возмущённо катала по кухонному столу два вагона игрушечного поезда — блестящую цистерну и красивый паровоз. Дженни, сидя напротив подруги, пристально следила за её действиями и слушала рассказ про её будни во фракции Последователей, плавно перетёкший в жалобы на лидера.       — Зачем ему вообще игрушечный поезд? — с сомнением спросила блондинка, поймав укатившуюся к ней цистерну.       — Так в том и проблема: понятия не имею! — Ева была готова завестись по второму кругу. — Разглядывает их чуть ли не под лупой, льёт на них какие-то реагенты и явно боится обнаружить что-то такое, что даже мне не говорит, что ищет.       Возгласы Коллинз прервались скрипом двери. В кухню заглянула девушка с короткими тёмными волосами и по стилю одежды, и в целом внешнему виду напоминавшая Джека Файрвуда.       — Всем салют, — громко поздоровалась она, задорно улыбаясь.       — Привет, Нэт! — ответила ей Дженни. — Ты пообедать?       — Нет, я тут кое-что из-под раковины достать хочу, — сказала Нэт и проследовала к шкафчику под раковиной, из которого не так давно сама Ева воровала спирт у некоего Билла.       — Хорошо, — кивнула Уоллис. — Не знаю, правда, что там для тебя полезного может быть.       «А что, так можно было?» — почти удивилась Ева, которая в своё время изо всех сил пыталась осуществить кражу незаметно и не вызвать подозрений своими действиями.       Нэт тем временем залезла под раковину и с совершенно невозмутимым лицом вытащила оттуда одну из бутылок со спиртом, после чего с таким же невозмутимым видом пошла к выходу.       — Стой, это что у тебя? — глаза Дженни расширились от изумления.       — Спирт, — абсолютно честно и без тени эмоций на лице ответила брюнетка.       — Откуда?!       — Да там под раковиной ещё много, это заначка Билла. Только не сдавай меня ему, если спросит.       «А что, так можно было?!» — опять промелькнуло в голове у Евы одновременно с принятием того, что она, видимо, слишком сильно всё усложняет.       Дженни, поражённая тем, что тайник со спиртом в принципе существует, пыталась выразить своё возмущение вслух. Коллинз прикрыла рот ладонью, скрывая улыбку и еле сдерживая хохот. Нэт вдруг обратила на неё внимание и хлопнула себя по лбу.       — Блин, это я при последователе выболтала, — она с досадой прикусила губу.       — Не парься, я и так давно знала, — махнула головой Ева. — И даже тоже таскала оттуда бутылку.       — Эдак мы все запасы у старика растащим, — хохотнула Нэт, улыбаясь Еве подозрительно дружелюбно для подпольщицы. — Ну ладно, бывайте, у меня ещё поручения есть.       Девушка вновь скрылась за дверью. Дженни, красная от невысказанного гнева и имеющая вид готового закипеть чайника, с негодованием всплеснула руками и посмотрела на Коллинз. Но та не обращала внимания на эмоциональные реакции подруги. Случайный короткий разговор о спирте и тайнике нежданно-негаданно открыл ей истину и заставил принять решение: прямо сейчас она перестаёт усложнять всё в доме. Ева резко поднялась со стула и, извинившись перед Дженни за внезапный уход, сгребла найденные вагоны. Путь её лежал в гостиную.       Джим, пребывая в состоянии максимальной сосредоточенности, сидел за столом, погрузившись в чтение очередного справочника по химии. Обычно аккуратно уложенные длинные волосы немного растрепались, но его внимание сейчас было обращено точно не на собственную внешность.       — Джим, — громко и резко окликнула его практически влетевшая в гостиную Ева. Доктор от неожиданности выронил из рук книгу. — Есть серьёзный разговор.       — В чём дело? — встревоженно спросил он, заправляя за ухо тёмный локон.       — Во-первых, я принесла вагоны, — начала девушка, выкладывая перед Файрвудом оставшиеся части поезда. — Во-вторых, я тебе клянусь, я тебе больше и скрепки не подам, пока ты не перестанешь со мной разговаривать как с девочкой на побегушках, недостойной пояснений.       Джим в изумлении несколько раз моргнул.       — Знаешь, я, конечно, понимаю, тайны-интриги-расследования и всё такое, но мне казалось, что я уже прошла проверку на доверие, когда отдала тебе пистолет и присоединилась к Последователям, — продолжала она на повышенных тонах. — Или как рисковать жизнью и резать провода при включённом электричестве, так это мне доверить можно, а как объяснить, что ты замыслил с этими вагонами, так нет?       — Ева, я… — начал было доктор.       — Не перебивай, — отрезала Ева. — У меня вообще-то тоже имеется масса вопросов, и то, что я их не задаю, является большим одолжением тебе лично.       Девушка остановилась перевести дух и наклонилась к Джиму так, что их лица оказались на расстоянии нескольких дюймов друг от друга.       — Джим, я не знаю, зачем конкретно ты всё это затеял, но тогда в прихожей, когда мы обсуждали след от пули, я поняла важную вещь — у нас с тобой, вероятно, разные итоговые цели, но одинаковые методы и средства, — уже более спокойно продолжила Коллинз. — И если уж мы в этом доме будем совершать одни и те же действия, не лучше ли делать это вместе? Помогая друг другу на равных, а не утаивая важную информацию и свои мотивы.       Закончив свой монолог, она осталась в том же положении, глядя мужчине в глаза.       — Ты абсолютно права, — наконец изрёк Джим и, отведя взгляд, тихо добавил: — Прости, я привык никому не доверять.       Ева выпрямила спину и на мгновение коснулась его плеча.       — Надеюсь, теперь начнёшь хотя бы мне, — из её голоса окончательно пропали те агрессивные нотки, что были там изначально. — Ну так что? Что за тайна пяти вагонов?       Рыжая улыбнулась, возвращая гостиной более позитивную и лёгкую атмосферу. Файрвуд взял в руки принесённый ей паровоз и осмотрел его так же пристально, как и предыдущие вагоны, после чего жестом попросил Еву наклониться к игрушке, чтобы что-то рассмотреть.       — Видишь, вот здесь? — Джим провёл пальцем по щели между корпусом и колёсами. Ева сосредоточенно нахмурилась. — Бурые следы, местами пожелтевшие, и на остальных вагонах то же самое. Поезд пытались отмыть, пятна остались только в щелях, поэтому было сложно проводить опыты.       — И что это? — уточнила девушка.       — Предполагаю, что это следы крови, и я боюсь даже думать, как она попала на детскую игрушку, — поёжившись, ответил доктор. — Предвосхищая твои вопросы: нет, к ранениям пленников Кукловода эти следы никакого отношения не имеют — слишком старые.       Ева присела на стул напротив и потёрла подбородок.       — И что тебя смущает в твоих анализах? — спросила она.       — Я провёл тест Кастля-Мейера, простейший тест на пероксидазу, — пояснил Джим, ненароком перейдя на сложную химическую терминологию. — Результат положительный, но… он реагирует на любую пероксидазную активность, в том числе на ржавчину. А для поезда с металлическими деталями это может быть критично. Нужно провести другой анализ, но тут моих знаний может быть недостаточно — я всё-таки врач, а не химик. А от многообразия методов в энциклопедиях глаза разбегаются.       — Люминол или кристаллография, — коротко отозвалась Коллинз, недобрым словом поминая криминалистику. — Второй был бы точнее, но в наших условиях… Не уверена в мощностях и возможностях твоей лаборатории.       — Ты подкована в криминалистической химии? — с интересом спросил мужчина, вытаскивая из стопки книг справочник, где видел упомянутые напарницей термины.       — Нет, ты что, кислоту от спирта не отличу. Просто на работе часто слышала, — слова вылетели из уст быстрее, чем Ева успела их обдумать, и девушка больно закусила губу.       Джим бросил на неё короткий взгляд и едва заметно усмехнулся — к разговору про доверие они оба однозначно ещё вернутся.       — Что ж, надеюсь, имеющихся реагентов хватит, чтобы провести экспертизу, — протянул он, не акцентируя внимания на словах девушки. Та выдохнула, решив, что Файрвуд не заметил неосторожную фразу.       На следующие несколько часов гостиная превратилась в закрытую химическую лабораторию, из которой Ева недружелюбно выпроваживала всех жаждущих хлеба, зрелищ и испытаний. Джим заставил её надеть респиратор, чтобы не дышать возможными ядовитыми парами, и девушка, с трудом расположив очки поверх маски так, чтобы те не запотевали от её дыхания, разместилась в кресле, наблюдая за действиями доктора. Он раскопал где-то в шкафу видавший виды микроскоп — и Ева в очередной раз подумала о том, что в этом доме, наверное, можно найти даже кольцо Всевластия, если поискать, — и принялся за работу.       Ева завороженно наблюдала за тем, как руки мужчины в тонких латексных перчатках мастерски работают с пробирками, удерживают «лапки», переносят материал на лабораторное стекло, крутят колёсико той самой потерянной и вновь найденной зажигалки. За сосредоточенным лицом, за холодным взглядом в линзу древнего микроскопа. Смотрела на собранные в хвост по технике безопасности волнистые волосы и слушала тихое бормотание каких-то химических, почти ругательных для неё слов.       «Чёрт, это почти сексуально… Господи, Коллинз, о чём думаешь вообще?»       Покраснев от собственных мыслей, она от греха подальше перевела взгляд на огонь в камине.       Когда все манипуляции с химией были завершены, Джим пошире распахнул дверь в гостиную, чтобы хотя бы немного проветрить, насколько это было возможно в условиях вечно закрытых окон. Ева, решив внести свою лепту, принялась помогать с уборкой реагентов.       — Осторожнее, от некоторых веществ могут быть химические ожоги, — предупредил её доктор, аккуратно перехватывая пробирку с очередной страшной формулой.       — Что выявили опыты? — спросила Коллинз, проигнорировав его беспокойство.       — Отрицать дальше бессмысленно, я три анализа провёл — они все не могут быть неверными, — ответил мужчина, в одно мгновение помрачнев. — На всех вагонах пятна крови, вероятнее всего человеческой.       — Может, ребёнок, который играл с железной дорогой, просто поранился? — с надеждой предположила Ева.       — Настолько сильно, что залил своей кровью весь состав? — в голосе Джима слышалось явное недоверие к теории девушки. — Хотелось бы думать так, но сомневаюсь.       В гостиной повисло ощущение тревоги, смешанной с отвращением к ситуации. Они говорили тихо, помня об открытой нараспашку двери, а потом совсем перестали и лишь молча убирали оборудование и реактивы. Джим, заметив полное пренебрежение техникой безопасности со стороны Евы, мягко отстранил помощницу от всего, что могло на неё пролиться и нанести ей тем самым какой-то вред. Закатив глаза, Коллинз взялась убирать микроскоп — она сложила его в пыльную пожелтевшую от времени коробку и понесла к шкафу у дальней стены.       Присев на корточки, девушка открыла дверцу шкафа и отправила несчастный прибор дальше пылиться на нижнюю полку до новых джимовых свершений в области химии. Она хотела было уже подняться на ноги обратно, но тут её внимание привлекло нечто в стене на уровне её глаз.       — Джим, — негромко позвала она доктора. — Подойди сюда.       Когда Файрвуд опустился рядом с ней, Ева показала ему то, что зацепило её.       В стене красовалось отверстие от пули — такое же, какое было найдено ими в прихожей накануне. Едва заметное и почти скрытое будто бы нарочно придвинутым к нему книжным шкафом.       — Это же…       — Нужно подвинуть шкаф, — девушка не дала Джиму договорить. — Поможешь?       Мужчина поднялся на ноги и, привалившись к боковой стенке шкафа, немного сдвинул его влево. За ним обнаружился ещё один след, на пару футов повыше первого. Ева внимательно к нему присмотрелась, определяя калибр.       — Ева, а где тот пистолет? — спросил Джим, прислоняясь плечом к стене. — Это не может быть такой же след, как мы нашли в прихожей?       — Сто процентов, — кивнула девушка. — Тот же тридцать восьмой калибр… Похоже, тут убили или ранили как минимум двух человек.       — И судя по высоте отверстий, один из них был ребёнком и, видимо, играл с тем самым поездом. А второй — взрослым, возможно мать или отец, — подхватил мысль доктор.       — И подытоживая: второго родителя, надо полагать, подстрелили в прихожей — там, где мы нашли первую выщерблину. Возможно, он даже открыл дверь преступнику.       Несмотря на мрачноватые подробности, Ева почти светилась. Пазл наконец начинал складываться воедино.       — А вот это не факт, — покачал головой Файрвуд. — В таких домах и в таких семьях обычно есть прислуга — дворецкие, домработницы, няни. Вряд ли хозяева стали бы сами открывать дверь. Если только не ждали гостей.       — Окей, убедительно, — согласилась рыжая. — Только вот я всё равно не понимаю: ты говорил, что поезд пытались отмыть — зачем? Почему было просто не избавиться от игрушки? Сюда переставили шкаф, постелили ковёр, будто ничего не было. Кто всем этим занимался?       — Если б я знал… Помни, кстати, что детей было двое: интересно, что со вторым ребёнком? И вообще — жертв только ранили или…       К своему сожалению, Ева, как ей думалось, знала ответ на последний вопрос. Вот оно — то самое тройное убийство в доме за рощей. Теперь всё действительно вставало на свои места. Однако вместо былого энтузиазма где-то на дне сознания выпал хлопьями тяжёлый осадок — от неприязни девушку даже передёрнуло.       — Знаешь, если Кукловод и есть убийца, который всё это наворотил, то он начинает вызывать у меня отвращение, — призналась Коллинз, внимательно наблюдая за реакцией собеседника — не выгонит ли лидер Последователей её из фракции за такие крамольные мысли? — То, что он на взрослых свои эксперименты ставит, — это ещё куда ни шло, но что ему сделал маленький ребёнок?       От злости у Евы сжались зубы, и сама она невольно вздрогнула. Джим, заметив это, приободряюще сжал её ладонь — всего на пару мгновений.       — Боюсь, для психически нездоровых индивидов нет разницы, ребёнок или взрослый, — очень тихо произнёс он, оглядываясь почему-то на открытую дверь, а не на камеру. — Не переживай, мы во всём разберёмся и найдём ответы на наши вопросы позже.       И Ева отчего-то поверила этому спокойному полушёпоту и синеглазому уверенному взгляду. Наверное, потому что ей очень хотелось поверить в этом доме хоть во что-то и хоть кому-то.