Глава 3.2. Беспокойство

      Столовая базы 141-й группы была местом, где пересекались все: новобранцы и ветераны, те, кто только что вернулся с задания, и те, кому предстояло выйти на него в ближайшие часы. Это не просто место приёма пищи — здесь обсуждали последние новости, подшучивали друг над другом, иногда вели серьёзные разговоры. Хотя она и не могла похвастаться особым уютом, у столовой была своя атмосфера, ставшая частью жизни бойцов.       Помещение было просторным, с высоким потолком и длинными рядами столов, рассчитанными на несколько человек. Стены, выкрашенные в оливковый цвет, несли на себе следы времени: кое-где облупившаяся краска, старые наклейки с военными лозунгами, пара рисунков или надписей, оставленных кем-то из солдат. Вдоль одной стены висела доска объявлений, на которой крепились графики смен, приказы командования и иногда даже шуточные записки от бойцов.       Пол был покрыт армированным линолеумом, прочным и неубиваемым, а над головой горели лампы в металлических решетках, давая ровный, слегка желтоватый свет. Здесь не было ни изысканного декора, ни излишнего удобства — всё функционально и продумано для нужд военных.       В конце зала располагалась линия раздачи с массивными стальными подносами. За стойкой работали повара, которые с разной степенью энтузиазма раздавали еду. Меню писалось на пластиковой доске — чаще всего это были простые и сытные блюда: каша и яичница на завтрак, тушёное мясо с рисом или картофелем на обед, макароны с консервированной тушёнкой на ужин. Кофе был всегда — чёрный, крепкий, способный поднять на ноги даже тех, кто провёл ночь без сна. В углу рядом с раздачей стоял ящик с яблоками и апельсинами, которые можно было взять на ходу.       Столы были длинными, деревянными, покрытыми пластиком для удобства уборки. Они располагались рядами, но были и небольшие квадратные столики, для тех, кто предпочитал уединение. Стулья — жёсткие, с узкими спинками, некоторые из них были явно старше самих бойцов.       Звук здесь был особый: звон ложек о тарелки, негромкий гул разговоров, редкие смешки, звук передвигающихся подносов. Кто-то обсуждал тренировку, кто-то ругался на однообразную еду, а кто-то просто молча поглощал обед, погружённый в свои мысли. Райли обычно выбирал место в углу, наблюдая за остальными, не принимая участия в разговорах. МакТавиш и Гэррик часто подшучивали друг над другом или над кем-то ещё, оживляя обстановку.       Столовая встретила их привычным шумом — звоном металлических подносов, гулом голосов и приглушённым смехом. Запах горячей еды витал в воздухе, создавая странное ощущение уюта даже посреди военной базы. Джей направилась к раздаче, рассеянно скользя взглядом по выбору блюд.       — Решила тоже перекусить? — раздался голос рядом.       Она повернула голову и встретилась взглядом с молодым парнем. Его лицо было незнакомым: тёмные глаза, коротко стриженные волосы и лёгкая, почти мальчишеская улыбка, которая казалась дружелюбной. Джей сразу заметила, что он держался непринуждённо, без той напряжённости и настороженности, с которой многие подходили к ней впервые. Его манеры были уверенными, но не развязными, словно он знал, как находить общий язык с людьми.       — Похоже на то, — отозвалась она сухо, продолжая рассматривать его.       Парень усмехнулся, обнажая ровные белые зубы.       — Роуч, — представился он, протягивая руку. — Гари Сандерсон, но все зовут меня Роуч.       Анна перевела взгляд с его лица на протянутую ладонь. Несколько секунд она раздумывала, стоит ли отвечать на этот жест, но потом, чуть помедлив, пожала руку — коротко и деловито.       — Джей.       — Да, я слышал о тебе. Снайпер, да?       Она кивнула, двигаясь вдоль раздачи. Роуч шёл рядом, выбирая еду.       — Как тебе база? — спросил он, накладывая себе порцию тушёного мяса.       Анна пожала плечами, выбирая овощи.       — Обычная. Одна из многих.       Роуч хмыкнул.       — Ты не особо разговорчивая, да?       Джей скользнула по нему взглядом, оценивая его тон. Он не выглядел человеком, которого смутила бы или оттолкнула её холодность. Скорее наоборот — его, казалось, забавляло её немногословие.       — Только если не вижу смысла говорить, — ответила она спокойно, не поднимая глаз.       — А если смысл есть? — спросил он с лёгкой улыбкой.       Джей слегка вздернула брови, но в глазах Роуча не было вызова. Просто любопытство, смешанное с чем-то, что она не могла определить.       — Тогда говорю, — ответила она коротко.       Роуч усмехнулся, но не стал настаивать.       — Логично. Ладно, не буду отвлекать тебя от выбора еды. Может, ещё увидимся.       Она лишь кивнула, не зная, что ответить.       С подносом в руках Джей оглядела столовую. Некоторые бойцы уже заняли свои места, другие только начали подходить. Столовая наполнялась гулом голосов, звоном столовых приборов и ароматом горячей еды. Как всегда, в голове промелькнула привычная мысль — найти место подальше от остальных, поесть в одиночестве. Она не любила суету, особенно во время еды. Это было её личное время, когда она могла расслабиться и побыть наедине с собой, не отвлекаясь на чужие разговоры и суету.       Анна, возможно, выбрала бы уединённый столик, если бы её не окликнули напарники, пригласившие присоединиться. Ведь столовая была не только местом, где бойцы ели, но и пространством, где проявлялась командная динамика, где можно было почувствовать себя частью чего-то большего, чем просто военное подразделение.       — Джей, ты куда намылилась? — раздался голос Газа, который она сразу узнала, несмотря на стоявший в столовой гул.       Она обернулась. За дальним столом сидели её нынешние напарники — Газ, Соуп и Гоуст. Газ слегка наклонился вперёд, указывая на пустой стул рядом с собой.       — Иди сюда, не стесняйся, — усмехнулся Соуп.       Джей замерла на секунду. Вариант сесть отдельно всё ещё был доступен, но теперь он казался не таким привлекательным. Вдохнув, она молча подошла и опустилась на предложенное место.       Газ одобрительно кивнул.       — Вот и славно. А то привыкла сидеть в углу, как Гоуст.       — Один раз посидела в углу — и уже стереотип, — спокойно заметила Джей, беря вилку.       — Ну, если ты начнёшь носить балаклаву, тебя вообще с ним будут путать, — поддразнил Соуп, ухмыляясь.       — Очень смешно, — буркнула она.       — Я стараюсь, — подмигнул он.       Джей закатила глаза, но внутри неё разлилось странное, непривычное тепло. Они действительно хотели, чтобы она села с ними. Это было… новое ощущение. Она не была уверена, насколько ей это нужно, но, по крайней мере, сегодня одиночество можно было отложить.       Гоуст, молча наблюдавший за этой сценой, едва заметно покачал головой.       — Ну что, приятного аппетита, ребята, — сказал Газ, поднимая вилку.       — Приятного, — тихо ответила Джей, начиная есть.       МакТавиш сидел напротив Джей и почти сразу же обратил на нее внимание. Он наблюдал за ней в течение всего обеда, исподволь, словно скользя взглядом, но каждый раз возвращался к ней. Что-то в её манере держаться — отстранённой, но в то же время абсолютно уверенной — зацепило его. Она не вписывалась в привычный для него образ бойца.       Холодная, спокойная и сосредоточенная, она напоминала ему механизм, который работает без сбоев. Но Соуп был уверен: у каждого есть слабые места и грани, которые можно раскрыть. Это было не просто любопытство, а скорее вызов. Насколько долго она сможет сохранять свою отстранённость? Как далеко он сможет зайти, прежде чем её ледяная броня даст трещину?

***

      После обеда в столовой Джей отставила поднос и оглядела команду:       — Я пойду на тренировку, — спокойно сообщила она.       Газ поднял брови, допивая остатки чая:       — И снова за работу? Мы вроде как должны отдыхать.       — Для меня это и есть отдых, — пожала плечами Джей.       — Ну и зануда ты, Джей, — усмехнулся Соуп, лениво растягиваясь. — Но раз уж ты собираешься туда, пожалуй, составлю тебе компанию. Надо проверить, не теряю ли форму.       — Я тоже пойду, — добавил Газ. — А то после обеда вялость такая… Надо размяться.       Гоуст молча поднялся, сунув руки в карманы. Судя по всему, он тоже решил пойти, хоть и без лишних комментариев.       Тренировочная площадка была почти пустой, если не считать пару бойцов, работавших на турниках. Джей уверенно направилась к мишеням, проверяя запасные магазины. Она была сосредоточена, но краем глаза заметила, что Соуп уже строит какие-то планы, судя по его выражению лица.       — Ну что, Джей, — обратился он к ней с лёгкой усмешкой, крутя пистолет на пальце. — Может, немного поиграем? Кто быстрее снимет все мишени — тот выигрывает.       — И что на кону? — хмыкнула она.       — Если я выиграю — ты идёшь со мной на ужин, — с самодовольной улыбкой сказал МакТавиш.       Анна чуть прищурилась, покачав головой:       — А если проиграешь?       — Тогда… э-э… ты всё равно идёшь со мной на ужин, но со злым лицом, — беззаботно ответил он.       Газ фыркнул от смеха, а Гоуст, который наблюдал за этим со стороны, усмехнулся:       — Джонни, у тебя слишком настойчивые методы. Надо бы тебе книгу «Как не быть раздражающим ухажёром» подарить.       — Ой, молчи, Гоуст, я просто даю девушке шанс провести вечер в приятной компании! — с наигранной обидой ответил Соуп.       Джей слегка нахмурила брови, в уголках ее губ мелькнула лёгкая улыбка:       — Лучше начнём, иначе этот спор никогда не закончится.       Джей, как всегда, была собрана и сосредоточена. Её движения были плавными и точными, словно она была продолжением своего оружия. Она быстро проверила прицел, убедилась, что всё в порядке, и замерла, ожидая команды.       Соуп стоял рядом, его лицо было серьёзным, но в глазах мелькали искры азарта. Он тоже проверил своё оружие, но его движения были чуть более резкими, чем у Джей. Он всегда стремился быть лучше, но пока что немного уступал ей в точности.       Лейтенант Райли любезно вызвался давать команды для начала стрельбы, выступая при этом в роли независимого судьи. Услышав команду, Джей первой открыла огонь. Её выстрелы были точными и быстрыми, словно она заранее знала, где появятся мишени. Соуп старался не отставать, но его выстрелы были чуть менее меткими. Он недовольно поджал губы, но не сдавался.       Когда последняя мишень упала, Анна опустила оружие и повернулась к Джонни. Её лицо было спокойным, но в глазах читалась лёгкая насмешка.       — Похоже, ужин откладывается, — сказала она, чуть приподняв бровь.       Соуп вздохнул, его губы сжались в тонкую линию. Он знал, что Джей права, но не собирался так легко сдаваться.       — Ну да, ну да… — пробормотал он, стараясь скрыть разочарование. — Ну, а если я попрошу тебя пойти без всяких условий?       Джей на мгновение задумалась, её взгляд стал чуть мягче. Она знала, что Соуп не просто так это говорит. Он действительно хотел, чтобы она пошла с ним.       — Тогда у тебя будет шанс… когда снег пойдёт в пустыне, — ответила она, слегка улыбнувшись.       Соуп не смог сдержать усмешки. Он знал, что эта фраза была её способом сказать «никогда». Джей была упрямой и независимой, и её не так-то просто было убедить сделать что-то против её воли.       Она развернулась и направилась к оружейному столу, оставив Соупа задумчиво смотреть ей вслед. Гоуст подошёл ближе, хлопнул его по плечу и тихо сказал:       — Может, тебе попробовать что-то помимо флирта? Ну, например, не быть идиотом?       Соуп бросил на него недовольный взгляд, но ничего не ответил. Он знал, что Гоуст прав, но не хотел признавать это. Газ снова засмеялся, а МакТавиш только фыркнул, глядя на Джей. Похоже, он так просто не сдастся.

***

      Анна искала уединения. После долгой тренировки, после всех этих подначек и попыток Соупа выбить из неё хоть какую-то реакцию, ей хотелось тишины. Пусть ненадолго. Пусть всего на несколько минут. Она знала, что на базе есть места, где можно остаться одной — или, по крайней мере, почти одной. И вот, найдя уединённый уголок за одним из складов, она едва сдержала вздох, увидев знакомую фигуру.       Гоуст стоял, прислонившись к стене, закуривая сигарету. Тусклый свет фонаря выхватывал лишь часть его лица, но Анна всё равно заметила, как он чуть повернул голову, услышав её шаги. Он не сказал ничего, только слегка кивнул, признавая её присутствие. Анна колебалась. Она пришла сюда именно за одиночеством, но в то же время понимала, что Райли — не тот человек, который нарушит её тишину без веской причины. Она молча подошла ближе, опершись спиной о холодную стену. Несколько секунд они просто стояли, каждый погружённый в свои мысли.       — Сложный день? — наконец, спросил он, не глядя на неё.       Анна усмехнулась уголком губ:       — Скорее, сложные люди.       Гоуст тихо фыркнул:       — Дай угадаю. МакТавиш?       — Попал в самую точку, — кивнула она, закрывая глаза на секунду. — Он упорный.       Анна не ответила. На самом деле, она давно привыкла к тому, что люди пытаются её «разогреть», вывести на эмоции. В большинстве случаев это не раздражало её, но сдержанность давно стала её бронёй. Защитным механизмом, который позволял держать дистанцию.       — Не доверяешь людям? — вдруг спросил Гоуст, не поворачивая головы.       Она чуть заметно напряглась. Хороший вопрос. И слишком прямой.       — Доверяю. Тем, кто этого заслуживает, — ответила она после паузы. — Просто… не хочу давать ложные надежды.       Гоуст кивнул, будто понимая больше, чем она ожидала.       — Привязываешься к людям слишком быстро? — его голос был спокоен, без осуждения.       Анна сжала пальцы, задумчиво разглядывая свои ботинки. Да, в этом была её проблема. Она не хотела привязываться, но, когда это всё-таки случалось, боль потерь становилась слишком сильной. Она видела, как люди уходят. Видела, как их убивают. Видела, как те, кого она считала близкими, исчезают без следа. Это научило её держать дистанцию.       — Возможно, — выдохнула она наконец. — А ты? Ты ведь тоже предпочитаешь одиночество.       Райли помедлил, делая глубокую затяжку.       — Раньше — да. Привык быть один, так проще. Но 141-я изменила это. — Он слегка повернул голову к ней. — Иногда полезно напоминать себе, что одиночество — это выбор, а не необходимость.       Анна задумалась. Возможно, он прав. Возможно, она тоже делает выбор. Только вот был ли он правильным?       Они замолчали, каждый переваривая сказанное. Где-то вдали раздался смех бойцов, ветер донёс до них запах топлива и металла. В этой тишине было странное понимание, негласное согласие.       Гоуст вдруг усмехнулся:       — Кстати, если МакТавиш не отстанет — просто сломай ему руку. Должно сработать.       Анна хмыкнула:       — Соблазнительно.       Он коротко рассмеялся, стряхивая пепел. Они не сказали друг другу больше ни слова, но в этой молчаливой беседе было что-то важное. Что-то, что не требовало лишних слов.

***

      Ангар был наполнен тяжёлым, застоявшимся воздухом, пропитанным запахом оружейного масла, металла и едва уловимым пороховым налётом. Высокие ржавые балки уходили в темноту под потолком, где кое-где висели старые потрёпанные флаги и остатки креплений для техники. Длинные ряды стеллажей, заставленных ящиками с боеприпасами и запчастями, тянулись вдоль стен, словно молчаливые часовые. В дальнем углу громоздились разобранные винтовки, патронные ленты и оптические прицелы, ожидая своей очереди на проверку.       Тусклые лампы под потолком отбрасывали жёсткий холодный свет, рисуя резкие тени на бетонном полу, местами покрытом масляными разводами и старыми следами от ботинок. Эхо от гулких шагов смешивалось с металлическим щелчком затворов и скрежетом инструментов.       На одном из столов лежал разобранный пулемёт — детали аккуратно разложены в порядке сборки. Рядом кипела работа: Газ сидел на ящике и неторопливо проверял магазин своего оружия, Соуп возился с заклинившей деталью, тихо чертыхаясь, а Гоуст, как всегда, работал молча, методично собирая разобранную винтовку. Время близилось к полуночи, но работа не прекращалась.       Джей сидела на старом ящике, проверяя прицел своей винтовки. Её пальцы двигались автоматически, привычными ловкими движениями, но мысли то и дело ускользали в сторону. Слова Гоуста крутились в голове, но ещё сильнее — осознание того, что вот уже пару дней она проводит в одной команде с этими людьми. Привычка быть одной начала давать трещину. И это… беспокоило.       Она поймала себя на мысли, что эта рутина почему-то казалась… привычной. Как будто всё это — ангар, запах масла, тихие разговоры, звуки разборки оружия — было чем-то естественным, чем-то, что она давно знала.       Но стоило ли привыкать?       Анна сжала челюсти, отгоняя эту мысль. Она никогда не была частью чего-то большего, чем она сама. И сейчас не является. Это просто работа. Просто люди, с которыми ей довелось оказаться в одной команде.       Так и должно быть.       Она продолжила работу, скрывая за напускным безразличием тот факт, что где-то глубоко внутри это ощущение странным образом согревало её.       — Чёртова штуковина… — пробормотал Соуп, возясь с затвором. Он дёрнул его снова, но механизм заело. — Да чтоб тебя… — он рывком потянул деталь, но та не поддалась.       Джей мельком взглянула на него. Брови Соупа были хмуро сведены, но раздражение длилось недолго — через пару секунд он громко выдохнул, ухмыльнулся и принялся заново разбирать деталь.       — Может, помолишься? — лениво предложил Газ, не отрываясь от чистки своего автомата.       — А может ты заткнешься? — парировал МакТавиш, теперь уже в шутливом тоне. Потом он резко сменил тему, насвистывая какую-то мелодию. Напряжённая атмосфера немного смягчилась.       Гоуст, в отличие от остальных, работал молча. Он методично проверял оружие, не делая лишних движений, и через несколько минут уже закончил. Сняв перчатку, он пробежался пальцами по лезвию ножа, затем неспешно поправил маску — движение, ставшее для него подсознательной привычкой. Потом поднял взгляд и просто наблюдал за остальными, оставаясь в тени, как будто оценивая их работу и общее состояние.       Джей краем глаза заметила его взгляд. Едва заметный кивок — почти неуловимый, но она его уловила. Одобрение? Или просто констатация факта, что она справляется со своей частью работы? Почему-то этот жест задел её больше, чем хотелось бы. Как будто значил что-то большее, чем простой сигнал «я тебя вижу».       Она быстро опустила взгляд обратно на винтовку, делая вид, что полностью сосредоточена на проверке оптики. Ей не нужно это признание. Не нужно. Не стоит привыкать. Но, чёрт возьми, почему-то это было не так просто, как раньше.       Соуп наконец справился с затвором, удовлетворённо щёлкнул затворной рамой и посмотрел на Гоуста.       — Почему ты всегда заканчиваешь первым? Это твоя особая фишка? — бросил он с ухмылкой.       Гоуст ничего не ответил. Только снова поправил перчатку и молча перевёл взгляд на МакТавиша, а затем на остальных.       Газ тихо усмехнулся, Джей фыркнула, а Соуп только вздохнул:       — Вот поэтому я с тобой в покер не играю, призрачный ублюдок.       Райли чуть качнул головой, словно намекая: «Ты бы всё равно проиграл».       Команда продолжила подготовку. И хоть никто не сказал этого вслух, в воздухе чувствовалось — они были готовы. К миссии. К любым трудностям. И к тому, чтобы снова вытащить друг друга из-под огня, если потребуется.