Глава 20. Неприятности в доме номер четыре

Ты здесь прекращай всякие испытания…

Свиненок твой мутантом оказался.

Глаз мне подбил и кортик отобрал!

Машина Вернона вылетела на Прайвет-Драйв быстрее, чем того требовали все мыслимые правила дорожного движения. Он вцепился в руль, словно тот был последним барьером между ним и хаосом, который его ожидал. Я мельком взглянул на его лицо — красное, потное, с подрагивающей верхней губой. От страха или от злости, пока было непонятно. Я не спешил что-либо говорить. Что бы ни случилось, лучше было сначала увидеть это своими глазами. Когда мы завернули за угол, стало понятно, что проблемы есть, и проблемы серьезные. Прайвет-Драйв был таким же однотипным, каким его показали в фильме в свое время: ровные дома, подстриженные газоны, скучные живые изгороди, аккуратно припаркованные автомобили у тротуара. Все было идеально. Кроме одного. Дом номер четыре выбивался из этой идеальной картинки так, будто кто-то нарочно изуродовал полотно, написанное в пастельных тонах. — Черт… — глухо выдохнул Вернон. Я молча смотрел на зрелище перед нами. Что тут скажешь… Я уже видел дома в таком состоянии в далеких, еще не наступивших для этого мира, тяжелых двадцатых годах двадцать первого века. Привет, сорок килограммов традиционных ценностей, патриотизма и народной демократии… Окна. В первую очередь бросались в глаза окна. Стекла были выбиты взрывной волной, ни единого целого окна не осталось. Причем взрыв был изнутри — стекло вылетело наружу. Большая часть осколков валялись на дорожке и на газоне перед домом, сверкая на солнце. И бабах был серьезный — осколки аж до дороги долетели. Занавески развевались, словно кто-то изнутри включил мощный вентилятор. Входную дверь тоже как будто Хагрид вышибал — она теперь валялась на дорожке. Даже из машины было видно, что петли вырваны вместе с частью дверного косяка. Перед домом на клумбе с розами валялись вещи: подушка с дивана, чей-то ботинок, коробка с высыпавшимися из нее детскими игрушками. Ну и, конечно, повсюду торчали любопытствующие лица. Соседи выглядывали из-за изгородей, из окон, некоторые уже вышли на улицу, стараясь держаться подальше, но так, чтобы ничего не упустить. Вернон тяжело сглотнул, резко заглушил двигатель и выбрался из машины. — Петунья! — рявкнул он. Ответа не последовало. Он бросился к дому, перепрыгивая через осколки стекла. Я молча последовал за ним, оглядываясь по сторонам. Тяжелый случай, однако. И я даже понимаю, что тут случилось. Поттер тут случился. Что же… Могу понять, почему Вернон и Петунья так возненавидели племянника. Случай ведь явно не единичный, а восстанавливать тут все без помощи волшебства влетит в копеечку. Да и Дурсли живут не в сферическом вакууме, а в довольно густонаселенном пригороде, с многочисленными любопытствующими соседями, которые естественно начинают судачить и разводить небылицы о происходящем в семействе Дурслей… А ведь для британца репутация — это все и даже больше. Кроме того, весь этот анал-карнавал происходит еще и без всякой дополнительной защиты, то есть пострадать могут не только сами Дурсли, но и те самые соседи. Кстати, о птичках… Не знаю, про какую там дополнительную защиту говорил директор в книгах, но лично я ничего не ощутил. Есть, конечно, вероятность, что срабатывает она исключительно на пожирателей смерти, на Волдеморта и на всяких темных тварей, но есть нюанс. Технически, я тоже — темная тварь. Мало того, я у директора и его подручных до посадки Сириуса в Азкабан числился вторым главным кандидатом в предатели. Да, потому что оборотень. Смиритесь, директор у нас только на словах весь из себя сторонник любви, дружбы и жвачки, а на деле и он тоже подвержен стереотипам. Хотя, конечно, я не исключаю и того, что это Снейп всем нашептал, что нелюдимый и странный Люпин куда больше похож на предателя, чем веселый рассвистяй по кличке Бродяга. В любом случае, никакой защиты я не ощущал. Эх… Кругом сплошное наебалово… Первым, что я ощутил, когда мы переступили порог, был запах. Нет, не гари, не дыма, не каких-то химических реактивов, как можно было бы подумать. Воздух был наполнен петрикором. Тем самым запахом, который можно уловить после начала дождя. Настоящая благодать. Особенно для волчьего обоняния, до того терзаемого выхлопными газами и вонью лондонских улиц. Правда, на этом все прелести заканчивались. В доме был полный разгром. Стены покрылись царапинами, словно по ним водили гигантским напильником. В углу валялся торшер, его абажур смяло так, что он теперь напоминал мятую консервную банку. Стол перевернут, стулья разбросаны. Я скользнул взглядом по ближайшей стене — в ней теперь имелись вмятины, как будто по ней били кувалдой. Летали вещи… Причем не просто хаотично разлетелись при взрыве — они продолжали висеть в воздухе, медленно кружась вокруг невидимого центра. Диванные подушки подпрыгивали, словно кто-то невидимый пинал их снизу и сбоку. Картины качались из стороны в сторону, а посреди комнаты, в окружении обломков, парил гигантский плюшевый медведь с оторванной лапой. Лапа, кстати, тоже парила рядом. Вернон стоял, широко открыв рот, и вхолостую хватал воздух. — Пе… ту… ня… — выдавил он, после чего, наконец, отмер и ринулся вглубь дома. Я последовал за ним уже примерно понимая, что меня ждет. В гостиной, прямо посреди этого урагана, на полу сидел ребенок. Двухлетний Гарри Поттер. Вокруг него медленно кружился фарфоровый сервиз. Точнее, то, что от него осталось. И он… смеялся. Ребенок хлопал в ладоши, восторженно наблюдая за тем, как вещи летают по комнате, и явно наслаждался процессом. Причем после каждого хлопка ладошек бардак явно начинался с новой силой. Я хмыкнул. Весело, однако. А малой-то силен… И силен нихрена себе как. Не знаю уж, виной тому крестраж Волдеморта или это просто пацану так повезло, но силища у него немалая. И ведь ему всего два годика, а с возрастом магическая сила вырастет. Походу, реально Волдеморт не будет знать всей его силы. Правда, главным образом потому, что из всех своих возможностей этот апездал максимум в полетах на метле засветится и в том, что начнет психовать по поводу и без, но это уже детали. Я вздохнул. — Охренеть, — тихо пробормотал я себе под нос. Вернон тем временем стоял с абсолютно ошеломленным лицом. — Это… это… — он обвел руками комнату, затем уставился на Гарри. — Петунья, ты… вы… он… — он бессвязно замахал руками. Петунья, которая всё это время так и стояла в дверном проеме, прижимая к себе Дадли, наконец, ожила. — Вернон… — ее голос дрожал. — Он в порядке? — быстро спросил Дурсль, подходя к ней и заглядывая на сына. — Вроде бы… — она судорожно выдохнула, и только после этого я заметил, что у нее трясутся руки. Вернон повернул голову, посмотрел на сидящего посреди бардака малыша и поморщился. — Прекрати! — рявкнул он. Гарри, конечно же, его проигнорировал. Он продолжал хлопать в ладоши, радостно наблюдая за летающими вещами. — Прекрати, я сказал! — рявкнул Вернон еще громче. Результат был ровно таким же. Даже совсем наоборот — малой испугался громких звуков и вещи начали летать активнее. Вернон издал какое-то гортанное рычание и явно уже собирался что-то делать, но я его остановил. — Погоди-ка… Я опустился на корточки рядом с Гарри. — Ну, что, малой, — спокойно сказал я. — Навеселился? Гарри посмотрел на меня, моргнул, а издал какое-то подобие младенческого лопотания. По комнате пронесся легкий порыв магии. Петунья всхлипнула. Вернон стиснул зубы. Я щелкнул пальцами у самого носа у Гарри. Да, понимаю, что это действо равносильно попытке жонглировать бильярдными шарами над ядерной кнопкой, но… Тот замер. Отлично… Остается только чем-то его увлечь, чтобы бардак не пошел по второму кругу, пока ликвидаторы не приедут. Помнится, Джеймс в каноне развлекал сына цветными вспышками из палочки… Ну-с, попробуем… Я достал палочку. Вернон, заметив ее, шумно выдохнул и сместился так, чтобы закрыть жену и сына своей необъятной тушей. Я быстренько наколдовал несколько чар искр, они начали активно летать вокруг Поттера, тот со счастливым визгом принялся пытаться их ловить. Ничего-ничего, пусть ловит, они безвредные. Магия мальчика постепенно утихла. А еще через несколько минут ловли искорок и неярких вспышек он устал и совсем начал засыпать. Я медленно поднялся, покачнулся — все же, сидеть на корточках несколько минут, да еще и активно развлекая ребенка, непросто. Посмотрел на совершенно бледных Дурслей. — Полагаю, вы хотите, чтобы об этом никто не узнал? Вернон снова напрягся. — Разумеется! — его голос дрогнул. — Ты хоть представляешь, что начнется, если об этом разнесут по всему району? Я пожал плечами. — Ликвидаторы памяти решат проблему. — Кто? — Специалисты Министерства Магии, — пояснил я. Вернон нахмурился. — Ты… ты говоришь так, будто знаешь этих… этих… Он запнулся. — Ты тоже… Ты из этих?! — Тоже, — кивнул я. Вернон вздрогнул. Петунья, кстати, тоже. Кстати, вот заодно и убедился, что с Петуньей испортили отношения только Лили и Джеймс. И никакой фанонной истории со свадьбой и мародерами, превращающими гостей в свиней и взрывающих торт, похоже, не было. По крайней мере, Люпин в этом всем участия не принимал. Как я это понял? Да все просто — Петунья меня не узнавала и вообще, похоже, представления не имела, кто такой Римус Люпин. И Вернон тоже, но о нем я это знал еще раньше. — Ты… ты… — он судорожно моргнул. — Черт возьми! Я криво усмехнулся. — Именно. Вернон потряс головой, как будто пытаясь избавиться от внезапного открытия. — Ты — один из них?! — наконец выдохнул он. — Да. — Но… но ты… — Но я работал в «Граннингс»? — догадался я. Он судорожно кивнул. — Именно! Волшебники… они ведь… они же не… — …не работают? — я снова усмехнулся. — А только выпендриваются золотыми запасами своих предков, летучими метлами и прочей дрянью, считая при этом нормальных людей тупорылыми бесполезными отбросами второго сорта? Вернон нахмурился. — Да! — Ну, в общем-то, примерно так и есть. Вернон замер. — Чего? — Я говорю, что в этом что-то есть, — повторил я. — Магическое сообщество действительно считает вас… как бы это помягче сказать… существами второго сорта. Ну, по крайней мере, большинство из них. Вернон недоверчиво уставился на меня. — Ты издеваешься? — Ни капли. Он нахмурился еще сильнее. Я вздохнул. — Не смотри на меня так, я для них вообще — чудовище, подлежащее ликвидации без суда и следствия, если вскроется пара фактов. Так что? Мне вызвать Министерских? Будем все исправлять? — А… А ты сам? Ну… Не можешь? — Не могу, — с сожалением пожал плечами я. — По крайней мере, если не хочу из них дебилов сделать. Зато могу, если хочешь, привести в порядок дом, чтобы не пришлось тратиться на починку и перезакупку всего и вся. Вернон открыл рот, закрыл, снова открыл. Посмотрел на меня, на разгромленную гостиную, на Петунью, которая все ещё прижимала к себе Дадли. Вздохнул, провел рукой по лицу и хмуро сказал: — Делай, если можешь. Я кивнул, поднял палочку. — Аксилиум вокато! С кончика палочки сорвался сноп красных искр, тут же улетевших прочь через разбитое окно. Ха! А я ведь догадывался, что книжка Слинкхарда, которую в пятой книге всем советовала Амбридж, не может быть полным говном. Все же, стандарты образования в Великобритании высокие. Даже в магической ее части. И совсем уж литературный мусор в списки не добавляют. Пока, по крайней мере. Догадываюсь, что и Локхарт не так плох на самом деле и у него просто стилизация учебников такая, но увы, ни доказать, ни опровергнуть пока не могу — он еще не начал публиковаться. В любом случае, это вот заклинание вызова экстренных служб, «Аксилиум вокато», я вычитал именно в книжке Слинкхарда. И, похоже, его специально устраивали так, чтобы его мог сотворить даже первокурсник. Очень простое, ненапряжное, с легким жестом… Теперь осталось эти самые экстренные службы дождаться. А пока можно и поработать… — Репаро. Сначала со звоном начали собираться в цельное полотно осколки стекла, наполняя комнату еле слышным мелодичным звоном. Входная дверь, лежавшая на дорожке, плавно вернулась на свое место, а выбитые петли с хрустом встали обратно. Ковер, изодранный в нескольких местах, затянул дыры и стал выглядеть как новый. Стулья и стол, не торопясь, заняли свои места. Последними подлетели диванные подушки, мягко упав на диван. Колдовать пришлось много. Прошло точно около четверти часа, когда я опустил, наконец, палочку. Я понимал, что натворил дел и что только что усложнил задачу ликвидаторам, но вот такой вот я человек. С крайне своеобразным и не всегда логичным понятием благородства и помощи тем, кто в ней нуждается. Вернон ошарашенно осмотрел комнату. — Вот бы так везде… — пробормотал он себе под нос. Я усмехнулся. — Увы. Магия так не работает. Он подозрительно прищурился, но спорить не стал. За дверью хлопнуло. — Ликвидаторы. Я направился к выходу, оставляя Вернона переваривать произошедшее. На пороге стояли двое — мужчина и женщина в обычной маггловской одежде. Если бы не значки Министерства, я бы и не подумал, что они волшебники. Однако, вижу, мои регулярные описания Артуру разных аспектов маггловского быта всухую не прошли, а его отчеты таки реально кто-то читает и даже реально внедряют то, что там описано. Вот это действительно магия! — Добрый день, — первым заговорил мужчина. — Нам поступил сигнал о помощи. Вы вызывали? Я кивнул. — Да. У нас тут выброс магии, причем мощный. Мужчина и женщина переглянулись, потом синхронно достали палочки. — Кто пострадавший? — Никто, — пожал я плечами. — Но дом был сильно разрушен. Я его уже починил, но вот с соседями придется разбираться вам. Женщина тяжело вздохнула. — Прекрасно… Еще одна работа на весь вечер. — А кто именно устроил выброс? — спросил мужчина, осматривая комнату. Я кивнул в сторону Гарри. — Двухлетний ребенок. Ликвидаторы резко перевели взгляд на мальчика, который уже мирно спал, свернувшись калачиком на ковре. — Охренеть… — пробормотал мужчина. — Это Поттер, — сухо добавил я. Мужчина и женщина замерли. — Тот самый? — Угу. Мужчина выругался себе под нос. Женщина раздраженно потерла переносицу. — Что Гарри Поттер забыл в доме магглов?! — Да я откуда знаю? — я пожал плечами. — Живет тут. Магглам нервы мотает, подвергает Статут опасности… В общем, проблемы создает наш всеобщий спаситель от страшных чудовищ с неудобным именем. — Шутить изволите? — нахмурилась женщина. — Ни в коем случае, — покачал я головой. — Такими вещами не шутят. — Кстати, а вы здесь как оказались? — Моему приятелю, — я кивнул на Вернона, — позвонила его жена, что дома кавардак. Я поехал с ним, чтобы помочь. Застал тут Поттера, успокоил, дом починил. Собственно, вся история. Ликвидаторы синхронно вздохнули, мужчина наколдовал патронуса, посмотрел на призванную выдру. — Мерфи, у нас тут серьезные проблемы. Нужна помощь. Пришлите еще пару ликвидаторов, двух авроров на охрану и сообщите мадам Боунс, что мы нашли пропажу номер ноль. Патронус умчался, ликвидатор посмотрел на меня, вздохнул. — Извините, мистер… — Гринфокс. — Извините, Мистер Гринфокс, но мне придется попросить вас задержаться ненадолго и дать показания по этому делу. Я вздохнул. Зараза, главное, чтобы сюда никого из Ордена не прислали. Впрочем… А чего я боюсь-то? Что меня узнают? Так и что? Или уже человеку нельзя просто оказаться в доме у знакомого по чистой случайности? — Конечно, без проблем. Помогу, чем смогу.