Часть 35

Гермиона совсем запуталась. Было темно и откуда-то доносились непонятные звуки, но она почему-то не почувствовала, как вонзился кинжал. Если смерть означала конец страданий, то почему тогда тело продолжало разрывать от невыносимой боли? Гермионе казалось, что ее кожа, мышцы, даже кости плавятся в огне. При этом она явно куда-то перемещалась, вокруг слышался плеск и шум воды. Гермиона была уверена, что это ее кровь с таким странным звуком вытекает из раны. И, как ни странно, можно было отчетливо разобрать, как Гарри кричит «Коттедж Ракушка, коттедж Ракушка!» Забавно, именно про это место она говорила со Снейпом, когда они обсуждали план. Вот только Гарри никак не мог об этом знать. «Как удивительно все искажается в умирающем сознании, — подумалось Гермионе. — Но кто скажет Снейпу?..» Она тяжело рухнула на землю, меч выскользнул из ее руки. Кажется, кто-то бежал, потом низкий голос зашептал: — Коттедж Ракушка находится в Корнуолле, рядом с Тинвортом. Вдалеке виднелись огни, как будто в маленьком домике оставили отрытой дверь, но у Гермионы не получалось сосредоточиться и внимательно рассмотреть окрестности. Потом раздался вопль Гарри. — Добби! Добби, нет! Нет... Помогите! Рон выпустил ее ладонь, и Гермиона приподнялась и, опираясь на руки, поползла к Гарри, который склонился над телом маленького эльфа, из груди которого торчал серебряный кинжал. Как так могло получиться? Ведь кинжал предназначался ей. Она точно видела, что он был нацелен на нее. Подняв взгляд, она увидела, как к ним бежит Луна, но этого тоже не могло быть, потому что Луна сидела в заточении в подвалах Малфой-мэнора и Гермиона не смогла ей помочь. У нее ничего не получилось. Она попыталась спросить, что происходит, но не смогла выдавить ни звука. На нее упала длинная тень, и чей-то тихий голос произнес: — Давай, Гермиона, подними руки. Вот умница. С тобой все будет хорошо. Гермиону осторожно подхватили чьи-то сильные руки. Ее окутал незнакомый запах, и она забилась, пытаясь вырваться. Ее прижимал к себе совсем не тот, кого она ждала. Она не понимала, где находится и что происходит. Если за ней пришла смерть, то почему она была так жестока? Почему она показывала все ее ошибки и неудачи, словно обвиняя в... Или это уже был ад? Гермиона хотела кричать, но звук, с хрипом вырывающийся из ее горла, скорее походил на еле слышный стон. Смутно знакомый голос утешал и просил немного потерпеть, обещал, что они помогут ей... но она не понимала, о ком он говорит. Если она не попала в ад, то хотела бы вернуться к своим друзьям. Пожалуйста... Она снова провалилась в темноту. *** Вернувшись в Хогвартс, Снейп привычно отправился в хранилище зелий в своих бывших комнатах в подземельях. У него было достаточно времени, чтобы никуда не торопиться. Добби должен был отвести их в коттедж Ракушка и потом вернуться за Снейпом. Так что не было никакой необходимости бежать, хлопать дверьми и метаться перед полками, а потом наблюдать, как лиловыми каплями разлетается по каменному полу выскользнувшее из трясущихся пальцев зелье Сна-без-сновидений. Снейп пытался взять себя в руки. У него была возможность все исправить, и он должен был как следует ее использовать. Надо было только успокоиться и собрать все нужные зелья. Бадьян, зелье живой смерти, оборотное, обезболивающее, контрацептивное, заживляющее ожоги и исцеляющее. Снейп один за одним хватал фиалы и пузырьки с зельями и прятал их в карманах мантии. Да, он собирался принести ей эти зелья как дар, чтобы она поняла, как тяжело ему было оставить ее, чтобы знала, что он еще дождется смерти Беллатрикс Лестрейндж. Он сам убьет ее ради Гермионы. Снейп мерил шагами лабораторию. Куда запропастился Добби? Прошло уже больше получаса. Неужели они до сих пор оставались в мэноре? Здравый смысл подсказывал, что пора задуматься, как им можно помочь, но Снейп продолжал себя успокаивать, бесчисленное количество раз повторяя, что все в порядке и надо просто набраться терпения. Однако постепенно его все сильнее охватывала паника, он не мог остановиться и сесть, не мог принять никакого решения. Он был не в состоянии думать ни о чем, кроме нее. Когда прошел час, Снейп решил: пора что-то делать. И тихо позвал: — Добби. Эльф не появился. Снейп вскинулся, но попробовал еще раз. — Добби! Снова не получив ответа, Снейп вскочил и бегом бросился через весь замок. Он все еще оставался под чарами невидимости, так что никто не мог его увидеть, только пара студентов с любопытством оглянулась на задетые им гобелены, да шесткурсник из Равенкло вскрикнул, когда Снейп случайно задел его на лестнице и, не останавливаясь, побежал мимо, перепрыгивая по три ступеньки за раз. Одно прикосновение, и горгульи открыли двери в башню, признавая право директора. Он бежал по винтовой лестнице, собираясь потребовать у Альбуса назвать точное место, где находился коттедж Билла и Флер Уизли. И его совершенно не волновало, что портрет никак не мог быть хранителем, что Уизли даже не были женаты, когда он умер. Альбус должен был знать. Снейп был готов пытками вырвать у него это знание. Не мог ведь старик не понимать, сколько Северус знает о пытках? Уже оказавшись на последней ступеньке, Снейп услышал голос. Ее голос... Точно так же он слышал ее в ту далекую ночь, когда она, спрятавшись, ждала его на этой самой лестнице. Снейп почти рассмеялся от облегчения. Он уже протянул руки, чтобы найти ее, когда снова услышал тихий стон. «Северус» Голос доносился  из кармана мантии. Снейп был настолько не в себе — Мерлин, не прошло и минуты, как он собирался пытать портрет! — что сначала ему все показалось абсолютно логичным. Конечно, она в его кармане. Как давно она там? Он сжал левую руку в кулак и со всей силы ударил каменную стену. Раздался глухой звук, и от саднящих костяшек до локтя жидким огнем растеклась боль. Снейп отдернул руку и прижал к груди. Но боль сделал свое дело — в голове прояснилось. Тогда он засунул неповрежденную руку в карман и вытащил делюминатор. «Рон нашел нас с помощью делюминатора. Он получил его по завещанию Дамблдора», —  услышал он шепот Гермионы. А потом Минерва добавила: «Я услышала его голос и нажала на кнопку». Снейп надавил на выключатель большим пальцем, и из устройства вырвался светящийся шар, который завис прямо перед его лицом. Снейп пару раз моргнул, открыл рот и сделал глубокий вдох. По горлу прокатилось тепло, которое постепенно спустилось ниже и дошло до грудной клетки. Этот свет словно наполнял уверенностью и спокойствием, которых Северусу сейчас так не хватало. Вспомнив, что в спальне по-прежнему был снят антиаппарационный барьер и можно было отправиться за Гермионой прямо из замка, Снейп снял с себя чары невидимости и вошел в кабинет. — Добрый день, Альбус, — спокойно произнес он, пересек комнату и скрылся за дверью спальни, где, не теряя ни секунды, крутанулся на месте. *** Но ничего не получилось. Снейп оказался среди небольшой рощи на скалистом берегу где-то в Корнуолле. И рядом с ним не было ни коттеджа, ни раненых детей, ни домового эльфа — ничего, что указывало бы, что он прибыл в нужное место. Возможно, он аппарировал в Тинворт просто потому, что надеялся увидеть здесь Гермиону. Если бы он нашел ее здесь, то смог убедиться, что она жива. Она жива, настаивал его разум. Ведь он слышал ее голос. Снейп не знал, где она, но она звала его. Он прошелся по краю скалы, о подножье которой бились волны. Соленый морской воздух помогал собраться с мыслями, а постоянное движение не давало окончательно сойти с ума от отчаянья. Он не мог вернуться в мэнор, особенно если там находился Темный Лорд, но, кто знает, может, у него получилось бы спрятаться за оградой и как-то выяснить, что происходит внутри. А потом, если бы потребовалось проникнуть в дом, он мог позвать... Внезапно Снейп оказался у свежей могилы, окруженной блестящими ракушками и камнями. На самом большом камне было высечено: «Здесь лежит Добби. Свободный эльф». Снейп без сил опустился на колени и склонил голову. Он не нашел слов для молитвы, но лишь бессвязно благодарил маленького эльфа и говорил, как жалеет о его смерти. — Я не хотел, чтобы все так вышло... такой храбрый... замечательный эльф... она очень любила тебя... всегда будем благодарны... — Профессор Снейп? Снейп резко вскочил на ноги и повернулся в сторону раздавшегося за его спиной голоса. Позади него стояла почти прозрачная в лунном свете Луна Лавгуд. — Мисс Лавгуд, — осторожно поприветствовал ее Снейп, слегка приподнимая палочку. Она показала пустые руки. Ее палочка торчала из кармана ночной рубашки. — Я ваш друг, сэр. Снейп молча кивнул, внимательно глядя на стоящую перед собой девушку, и наконец сказал: — Вы выбрались из Мафой-мэнора. — Как и все остальные, — ответила она. Снейп не мог удержать ни вздох облегчения, который со свистом вырвался из легких, ни совавшийся с губ вопрос: — А Герми... мисс Грейнджер? — Она сильно пострадала. Флер попыталась ей помочь, но мы не знаем, что с ней случилось и как помочь. — Это Cruciatus, — хрипло произнес Снейп и спросил: — Где она? — В доме, — Луна махнула рукой куда-то в сторону. — Я не могу его увидеть, мисс Лавгуд. Из-за Фиделиуса. Честно говоря, поначалу я даже решил, что ошибся местом. Пока не нашел это, — он указал на могилу. — Никак не могу поверить, что его нет, — в тонком высоком голосе звучала неподдельная печаль. — Я все поняла, когда он появился в подвале и сказал, что пришел забрать нас. Я совсем сразу поняла. Я знала, что вы приходили к нам. Мистер Олливандер говорил, что мне померещилось, что темнота время от времени выкидывает такие шутки, но когда я проснулась в тот день, то почувствовала во рту странный привкус и сначала даже решила, что снова попала в больничное крыло, как в тот раз, когда на первом курсе упала с трибуны во время квиддича. И потом я все думала и думала, и пыталась вспомнить, что происходило, пока я спала. Может, нас опоил кто-то из Пожирателей? Но мне было хорошо. Я уже давно не чувствовала себя так хорошо. А еще я словно наяву видела Добби, видела, как его крошечная рука сжимает вашу ладонь. Снейп не мог произнести ни слова. — И когда он сегодня пришел, то сказал, что я должна быть храброй и он заберет меня в безопасное место. А я сказала ему, что лучше подожду Гарри и остальных, но он сказал, что ему приказали сначала спасти меня. Он знал, что я была там. Значит, я ничего не придумала. — Вы правы, мисс Лагуд, — только и смог ответить Снейп. — Он умер сразу, как мы добрались сюда. Думаю, он знал... Надеюсь, он знал, что все получилось. — Луна смахнула со щеки слезу. Снейп не понимал, как ее утешить, как справиться со всем, что ему рассказали. — Мисс Лавгуд, — сказал он неуверенно. — Я хочу вылечить Гермиону. — Да. Да. Наверное, я смогу. Она ведь в моей комнате. У нее... Она бредит, сэр. Она звала вас. Снейп вспомнил про делюминатор. Он слышал ее. — Кто-нибудь... — Нет-нет. Я наложила на комнату заглушающие чары, перед тем как пойти вас искать. Она искала его? На лице Луны появилось выражение странного сочувствия. — Вы отправили за мной помощь. И Гермиона точно знает ваш секрет. Я чувстовала, что вы не бросите ее. Профессор Снейп, вам надо наложить на себя чары невидимости. Тогда я смогу провести вас в дом. — Но остальные... — Гарри с Грипхуком. Это гоблин. Остальные уже спят. Флер дала всем огневиски, и я видела, как она добавила в него какое-то лиловое зелье. Я не стала ничего пить. — Луна задумалась. — Наверно, я смогу проводить вас наверх. Профессор, мне очень жаль, но я не могу сказать вам тайное слово, я не хранитель. — Нет. Конечно, я понимаю, — Снейп так и не двинулся с места. — Набросьте чары, сэр, — мягко напомнила Луна. Снейп поднял палочку, мимолетно отметив, что подчиняется приказу Луны Лавгуд, но это было уже неважно. Главным было то, что она собиралась отвести его к Гермионе. Луна протянула ему свою небольшую белую ладонь. Снейп сжал ее и почти вслепую пошел назад вдоль утеса, по какому-то болоту, пока они наконец не вышли к дому. Внутри было тепло и тесно, и сразу становилось ясно, что этот дом предназначался для двоих, которым неожиданно пришлось сильно потесниться. По полу была раскидана обувь, а в раковине стояли грязные чашки и тарелки. Луна повела Снейпа через крошечную гостиную, где в камине догорал огонь, к шаткой лестнице. Когда они поднялись на второй этаж, Снейп смог разобрать приглушенные голоса. Похоже, говорил гоблин. Они тихо двинулись дальше. Луна подошла к одной из дверей, достала палочку и постучала. Дверь открылась. Снейп вошел в комнату, и Луна закрыла ее за его спиной и снова наложила магическую защиту. Снейп добавил заглушающие чары и двинулся к узкой кровати, на которой лежала Гермиона. — Я была бы рада куда-нибудь уйти, чтобы не мешать вам, но не знаю куда и как потом объяснить, почему Гермионе стало лучше. Мне кажется, я только могу сказать, что это я помогла ей, — сказала Луна. Снейп отвлекся от Гермионы и посмотрел на маленькую Лавгуд так, словно впервые ее увидел. Она всегда казалась ему такой... рассеянной, отрешенной от всего. Ее зелья были отвратительны. Но сейчас она выглядела собранной, сильной и прекрасно просчитывала свои и чужие действия. Из нее получился замечательный союзник. — Вам не надо никуда уходить, мисс Лавгуд. Я могу дать вам зелье для сна, если вы хотите отдохнуть. Я... я ваш должник. Она задумалась над его предложением. — И вам не понадобится помощь? — Я справлюсь. Вы можете спокойно спать, если пожелаете. — Тогда я возьму зелье. Спасибо, сэр. Снейп достал из кармана фиал с зельем, трансфигурировал ложку и, отмерив пять капель, отдал ее Лавгуд, которая не колеблясь выпила зелье и легла на кровать. — Спасибо вам, мисс Лавгуд, — тихо поблагодарил Снейп, но она уже закрыла глаза. Снейп вернулся к Гермионе. Для начала он раздел ее и завернул в чистую белую простыню. Потом поднял и осмотрел ее руку. На первый взгляд повреждений не было, но под кожей явно ощущалось что-то инородное. Похоже, Флер Уизли дала Гермионе заживляющее зелье, не потрудившись прочистить раны. В комнате было светло, так что Снейп погасил все лампы за исключением той, что стояла у кровати. Затем провел над Гермионой палочкой, наблюдая как над телом появляется свечение, цвет которого быстро сменяется с розового на буро-зеленый и грязно-желтый, а над лодыжкой свечение и вовсе начало вращаться и окрасилось в темно-бордовый цвет. Тогда Снейп присел на кровать, поднес ко рту Гермионы фиал с обезболивающим и помассировал горло, чтобы она смогла его проглотить. Потом капнул на язык несколько капель сна без сновидений и, только заметив, как она слегка сжала губы, немного успокоился. Ему даже показалось, что на ее лбу чуть разгладились морщинки, так что можно было надеяться, что головная боль начала проходить. Снейп был слишком хорошо знаком с невыносимой головной болью после Круциатуса. Волосы Гермионы разметались по подушке, и Снейп уже собрался убрать их от ее лица, как вдруг обо что-то укололся. В волосах оказалось стекло. Что за идиоты ее осматривали? Снейп совершенно точно чувствовал под ее кожей стекло. И, как бы ему ни хотелось избежать того, что должно было произойти, другого выхода не было. Он поднял палочку, создал между собой и Гермионой магический щит и произнес: — Accio стекло! Сотни осколков ударились о щит, прежде чем упасть на пол. Снейп быстро убрал их с помощью магии и посмотрел на Гермиону. Вся ее кожа была в порезах. Снейп снял мантию, вывернул ее наизнанку, чтобы было удобней брать зелья, положил на кровать и пробежался пальцами по рядам пузырьков и фиалов в поисках бадьяна. Найдя нужное зелье, он открыл его левой рукой, мимолетно удивившись сильной боли. «Ах, да, стена», вспомнил он и быстро выпил обезболивающее. Своей рукой он решил заняться позднее, когда будет уверен, что Гермионе стало лучше. Нанеся на кончики пальцев бадьян, он начал осторожно втирать его в порезы. Особенное внимание он уделил лицу, для чего потребовалось чуть больше зелья, чем он привык использовать. Он не хотел, чтобы на ее лице остались шрамы. Из ее глаз выкатилась пара кровавых слезинок, когда он приоткрыл веко, чтобы капнуть туда зелье. К счастью, глаз был не поврежден, осколками задело только слезные протоки.  Убедившись, что все в порядке, Снейп перевернул Гермиону на спину, где скрывались самые глубокие раны. Когда он проверял заднюю поверхность бедра, начались первые судороги. Крепко удерживая, он растирал ногу от бедра до кончиков поджатых пальцев до тех пор, пока ей не стало легче. Стоило закончить с правой ногой, как свело левую, а правая рука сжалась в кулак. Снейп набросил согревающие чары и продолжил массаж, пытаясь принести облегчение измученной плоти. Снейп вспоминал какими нежными и заботливыми были ее руки, которые он сейчас массировал. Как давно это было. Словно в другой жизни. Он почти не помнил те долгие дни и ночи, только смутные, будто вырванные из сна образы. Вот она прижимается к нему, накладывает на лоб холодный компресс, проводит по губам кусочком льда... Дамблдор бросил ее. Неожиданно Снейп подумал, что теперь понимает, почему старый ублюдок так поступил. Невозможно пережить такое и остаться равнодушным. Всего несколько часов назад Снейп считал, что его чувства к ней не могут быть сильнее. Но сейчас, пытаясь унять ее боль, он всем своим естеством ощущал, как его сердце готово разорваться от любви к ней. Как бы Дамблдор не объяснял потом свои действия, он наверняка знал, что и зачем делает. Снейп хотел бы разозлиться из-за того, что стал игрушкой в руках старика, но вместо этого чувствовал только благодарность. Он осторожно ощупал поврежденную левую лодыжку и понял, что вылечить ее будет непросто. Он помнил, с какой невероятной заботой Гермиона лечила его сломанные пальцы и горько сожалел, что не может так же бережно помочь ей. Нельзя было просто выровнять кости, к тому же он боялся, что ей уже дали костерост. — Прости, — шепотом извинился Снейп и резко дернул лодыжку. Хрустнули суставы. Он еще раз попытался вправить кость и наконец почувствовал, как сустав встал на место. У него не было с собой зелья от отеков, так что пришлось просто туго замотать ногу полосой ткани, которую он оторвал от простыни. Ему не хотелось бы заживлять лодыжку заклинанием, но у Гермионы не было времени на полноценное восстановление. Уже завтра ей придется подняться на ноги и идти. Правда, после окончания войны она могла бы отправиться в Мунго, и там ей помогли бы исправить неправильно залеченную ногу. Снейп снова мягко перекатил Гермиону на спину и, достав последний флакон, снял с ее левой руки кольцо. Гермиона немедленно заметалась по подушке и начала стонать. — Тшш, — попытался успокоить ее Снейп. — Это всего лишь я. Потерпи буквально секунду. Он осторожно смазал ее палец противоожоговым зельем и вернул кольцо обратно. Она затихла. Потом Снейп собрал с пола ее одежду, вытряс оттуда стекло и проверил задний карман джинсов. К счастью, ключ и волосы, которые он дал ей в Малфой-мэноре, остались на месте. Когда Гермиона бросилась на Беллатрикс, Снейп смог воспользоваться общим замешательством и срезать цепочку с ключом и один из локонов. Он оставил свои находки на прикроватной тумбочке, чтобы Гермиона точно увидела их утром, аккуратно сложил одежду и положил на край кровати рядом со своей мантией. Потом поднял с пола бисерную сумочку, поместил туда зелья из своих карманов и сел на стоящий у кровати стул. Убедившись, что Лавгуд крепко спит, Снейп разулся и осторожно устроился рядом с Гермионой на ее слишком узкой для двоих постели. Гермиона снова согнула колени. Снейп успокаивающе провел по ним руками, зафиксировал ее ноги между своих и крепко прижал ее к себе. Потом бережно перевернул ее на бок и начал разминать напряженные мышцы спины. Когда она расслабилась, он положил ладонь туда, где ровно и размеренно билось ее сердце. Гермиона чуть откинула голову, удобней устраиваясь в объятьях, и Снейп слегка передвинулся, подстраиваясь под новое положение. Опасность миновала. Ей стало лучше. Несколько следующих часов он провел прислушиваясь к ее дыханию. Время от времени ее руки с силой сжимали простыню, а ноги сводило судорогой. Один раз она отчаянно забилась в его руках, но он шепотом успокаивал ее, пока она снова не погрузилась в спокойный сон. В конце концов Снейп начал размеренно дышать в одном ритме с ее дыханием и задремал. — Профессор Снейп, — разбудил его неуверенный голос. — Профессор Снейп! От открыл глаза и увидел рядом с собой нервно переминающуюся с ноги на ногу Луну Лавгуд. Небо было еще темным, но у самого горизонта уже появилась светлая полоса. — Мисс Лавгуд, как вы себя чувствуете? — сквозь сон спросил он. — Я только что проснулась. Сэр...скоро рассвет. Думаю, вам пора идти. Снейп осторожно разомкнул объятья, вытащил из-под Гермионы руку и сел на кровати. Похоже, он отлежал всю левую сторону. Потом он встал, быстро отряхнул помятую одежду. Гермиона по-прежнему спала. Он должен был уйти не попрощавшись с ней... Снейп наклонился к ней и в последний раз погладил ее волосы. — Гермиона, я должен идти, — шепотом сказал он, выпрямился и сжал протянутую ладонь. Луна быстро провела его по дому, выпустила через парадную дверь и чуть не бегом бросилась к границе окружавших дом чар. — Простите, профессор. И спасибо вам за все. Снейп отпустил ее руку. — Вам спасибо, мисс Лавгуд. — Берегите себя, — попросила она, и Снейп кивнул в ответ. Он молча смотрел, как Луна бежит обратно к дому и исчезает, скрытая чарами. *** Гермиона проснулась, когда Луна, босая и испачканная землей, постаралась тихо пробраться в комнату. В руках Луна несла нечто похожее на цветочные луковицы. — Что ты делаешь? — спросила Гермиона, садясь на кровати. Она поморщилась, ожидая приступа боли, но ничего не почувствовала. Голова была тяжелой, а кожу слегка покалывало, но это не шло ни в какое сравнение с той безумной болью, которая мучила ее накануне. — Что происходит? Где мы? Как ты сюда попала? Луна положила луковицы на пол у своей кровати и села рядом с Гермионой. — Как только вы появились в мэноре, за мной пришел Добби, — тихо сказала она. — Кроме меня, он забрал Дина, мистера Олливандера и Грипхука и отвел нас всех в Ракушку. А потом отправился обратно за вами. Коттедж Ракушка... Значит, Добби послал Снейп. Хотя бы в этом все получилось, как они хотели. Но Гермиону все же что-то тревожило. Она силилась вспомнить. Добби. — Я не очень хорошо помню вчерашний день. Мы были в мэноре, потом я почему-то решила, что скоро умру. Я видела кинжал. Луна, где Добби? — Гермиона... — в голосе Луны было столько боли и сочувствия, что Гермиона сразу все поняла. — Нет... Нет, не может быть. Это какая-то ошибка. Этого просто не может быть. Луна обняла Гермиону и начала слегка раскачиваться вперед-назад. — Гарри похоронил его во дворе, так, чтобы он мог слышать шум прибоя. Теперь Добби свободен. Все хорошо. Он всегда будет слышать море. Он всегда будет свободным. Гермиона тихо плакала, а Луна продолжала успокаивающе шептать: — Ночью приходил профессор Снейп. Я нашла его у могилы Добби. Я видела профессора, когда он приходил в Малфой-мэнор. Мистер Олливандер сказал, что мне приснилось, но я точно знала, что все было наяву. Хотя мне и показалось очень странным, что он хотел помочь. Но он на самом деле спас нас. Он отправил Добби, чтобы вывести нас из подвала. Добби сказал, что можно понять, стоит ли доверять человеку по тому, как к нему относятся его эльфы. Если они ему доверяют, то можно ничего не бояться. Мне кажется, Добби верил профессору Снейпу, как думаешь? Гермиона только молча кивнула и опять уткнулась в плечо Луны. Добби верил профессору Снейпу. Так же, как и Гермиона. — Профессор пришел, чтобы вылечить тебя. Он провел с тобой всю ночь. Каждую минуту. Каждую минуту, — повторила Луна, словно убаюкивая Гермиону. — Я только что проводила его обратно. Когда он пришел, то выглядел так, будто только что вылез из гнезда акромантулов. Наверное, так выглядит страх за любимого. Гермиона расплакалась еще сильнее. Он приходил, а она этого даже не заметила. — Как он? — наконец смогла спросить она. — Все хорошо. С ним все хорошо, — успокоила ее Луна. — Луна... — прошептала Гермиона. — Это ничего... все пройдет. — Гарри и Рон? — С ними тоже все в порядке. Ты наверняка была очень храброй, Гермиона. Когда вы появились здесь, тебе было совсем плохо. Мы очень за тебя боялись. Гермиона едва могла справиться с затопившими ее чувствами. Луна как-то узнала про Снейпа. Гермиона пыталась найти утешение в объятьях того, кто знал ее тайну, кто понимал ее мужа, но ее мысли снова и снова возвращались к Добби. У них все получилось. Гарри стал истинным хозяином палочки, и они смогли укрыться в доме Билла и Флер. Но Добби... Ей казалось, что она послала его на смерть, так же безжалостно, как Дамблдор отправил на смерть Гарри. Это Гермиона попросила у Добби помощи и завела в этот жуткий дом, где в него попал предназначенный ей нож. Она разрыдалась. — Что я наделала, Луна? Что я наделала? Я не хотела, чтобы он умер. — Гермиона, Добби был свободным эльфом. Никто не мог заставить его делать что-то против воли. — Нет, это я виновата! Если бы не я, мы бы не попали в мэнор. Это я все придумала, я уговорила Гарри. Я попросила Добби помочь нам. — Если ты просила, значит у него был выбор. — Нет. — Да, — твердо сказала Луна. — Я не знаю, зачем вы туда отправились, но знаю, что какой бы ни была причина, вы поступили очень смело. И я знаю, что храбрость вам еще понадобится, потерпите немного. Быть храбрыми. Потерпеть еще немного. Гермиона совсем не чувствовала себя храброй. Она просто сидела, укутавшись в белую простыню, на которой теперь виднелись пятна грязи от рук Луны, и словно умирала. Конечно, Луна была права. Разве не об этом Гермиона говорила Снейпу? У них еще столько дел. Она вдруг вспомнила про ключ, который ей передал Снейп. Резко дернув головой, она увидела, что ключ лежит на прикроватном столике. Они получили ключ от хранилища Беллатрикс в банке. — Ты можешь встать? — спросила Луна. Гермиона неуверенно поднялась на ноги. Лодыжка ужасно болела, но стоять было можно. — Пойдем, узнаем, как дела у остальных, — предложила Луна. Гермиона, придерживая простыню, дотянулась до стула, достала из сумочки чистую одежду и переоделась. Луна отвернулась, но Гермиона краем глаза заметила, как Луна наколдовала стакан воды, в который опустила цветочные луковицы. — У тебе есть палочка? — удивилась Гермиона. Ей было очень непривычно без палочки. Словно чего-то не хватало, без нее она казалась себе совсем маленькой и беззащитной. — Нет, это палочка Флер. Она оставила ее мне на случай, если ночью надо будет наложить на тебя какие-нибудь чары. — Ой... Луна, как же мы объясним то, что случилось ночью? — Не волнуйся. Я с этим разберусь. Гарри сидел за кухонным столом и держал в руках чашку чая. Рон стоял, прислонившись к столу для готовки. Когда Гермиона вошла в комнату, Гарри и Рон увлеченно что-то обсуждали. Но увидев Гермиону, Гарри вскочил со стула, в два шага пересек кухню и крепко сжал Гермиону в объятьях. — Слава Богу. Я не был уверен, что... — начал он. — Я в порядке, — ответила она и протянула руку, чтобы прижать к себе Рона. Они стояли обнявшись, и Гермиона почувствовала как к ней возвращаются силы. Когда через некоторое время они разомкнули руки, Гермиона заметила стоящую на пороге Луну и пожалела, что не может поделиться с ней тем, что происходит. Гермиона впервые захотела рассказать кому-то об их задании. — Гермиона, — начал Рон. — Ты выглядишь... Как такое возможно? Когда мы разошлись спать, ты была совсем... — Я дала ей настойку из лирного корня — безмятежно ответила Луна. — Надеюсь, Флер не будет возражать. Мне пришлось взять немного из ее сада. Рон посмотрел на Луну с выражением совершенного изумления. — Луна, вчера все так перемешалось, что я даже не спросил тебя... Как ты здесь оказалась? — Меня держали в подвале Малфой-мэнора. Еще там был мистер Олливандер. Как только мы услышали какое-то движение наверху, появился Добби и сказал, что заберет нас в безопасное место. Я не хотела идти, но он пообещал, что потом вернется за вами. — Добби уже был там? — спросил пораженный Гарри. — Но это значит... Гермиона затаила дыхание. — Нам кто-то помогает! — Гарри почти кричал. — Когда нас заперли в подвале, мы вызвали Добби и попросили сначала забрать Дина и Грипхука и отвести в коттедж, потому что дом скрыт фиделиусом и здесь безопасно, но оказалось, что Добби уже перенес сюда Луну и Олливандера! Как только Добби аппарировал, в подвал спустился Хвост, и, клянусь тебе, меня словно прикрывал какой-то щит! Но я же не мог сам его поставить, правда? Потому что наша защита пропала после Finite Incantatem Беллатрикс. Хвост хотел удержать меня своей серебряной рукой, но у него ничего не получилось. Он как будто... не мог до меня дотронуться. Вместо этого его рука... — Гарри побледнел, вспомнив о том, что произошло дальше, — она  начала душить его. — Что? — не сдержала вскрика Гермиона. — Потом я схватил его палочку, и мы побежали наверх. Там я встретил Драко и схватился с ним, — Гарри незаметно указал взглядом на Луну, и Гермиона кивнула. — Но и тогда, мне показалось, что он не мог прикоснуться ко мне. Его проклятья... они словно отскакивали от меня. — Гарри, меня не удивляет, что ты мог так подумать. Я, конечно, мало что видела, но ты точно был сильнее... — Гермиона, говорю тебе, он не мог попасть в меня, хотя много раз пытался. А потом вернулся Добби. Но я не звал его. Может, кто-то из вас вызвал его? — Точно не я, — сказал Рон. — Я в это время сражался с Нарцисой Малфой. — Я... я не знаю. Я была... не совсем в состоянии... — замешкалась с ответом Гермиона. — А кто наложил на Драко Confudus? — повысив голос, продолжил Гарри. — Ни у кого из нас в ту минуту даже не было палочки! Я думаю, нам кто-то помогает. Кто-то сражается на нашей стороне. Гермиона перевела взгляд на Луну, которая мечтательно смотрела в потолок. — Нам кто-то помогает, — повторил Гарри.