Глава 17. Отсчет пошел.

— Прекращай. — Что? Я же ничего не сделал. — Ты думаешь — это раздражает. — Ты не можешь слышать, как я думаю! — Еще как могу. Этот спутанный темный клубок буквально материализуется над твоей головой, словно грозовое облако. Его невозможно игнорировать.       Эрик промолчал, только нахмурился еще больше и отвернулся к окну, глядя на ночное небо. Нана тихо вздохнула, откладывая в сторону листы бумаги, на которых пыталась как можно точнее нарисовать по памяти, как выглядела форма разведчиков в усовершенствованном виде. Но пока больше это походило на то, что она просто пытается придумать ее с нуля самостоятельно. А Эрик с его мрачным настроением сбивал ее с толку.       Девушка пнула его ногой в бедро, дождавшись, когда парень повернется к ней лицом. — Заканчивай самоедство, — серьезно произнесла Нана, поправляя очки на переносице. — Две недели уже прошло, а ты все ходишь мрачный, как туча. — Ничего подобного, — дернул плечами Эрик, что только подтверждало его нервозность и напряженность. Нана же скептически подняла брови, молча дав понять, что не поверила ни на йоту, и теперь сверлила его проникновенным взглядом до тех пор, пока Спенсер со вздохом не сдался. — Просто ты не видела ее лицо в тот момент, — вздохнул парень с нескрываемой виной и горечью в голосе. — Она… ее будто облили ведром с помоями и закидали камнями, — Нана вздохнула, слушая его. Она старалась не пытать подругу расспросами о том, как прошла та вылазка в бордель Стохеса. Хоть ей очень хотелось, чтобы Ванда выговорилась, та упорно переваривала все внутри себя. Но выглядела при этом как обычно, словно ничего не было. Смит же была уверена, что это все оставило на ней отпечаток не самый приятный, как можно догадаться. И, кажется, Эрик тоже видел некую наигранность в поведении их общей подруги. — А ведь это я подбил ее на эту авантюру, — Эрик провел рукой по светлым волосам, которые уже отросли и почти закрывали уши. Нана предлагала ему подстричься, но парень все откладывал.       — Раз уж на то пошло, то и я внесла свою лепту, — Нана прекрасно знала, что подруга бы все равно не отказала Эрику в помощи. У нее были проблемы с активным выражением несогласия кому бы то ни было, что порой выходило ей боком, но Ванда не менялась. Такая вот натура. А ее аргументы просто подтолкнули принять решение без лишних споров и нервов. Да и ничего такого особенного, как могло показаться Эрику и Эрвину, она не сказала. Просто обрисовала ситуацию, при которой, в случае расформирования Разведкорпуса, Ванда так и не увидит Леви. И это помогло вселить уверенность и зажечь решимость. Поскольку Нана знала, что порой для принятия какого-то решения Ванде необходим пинок для ускорения. Она может долго отнекиваться, ныть, говорить, что не справится, и снова канючить, как ребенок, а потом дашь подзатыльник и она сделает все быстро, точно и с первого раза. Что потом оставалось только задаваться вопросом: и из-за этого было столько шума? У нее это с детства так — больше драму разгоняет, когда могла бы уже спокойно сделать то, что нужно. — Ты так и не расскажешь, как ее уговорила? — Эрик вновь предпринял попытку выведать этот тайный рецепт успеха в уговорах. Как пытался уже две недели, но все без толку. Уж что-что, а хранить секреты эти девчонки умели. Особенно секреты друг друга. Вот и сейчас Нана лишь плечами пожала и улыбнулась, как бы говоря «да, ничего особенного». Эрик ей не верил, естественно, но понимал, что расспросами и уговорами ничего не добьется. — Ты ведь уже извинился, — став серьезнее, произнесла девушка, положив руку на плечо Спенсера. — И поверь, она простила. Хотя не думаю, что она вообще считала тебя хоть где-то виноватым в этой ситуации. — Откуда ты знаешь? — Серьезно? — с искренним изумлением переспросила девушка, вскинув брови. — А, ну, да, точно, — кивнул парень, поняв, что задал абсолютно тупой вопрос. Уж Нана явно знала лучшую подругу как свои пять пальцев. — Она отходчивая. Так что даже если бы она и злилась, дольше недели тебя мариновать не стала. — Успокаиваешь? — Говорю по фактам, королева драмы, — хмыкнула Смит и постучала друга по лбу. Когда парень перехватил ее руку и с задумчивым видом прислонил к своей груди, словно мягкую игрушку. Чем выбил девушку из колеи, но не заметил этого, так как пребывал в каком-то отрешенно-задумчивом состоянии.       Нана же не шевелилась и, кажется, даже дышала через раз. Сейчас, Эрик выглядел спокойным, словно на время отодвинул любые переживания и думы. Нана редко его таким видела, к сожалению. И теперь понимала, почему, еще больше. Ведь кому как не ей понять того, у кого проблемы с родней? И то, почему Эрик очень редко говорил о них. Он был закрытым и мало откровенничал, что немудрено с его-то семейкой, а потому привык все держать в себе, запирая на семь замков. Просто потому что его никто не слушал. И не слышал. Вот он и перестал демонстрировать свои чувства, зная, что всем вокруг будет плевать. А потом вступил в кадетский корпус, где, даже найдя себе друзей, все равно по привычке сдерживался.       Нана с подругой узнали про его семью чуть больше подробностей только на третьем году обучения в кадетском корпусе. Да и то лишь скупые обрывки, словно выдержки из скучных новостных сводок. Но они на него не давили, так как замечали, насколько друг мрачнел, стоило кому-либо затронуть тему семьи. Даже если лицо оставалось привычно отрешенным, глаза говорили вместо него, начиная темнеть, словно небо перед грозой. Тогда умиротворяющая синева превращалась в шторм. — Ты когда-нибудь мечтала о том, чтобы можно было выбирать, в какой семье родиться? — Нана не ожидала, что Эрик вдруг заговорит, да еще и на подобную тему, но быстро вникла в суть вопроса. Про себя горько усмехнувшись. — Много раз, — ответила она, а парень повернул голову и серьезно вгляделся в ее лицо, а потом, словно что-то увидев, понятное только ему, спокойно и понимающе кивнул. — Знаешь, однажды, в один из увольнительных, еще в первый год обучения, Трой взял меня к своей семье, — спокойно и даже как-то расслабленно заговорил Спенсер, откидывая голову на спинку дивана и глядя в потолок. — Не знаю даже, зачем согласился, но именно тогда я увидел своими глазами — как все должно быть в нормальных семьях. Где родители любят, заботятся и поддерживают своих детей. Где дети не являются инструментом для достижения их целей или же марионеткой, которой можно вертеть как хочешь.       Нана прекрасно понимала и разделяла его мнение. Ведь однажды Трой и их с Вандой к себе домой заманил. Так что они тоже знали родителей друга и его младших. Мама Троя — Мэри — работала швеей на дому и была очень милой, доброй и заботливой женщиной, но и строгости у нее было не занимать, в хорошем смысле слова. Обычно ей хватало одного взгляда, чтобы младшие — близнецы Нора и Аарон — перестали баловаться.       Глава семейства — Уильям — был плотником, хотя ему скорее подошло бы определение «мастер на все руки». Одно то, что он смог починить переключатели на рукоятке УПМ, чего стоило. Тогда кадеты привыкали к весу устройств и почти все время ходили с ними. Даже в увольнительном. Тем более, что потом их учили передвигаться по крышам домов в качестве обязательных тренировок в городских условиях. И когда ребята с Троем снова заглянули к его семье, близнецы не удержали свои шкодливые ручонки подальше от интересующего их оборудования. Трой тогда так запаниковал, что уже готовился к тому, что его либо убьют, либо выгонят из училища. Но мистер Картер, изучив работающие рукоятки, смог все исправить. С того момента, наведываясь в гости, ребята оставляли свои УПМ в подвале дома под замком, чтобы избежать повторения данного инцидента. А Уильям потом то и дело по-доброму подтрунивал, сравнивая их тряску над УПМ с «возней куриц с яйцами». Да, у мистера Картера было чувство юмора.       А близнецы, как уже можно понять, были непоседами. Но невооруженным взглядом видно, как сильно они любили Троя и старались брать с него пример. Правда однажды, когда мелкие вдруг заявили, что, когда подрастут, тоже пойдут в кадетский корпус, по лицам Мэри и Уилла было сразу видно, что им хватит и одного солдата в семье.       Но эта реакция — еще цветочки по сравнению с тем, что было после того, как девушки однажды все же проговорились о том, что пойдут в Разведкорпус. Честно, Нана никогда бы не подумала, что женщина, фактически не имеющая к ним никакого отношения, может так переживать за чужих детей. Но тот спектр ужаса, отразившийся в глазах Мэри, был неподдельным. А потом она вдруг обняла обеих девушек, как родных, молча продолжая плакать. Гладила их по волосам и говорила то, что сказала бы любая любящая мать, если бы узнала, какому риску хочет себя подвергнуть ее ребенок.       В тот день атмосфера в доме Картеров была гнетущая все то время, что ребята там гостили. А Нана и Ванда даже не могли уснуть той ночью из-за реакции Мэри, которая обеих выбила из колеи. Ванда подумала тогда о своей матери и с грустью поняла, что и она бы отреагировала также, как Мэри. В то время как Нана с горечью думала о своей матери в противоположном ключе. Подобные мысли всегда приводили ее к выводу, что если бы была возможность вернуться обратно в их мир — она бы не согласилась. Даже учитывая все те опасности, которые населяли новую реальность, что уже говорило о многом. Ванда об этом знала и не бросила бы подругу в любом случае, поскольку считала, что в том мире у нее тоже почти ничего не осталось. По крайней мере, этого было недостаточно, чтобы желать возвращения обратно. — Слушай, — Эрик прервал тишину, выдергивая Нану из пучины собственных мыслей. А еще до сих пор не отпустил ее руку. — Я знаю, что Трой неоднократно спрашивал и так ничего и не добился в итоге, но все же, — девушка слегка нахмурилась, когда друг повернул голову и посмотрел на нее своими проникновенными, глубокими, словно океанская пучина, глазами. — Почему вы выбрали Разведкорпус?       Нана все еще хмурилась, но скорее для того, чтобы не выдать свою растерянность. Ведь не счесть, сколько раз у них то и дело спрашивали об этом. Начиная с друзей и заканчивая инструкторами в кадетском корпусе. И никому они толком не ответили. Хотя пару раз уже думали сморозить что-то в духе Эрена: «Уничтожить титанов! Всех до единого!» или же такое типичное, но пафосное: «Освободить человечество!». Только вот врать не хотелось. Ведь в Разведкорпус они с Вандой пошли хоть и с благородными помыслами, но не столь глобальными в какой-то степени. А просто чтобы хоть как-то изменить конец и, если повезет, спасти хотя бы несколько невинных жизней. Кого получится, ведь они же не настолько сильны, как Титан Прародитель или Имир.       Ну, а если уж смотреть на причины уж совсем узко, то изначально Нана хотела как минимум спасти жизнь Эрвину, а по возможности и его руку. Ванда же не хотела, чтобы Леви закончил в инвалидном кресле, потеряв всех, кто был ему дорог. Да, возможно, звучит слишком утопически глупо и эгоистично, но попытка ведь не пытка! — Нам некуда было идти, — произнесла Смит, стараясь звучать спокойно и даже, может, слегка небрежно, чтобы Эрик ненароком не уловил в ее интонации какого-то скрытого смысла. — И кадетский корпус стал первым, что пришло нам в голову тогда. — А я и не про кадетский корпус спрашивал, — взгляд парня стал еще более внимательным. — А про разведку. Ведь ты могла поступить в Полицию и жить спокойно за стеной Сина. А Ванда вполне могла пойти в Гарнизон вместе с… — Нана прищурилась, когда Спенсер странно осекся на этом моменте. — Но вы упорно шли именно в Разведкорпус. Почему? — продолжил он. Однако у себя в голове Нана поставила галочку напротив той странной запинки, чтобы подтвердить свои догадки позже. А пока задумалась над тем, какой ответ на вопрос подошел бы в такой ситуации? — Чтобы изменить хоть что-то. — В каком смысле? — Эрик даже выпрямился и сжал руку девушки чуть крепче. — Да в любом, — пожала плечами Нана. — Но если тебе нужна прям конкретная причина, то можешь даже не заикаться. Думаю, этого мы и сами пока не знаем, — задумчиво закончила она. — Изменить, — повторил Эрик, словно пытался разузнать истиный посыл этого слова из уст подруги, повторив его самостоятельно. Но понимал, что для этого, видимо, нужно мыслить как она или Ванда. — А, знаешь, кое-что вы уже изменили. — Что? — растерялась блондинка. Эрик же посмотрел на нее и уголки его губ чуть растянулись в легкой улыбке. Широко он в принципе редко улыбался. — Мою жизнь, например, — совершенно серьезно и спокойно ответил блондин, заставив девушку вытаращить на него глаза. Нана совсем не ожидала услышать от него такое. — Что? В смысле? — пролепетала она. — У меня ведь не было нормальной семьи, — Эрик пожал плечами и говорил об этом, как о чем-то обыденном и неважном. Но Смит знала, что, возможно, в глубине души, ему все-таки больно так говорить и думать. Потому что каждый хочет, чтобы близкие люди его любили, в то время как те продолжают свои репрессивные нападки без поводов. — Я ведь пошел в кадетский корпус по абсолютно дурацкой причине. А на разведку тоже сразу нацелился, лишь бы досадить отцу. И даже не думал, что смогу найти там нечто куда большее, — он слегка опустил голову: так, что светлая челка вновь упала на лицо, закрыв глаза. А потом Нана поняла, что их все еще сцепленные вместе руки Эрик положил себе на колено, переплетая пальцы в замок. За этим действием она проследила как завороженная в замедленной съемке, улавливая каждое движение. А в груди вдруг что-то ёкнуло. — Я хотел, чтобы с братом у меня были хорошие отношения, но не срослось. А потом я встретил Троя и, хотя он младше меня всего на пару месяцев, — усмехнулся Эрик. — Я подумал, что именно таким хотел бы видеть моего брата: немного неотесанным, но храбрым, иногда обидчивым, но добрым, а еще веселым, заботливым и понимающим. Трой стал мне именно тем братом, которого я так хотел. А Ванда стала сестренкой, которую я не хотел, — по-доброму усмехнулся Эрик, пока Нана слушала его, затаив дыхание. — Но она теперь есть и ты уже не можешь не заботиться о ней, не защищать и не любить. Даже если порой она раздражает, вредничает, дерется и швыряется сарказмом направо и налево, — снова улыбнулся парень. — А еще у меня есть ты, — когда он вдруг поднял голову и посмотрел на девушку, Нана была уверена, что видит свое отражение в его глазах. В котором у нее почти полыхали щеки от внезапного смущения. — Ты… стала очень мне дорога, Нана. — Тоже как вредная сестренка? — Смит не знала, каким чудом она смогла выдавить из себя этот вопрос прямо сейчас, но факт оставался фактом. Хотя свой голос в тот момент она не узнавала. Но из-за общей растерянности даже не могла описать, что именно с ним было не так? — Я…       В груди у нее снова что-то подпрыгнуло. — О, вот вы где! А я повсюду вас искала! — с шумом распахнув дверь, в комнату вихрем ворвалась Ханджи. — Хотя думала, вы уже ушли, и сперва искала везде, но только не здесь, а потом подумала и… я не помешала? — спросила Зое, прерывая свой нескончаемый поток слов, когда заметила, как эти двое сидели: рядышком и за руки держались. — О, пресвятые тушки титанов, я что, обломала вам «момент»? Тот самый?! Типа, ну, Момент…? Вот я дуреха! — Ханджи резко отпрянула назад к двери и, наткнувшись пяткой на порог, чуть не завалилась, но вовремя успела ухватиться за косяк. — Я уже ухожу! Продолжайте, дети мои! Я ничего не видела и меня тут вообще не было! — дверь за ней захлопнулась, но еще пару секунд за ней было слышно ее бормотание. Эрик и Нана старались не смотреть друг на друга, потому что более неловкой ситуации с ними еще не происходило. — Хотя нет, простите! — Ханджи вернулась, не прошло и минуты. — Я дико извиняюсь, но я вспомнила, зачем вас искала. Это важно, так что, прошу прощения, ребятушки мои романтичные, — Зое расплылась в улыбке, прижав ладони к покрасневшим щекам, а потом тряхнула головой. — Там это, Садис всех на плацу собирает, чтобы объявление сделать. Петра вас не нашла, вот и попросила меня, а вы тут… Ох, как же все это невовремя! Вот же ж дурацкое собрание! Всю малину молодежи портит! — Кхм, Ханджи, — Эрик выпустил ладонь подруги из своей и поднялся. При этом запустив руку в волосы, неловко взъерошивая прическу. — Все, кхм, все нормально. Мы уже идем. Спасибо, что сообщила.       Нана чувствовала, что ее лицо буквально горит, поэтому активно старалась его не поднимать. Отчаянно хотелось забиться в какой-нибудь темный и пустой угол и посидеть там немного — лет эдак сто. Пока не притупится желание провалиться сквозь землю от нахлынувшей неловкости. Но, увы, приказы начальства игнорировать нельзя, даже если по факту Садис не заметит конкретно ее отсутствия, то Эрвин заметит ведь, а потом прибьет. Или того хуже — прочитает лекцию по уставному поведению. Ванда как-то нарвалась на такую, а потом неделю пришибленная ходила, как после государственного экзамена по математике. — Нана, я… — Ни слова, Ханджи, — произнесла девушка, выставив указательный палец в сторону Зое и стараясь закрыть лицо волосами. Хотя казалось, что от пылающих щек они тут же воспламенятся. — Ни слова.       По коридору в сторону плаца все шли в неловкой тишине. Эрик — впереди, а Нана и Ханджи чуть позади. — Эм, кстати, а где Ванда? — Зое прервала тишину, которая уже просто сжимала горло. Поэтому она решила слегка остудить градус неловкости, который сама и подняла до небес, нейтральной темой. — Я, кажется, с завтрака ее не видела. А ведь вы буквально неразлучны. Непривычно видеть вас порознь. — Она в городе. На увольнительном. — Посреди недели? — удивилась Ханджи, глянув на девушку, которая шла все еще вперив взгляд под ноги. — Как она уговорила Эрвина?       Смит знала, что не стоит распространяться о той небольшой афере, которую провернули Ванда и Эрик под эгидой командира. Даже если Ханджи, с учетом старшинства ее звания, наверное, можно было рассказать, но делать это сейчас явно не лучший вариант. — Спроси у командира. Расскажет, если захочет. — Вот же заинтриговала, — картинно вздохнула Зое, всплеснув руками. Однако они уже к тому времени добрались до выхода на задний двор главного корпуса, где и располагался плац. На котором уже было полно народу. — Надеюсь, это будет не сообщение об очередной вылазке, — произнесла Смит. — Пока той хватило, — девушка непроизвольно передернула плечами, стараясь отогнать жуткие воспоминания. Которые только недавно почти перестали являться ей в кошмарах. Ключевое слово тут, конечно же, «почти». — Нет. Можешь расслабиться, — сказала Ханджи, при этом странно нахмурившись. — Это кое-что… другое. — Что? — в один голос спросили Нана и Эрик, тут же переглянулись и также быстро отвели взгляды. — Сейчас и узнаете, — Ханджи тряхнула растрепанным хвостом и поправила очки. — Летите к своему отряду, голуби мои! — Ханджи… — вздохнула Нана, понимая, что, возможно, нарвалась на бесконечный поток подколов, намеков и многозначительных фразочек со стороны ученой. А развернувшись в сторону, где обычно строился отряд Эрвина, мысленно подумала, что Ванда сделала бы также. Уже было дело когда-то, еще в школе. Хотя подруга не сильно буйствовала в этом плане. Но в краску вгонять ей нравилось, пока не скажешь, что это неприятно. Тогда она обычно прекращала экзекуцию. А уж в той ситуации, в которой они оказались из-за Ханджи, Нана могла дать руку на отсечение — если бы Ванда хоть раз не пошутила, ее бы разорвало на части изнутри. Так что, да, стоит поблагодарить судьбу за то, что подруга воспользовалась правом на выходные именно сегодня. Что иначе как удачей не назовешь.       Хотя это еще как посмотреть… — Всем внимание! — раздался зычный голос главнокомандующего Садиса и все как по команде замолкли и выпрямились по струнке, устремив взгляд на небольшое возвышение, похожее на сцену. Впереди стоял Садис, а вот чуть в стороне… — Вот же ж…! — изумленно прошептала себе под нос Нана, когда поняла, к чему весь этот сыр-бор. — С этого дня эти трое будут сражаться вместе с вами, поприветствуйте своих новых товарищей. Вы трое, представьтесь своим сослуживцам.       Было сразу понятно, что внезапное пополнение вне выпуска из кадетского корпуса, всех взбудоражило не на шутку. Но никто не высказался вслух. Лишь всеобщее недоумение повисло над плацем, словно грозовая туча. — Леви.       Нана смотрела на троицу ребят и медленно, но верно осознавала, что тот самый канон уже вступил в свои права и с этого момента можно начинать чуть ли не обратный отсчет.       Что говорили дальше, она уже не слушала, погрузившись в свои мысли. Да и что там слушать? Если она и так знала, что к чему и что будет дальше. Параллельно жалея, что подруга отправилась в город именно сегодня. Это теперь не казалось удачей, а скорее законом подлости. Особенно для самой Ванды. Которая пропустила такой момент! Поистине исторический. Так что можно предположить, насколько она расстроится, когда вернется и обо всем узнает. Но это были, как говорится, проблемы насущные. Те, которые были решаемы без особых проблем. А вот то, что касалось непосредственно канона и предстоящих событий — пугало Нану не на шутку. Просто потому что это было именно то, ради чего они и пошли в разведку. Весьма иронично, что Эрик поинтересовался этими самыми причинами именно сегодня. Когда они двигались к первой поворотной точке в сюжете. Или же в реальной жизни, где все же будет возможность что-то исправить?       Нана жуть как захотела поговорить с подругой обо всем прямо сейчас, но, к сожалению, придется терпеть до ее возвращения, временной промежуток которого Ванда не обозначила заранее. — Хей, Нана, — легкое прикосновение к плечу вывело ее из транса, и тогда девушка заметила, что солдаты стали расходиться. — Ты идешь? — Эрик кивнул в сторону, на что она лишь чуть заторможенно кивнула. — М-да, это ж кем надо быть, чтобы вступить в армию вот так — ни с того ни с сего?       «Блатными» — подумала про себя Нана, только вслух сказала другое: — Понятия не имею. — Ты чего такая хмурая? — спросил парень, а потом резко остановился посреди дорожки между корпусами. — Слушай, эм, — он почесал затылок и непривычно стал отводить взгляд в сторону. — Если это из-за того, что сказала Ханджи, и вообще из-за той ситуации в целом, то я… — Нет. Не из-за этого, — кажется, тон получился более серьезным и напряженным, чем ей хотелось. — Все нормально, Эрик. Можешь не оправдываться. — Да я и не… — О, Смит! Хорошо, что ты здесь! — раздался голос со стороны главного корпуса. — Командир? — Нана и Эрик отдали честь, затем девушка растерянно смотрела на Флагона. — Эм, я чем-то могу помочь? — Да, — на лице мужчины отражалась будто вселенская усталость и заметная раздосадованность. Понять причину было не трудно. Особенно Нане. — Там эта новенькая девчонка, — кивнул за спину Флагон. — Покажи ей дорогу к женской казарме, а потом отведи на тренировочное поле.       Смит растерялась всего на пару секунд, а потом уже хотела поинтересоваться: почему именно она, а не кто-то из его отряда? Но вовремя вспомнила, что приказы старших по званию обсуждать не стоит. Даже если это не твой командир. — Есть, сэр, — кивнула девушка. — И еще, если будет артачиться, — с нажимом произнес командир. — Скажи, что это приказ. — Артачиться? — нахмурилась девушка. — Подземная шушера, что с них взять? Никакого понятия о субординации, уставных правилах и исполнении приказов, — Флагон нахмурился, отчего его лицо посуровело. Нана же отметила, что подобное выражение отчетливо заметно именно на лицах у командиров и старших офицеров. Что лишь указывало на то, насколько они уже «стары для этого дерьма», так сказать. — Хорошо, сэр, я поняла, — Нана не стала как-то комментировать его слова, а потом Флагон просто кивнул и ушел по своим делам. — Пойти с тобой? — предложил Эрик. — А у тебя разве не дежурство в столовой? — Ох, точно, совсем забыл! — хлопнул себя по лбу парень, что вызвало у девушки легкую улыбку. — Что бы я без тебя делал? — Получил наряд вне очереди? — фыркнула Нана, а потом они столкнулись взглядами. Снова. И казалось, будто атмосфера стала наполняться тем же самым мороком, который висел в кабинете Ханджи. — Кхм, ну, думаю, мне пора, — Нана тряхнула головой, сделала шаг в сторону и указала пальцем направление. — Да, точно. — Тогда еще увидимся? — продолжая медленно пятиться, говорила девушка. — Конечно, — ей вдруг показалось, что в его голосе проскользнула странная нотка, похожая на… горечь? Но, тряхнув головой, Смит поспешила отринуть все странные и ненужные мысли. Решать проблемы следовало по мере их поступления. А сейчас первым в списке стояло столкновение с одной небезызвестной троицей. — Было бы жестоко отправлять вместо себя Ванду, будь она здесь? — риторически спросила сама у себя Нана, а потом поняла, что подруга бы скорее ногу себе сломала, чем вот так просто решилась пойти прямиком к Леви. Иногда Блэк та еще трусишка. Особенно когда дело касается чего-то личного. Не говоря уже о том, что она очень долго может принимать решение, если время терпит. Что снова прикрывала своим знаком зодиака, а не простой склонностью к мешканью и неуверенностью в себе. — И почему из всех девушек для этой работы подрядили именно такого интроверта, как я? Хватит издеваться, Вселенная, — бубнила Нана себе под нос, приближаясь к мужской казарме, где сейчас никого не было, кроме тех, кого ей поручили. Остальные занимались своими делами по всей территории штаба.       «Флагон, видимо, как чувствовал, что меня до этого снова реквизировала себе Ханджи, из-за чего мне теперь заняться нечем» — подумала блондинка, останавливаясь недалеко от приоткрытой двери, из-за которой слышались голоса. Двое — весьма шумные, и один — непрошибаемо спокойный. «Как я и представляла себе» — подумала Нана. «Ви, ты пропускаешь все самое интересное.»       Взяв себя в руки и нацепив на лицо спокойно-благодушное выражение, девушка нарочито громко стала отбивать шаг по полу, чтобы эти трое не затеяли вдруг какого секретного разговора, а потом не думали, что она все слышала. Вешать на себя подозрения ей не хотелось. Поэтому ребята предсказуемо замолчали за пару секунд до того, как она показалась в проеме двери.       Невольно Нана сперва осмотрелась, отмечая обстановку в мужской казарме.       «Чистота, да уж» — мысленно закатила глаза Смит, а потом столкнулась с тремя настороженными взглядами. Один из которых резал сильнее других и еще сверху тонну льда скидывал, отчего мурашки по коже бежали. «А разница в росте всего пол головы будет. Не такая уж и большая» — невольно пронеслась мысль в ее голове. — Эй, тебе чего здесь? — когда Леви собственной персоной подал голос, Нана поняла, что пауза затянулась. — Привет, — девушка поздоровалась, стараясь выглядеть дружелюбной, а не так, будто препарирует лягушек на уроке биологии. Повышенное внимание им явно придется не по нраву. — Меня зовут Нана Смит, рада знакомству, — во время небольшой паузы в этот момент не хватало только звука сверчков, чтобы еще больше обозначить неловкость. — Капитан Флагон приказал мне показать Изабель женскую казарму и… — Чего?! Сказала же, что никуда не…! — рыжая замолчала, когда Фарлан двинул ей в бок. — Я все понимаю, — кивнула Нана. И ведь правда понимала. Даже больше, чем они думают. — Но таковы правила, — пожала плечами Смит, не скрывая участия. Отрицательных реакций от окружающих они еще успеют нахвататься, а сейчас стоит показать, что не все здесь относятся к ним негативно. Таким образом она, может, сумеет сдобрить почву для подруги. На будущее, так сказать. — Это армия и тут волей-неволей приходится следовать приказам. Даже в мелочах. — Изабель, — произнес Леви, просканировав перед этим Нану словно рентген. — Иди. — Что? Но, братишка… — наткнувшись на типичный взгляд Леви, рыжая вздохнула и, чуть понурив голову, сделала шаг по направлению к Нане. — Ну давай уже, веди, — недовольно буркнула она.       Смит согласно качнула головой и, бросив взгляд на ребят, чуть кивнула им на прощание, а после развернулась и направилась к выходу, чувствуя, что Магнолия семенит следом. — Не расстраивайся так, — неожиданно сама для себя произнесла Нана, когда они спускались по лестнице, чтобы выйти к женским казармам. Но мрачная аура буквально валила со стороны Изабель. И Нана ее понимала, ведь ей тоже сделалось бы жутко некомфортно, если бы их с Вандой разлучили также, как ее с Леви и Фарланом. — Казармы, по большей части, нужны только для сна после отбоя, — Смит глянула на спутницу, про себя оценивая ее, как это сделал бы любой знающий человек. Также, как она делала это с Эрвином, Ханджи, Петрой, Миком, Моблитом, Нанабой и всеми остальными, кого знала только по сериалу и манге. — Ну, а Флагон хоть и кажется вредным, но он не станет вас разделять насильно, — добавила она то, что больше всего хотела бы услышать Изабель. И во взгляде той мигом уловила заметное смягчение. — Ты так думаешь? — Я уверена, — кивнула Смит. — Ведь мой командир не разделил меня с лучшей подругой, — Нана решила, что показательный пример станет хорошим доказательством. — Потому что знает, что мы сильнее вместе, чем по-отдельности. — А кто твой командир?       Нана чуть замедлилась, а потом посмотрела на девушку, чтобы проследить реакцию, и ответила: — Эрвин Смит.       Глаза Изабель тут же стали еще больше, хотя, казалось бы, куда еще? Ее рот слегка приоткрылся в удивлении. За чем последовала предсказуемая реакция — Изабель стала ее рассматривать, не скрывая интереса. А после прилетел вопрос, который, в принципе, был логичен в данной ситуации. — Он… твой брат? — Не, муж. — Что?! — Изабель крикнула это так громко, что на секунду показалось, будто окна в рамах задрожали. Нана же подержалась с серьезной миной всего пару мгновений, а потом негромко рассмеялась. — Ты пошутила, паршивка эдакая! — догадалась рыжая и тут же, не стесняясь, лупанула рукой Нану по плечу. — Прости, — все еще посмеиваясь, блондинка подняла руки в сдающемся жесте. — Я ждала момента, чтобы так пошутить, с тех пор, как вступила в Разведкорпус, — призналась Смит. — Но перед здешними это делать не хотелось. — А я тебе что, клоун? Или наивная дурочка из подземки, как наверняка считают все вокруг? Так вот, это совсем не так! Ясно? — заметно разошлась Изабель, даже поводив перед носом блондинки указательным пальцем, словно поучала маленького ребенка. — Да я же не… — Думаешь, я не знаю, что вы все думаете о нас? Думаешь, не знаю, что вы все считаете, будто мы не достойны быть здесь? Нам об этом прекрасно известно! — девушка подбоченилась и вздернула подбородок, хотя ростом Нана была куда выше. Но у Изабель отлично получалось смотреть на нее свысока даже в таком положении. А ведь она была даже ниже ростом, чем Леви. По возрасту же либо ровесница, либо на пару лет старше. Но по внешности это было незаметно. Со стороны Изабель вообще сошла бы за подростка. — Так что не надо думать, будто можно смеяться или издеваться надо мной или над ребятами, если…! Мы не тупые, чтоб ты знала! — Я так не считаю, — спокойный тон и уверенный голос заставили Изабель резко замолчать. В один миг обжигающе алое пламя превратилось в спокойное сияние. — Что? В смысле? — Изабель явно растерялась, услышав эти слова. Она скорее ожидала насмешек или высокомерного тона, но никак не спокойствия, дружелюбия и понимания в глазах цвета летней листвы. — Я не считаю вас тупыми. Или слабыми и недостойными быть здесь, — Нана пожала плечами, стараясь говорить искренне, от сердца. — Я думаю, иные в Подземном городе не выжили бы.       Эти слова как будто поразили Изабель до глубины души. На ее лице уже не было раздражения, злости и скрытой обиды. — Но если хочешь, я больше не стану подшучивать над тобой, — блондинка слегка улыбнулась, а потом кивнула себе за спину на коридор. — Идем, мы почти пришли. А тебе еще нужно выбрать койку.       Почти до самой казармы они шли в тишине. Обеим явно было о чем подумать и что проанализировать. — Ты сказала выбрать койку? — вдруг спросила Изабель. — Разве мне не дадут то, что есть? — Женщин в Разведкорпусе меньше, чем мужчин, — стала объяснять Нана, толкнув дверь в казарму. — Даже половины не наберется. Так что, в сравнении с мужской, тут будет выбор, — Нана указала на несколько коек, которые были свободны. — Да и, к тому же… — Смит осеклась, когда поняла, что хотела сказать. Однако наткнувшись на вопросительный, крайне заинтересованный взгляд больших пытливых глаз Изабель, решила все же продолжить. — Не так давно была вылазка за стены, — она отвела взгляд в сторону, стараясь не смотреть туда, куда почти никто не смотрел. Особенно среди бывших новобранцев. — Там кто-то…? — произнесла Изабель заметно тише. — Да, — взгляд буквально против воли скользнул к кроватям, которые, как назло, стояли не так далеко от их с Вандой коек. Изабель же мигом проследила за ее взглядом и нашла две собранные кровати. — Здесь жили сестры-близняшки. — Ой! — рыжая прикрыла рот рукой, поняв, к чему Нана клонит. — Одна погибла. — А что… стало с другой? — немного неуверенно спросила Магнолия, проведя рукой по краю верхней кровати. Эти две она точно не выберет. Слишком уж жутко спать на постели мертвеца. Хотя это же Разведкорпус — тут наверняка все кровати такие. — Она сломалась, — вздохнула Нана, вспоминая первые дни после экспедиции. Кара буквально превратилась в тень самой себя и никто бы не стал ее осуждать за это. Хотя кто-то может сказать, что они обе знали, на что шли, но никто так не делал. Да и Каре от этого стало бы только хуже. А она и так была на грани, желая вновь увидеть свою сестру, что бы это ни означало. Так что никто даже не удивился, когда она все же попыталась лишить себя жизни. Но ее вовремя остановили и поместили в лазарет. Пока оттуда ее не забрали родители. Всем также было понятно, что Кара уже не вернется. Смерть сестры-близняшки сломала ее. Но такова была жестокая реальность Разведкорпуса. С которой ты либо миришься, как бы ни было тяжело, либо ломаешься окончательно.       Через пару минут Изабель все же выбрала себе кровать, которая, ожидаемо, находилась недалеко от окна. Понятное дело, что девочка, которая жила с рождения в Подземном городе, будет хвататься за любую возможность видеть небо, солнце и звезды. Нана могла себе представить чувства Изабель, да и парней тоже, но все же не в полной мере. Однако даже от представления становилось тяжко на душе. А ведь это не Эрен, которому претит мысль жить за стенами, как скоту в загоне. Ведь несмотря на стены, он мог видеть небо и солнце. В отличие от тех, кто живет под землей и не может оттуда выбраться. От того они и рвались на поверхность, зная, что будут довольствоваться даже жизнью внутри ограничивающих все вокруг стен. Но им и этого будет достаточно, лишь бы видеть свет солнца каждый день. — Нана! — девушка у окна вздрогнула от громкого позывного. — Ты не представляешь, что сегодня…! — Смит видела, как взгляд подруги, влетевшей в казарму, словно за ней стая собак гналась, и заметившей в комнате Изабель, быстро наполняется пониманием происходящего. — …было, — полушепотом закончила девушка. А потом посмотрела на подругу взглядом, который могла понять только Нана.       «Он здесь?» — читался вопрос в ее глазах, на что блондинка лишь слегка кивнула. — Вот же ж…! — произнесла Блэк, а потом вдруг резко захлопнула дверь казармы, скрывшись по ту сторону. И Нана поняла, зачем ей это понадобилось: поистерить хотя бы беззвучно и прийти в себя от осознания, хотя бы немного. — Эм, это и есть твоя подруга? — с недоумением спросила Магнолия, глядя на закрытую дверь с замешательством. — Ага. — Она немного… — Странная, да. Но, уверена, ты быстро привыкнешь, — Нана прислонилась к подоконнику, присев на него. — Мы тут в разведке все с прибабахом, — усмехнулась она и порадовалась, когда Изабель ее поддержала. Она уже не выглядела настороженно или ершисто, как было не так давно. И Нана подумала, что ей все же удалось произвести хорошее впечатление. И подсластить ощущения перед тем, как «особо одаренные» начнут третировать. — Ладно, думаю, нам уже давно пора идти на тренировку, — Нана хлопнула себя по коленям и встала. А потом добралась до двери и, приоткрыв ее, быстро что-то сказала подруге, после чего обернулась и поманила за собой Изабель.       Оказавшись в коридоре, рыжая на автомате осмотрелась, но странной брюнетки в очках нигде не обнаружила, а спрашивать о ее внезапной пропаже Нану не решилась. Все же это было не ее дело. Однако для себя Изабель признала, что блондинка не вызывала у нее негативных чувств. Даже несмотря на ту шутку, которая на непредвзятую голову была даже забавной. Рядом с Наной было как-то… спокойно, тепло и уютно. Как будто нежишься на траве под лучами солнца и ни о чем не думаешь. Изабель очень хотела так сделать, а потом, может, сравнить свои ощущения.       «А если бы этот Эрвин правда оказался ее братом или мужем?» — вдруг ни с того ни с сего подумала Магнолия. «Смогла бы я спокойно смотреть на то, как дружелюбна и добра ко мне эта девушка, зная, что братец горит желанием прикончить дорогого ей человека?» — Изабель взглянула на свою спутницу, а потом отвела взгляд в сторону, ощутив неприятный укол совести. «Он всего лишь ее командир» — успокоила себя девушка. «А, значит, не велика будет потеря!»