Часть 22 Женихи

Кто бы сомневался, что новость о малявке, добившейся эмансипации, станет самой горячей сплетней недели… Маги с удовольствием чесали языками, обсасывая подробности. Мусолили всё: и внешность оборзевшей от наглости козявки, и одежду, и поведение, а уж про артефактные украшения и вовсе не высказался только ленивый. Бенни с этим поделать ничего не могла: что досталось в наследство, то и носит. Ну любили покойники драгоценные камни с голубиное яйцо размером и самородное золото с серебром. Так что? Красиво? Красиво. Функционально? Функционально. У вас такого богатства нет? Ваши проблемы! Теории строили одну за другой: старики Мормут жизнь вели замкнутую и уединённую, поводов для сплетен и пересудов не давали, так что гадать, откуда взялась наследница, совершенно не похожая на них причём, можно было до бесконечности. Естественно, зацепили Киплинга. Как же так! Сквиб! Попрание устоев! Непонятно, каких только: к примеру, шотландские кланы своей кровью не разбрасывались, как узнала Бенни, и там вперемешку были и маги, и сквибы, и даже обычные люди. Все, кто мог принести кланам хоть какую-то пользу. Богатые рода, особенно аристократы с титулами? Те тоже не разбрасывались потомками, их не настолько много было, чтобы так поступать. Пристраивали сквибов в боковые и младшие ветви, имеющие и титулы, и богатство, наращивали таким образом влияние в обычном мире, связи устанавливали… Деньги, как говорил мудрейший из императоров, не пахнут. Зато среди тех, кто до титула не дорос, а пыжился, особенно заимев доход, вот там перегибы случались. Первыми засуетились Килли: дела у них шли не сказать чтобы хорошо, а тут такие возможности! К сэру Редъярду заявился аж сам патриарх семейства и его отец — девяностовосьмилетний Эмерик Килли. И с порога выкатил претензии. Сэр Редьярд недоумённо поднял правую бровь. Надо же. Мало того, что припёрся без предупреждения, так ещё и хочет чего-то. Странного, как любит выражаться мисс Кеноби. Тем временем любитель странного начал проявлять признаки недовольства: Эмерик гневно свёл густые седые брови и затрепетал ноздрями. Редьярд смотрел на него и поражался: и вот это его отец? Вот это вот? Блёклые детские воспоминания осыпались крошевом, заменяясь новыми. Он смотрел и искренне недоумевал: они выглядели ровесниками. А ведь маги живут долго. Долго выглядят молодыми. А этот… маг… Седой. Морщинистый. И очень наглый. Эмерик Килли хотел ни много ни мало как заключить брак с мисс Кеноби. Когда Редьярд услышал, что именно хочет глава семьи Килли, то чуть не упал с добротного дубового стула, обитого кожей. На мгновение мужчине даже показалось, что он ослышался, но Эмерик своё предложение повторил, значит, со слухом всё в порядке. Патриарха Килли ничего не смущало: ни то, что он припёрся что-то там требовать у своего сына, выкинутого когда-то из семьи из-за отсутствия активного дара магии. Ни то, что и сейчас Эмерик их родство подтверждать не собирался. Ни даже тот факт, что мисс Кеноби всего восемь — на девяносто лет меньше, чем Эмерику. Он хотел поправить пошатнувшиеся позиции семьи и пришедшие в упадок дела за чужой счёт, и мистеру Килли ничто не жало. — Мисс Кеноби — свободная совершеннолетняя ведьма, — напомнил Киплинг. — Хотите жениться? Сватайтесь по всем правилам. И он спрятал в густых усах пакостную улыбку. Мисс Кеноби была девочкой с очень богатой фантазией. И очень начитанной. Сказку про старого царя, вознамерившегося жениться на молодой экзотической красавице, она закончила переводить с листа и читать вслух буквально на днях. Редьярд тогда только уважительно покивал: правильно из наглого хрыча бульон сварили. Очень правильно. Хочешь добиться чего-то? Сам! Не надейся, что на чужом горбу в рай въедешь. Хорошая сказка. Жизненная. Особенно учитывая, что тут — мир магии. Свои законы. Свои обычаи. Пусть мисс Кеноби всего восемь, она эмансипирована. И соответствующий документ у неё имеется. Она считается взрослой и самостоятельной. Значит… Потенциальный жених должен впечатлять именно её, а не, допустим, родителей или опекуна. Это означает ухаживания. Дары. Брачный контракт, который надо представить на рассмотрение. Товар лицом, так сказать. Выгода… А какая выгода для юной красавицы с сокровищницей, а самое главное, с мозгами, в браке со стариком? Эмерик не настолько богат, чтобы блеск золота перевесил сомнения. Эмерик не писаный красавец, сражающий наповал экстерьером: да, симпатичный, крепкий, но… Морщины, седина. Эмерик не настолько силён, чтобы магия, струящаяся сквозь него, заставляла трепетать. Эмерик не имеет титула, который можно передать потомкам. Эмерик… Один из многих. Крепкий средний класс, не больше. Так что он может предложить, кроме неимоверной наглости? Попыхтев впустую ещё полчаса, охаяв чай, сервиз и Карну, Эмерик Килли изволил удалиться. Редьярд выдохнул, облегчённо вытерев лоб белоснежным платком: гнева мага он не боялся, но вся эта беседа вызывала отвращение. Заглянувший в кабинет Карна недовольно сощурился и живо накапал хозяину в стакан со льдом высокоградусного успокоительного. — Сахиб. — Редьярд отставил стакан, повернувшись к Карне. — Надо сообщить юной госпоже. Редьярд покивал. Действительно. Надо предупредить. И мисс Кеноби, и в особенности мистера Смита. К мистеру Смиту Киплинг отправил Карну с письмом, а вот мисс Кеноби решил навестить лично. Благо ничего особого не требовалось, достаточно активировать портключ, сделанный специально для сквиба. Мисс Кеноби нашлась в компании Томаса в саду. По дорожкам гарцевал игрушечный единорог, на спине которого сидел плюшевый лемур, Том увлечённо общался с гадюкой, повисшей на ветке куста, высовывая головку среди жёлтых и алых листьев, а Бенни задумчиво рассматривала облеплённое оранжевыми плодами деревце, вслух рассуждая, что делать с урожаем: так съесть или варенье сделать. — Варенье! — высказался Том. Бенни с сомнением покачала головой. Не припоминала она варенья из хурмы. Разве что джем… Но зато её можно вялить. По-китайски. — Сухое варенье сделаем, — решила она. — Из того, что не съедим. Надо глянуть, что за сорт. Если твёрдый, то получится. Если нет, то будет желе. В торт. Или салат. — Думаю, получится вкусно, — высказал своё мнение подошедший Редьярд. Бенни тут же заулыбалась, Том выпрямился и вежливо поздоровался. — Сэр Редьярд, — тепло поприветствовала его девочка. — Приветствую вас. Хотите, я прикажу накрыть чай в саду? Несмотря на пламенеющую листву, было тепло. Стояло полное безветрие. Даже змеи ещё не ушли на зимовку. — Прекрасная идея, — одобрил Киплинг. Брауни живо накрыла стол, больше похожий на обеденный: к чаю подали не только десерты и сэндвичи, но и пирог с мясом, и копчёности, и грибной жульен в тарталетках. За едой сэр Редьярд делился воспоминаниями о своих путешествиях, планами… И только когда они встали из-за стола и пошли гулять по саду, обстоятельно рассказал о неимоверной наглости патриарха семьи Килли. Бенни слушала внимательно, Том кипел от негодования: то сжимал кулаки, то еле удерживал рвущиеся с губ ругательства… — Если по всем правилам, то я не против, — величественно позволила Бенни. — Пусть сватается. — Бенни! — возмущённо пискнул Том. Глаза у него были просто огромные: то ли от ужаса, то ли ещё от чего. — Что «Бенни»? — хмыкнула девочка. — Ты хоть представляешь, как он опозорится? Причём сам, своими собственными усилиями? — Но ведь… — пролепетал Том. — Свататься… От него тянуло ужасом, обречённостью и бессилием что-то изменить. Бенни покачала головой и крепко обняла шмыгнувшего носом Тома. — И чего паникуешь раньше времени? — проворчала она. — Сватовство — это тот ещё… гхм. В общем, морока. Сквозь ветви к ним подлетела светящаяся пичуга, похожая на воробья с хохолком, сообщив голосом Августа, что через полчаса он нанесёт им визит. — Вот видишь, — улыбнулась Бенни, поправляя Тому воротник рубахи. — Сейчас придёт мистер Смит и расскажет подробности. Что и как. Том впечатлённым не выглядел. — Ладно, — вздохнула Бенни. — Будет надоедать этот ухажёр, устрою ему несварение. Или сердечный приступ. — «Бух в котёл — и там сварился», — тихо процитировал Киплинг. — Конечно, — улыбнулась Бенни. — Он мне и феникса поищет, и ключи от рая, и плод с древа познания. А иначе зачем мне маг, который задницу от кресла оторвать не может? И всё сам, сам… Ножками. Ручками. — Не головой? — ехидно ухмыльнулся Редьярд. — Что вы! — махнула рукой Бенни, — Не тот вариант. Судя по всему, этот маг в неё только ест! Том не выдержал и рассмеялся. На душе полегчало. Но вот ужас, который он испытал, узнав, что к Бенни кто-то сватается… Он до сих пор заставлял дрожать кончики пальцев. — Я хочу, чтобы мы обручились, — заявил он. Бенни ошарашенно моргнула. Сэр Редьярд замер, изумлённо подняв бровь. Том нахмурился, сложив руки на груди. — С чего вдруг такие странные желания? — осведомилась Бенни. — Да ещё и после обеда? — Не хочу, чтобы тебя домогались всякие, — угрюмо сказал Том. — Я не могу… Он оборвал себя, беспомощно уставившись вдаль. Он может очень мало. Почти ничего. Но… Он будет стараться. — Том, — нежно произнесла Бенни, разглядывая сопящего мальчика. — Спасибо. Том встрепенулся, с надеждой уставившись на неё. — Если не будет другого выхода, я обязательно воспользуюсь твоим благородным предложением, — торжественно пообещала Бенни, и Том робко улыбнулся. — Выше нос. Всё не так страшно, как тебе кажется. — Подтверждаю, — заявил подошедший Август. — Мисс Кеноби. Мистер Риддл, сэр Киплинг. — Что скажете, мистер Смит? — Что всё ещё страшнее, — с неуместным оптимизмом заявил Август Смит. Том судорожно вздохнул. Бенни закатила глаза. — Пройдёмте в кабинет. Там будет удобнее обсуждать такую животрепещущую тему.