Часть 24 Праздник

Такие предложения не игнорируют: Бенни отлично понимала, чего стоит приглашение на день рождения наследника рода. Малфой были родом древним, баснословно богатым и имеющим огромное влияние не только в магическом мире, как успел рассказать Август. Беловолосые рослые красавцы, все, как на подбор, образчики идеала мага и аристократа, обладали отменным чутьём на выгоду. Любого вида. На прибыль в бизнесе, на связи, на… на что угодно. И то, что птица вот такого высокого полёта предложила хоть и богатой и гениальной, но мелкой и не имеющей никакого влияния сироте пусть не дружбу, но намёк на что-то… это внушало. Значит, глава рода увидел, что Бенни далеко пойдёт. Каким образом? Аналитика, предвидение, ещё что… неважно. Главное, что это заявка. Бенни была польщена, но надевать розовые очки и думать, что она может быть ровней этому мастодонту, не собиралась. Совершенно. Сейчас это будут смотрины. Бенни и Том — приглашение было плюс один — шли на людей посмотреть и себя показать. И этот показ должен быть идеальным. У вас никогда не будет второго раза, чтобы оставить положительное первое впечатление. Приём был назначен через неделю, и всю эту неделю Бенни выбирала наряды для себя и для Тома, украшения, амулеты, а главное — подарок для наследника Малфоя. Что можно подарить богатому и избалованному мажонку? Чем впечатлить такого засранца? Что наследник Малфой — тот ещё засранец, Бенни нисколько не сомневалась. И если с одеждой и прочими украшениями всё решилось быстро: Уна достала из хранилища ткани, кожу, нитки и сшила наряды и обувь, а также перчатки и головные уборы и даже сумочку для Бенни, то вот подбор подарка заставил попотеть. Игрушки, книги и прочая привычная мелочёвка отпали сразу. Ну не дарить же Малфою жёлтую резиновую уточку или кисточку для пупка! Во-первых, не тот возраст, чтобы оценить, во-вторых, не те у них отношения, чтобы дарить и принимать такие подарки. Артефакты? Тоже мимо. Малфои богаты, могут позволить заказать всё, что требуется. Украшения? Ну… Маги не чурались ни украшений, ни тем более артефактных украшений. У них не вошёл в моду минимализм и строгость, и Бенни сомневалась, что войдут. Но… тут или потрошить сокровищницу, и Бенни реально душила жаба размером с тираннозавра, ей самой всё, что там находится, пригодится. Или что-то сделать самой. Но что?! Она создавать артефакты и амулеты не умеет. Брошь вышить? Слишком мелко и глупо. Хоть торт пеки: такого не подавали, как успела убедиться Бенни. Да, торты делали, но только на свадьбы, и то на привычные кондитерские изделия они пока не слишком походили. — Эстерхази, — твёрдо сказала она. И вздохнула: «эстерхази» был чудовищно заморочным в изготовлении. Эти безе… Но время есть. Она справится. И найдёт, кому скормить неудачные варианты. Задумала Бенни настоящую авантюру: она специально дала задание Августу и сэру Редьярду, и те подтвердили — такого никто ещё не делал. Да, похожее существовало давно: описанные в книгах пироги в виде башен, замков, тюрбанов и корзин, но это было не то. Металлические формы, в которые заливали тесто, пусть и из растёртых в муку орехов, украшенные простейшими глазурями. Сейчас как раз начинают появляться классические торты: тот же знаменитый «Захер», «Павлова» и другие. Но… Тоже немного не то. Пока что торты — это просто коржи с кремами. Украшения самые простые: розы, ракушки… Просто и однотипно. Пока что до задуманного Бенни никто не додумался: нет еще необходимых продуктов, нет приспособлений, не отработаны технологии. Нет бешеной конкуренции и буйства фантазии. Так что она будет первопроходцем. Решив, что гулять, так гулять, Бенни ни в чём себе не отказывала. Основу будущего шедевра решила делать, взяв за основу знаменитый «эстерхази»: безе с миндальной мукой. Крем будет заварной с добавлением варёного сгущённого молока. А сверху…. Сверху будут павлины. Чёртовы белоснежные павлины, две штуки, распустившие по торту хвосты и крылья. Их она сделает из сахарной мастики, бисквита и шоколада с кремами и раскрасит глазурями. Адская работа, зато сразу будет виден класс. Гости сдохнут от зависти, Малфои оценят. Да, им не стать равными союзниками пока, слишком разные весовые категории, но… Посмотрим. И она приступила к экспериментам. На третий день от сладкого начал отказываться даже Том. Пришлось с помощью брауни отправлять кондитерский брак в разные сиротские приюты. Что-то начало вырисовываться к середине пятого дня. На шестой почти получилось. Но Бенни отчаянно не хватало кондитерского жемчуга. Он так и просился на павлиньи хвосты, но до конца этого века делать такое не научатся. Уна, сочувственно вздыхая, наблюдала как её юная хозяйка бегает по кухне в полном отчаянии. Девочка то выла на одной ноте, то замирала, громко и экспрессивно жалуясь потолку на несправедливость жизни, то бросалась к столу, где в мисках находились глазури и мастики. Неожиданно она остановилась, повернулась к миске с мастикой и решительно упёрла руки в бока. — Ну уж нет! — процедила девочка. — Я не сдамся! И топнула ногой. Волна магии и ещё чего-то — Уна подалась вперёд, оценивающе принюхиваясь — взметнулась, накрыв стол, и содержимое мисок изменилось. Глазури стали плотными и однородными, карамель — похожей на разноцветный лёд, а грубо скатанные из мастики шарики запереливались всеми цветами радуги. Настоящий жемчуг! Белый, розовый, золотой, синий и чёрный. Неимоверно красиво. И съедобно, как убедились Бенни с Уной, начав пробовать всё подряд. Бенни повеселела, работа закипела. Коржи ложились один на другой, прослаиваясь кремом. Сверху всё закрыла мастика, драпируясь мягкими складками. На торте распустили хвосты и крылья два белоснежных павлина, гордо вздымающие хохолки. Жемчуг сверкал и переливался в свете магических ламп. — Вот такой торт на день рождения наследника Малфоев и подарить не стыдно, — объявила Бенни и устало опустилась на табурет. — Уна, наложи стазис, чтобы торт не испортился. И надо придумать красивую коробку. Коробку, обтянутую шёлком, заказал сэр Редьярд. Чудо, а не мужчина, по мнению Бенни. Торт опустили в коробку, перевязали шелковыми же лентами, и Бенни с чувством выполненного долга рухнула в кровать. Спала она без снов, проснулась в странном настроении. Вроде всё отлично, но что-то было не то. — У меня плохие предчувствия, — озадаченно пробормотала Бенни и медленно побрела умываться. Выглядела она куда лучше, чем себя чувствовала: глаза блестели, на нежных щеках розами расцветал румянец, волосы сияли. Одежда лишь дополнила образ нежной юной красавицы: парча с вышивкой в виде цветов, красота неимоверная. Рубаха под горло из белоснежного тончайшего батиста, голубые платье и берет с длинным пером какой-то экзотической птицы, синие перчатки и туфельки с сумочкой. Сверху плащ-пелерина. И украшения. Много артефактных украшений, причем некоторые скрыли, не выставляя напоказ. Бенни не обманывалась: мало ли желающих попробовать её на зуб? А защитить некому. Том был одет в синий костюм и выглядел настоящим юным аристократом: гордо расправленные плечи, взгляд уверенный. Он подал Бенни руку, и они в компании торта и принарядившегося Барри, повесившего на пояс два небольших изогнутых кинжала, отправились на праздник. Гостей ждали на аппарационной площадке и домовые эльфы, и люди-слуги. Те и другие были одеты в ливреи с гербом Малфоев. Когда Бенни и Том с Барри переместились на неё, домовые эльфы принялись попискивать и кланяться. — Оби-Ван Кеноби и Томас Марволо Риддл-Гонт, — представила себя и спутника Бенни и протянула поклонившемуся ей слуге приглашение. Тот почтительно принял его и передал эстафету следующему: Бенни с Томом проводили внутрь, забрав плащ и накидку. Они прошли сквозь огромный холл и подошли к лестнице, у которой стояли, исполняя долг радушных хозяев, два блондина: постарше и его мелкая копия. Бенни улыбнулась: ну чисто павлины, совершенно одинаковые! Анжелос Малфой, лорд и пэр, как знала Бенни, милостиво кивнул, просканировав их взглядом. Абраксас Малфой, тот, который наследник, произнёс все положенные приветствия, с любопытством проводил глазами коробку, которую забрал у Барри специальный слуга, и посоветовал не стесняться и как следует развлечься. Конечно, сказано было не такими словами, но смысл соответствовал. Бенни сделала книксен, Том поклонился — Барри с Уной обучали их старому этикету — и пошли в зал, где уже находилась прорва народа. — И где тут развлечения? — спросил у Бенни Том, оглядывая зал. Вдоль стен рассредоточились взрослые гости. В центре галдели нарядные детишки в возрасте примерно от семи до одиннадцати лет. — Сплетни, слухи, общение, — ответила Бенни, увлекая его к детской толпе. — Они все сидят в своих поместьях и общаются только вот на таких приёмах. — Нам и дома не скучно, — буркнул Том. — Это потому что ты умный и самодостаточный, — похвалила его Бенни, и Том расцвёл. — Давай, покажи какой ты классный. Что говорить про родню, знаешь. Том кивнул, уверенно подводя свою спутницу к богато разодетой детворе. И не скажешь, что ещё недавно он дичился и опасался всех подряд. — Приветствую, леди и джентльмены, — вежливо поздоровался Том. — Позвольте присоединиться к вашему обществу. Бенни едва не захихикала: Том сейчас просто копировал Киплинга. Ну даже интонации один в один! Дети тут же уставились на новые лица и наперебой принялись знакомиться. От души отлегло: может, взрослые и были чопорными и формальными, дети же вели себя более естественно. Уже через пять минут Бенни знала кто есть кто, запоминая важную информацию. С этими детьми они будут одновременно взрослеть. Связи важны. Юные аристократы девяти-десяти лет немедленно заинтересовались новой девочкой. Все они знали друг друга — островной круг общения у магов был отчаянно тесен. Новое лицо вызвало настоящий фурор. Том, впрочем, тоже заинтересовал — красавчик и хорошо воспитан: в рукав не сморкается, матом не разговаривает. Что ещё надо? Узнав, что Бенни эмансипирована, дети обалдели. Такая же мелкая, как они, а уже самостоятельная. Совсем. И сирота. И умная. И красивая. И даже не помолвленная! Последнее вообще заставило пару мальчишек постарше задумчиво переглянуться, а Тома — злобно скрипнуть зубами. Естественно, реакцию увидели и тут же пошла потеха: Бенни закружили в танце, образовалась очередь из желающих. Тома взяли в оборот две блондинки-близняшки, успешно оттеснив других юных хищниц. Бенни с удовольствием танцевала гавоты и менуэты, кадрили и полонезы под нежные переливы струнных инструментов — на хорах сидел целый оркестр. Она не задумывалась, откуда знает все эти танцы: Сила вела её. Она плескалась океаном, вихрилась торнадо, Бенни смеялась и танцевала, ощущая внимательные взгляды со всех сторон. Рядом сиял звездой Том, вокруг которого по двойной орбите носились две светловолосые красотки. Музыка несла их на своих волнах и это было прекрасно.