Часть 50 Ради империи

Каждое решение монарха тянет за собой целый караван действий: бюрократия на то и существует, чтобы внятно всё обосновать и закрепить юридически. Награждение Бенни герцогством тоже потянуло за собой воз проблем, которые, тем не менее, тут же начали успешно решать. Род Веллингтон давно пресёкся, так что, хоть родня и не могла начать возмущаться самоуправством короля, это означало, что предстояло всё правильно указать в документах, определить, что там с владениями и прочим, как встроится новоявленная герцогиня в вертикаль власти и после всего этого представить Бенни двору и обществу. Целая процедура, где важно всё: от определения, с кем герцогиня может вступить в брак, до изготовления короны достоинства. Его Величество Эдуард Восьмой распоряжался настолько уверенно и безапелляционно, что никто не смел ему возразить и в мыслях. Слушались все безукоризненно, словно Эскалибур убрал не только вредное, но и добавил нужное к характеру. Ювелиры, геральдисты и прочие трудились не покладая рук. Аристократы готовились к торжеству, самозабвенно сплетничая о личности новой герцогини, пусть никто ничего о ней и не знал. Сам же Эдуард сосредоточенно размышлял о том, что он увидел, подняв Эскалибур, и всё сильнее укреплялся в мысли, что новую герцогиню Веллингтон необходимо держать как можно ближе. Придворных магов он запряг проверять всех своих приближённых — и аристократию, и слуг. Да, у миссис Симпсон не получилось пошатнуть трон практически чудом, но это не значит, что не появятся другие авантюристки. И тут он отчасти виноват сам: с детства зная про магов и магический мир, он отчего-то считал их сказками, совершенно забыв, на что способна магия в беспринципных руках. Вот и поплатился. У Эдуарда холодный пот тёк по спине, когда он представлял, как заявляет о своём желании вступить в брак мало того что с иностранкой, так ещё и не благородного происхождения, к тому же замужней, пытающейся развестись. И что будет после этого? Кризис, тут и гением быть не надо, чтобы спрогнозировать дальнейшее. Кризис. Отречение. Жизнь вдали: новый монарх выпнет пинком под зад и прав будет. Позор до конца дней и дальше. Да, на этот раз трон устоит: есть кому на него сесть. Но! Будет ли эта попытка последней? От этого становилось дурно: размах интриги. Эдуард командовал, все выполняли, носясь как укушенные, маги проводили проверки, отчитывались и исполняли свои обязанности. Молча. Без презрительного выражения глаз. Эдуард думал. Очень много думал, прикидывая так и этак, пока не пришёл к единственно верному решению. Тем временем, пока шла подготовка к представлению новой герцогини — мероприятие, которое не происходило уже давно, не прекращались попытки миссис Симпсон воззвать к его чувствам, совести, ещё чему… Эдуард, получив очередное послание, понял, что терпение у него лопнуло. Эту проблему предстояло решить раз и навсегда. Ему только скандала и компромата не хватало! И для начала он приказал своему секретарю не доставлять письма от миссис Уоллес, намекнув, что ещё одно такое письмо — и ему понадобится искать новую работу где-нибудь в колониях. Секретарь проникся, письма перестали нарушать покой монарха, в отличие от миссис Симпсон. Как с неудовольствием узнал из отчёта Службы безопасности Эдуард, та, поглощённая разводом и битвой за свободу от ненавистного мужа — второго, кстати, — тем не менее находила время, чтобы делать странные намёки, на которые пока что не обращали внимание. Это Эдуарду не понравилось. Настолько, что он вызвал к себе нужного человека и велел помочь миссис Симпсон забыть их короткий роман как страшный сон. Неприметный мужчина с незапоминающимся лицом кивнул, а через короткое время сообщил, что больше миссис Симпсон никого не побеспокоит. Эдуард прочёл отчёт о принятых действиях и кивнул: женщину совершенно неожиданно застукал в пикантной ситуации муж, так что тут же дал развод, а скандал разразился со страшной силой. Любовник, подозрительно похожий фигурой и цветом волос на короля, растворился в пространстве, репутация миссис Симпсон пробила дно сточной канавы, а её угрозы и намёки теперь считали бреднями. Вон, был Эдуард? Был. Мистер Симпсон его лично видел и поставил синяк под глазом. Агент сообщил, что они всё равно проследят и, если что, предпримут меры, и откланялся. А Эдуард, поджав губы, вспоминал странную настойчивость женщины и вообще странность всей этой интрижки. Впрочем, долго он об этом тоже не думал: дел полно. Внезапным для него стал тот факт, что с мисс Кеноби невозможно связаться. Впрочем, это естественно, если она родилась и живёт исключительно в магическом мире. С точки зрения обычной бюрократии, её просто не существует. Короткий разговор с придворным магом подсказал решение проблемы: у мисс Кеноби был поверенный, работающий в обоих мирах. К нему и отправилось письмо. *** Квадратные глаза мистера Смита надо было видеть. Он примчался, весь взбудораженный, торжественно подал письмо и упал на стул. Уна тут же поставила перед ним чашечку кофе и рюмку ликёра. Август принюхался, одним махом выпил ликёр, потом кофе и ощутимо расслабился. Бенни распечатала письмо и внимательно прочла. — Действительно, — пробормотала она, складывая лист и вновь засовывая в конверт. — Проблема. — Леди Кеноби? — осторожно поинтересовался Август. — Скоро состоится моё представление ко двору, — сообщила Бенни. — Его Величество хочет обсудить этот процесс, а почтового ящика у меня нет. Зато у меня есть вы, мистер Смит. — Всецело готов! — горячо ответил тот. — Тогда подождите, я напишу ответ, — сказала Бенни. Переписка с королём была совершенно новым опытом. Впрочем, послание от властвующего монарха, насквозь деловое, не требовало от неё ничего особенного. А почерк у неё просто отличный, и запас первоклассной писчей бумаги тоже есть. К тому же благодаря шлифовке на уроках у Малфоев Бенни отлично знала, какие речевые обороты можно использовать и вообще как именно ведётся переписка с самыми разными людьми. Письмо отправилось Смит-экспрессом, а Бенни задумалась: ладно, с короной достоинства проблем не будет. Её сейчас изготавливают по распоряжению короля. Но всё остальное? Представление ко двору — насквозь официальное и чётко определённое церемониальное действие. Платье. Украшения. Обувь. Даже макияж! Всё расписано до мелочей, а она так привыкла к своим удобным и красивым нарядам… Что делать? Дресс-код совершенно недвусмысленный. Но раз требуется викторианская эпоха, может, и эпоха Возрождения прокатит? Это требовалось обсудить. Всё равно придётся идти на примерку короны. Письмо о дате примерки прилетело через неделю, и Бенни в сопровождении сэра Редьярда, Уны и ещё одной брауни отправилась в Букингемский дворец. Стоял ясный летний день, когда «роллс-ройс» остановился у восточного входа. Мисс Оби-Ван Кеноби с сопровождающими ждали. Бенни вышла из машины под десятками любопытных взглядов и, взяв Киплинга под руку, вошла в двери. Её сопровождали две суровые дамы в строгих платьях, явно дуэньи, и вся эта процессия отправилась вслед за ожидающим их сопровождающим. Бенни смотрела по сторонам, чуть щурясь: всё было пронизано тонкими светящимися нитями. Защита? Сигнализация? Всё сразу? Интересно, а маги эти кружева видят? Или нет? Король ожидал её в личном кабинете в компании ювелира. Бенни с сэром Редьярдом раскланялись, пару минут протокольно приветствовали и прочее монарха, пока Эдуард не показал на ожидающие посетителей стулья. Корона Бенни понравилась. Всё, как положено: красная шапка, золотой обод с золотыми земляничными листьями, горностаевая опушка. И её размера: потом, когда вырастет, изготовят ещё одну, а эта, детская, станет семейной реликвией. Наконец суета с примеркой закончилась, ювелир с помощником вышли, и Эдуард чуть расслабился. — Ваше Величество, позвольте вопрос, — начала Бенни. Эдуард кивнул, дозволяя. Эта юная женщина вызывала в нём странный трепет. — Насколько строг дресс-код мероприятия? Эдуард моргнул. Ещё раз внимательно посмотрел на сидящую перед ним прямо, с гордо поднятой головой, девочку: строгое синее платье в пол, небольшой корсаж, вышивка в тон основной ткани. В памяти сразу возникли картины старых итальянских мастеров. — Гм, — озадаченно пробормотал он под нос, напрягая память. — Требуется платье с корсетом, в пол, с длинным рукавом, если короткий рукав — то перчатки, кроме того, подобающие украшения, мантия, а также корона достоинства. — Меня смущает корсет, — Бенни смотрела абсолютно серьёзно. Что поделать, реально смущал. Не хотелось затягиваться в это пыточное приспособление. — Привычный вам стиль годится, — наконец что-то там надумав, изрёк король. — Но наряд должен подходить идеально. — Будет, — пообещала Бенни. — И обязательно обувь на каблуке. Не выше пары дюймов, — добавил Эдуард. Бенни кивнула. Его Величество был рослым мужчиной, а ей едва исполнилось десять лет. Мелковата герцогиня, необходимо хотя бы видимость создать. — Вы готовы к управлению герцогством? — внезапно спросил Эдуард. — Мои земли прирастают, — Бенни чуть улыбнулась. — Я справляюсь. Эдуард бросил взгляд на стоящих у двери сурового вида женщин. Бенни не сомневалась: король видит сквозь иллюзию. Видит, что её сопровождают не люди. — Я в вас не сомневаюсь, — кивнул Эдуард. — И уверен: вы станете надёжнейшей опорой трона. Империя от вашего присутствия расцветёт. Сэр Редьярд, внимательно следящий за разговором, но не вмешивающийся, увидел, как внезапно взгляд девочки стал странно тяжёлым. Она чуть наклонила голову… и медленно кивнула. — Да, Ваше Величество. Я с вами согласна. Империя расцветёт. Я приложу для этого все необходимые усилия. После этого разговор долго не продлился: они обговорили ещё пару мелочей, вызванный распорядитель намечающегося представления принёс стопку листов — своеобразная шпаргалка для юной герцогини, они откланялись… Машина тронулась с места, увозя их в дом сэра Редьярда. — И что это было? — неожиданно спросил Киплинг. — Его Величество сделал мне предложение, — буднично сообщила Бенни, — и я решила ответить положительно.