Глава 2: Хикки Соломенная шляпа

Я как раз свыкся с мыслью, что каким-то образом обрел сверхспособности - идея, которая, честно говоря, относилась к области бредовых школьных фантазий, - когда в дверь позвонили. Отлично. Как раз когда я думал, что смогу сесть и разобраться с этой ерундой, реальность решила мне помешать. Вздохнув, я неохотно отложил свою любимую Виту-тян. Приоритеты, в конце концов. Когда я поднялся со стула, ноги меня подвели. Вместо того чтобы стоять как нормальный человек, я подпрыгнул. Нет, не просто слегка подпрыгнул - а прямо-таки взвился в воздух, как на батуте. «Какого чёрта...» пробормотал я, приземляясь с неловким покачиванием. Мое тело ощущалось странно. Намного легче, чем обычно. Как будто я больше не состоял из плоти и костей, а из чего-то гибкого и растягивающегося. По типу резины. Фантастика. Именно то, чего я всегда хотел - быть ходячей, говорящей резиновой игрушкой. Изо всех сил стараясь не обращать внимания на тревожную эластичность собственных конечностей, я направился к двери, почти наверняка ожидая увидеть Комачи. Наверное, она наконец-то вернулась домой после посиделок с Кава-как-его-там. Может, я прочту ей лекцию о том, что нельзя засиживаться допоздна. А может, она проигнорирует меня. Обычное дело для братьев и сестёр. Я старался сохранить хоть какое-то подобие достоинства, ковыляя к двери, внутренне готовясь к неизбежным поддразниваниям Комачи. Я уже слышал её самодовольный голос: «Онии-тян, почему ты выглядишь ещё более странно, чем обычно?» Я открыл дверь, ожидая увидеть сестру. Вместо неё передо мной стоял мой отец, Хитоши Хикигая, в своем обычном офисном костюме. Называя его «отцом», можно создать впечатление теплоты и авторитета, но давайте будем реалистами - он был скорее товарищем по корпоративному заключению, от которого мне досталась половина ДНК. Этот человек был воплощением измождённой усталости, его глаза были еще более мёртвыми, чем мои. Если бы эволюция действительно работала, мы бы разработали видовую сигнализацию, которая срабатывала бы всякий раз, когда кто-то с кровью Хикигая входил в комнату, просто чтобы предупредить других о приближающемся несчастье. «Йоу», - поприветствовал я, мой голос был таким же оживлённым, как и у поздней ночной рекламы. С другой стороны, он выглядел странно... взволнованным? Ну, настолько взволнованным, насколько может выглядеть человек, у которого, вероятно, десятичасовая смена. «Хачиман! Ты видел? Фрукт? Странный фиолетовый фрукт?» Я моргнул. Это было странно. Я сначала решил соврать, но, учитывая, что мои конечности в данный момент нарушали законы физики, решил, что он действительно может что-то знать, поэтому сказал правду. «Да», - призналcя. «Я его съел». Тишина. Его глаза расширились, что можно было описать только как ужас, смешанный с сожалением. Отлично. Именно то, что каждый сын хотел бы увидеть на лице своего отца, когда обсуждает свой выбор диеты. «Ты... ты съел его? Целиком?» - спросил он, в его голосе звучало недоверие. Я поднял бровь. «Что, я должна была оставить немного на ужин? В комплекте не было инструкции по сервировке». Не обращая внимания на мой сарказм, он резко выдохнул, потирая виски, как человек, который только что понял, что забыл сдать важный отчёт. «Это был дьявольский фрукт. Гому Гому но Ми. Он превращает того, кто его съест, в резинового человека». Ах. Конечно. В этом есть смысл. Я небрежно вытянул палец, наблюдая, как он растягивается, словно эластичный кусок, а затем плавно укорачивается. Я долго и медленно выдохнул. «Из всех суперспособностей в мире мне досталась эластичность. Не полёт. Не невидимость. Даже не способность вызывать еду по желанию. Нет, я должен быть человеческим надувным мячиком. Фантастика». Отец выглядел так, будто хотел сказать еще тысячу вещей, но я уже был слишком занят размышлениями о своём мрачном будущем. Что будет дальше? Неужели меня заставят ввязаться в какое-нибудь грандиозное приключение, которое полностью проигнорирует моё желание жить тихой и спокойной жизнью? Нет. Это было нелепо. Для меня никогда ничего не менялось. ...Верно? Я стоял и смотрел на отца, пока мой мозг пытался осмыслить то, что я только что услышал. Внезапно мне пришло озарение. Это должна быть шутка. Розыгрыш. Какой-то причудливый трюк в ток-шоу. В любую секунду в комнату ворвется съёмочная группа, и ведущий с раздражающе восторженной улыбкой вручит мне приз за то, что я самый доверчивый сын на свете. «Так, где же камеры?» спросил я, скрестив руки. «Признаюсь, ты почти поймал меня. Солидная попытка. Очень продуманно. Но ты немного переборщил с «дьявольским фруктом». Надо было остановиться на "это просто странная тропическая закуска с Окинавы"». Мой отец - нет, не так, человек, которого я всегда называл своим отцом, - тяжело вздохнул. Он шагнул вперед и без предупреждения схватил меня за плечи, его хватка была крепкой, почти отчаянной. «Хачиман, это не шутка. Мне нужно, чтобы ты меня выслушал». Что-то в его голосе вызвало дрожь по позвоночнику. В его выражении лица не было ни смеха, ни ухмылки, как у того, кто пытается сдержать смех. Только непоколебимая серьёзность. Это было тревожно. Почти так же тревожно, как и то, что я каким-то образом обрёл способность растягиваться, как чёртова резинка. Он отпустил меня и жестом пригласил следовать за собой. «Пойдём со мной. Тебе нужно кое-что увидеть». Я на мгновение замешкался, прежде чем двинуться за ним. Мой разум метался, пытаясь соединить все точки. Как он был замешан в этом? Откуда взялся этот фрукт? И самое главное - неужели я узнаю, что моя семья тайно принадлежала к какому-то подпольному культу, занимавшемуся выработкой странных сверхспособностей? Мы шли по тускло освещённому коридору, деревянные половицы слегка поскрипывали под нашими шагами. В воздухе витал знакомый запах старых книг и растворимого кофе - фирменный аромат моего отца. Его комната была такой же, какой я запомнил её с того раза, когда осмелился войти в неё в последний раз: похожее на офис помещение, заставленное аккуратно сложенными бумагами, единственная книжная полка, уставленная потрёпанными романами, и запертый сейф в углу. Это было самое неинтересное место в доме. По крайней мере я так думал. Он повернулся ко мне лицом. «Прежде чем я покажу тебе, что находится в этом сейфе, я должен рассказать тебе правду. Всё, что я знаю». Он сделал глубокий вдох. «Моё настоящее имя - Портгас Д. Эйс». Я моргнул. «Что?» «Я родился не в этом мире. Я родился в другом, в том, которым правит море, пираты и могущественные существа. Я был пиратом, я сражался, у меня была мечта. А потом... я умер. Только для того, чтобы проснуться снова, здесь, как Хитоши Хикигая». Я уставился на него. Он смотрел на меня. Где-то снаружи драматично каркнула ворона, словно подчёркивая, насколько нелепо это звучит. Итак, мой отец официально был сумасшедшим. «Верно», - медленно произнёс я. «И я полагаю, что мама втайне является реинкарнированным драконом, а Комачи в прошлой жизни была космической принцессой?» Он проигнорировал мой сарказм. «Хачиман, я знаю, что в это трудно поверить, но клянусь тебе, это правда. Я попал в плен к морским пехотинцам. Я погиб в битве при Маринфорде. А потом я очнулся в этом мире младенцем, и все мои воспоминания остались нетронутыми». Я недоверчиво посмеялся, но часть меня - та часть, которая весь день переживала странные, невозможные вещи, - не была так уверена. Он повернулся и подошёл к сейфу, быстро и легко вводя код. Раздался слабый щелчок, когда замок отворился. Он жестом попросил меня подойти ближе. Я шагнул вперёд и заглянул внутрь. Там, в пустом сейфе, аккуратно лежала соломенная шляпа. Очень знакомая соломенная шляпа. У меня перехватило дыхание. Я уже видел эту шляпу раньше. Не один раз, а много раз на протяжении всего моего детства. Мой отец носил её время от времени, иногда по рассеянности нахлобучивая на голову, когда работал дома. Она была даже на некоторых старых семейных фотографиях, висевших на стене в гостиной. Я никогда не придавал этому значения - просто одна из его эксцентричных привычек. Но теперь... «Эта шляпа...» пробормотал я. «Раньше ты постоянно её носил». Он кивнул. «Она принадлежала кое-кому важному в моей прошлой жизни. Мальчику, который был мне как брат. Не знаю, как она оказалось здесь, в этом мире, но однажды, когда мне было двадцать, я нашёл его в своем шкафу. И сразу же понял, что это такое». Я нерешительно протянул руку, пальцы коснулись плетеной соломы. Она казалась настоящей. Осязаемой. Не какой-то старой забытой реликвией, а чем-то, имеющим вес - историей. Мой отец, или... кем бы он ни был на самом деле, внимательно наблюдал за мной. «Теперь ты мне веришь?» Я сглотнул. Инстинкты кричали, чтобы я отрицал всё, что он мне рассказал, смеялся над этим, называл абсурдом. Но после сегодняшнего дня, после всего, что я пережил, после того, как моё тело стало растягиваться, как какая-то резиновая игрушка... Мог ли я позволить себе быть скептиком? Я сжал кулаки. «...Это слишком много, чтобы я мог так просто это принять». Он кивнул. «Я понимаю. Не торопись. Но есть одна вещь, которую ты должна принять, независимо от того, веришь ты в мое прошлое или нет. Тот фрукт, который ты съел, не был нормальным. Он изменил тебя. И с этого момента твоя жизнь никогда не будет прежней». Я вздохнул. «Да. Логично». Я сухо усмехнулся. «Просто мне повезло. Моя жизнь и так была в полном беспорядке, а теперь мне придётся иметь дело со сверхспособностями и реинкарнированным отцом-пиратом». Он усмехнулся. «Многовато, да?» Я бросил на него взгляд. «Это еще мягко сказано». Он рассмеялся, и я впервые осознал, насколько он изменился. В нём было что-то светлое, как у человека, который годами вынашивал секрет и наконец-то смог им поделиться. Отец взял соломенную шляпу в свои руки и надел её на меня. Соломенная шляпа тяжело сидела на моей голове - как физически, так и метафорически. Слова отца всё ещё звучали в моём сознании, как назойливая всплывающая реклама, которую я никак не мог закрыть. «Эта шляпа может стать ключом ко всему», - сказал он, его голос был серьёзнее, чем я когда-либо слышал. Что, честно говоря, о многом говорило. Обычно его тон колебался между усталостью и еще большей усталостью. «К странным происшествиям, к связи между этим миром и моим прежним». Верно. Ведь очевидно, что шляпа - это ключ к межпространственным тайнам. Конечно не какая-нибудь лаборатория с передовым научным оборудованием или мистический артефакт. Нет, просто шляпа. Я потянул за край шляпы и посмотрел на него с таким скептическим выражением лица, которое естественно для человека, потратившего годы на совершенствование искусства бесстрастного неверия. «Верно. А дальше ты скажешь, что я должен вернуть его в какой-нибудь спрятанный храм, пока древнее проклятие не уничтожило мир?» Отец проигнорировал мой сарказм (как обычно) и продолжил. «Это не совпадение, Хачиман. Ты съел этот фрукт. Ты унаследовал силу моего брата. И теперь эта шляпа... она нашла путь к тебе. У всего этого есть причина». Прежде чем я успел это заметить, он мягко положил руку мне на плечо. «Теперь я доверяю её тебе». Конечно, так оно и было. Кому же ещё он мог его доверить? Комачи? Вообще-то, это был бы более разумный выбор. Она ответственная. Я же, напротив, почти всю жизнь совершенствовался в искусстве избегать ответственности. Но, конечно, давайте включим в мой список дел разгадывание непонятных тайн. Я открыл рот, собираясь возразить, но потом заколебался. Потому что, как бы мне ни хотелось отмахнуться от этого как от еще одного слоя абсурда в моей и без того закручивающейся жизни, какая-то ноющая часть меня понимала, что что-то не так. С тех пор как я съел этот фрукт, я был ненормальной. Я чувствовал это в каждом пружинистом шаге, в каждом разгибании пальцев. Может быть, это было не просто галлюцинацией? Может быть, в кои-то веки мой отец действительно что-то знал и понимал. И всё же мне нужны были ответы. «Хорошо, но как ты вообще узнал, что фрукт появился в нашем холодильнике?» спросил я. «Ты просто случайно прибежал домой в самый подходящий момент?» Отец провёл рукой по волосам, выдыхая. «Это было так же, как когда-то я нашёл шляпу. Что-то внутри меня всколыхнулось. Чувство, инстинкт. Как только он появилась, я понял. Я сразу же сорвался с работы». Он нервно хихикнул. «Я боялся, что Комачи съест его первой». Ах, да. Любимая Комачи. Золотое дитя. Любимица. Даже в условиях кризиса, меняющего реальность, приоритеты моего отца оставались неизменными. Я уже слышал, как на заднем плане звучит драматическая музыка, когда он бросается на помощь воображаемой Комачи, защищая её от ужасов проклятого фрукта. А если я окажусь жертвой природы? Эх, бывает. Я прислонился к стене, скрестив руки. «И что теперь? Мы скажем маме и Комачи, что ты был каким-то пиратским воином, а их любящий сын и брат превратился в человеческий надувной мячик?» Выражение лица отца стало серьёзным. «Нет. И мне нужно, чтобы ты тоже молчал». Конечно. Держи маму и Комачи в безопасности, а меня брось с головой в сверхъестественный хаос. Да уж, никакого фаворитизма. Не успел я язвительно высказать свои мысли, как по дому разнёсся звук отпираемой входной двери, а затем знакомый весёлый голос. «Онии-тян, я дома!» Чёрт. Отец бросил на меня взгляд. «Ничего не говори». Конечно, давайте я просто небрежно спрячу эту невероятно заметную соломенную шляпу. Сняв её с головы, я бросился в свою комнату, захлопнув за собой дверь. Недолго думая, я засунул шляпу под кровать, как подросток, прячущий эротические журналы. Затем я плюхнулся на матрас и уставился в потолок. Вчера я был обычным школьником. А сегодня? У меня появились сверхспособности, я узнал, что мой отец - какой-то реинкарнированный воин из другого мира, и меня втянули в межпространственную чепуху. Я вздохнул, прижав ладони к лицу. «Да. Это будет очень больно». Я вздохнул, потирая лоб. Если меня собираются втянуть в это безумие, то мне, по крайней мере, нужно подходящее имя героя. Что-то крутое. Что-то легендарное. Что-то, что вселяло бы страх в сердца моих врагов. ...Нет, подождите, это слишком сложная задача. Что-нибудь попроще. Соломенная шляпа Хикки? Да, похоже на то, как Юигахама назвала бы меня, прежде чем глупо рассмеяться. Фантастика. Моя жизнь официально стала сюжетом аниме. Лучше бы кто-нибудь включил вступительные титры.