Глава третья: «Твоё имя»

Всю дорогу до замка Страд и думать не мог ни о чём другом, кроме как о ней, черновласой даме, которая упала ему в руки в самый неподходящий момент. Даже новопойманный изменник и человек, которого лорд больше всего хотел изловить на протяжении нескольких последних лет, Рудольф Ван Рихтен уже интересовал его не столь сильно. «Нельзя запирать её в клетке, как остальных, этой девушке нужны условия, достойные моего гостеприимства» — понеслось в голове у лорда Баровии, когда рассвет пробился сквозь густые тучи и осветил въезжающую во двор Равенлофта повозку с пленниками. Рахадин почётно встретил делегацию вернувшегося с вылазки правителя. – Господин, вижу всё прошло как и было задумано. – С небольшими потерями, но в целом план удался. Я привёз с собой Рихтена, какого-то драконорожденного отпрыска, саблезубого тигра, который красуется связанным. Он указал в сторону второй повозки, на которой смиренно лежал связанный и измученный зверь. – А также… Одну девушку. При этом упоминании он слегка смягчил свой суровый тон. – Мой господин, прежде, чем вы решите, что делать с пленниками, мои разведчики и придворные слуги почти одновременно обнаружили нарушителей режима в двух разных уголках долины. Первый, по виду хобгоблин, нагло нарушил границы наших лесов, а второй, некий карлик в маске, промышлял кражей столовых изделий на кухне нашего замка. Оба нарушителя сейчас пойманы и приговорены к заключению. Он указал взглядом на двух существ, поставленных лицом к каменной стенке у ворот. – Мне нет до них дела, брось их в подземелья, как и остальных. Он замнулся. – Кроме… Девушки… Знаешь что, Рахадин? Подготовь ванну в комнате с камином. Целебную ванну. На лице Рахадина проскользнула лёгкая ухмылка, которую Страд не распознал. – Как пожелаете, думаю стоит сообщить вам, что Ирина, кажется, пришла в себя. Что прикажете делать с ней? Страд задумался, медленно провёл своим пальцем по виску. – Перемести её из гостевой комнаты в комнату для слуг и проследи, чтобы оставалась там, я навещу её вскоре. **** Мысли вампира хаотично метались в его голове, разрушая баланс его невозмутимой природы, это раздражало Страда и не давало ему покоя. Как только он проводил девушку принимать ванну и закрыл за ней дверь, возможность ещё раз заглянуть к ней всё больше манила его, подгоняла своими первобытными людскими чувствами. «Слабость, я больше не тот, кем могут манипулировать столь низкие сиюминутные желания. Больше нет. Я властитель, как этого мира, так и своей воли.» Проговаривал он у себя в голове, жадно поглядывая на дверную ручку в комнату для гостей. «Да что же это такое!» В гневе провёл он своей когтистой рукой по стене. «Лорд я или не лорд? С каких пор я задаю себе вопросы, что делать, а чего нет? Боюсь что обо мне может подумать какая то… Какая то…? Я даже имени её не знаю. Мне нужно. Узнать. Её. Имя.» Додумав свою мысль, он дёрнул ручку двери, войдя внутрь. Черноволосая обнажённая девушка лежала в бадье, резко отвернувшись как только увидела чей то силуэт в проходе. Со своего ракурса Страд мог наблюдать лишь аккуратные, нежные женские плечи и почти что касающиеся их влажные, растрёпанные локоны волос. «Она кажется такой слабой и беззащитной, я бы мог залезть к ней в эту бадью прямо сейчас, ведь я лорд, всё принадлежит мне, бадья принадлежит мне, она… принадлежит мне.» Первые слова Тааш тут же выбили из Страда все похотливые желания. Её реакция не могла не выдать того, что ей некомфортно такое положение дел. Вампир постарался спрятать подавить все свои неуместные фантазии и просто поговорить с девушкой, стараясь при этом ненавязчиво сократить дистанцию между ними. После короткого разговора он велел ей надеть платье, то самое, что когда то заказывал для Татьяны, но которое она ни разу не надела. Страд решил, что оно будет прекрасно и в пору смотреться на девушке. Бал на нижнем этаже уже был собран. Он позвал на него всех значимых в замке персон, тех, кто верой и правдой служил его семье, как до до смерти, так и после. Страд хотел проверить на деле, чего стоит своеволие девушки, был ли тот случай у башни, когда она смогла зарядить в него камнем, вопреки чарам лишь везением или по-настоящему выдающейся чертой личности? Если она сможет проявить хитрость и сохранить лицо, возможно она стала бы чего стоить в его глазах. Впрочем, Страду на самом деле не слишком было до этого дело, ведь новость о том, что Ирина проснулась после своего пребывания в отключке, а вместе с ней и… Татьяна, подогревала интерес Страда наконец поговорить с ней по душам. Поэтому бал являлся для Тааш ещё и способом чем-то занять её до момента, пока лорд Баровии окончательно не решит, что с ней делать. Уже покидая комнату для гостей и бросая на девушку свой последний взгляд, он вдруг осознал: «Я так и не узнал её имя…» **** Ирина сидела в комнате для слуг, обхватив прижатые к груди колени и съежившись в уголке как испуганный кролик. – Ч… что вам от меня надо?... Я не Татьяна… Я не та, кто вам нужна, вы перепутали меня с кем то. Он медленно подошёл к ней, сел напротив, взял ей ладонь в свою и заглянул в блестящие глаза. – Ты совсем не похожа на неё, это правда. Погладив её блондинистые волосы, он продолжил. – Но я знаю, что её душа, её воспоминания сидят глубоко в тебе. Дай мне поговорить с ней. Его тон был отнюдь неласков, а скорее прямолинеен и беспрекословен. Она не знала, что ответить ему, было похоже, будто она вот вот готова расплакаться, но в какой то момент она всё же собралась с духом и сквозь страх выдала вампиру в лицо то, что хотела сказать. – Я помню кое-что, чего помнить не должна… Эти коридоры в замке, жизнь при дворе, помню вас… Страд… Затем, свадьба и… Какие то ужасы. С каждым днём я чувствую, что воспоминаний становится больше, из за этого мне становится до жути страшно и голова трещит по швам. Я чувствую что не выдерживаю, я могла бы попробовать рассказать что то из моих снов или воспоминаний? Раньше я считала всё просто дурными снами, но сейчас я уже не вполне уверена… Вернее, я уверена, что это не просто сны и я прекрасно понимаю, что эти преследования, которые вы мне устраивали, всё из за них. Я никогда не знала своих родителей, Колян Индирович был мне единственной опекой. Я всегда чувствовала себя особенной, но и представить не могла, какой дар мне достался в наследство. Всё то время, пока я росла я думала, что не имею души, как и большинство в деревне, но теперь то я поняла, что я не просто родилась с душой, но ещё и с душой той, которая была обещана вам при жизни. Мне очень жаль, но я не она, и не думаю… Что когда то ей стану, я просто девушка, на долю которой по великой случайности выпала слишком большая доля. Он отпустил её руку, опустил взгляд. – Твои воспоминания возвращаются к тебе далеко не просто так, я в этом убеждён. Страд поднялся, посмотрел на Ирину с невиданной жалостью не к ней, но к самому себе. – Воспоминания лишь начало той трансформации, что должна возобладать над тобой. Не противься ей. Покуда будь здесь и медитируй. Я поручу обеспечить тебе лучшие условия и загляну навестить через пару дней. С этими словами он удалился и запер дверь на магический замок, оставив девушку тихо всхлипывать и предаваться грёзам о счастливом прошлом, в котором она никогда не была. **** Страд явился на бал к Тааш как нельзя кстати, девушка уже успела заскучать в окружении неслишком приятных персон. Лорд твёрдо надеялся пригласить её на танец. Что-то тянуло его к ней, и дело было явно не только лишь во внешности. Он обещал показать ей страсть и этот вечер явно обязывал к, может быть, не слишком откровенному времяпровождению, но такому, в котором могли фигурировать страстные нотки. Нотки эти создавались как с помощью явления друг другу своих музыкальных талантов и разговора по душам, так и последующего танца. Он чувствовал её тепло, ощущал биение человеческого сердца, пульсацию в висках, учащённое дыхание. Это всё возбуждало в нём как физический, так и психологический интерес. – Вы даже имени моего не знаете! Эта фраза нанесла лёгкий урон его достоинству, ведь он так и не спросил, хотя этот вопрос постоянно всплывал у него в голове, он по какой-то причине всегда терялся в бесконечном мыслительном потоке. – Как же тебя зовут, юная леди? – Меня зовут Тааш. Несколько дерзко и придирчиво произнесла она и отвернула взгляд, то ли застеснявшись своего имени, то ли пытаясь подначить лорда почувствовать укол совести за то, что тот повёл себя совсем не по джентльменски. «Тааш… Я запомню это имя. Ты производишь на меня на редкость интересное впечатление, Тааш.» По мере продолжения танца, дыхание девушки становилось всё более сбивчивым, всё более агрессивным. Страд подумал, что это признак усталости, приняв во внимание, что люди устают об обычных вещей гораздо быстрее, но прижав её поближе, ощутил всю плотность с которой её тело было зажато в узком платье Татьяны. Сообразив, что Тааш тяжело в нём находится, он нащупал руками завязки на её спине, но его когтистые пальца вмиг разорвали ткань одежды. Тааш вздрогнула, а его руки уже исследовали гладкую кожу на её спине. Будто парализованный, он продолжал касаться её, разрывая платье всё сильнее и раздевая её всё больше и пробегаясь пальцами всё ниже… Немая сцена продолжалась ещё некоторое время, прежде чем Страд наконец смог отступить и завершить бальное представление. **** После бала у Тааш была небольшая передышка в её новой комнате. В суматохе последних событий, она упустила одну очень важную для себя вещь: ее блестящий золотой значок, памятная вещица ещё со времён цирка , был потерян, скорее всего, где-то в лесу или в замке. Ни одна из этих перспектив ее не радовала. — Нет, нет, нет... Почему именно сейчас? Разочарованно пробормотала она и, быстрым шагом, решила осмотреть хотя бы те комнаты, в которых уже была, с хлипкой надеждой ухватившись за канделябр со свечами. Это был поиск иголки в стоге сена, и она сдалась, когда дошла до главного зала. Припав спиной к стене, она медленно опустилась и села на холодный пол. От собственной беспомощности ей хотелось завыть, но вместо этого она просто сидела, тяжело опустив голову на руки. После разборок с девушками, Страд планировал, наконец, навестить своего давнего друга в подземельях, куда и направился с приближением сумерек но, внезапно для самого себя, наткнулся на Тааш, находящуюся в неподходящее время в неподходящем месте. — Кажется, я не разрешал тебе бродить по замку ночью. Произнес голос мурлыкающий Страда, вывевший ее из раздумий. Она подняла голову и испуганно вскочила, в попыхах пытаясь отступить к стене, словно могла слиться с ней. — Нет, я... извините, просто... ахаха, понимаете, ну... как бы... Нервно лопотала она, стараясь собрать мысли в кучу. Она избегала взгляда лорда Боровии, а он терпеливо ждал ее ответа, продолжая улыбаться. Свет от свечи придавал его лицу более живой оттенок. Она вздохнула и попыталась тихо заговорить с ним: — Понимаете, я... потеряла очень важную для себя вещь и надеялась, что может быть найду ее тут... но я, кажется, глубоко заблуждаюсь и мне стоит вернуться в свою комнату. Страд удивленно приподнял бровь. — Ах, смертные... цепляетесь за свои пожитки. Могу я поинтересоваться, что это за вещица? — Золотой значок с резной эмблемой . Мне его подарил отец, — произнесла она, потупив взгляд и предпочитая наблюдать за тем, как горит свеча в канделябре. Страд хищно улыбнулся и сделал шаг ближе. — Ах глупышка. И ты пошла бродить по замку надеясь найти что-то в темноте? Однако может быть желаемое ближе, чем тебе кажется. Непонятно было, о ком именно он говорил. Он взял ее лицо в свою руку и заставил взглянуть на себя. С Тааш лился седьмой пот от волнения перед темным лордом в такой обстановке; она была зажата в темной комнате. Ее губы дрожали, а брови нахмурились. Тепло свечей еще ярче подчеркивало ее черты лица. Он выпустил ее лицо из своей хватки и будто бы из-за ее уха достал этот самый значок как настоящий фокусник. Она удивленно охнула, но даже не подумала просить лорда Боровии вернуть ей эту безделушку; рядом с ним она ощущала себя как необразованная крестьянка перед влиятельным лордом. Но он потянулся к лацкану жилетки и вместо того чтобы расстегнуть ее или сделать что-то еще сам прикрепил значок под ее немым вопросом в глазах. — Мне не чужда тоска по родителям. Если бы я знал, что эта... безделушка принадлежит тебе, я бы сразу отдал её тебе. Постарайся не терять что-то столь ценное. Страд знал: если он хочет завоевать хоть какую-то её симпатию, ему нужно побыть джентльменом. К счастью, гули притащили с собой все, что нашли около башни Ван Рихтена. Она неуверенно взглянула на него и нежно улыбнулась. Её глаза излучали что-то теплое, что-то такое от чего в его душе тоже стало тепло. — Спасибо вам, я ценю это. — Теперь иди в свою кроватку, тебе нужно крепко выспаться, ты не сомкнула глаз с момента своего приезда. — Да, я, пожалуй, вернусь в свою комнату. Она слегка приобняла его, в ответ на это Страд погладил её по голове и отпустил в харомы, направляясь при этом, вершить тёмные дела, о которых Тааш ещё даже не догадывалась. И хоть этот день, впервые за 300 лет, заставил где то в глубине его души понять, что ему не чуждо ничто человеческое, проклятие по прежнему неумолимо нависало над ним мёртвым грузом, отравляя, развращая его сущность.