Часть 3. О колледже (бонус)

      Свое дело Зоя искренне любила. Потому что прекрасно, как никто другой, понимала, зачем нужно учебное заведение, где можно учиться вполсилы, но получить востребованную специальность.       Разумеется, во всем была семейственность. И пусть юрист и бухгалтер были, в целом, на аутсорсе, своим замом Зоя поставила Эльвиру Марковну. Да, пришлось упрашивать, но в свекрови женщина была более чем уверена.       Учительница началки после еще тогда училища… Восемнадцать лет стажа именно в роли учительницы начальных классов, потом, когда нервы начали портиться, еще десять лет воспитателем ГПД. Параллельно был окончен университет — сын однажды обмолвился, что как-то странно, что мать до сих пор не имеет высшего образования. Эльвира Марковна получила диплом учителя английского на год позже Владимира — училась на заочке, пользовалась материалами сына. Потом, узнав, что в школу никак не могут найти бухгалтера, решила предложить свою кандидатуру — дети, все же, успели надоесть. Курсы, пройденные еще в девяностые, плюс помощь коллеги дали бо́льшую часть информации, остальное было нетрудно найти в интернете. Правда, из школы потом пришлось уйти — в пух и прах разругалась с начальством, которые постоянно высказывали за деятельность сына. Немного поработала в фирме мужа, а потом решила уйти домой на заслуженный отдых — Константин Алексеевич не раз повторял, что после двадцати восьми лет в школе одним только учителем каждый имеет право сидеть дома на печи и ничего больше не делать.       — Мама, вы же понимаете, что все предметы можно поделить на профильные медицинские, непрофильные медицинские и мусор? — спросила Зоя.       — Нет, не понимаю, — ответила Эльвира Марковна.       — Чисто формально, если я все правильно понимаю, мы не вправе ставить перезачеты по английскому, так как у них явно будет «иностранный язык», а у нас в программе «иностранный язык в профессиональной деятельности», — сказала Зоя.       — В учебном плане, Зоя, — произнесла Эльвира Марковна.       — Мама, да мне плевать, как что называется, я к тому, что мне нужно или искать левого человека, которому платить ни за что, или умолять вас, потому что если деньги уйдут вам, мне не будет жалко, — ответила Зоя. — Как бы это выразиться, мы уведем этот ин.яз. в дистант. Загрузим на сайт, в СДО, какую-нибудь любую методичку из интернета и тестик. Только там будет не «Ландан из зе кепитал оф Грейт Британ», а всякие «стомак»и «тис».       — Ты куда меня втягиваешь? — опешила Эльвира Марковна.       — Мама, я не хочу платить деньги ни за что кому попало, — сказала Зоя. — Право будет Севастьянка вести, я его упросила. Он будет оформлен, а за него я загружу на сайт какую-нибудь херню для изучения и сделаю тестик. Потому что, едрит твою за ногу, «право» и «правовое обеспечение профессиональной деятельности» — это разные предметы, нас прокуратура за это может поиметь. За такие перезачеты.       — Это тебе консультант так сказал? — полюбопытствовала Эльвира Марковна.       — Да, — ответила Зоя.       Служащий в правоохранительных органах Севастьян не имел ни малейшего желания вести какие-то предметы. Однако не смог устоять перед просьбами сестры, которая напомнила ему, что он не имеет права подрабатывать, а вот преподавать законом не запрещено. И вообще, она все сделает сама, а ему, Севастьяну, нужно будет только пару раз расписаться.       — Финита ля комедь-комедь, финита. Здесь можно охуеть, прощай, элита, — не выдержал Севастьян, цитируя песню «Ленинграда». — Зойка, пиздец, это я не знаю, что, это преступный сговор!       — Это непотизм, — Зоя вспомнила одно из видео с портала СДО университета. — Считается формой коррупции, но законом не запрещено.       — Зойка, блядь, да что ты творишь! — воскликнул Севастьян. — А почему мужа в преподы не возьмешь?       — Можно подумать, других предметов ему не найдется, — пошутила Зоя, однако Севастьян легко поверил в то, что это не шутка, а правда.       Анатомию, физиологию «и прочую поеботень» вели Глаша, Анечка и еще пара человек, которых Зоя опосредованно знала через десятые уши. Имея по две ставки — контролирующие органы не придерутся, но бо́льшая часть нагрузки же чисто формальный дистант, где даже тесты проверяются автоматически, еще и вели очные занятия. Как делать инъекции, ставить катетеры, — в общем, то, чему на дистанте не выучиться.       Контора процветала. Многие хотели перевестись в «новый медицинский колледж», но Зоя с грустью отказывала — контора работала только по субботам, а брать на индивидуальный план людей с одиннадцатью классами образования было рискованно.       — Зоя Михайловна, — сказала одна из выпускниц после получения диплома. — Спасибо вам! Вот побольше бы таких заведений, особенно для тех, кто учится для себя! Вы реально впихнули в годовую программу то, что нужно знать и уметь делать руками. А для всего остального остается целая жизнь и самообразование.       — Так у вас же диплом государственного образца, — удивилась Зоя. — Вы аккредитацию прошли, имеете право работать по специальности!       — Да никто из нас не пойдет работать по специальности, — ответила выпускница. — Кто из нас тут учился? Фитнес-тренер, которой не хватало медицинских знаний, пара массажистов, которые теперь смогут выйти из тени — диплом же получили.       — Роксана, вроде, собралась работать в сотой поликлинике медсестрой у офтальмолога, — сказала Зоя.       — Да потому что у нее блат там, — произнесла девушка. — Но какая разница, кто куда пойдет, так я бы два или даже три года провела в государственном меде — так отучилась у вас.       «И это прекрасно, что я несу добро и свет людям», — подумала Зоя.