Часть 3

Несмотря на поддержку Джона, одной его решимости оказалось мало для того, чтобы позволить Элизабет действовать, потому что протоколы безопасности КЗВ были написаны кровью и существовали не просто так. Но после личной встречи и рассказа о том, что её беспокоило, Картер без ненужных проволочек согласовала создание группы для исследования того, что пока было лишь ничем не обоснованным предположением. Она даже пошла на то, чтобы снять с Вейр наблюдение, в котором уже не было никакого смысла, учитывая с каким количеством людей и программ та должна была взаимодействовать для этой работы. С экспертной точки зрения Картер, сейчас было вполне достаточно бдительности самой Элизабет, не желавшей вредить любимому городу и обитавшим в нём людям. С невесёлым смешком полковник ВВС объяснила Вейр, удивлённой такой готовностью пойти ей навстречу, что какими бы непонятными не были её воспоминания о мыслях Оберота, они и её возможность сохранять контроль над нанитами, были именно тем фактом, который так жаждали изучить ребята из Зоны 51, узнав каким образом группе ЗВА удалось обвести вокруг пальца целую планету репликаторов. И выслушав эту неприглядную изнанку оказанного доверия, Элизабет очень порадовалась, что Шеппарда не было рядом в этот момент. Она не думала, что ему бы пришлось по душе очередное напоминание о том, что ждет её на Земле. Но что бы не готовило Элизабет будущее, жизнь продолжалась как в Атлантиде, так и за её пределами. О том, что Ронон встретил друзей и собирается покинуть город, Джон рассказал ей с таким спокойствием, что это не могло не встревожить. Шеппард очень болезненно относился ко всему, что происходило с теми, кого он уже не мог назвать просто своей командой. И его нынешнее хладнокровие не обмануло Элизабет, лишь рассказало о том, что Джон уже исчерпал все возможности и аргументы, чтобы уговорить Декса остаться. Она понимала, что в нынешнем положении у неё шансов повлиять на решение сатедианца ещё меньше, чем у Шеппарда, но всё же рискнула и Джон был ей благодарен за эту попытку. Негромко обсуждая тщетность своих усилий, они оба пришли к выводу, что даже Тейле не удалось бы переубедить друга. Элизабет было больно видеть как Шеппард замыкается внутри себя, свыкаясь с новой утратой, но ещё хуже она себя почувствовала после фразы, обронённой им почти бездумно: - Форд, теперь Ронон. Не знаю, как бы справился, если бы потерял ещё и тебя. Он хмуро крутил в руках едва надкусанный сэндвич, а она и вовсе опустила вилку, мгновенно потеряв аппетит от горечи, стоявшей за этими словами. Она могла бы возразить, что то, как они потеряли Форда отличается от решения Ронона. Могла бы напомнить, что, покинув Атлантиду, Декс всё же остаётся другом. Приободрить тем, что даже в её собственной битве они всё ещё не проиграли. Но ничто из этого не помогло бы смириться с необходимостью отпустить. - Мне жаль, Джон. - тихо сказала Элизабет, зная, что он поймёт. - Да, - ответил он, горько поджимая губы и не поднимая взгляда от раскрошенного куска хлеба на своей тарелке, - мне тоже. Несколько часов спустя нервно прогуливаясь по балкону возле диспетчерской и прислушиваясь к тишине молчавших Врат, Вейр думала о том, что стоило ли удивляться, что опять что-то шло не по плану. Она не знала людей, ради которых Ронон покидал Атлантиду, по большому счёту ей было всё равно, что случится с ними, но не могло не злить, что они втянули её команду в новые неприятности. Жизни Джона и Родни снова оказались под угрозой, но на этот раз решения принимались без неё и, проводив взглядом два прыгуна, Элизабет помолилась, чтобы все вернулись живыми и подумала, что недостаточно сильная для того, чтобы оставаться непричастной, когда речь шла о судьбе родных ей людей. ~////~ Элизабет знала, что Джон видел её на ступеньках в зале Врат, когда прыгуны вернулись домой, и была довольна, что Шеппард пришёл повидаться с ней, после утрясания всех рутинных условностей. Он рассказал, что друзья Ронона предали Декса, оказавшись почитателями рейфов, уверил в том, что в порядке после двух ударов из станнера и выглядел очень усталым, развалившись на её диване. Она сомневалась, что Шеппард в состоянии сейчас адекватно воспринимать её ежедневный отчёт, который, к слову, мог бы просто прочитать без необходимости личной встречи, но Джон только отмахнулся от этого беспокойства и даже какое-то время действительно слушал её, пока его глаза не закрылись. - Джон, - позвала Элизабет, глядя на засыпающего подполковника поверх своего ноутбука, - ты же понимаешь, что это моя комната и мой диван? Шеппард что-то невнятно мурлыкнул об его удобстве, но глаза так и не открыл. - Джон, - уже с большей настойчивостью попыталась она. - Да, ты права, - он сделал усилие над собой, разлепив веки, и с шумным вздохом выпрямился, потирая лицо ладонями. - Сейчас. - Я лишь хотела сказать, что тебе будет удобнее, если ты хотя бы ботинки снимешь. - в её глазах светилась мягкая усмешка, когда он поднял на неё удивлённый взгляд. Они смотрели друг на друга одно откровенное мгновение, решая, что будет дальше, и это касалось не только сегодняшнего вечера. Элизабет ждала и облегчённо перевела дыхание, когда Шеппард послушно скинул обувь и устроился на её диване поудобнее, откидываясь на мягкий подголовник. - Расскажи ещё, что там про раскол между Древними. - без особого энтузиазма предложил он продолжить тему их беседы и снова прикрыл глаза. Элизабет лишь тепло усмехнулась и покачала головой. - Спи, Джон. Проснувшись некоторое время спустя, Шеппард нашёл Элизабет спящей в не слишком удобной позе за своим столом. У неё не было больше своего кабинета и то время, что она проводила не в библиотеке, Вейр предпочитала работать у себя, всё ещё нервно относясь к любопытным взглядам в спину. Но как бы не менялись обстоятельства, её трудоголизм оставался неискоренимым в моменты, когда задача увлекала. Поэтому Джон совершенно не удивился, когда увидел открытые файлы на экране её компьютера и тени усталости под трепетавшими во сне ресницами. Зная как непросто обстоят дела у неё со сном, Шеппард не стал будить Элизабет. Он аккуратно откатил кресло, в котором она сидела, и, уложив её голову на своё плечо, осторожно поднял на руки что-то протестующе хныкнувшую женщину. Было нетрудно донести её до кровати и уложить поудобнее. Почувствовав мягкость постели под собой, Элизабет перевернулась на бок, довольно вздохнула и, так и не проснувшись, свернулась в клубочек, пока с неё стаскивали туфли. Джон накрыл её одеялом и невесомо погладил по голове, пропуская шёлк каштановых прядей между пальцами и не сопротивляясь нежности, вспухающей у него в сердце и распирающей грудь. Желание сделать это быстро становилось непреодолимым и Шеппард был рад, что Элизабет спит и не почувствует лёгкий поцелуй, оставленный на её скуле.