Глава 4

Шерлок прервался, чтобы сделать пометку в нотах, которые лежали на его новом пюпитре, отвлекаясь на закрытую дверь своей спальни, точнее, на шум за ней. Миссис Хадсон и несколько рабочих были заняты уборкой и ремонтом гостиной. Судя по звукам, они привезли с собой стадо слонов, если не весь цирк. По лестнице непрерывно стучали тяжелые ботинки, из-за чего было очень трудно сосредоточиться. Шерлок снова поднял скрипку и повторил только что сочиненную строчку, чтобы проверить, правильно ли она звучит. Где-то рядом с кухней раздался грохот и ругательство, за которым последовал пронзительный голос его квартирной хозяйки. Шерлок стиснул зубы, сдерживая собственное негодование, и положил инструмент на кровать. Он засунул незаконченные нотные листы в ящик комода и вышел посмотреть на ход реставрации. Его халат развевался за спиной. Миссис Хадсон весело поприветствовала своего квартиранта, но это не помешало тому нахмуриться и попросить чаю. Она стала суетиться на кухне, пока детектив, скрестив руки на груди, облокотился на холодильник, хмуро разглядывая гостиную и множество работающих в ней людей. Те вывозили мешки с обгоревшим мусором, скатывали испорченный ковер и сдирали со стен обугленные обои. Плохое настроение Шерлока не покидало его: — Какими чудовищными обоями вы планируете их заменить? Пожалуйста, не говорите, что «в цветочек», — его взгляд вернулся к миссис Хадсон, которая как раз ставила чайную чашку с блюдцем на стол рядом с его локтем. Миссис Хадсон просияла: — Абсолютно никаких цветов! Когда я покупала эту квартиру, в одном из шкафов было довольно много рулонов лишних обоев. И я рада, что сохранила их. Плохое настроение Шерлока несколько улучшилось: — Вы хотите сказать, что стены будут выглядеть так же? Женщина с любовью посмотрела на него: — Почти точно так же! За исключением того ужасного рисунка баллончиком и всех пулевых отверстий, мальчики залатают их, прежде чем будут клеить обои, — она сразу заметила, что Холмс снова нахмурился, — о, Шерлок, знаешь, не может все оставаться в точности таким, как было. И потому придется убрать некоторую мебель. Очень много твоих вещей было уничтожено. Но, я думаю, мы сможем сохранить ковер после того, как мальчики его почистят, каминную доску лишь нужно отшлифовать и отполировать, и, конечно, твои стулья будут как новые. Или настолько близко к новым, насколько вообще возможно, — она похлопала его по плечу и перешла в гостиную, отчитывая нескольких рабочих за невнимательность. Допив чашку чая, Шерлок сбросил халат и надел пиджак, но после этого не совсем понимал, что делать. Уровень шума по-прежнему мешал ему сочинять, и он, конечно, не мог расслабиться из-за всей этой работы, происходящей вокруг него. Кроме того, теперь у него было гораздо меньше книг для чтения, чем когда-то. Мужчина сел в свое кресло и, не обращая внимания на окружающих его рабочих, достал телефон. Он просматривал входящие сообщения, надеясь на хорошее дело, когда вошел Джон: — Доброе утро, Джон. Рози внизу? — Она осталась ненадолго с моими друзьями. Я надеялся… — его голос затих, когда он понял, что Шерлок пристально смотрит в свой телефон, что всегда означало, что он обдумывает возможные дела. — Ладно, я бы хотел хорошее дело. — Хм, я бы тоже. Шерлок все еще сосредоточенно листал сообщения. Джон в ожидании прислонился к каминной полке. Миссис Хадсон вернулась и улыбнулась, увидев Джона, прежде чем пойти на кухню, чтобы приготовить и ему чашку чая: — Что-нибудь есть? — Джон пытался выглядеть беспечным, но у него это не получалось. Шерлок даже не поднял глаз: — Я отказываюсь снижать свои стандарты настолько, чтобы браться за дело об украденном велосипеде, и меня не волнует, что альтернативы пока нет. — Никогда не знаешь, что может привести к удивительному делу о промышленном шпионаже, — Джон посмотрел на часы, — но у меня действительно мало времени, я должен забрать Рози к трем. Пожалуйста, что-нибудь короткое, если это вообще возможно. — Я даже не уверен, что найду что-нибудь, — словно по сигналу, слова Шерлока были отмечены текстовым сообщением. Шерлок взглянул на него только потому, что увидел, от кого оно. Это был Грег:

НУЖНО С ТОБОЙ ПОГОВОРИТЬ.

Надежды Холмса возросли. Возможно, это было дело, хорошее дело. Его пальцы запорхали по клавиатуре:

ТЫ ЗНАЕШЬ, ГДЕ МЕНЯ НАЙТИ.

— Грег приедет. Может быть, у него есть для нас что-нибудь стоящее. — О, здорово, — Джон просиял и пошел на кухню, чтобы выпить чаю. Двадцать минут спустя Лестрейд поднялся по лестнице и заглянул в 221B: — Эй, похоже, это место скоро восстановится, а? Шерлок уже сложил кончики пальцев, все еще сидя в кресле: — Да, так и будет. Что у вас есть для нас, Грег? Инспектор быстро спрятал довольную улыбку и посмотрел на Джона, который как раз выходил из кухни. Он откашлялся: — Ну, у меня действительно есть кое-что, но прежде чем мы перейдем к этому, я хотел сказать вам: вчера мы сообщили родителям Виктора Тревора, что обнаружили его останки. Взгляд Шерлока не отрывался от места на полу, которое привлекло его внимание, но его руки упали на колени: — Как они… это восприняли? — Ну, — Грег потер затылок, — они уже много лет знали, что он, должно быть, мертв, но все равно это было довольно тяжело. Это не то, что родители хотят услышать, — он переглянулся с Джоном, и они оба посмотрели на Шерлока, который ни на йоту не сдвинулся с места. Он все еще сидел в своем кресле, скрестив ноги, по-прежнему уставившись в пол. — Они похоронят его? Брови Грега сошлись на переносице: — Ну, конечно, они это сделают, это необходимо. Погребение или кремация, но я полагаю, что все же первое. Я не думаю, что они захотят его кремировать. Шерлок резко поднял голову: — Пожалуйста, держите меня в курсе. — Да, конечно, — было ясно, что Грег и не собирался что-то скрывать. Шерлок одобрительно кивнул и снова поднял руки, кончики пальцев соприкоснулись. Грег понял: пришло время сменить тему. — Ладно, в любом случае, у меня есть дело, которое представляет собой небольшую головоломку. И Шерлок, и Джон оживились. Доктор придвинул дополнительный стул для Грега и сел на свой, приготовив ручку и блокнот. Грег достал свои записи: — Это дело о пропавшем человеке, и вам оно понравится. В нем нет никакого смысла. — Идеально, — выдохнул Шерлок. Он закрыл глаза и стал ждать, пока Грег изложит факты.

***

Как только Грег все рассказал, и после того, как Шерлок подошел к своему столу и с триумфом извлек из ящика свою охотничью шляпу, Шерлок и Джон отправились допрашивать жену пропавшего мужчины. Это была женщина средних лет, которая владела антикварным магазином в южной части Лондона. Женщина провела их в заднюю часть здания, мимо полок, заставленных старинным декором и мебелью с висящими ценниками. Шерлок, как обычно, был занят выяснением дополнительных деталей, а Джон был просто счастлив заниматься делом, которое не сулило смерти за каждым углом. В какой-то момент он все же взглянул на часы и подумал, как дела у Рози. Миссис Клеймонт проводила их в свой кабинет и села за стол, отодвинув в сторону груды папок, скомканных салфеток и исписанных листков бумаги. Она явно тяжело переживала случившееся: — Миссис Клеймонт, мне жаль слышать об исчезновении вашего мужа. Уверяю, я сделаю все возможное, чтобы вернуть его вам, — голос Шерлока был глубоким и обнадеживающим. Джон бросил на него удивленный взгляд. Он редко слышал, чтобы Шерлок разговаривал с клиентом в таком тоне. Обычно это делалось для достижения какого-то результата, но на сей раз действительно казалось искренним. Тем не менее, когда-то он был убежден, что Шерлок по-настоящему просит Джанин выйти за него замуж, поэтому он придержал свои суждения, пока не будет уверен. Миссис Клеймонт шмыгнула носом в очередной платок: — Спасибо вам, мистер Холмс. — Я знаю, что вы объясняли свою историю полиции, но почему бы вам не рассказать нам об этом еще раз? — Шерлок ободряюще посмотрел на нее. — Ну, я направлялась в офисное здание, чтобы узнать о покупке кое-каких произведений у знакомого, который мне звонил, — Шерлок кивнул, — я уже собиралась выходить из такси, когда сзади в нас врезался какой-то старик. Ничего серьезного, просто вмятина на бампере, — Шерлок снова кивнул. — Таксист и старик спорили, пока я собиралась заплатить и пойти в офис. Я как раз выходила из машины, и мне показалось, что я услышала чей-то крик. Я подняла глаза и увидела своего мужа, прямо в окне третьего этажа! Это здание всего в три этажа.  Эндрю должен был быть на работе, но я была уверена, что это он! Я бросилась к зданию, но там никого не оказалось. Я обнаружила окно, выходящее на то место, где я стояла. Оно было в коридоре напротив туалетов, а все остальные кабинеты на том этаже были закрыты, они открываются позднее.  Я поспрашивала в вестибюле — никто не видел моего мужа.  Я уже начала думать, что ошиблась, но ведь я была так уверена, что видела Эндрю! Когда я уходила, пришел полицейский, чтобы разобраться с аварией, и спросил, почему я так расстроена? Я рассказала ему.  Пока разговаривала с полицейским, я увидела бродягу, бездомного, который пытался выскользнуть через главные двери, и у него была с собой грязная рваная сумка. Но я заметила, что рукав джемпера моего мужа выглядывает из-под его одежды! Я сразу узнала этот джемпер, потому что купила на его день рождения год назад, и в то утро он был на Эндрю.  Офицер задержал мужчину, и когда осматривал его сумку, он нашел ключи Эндрю, бумажник и его брюки. Мы обыскали здание, каждое офисное помещение, каждый шкаф и уборную, но никаких следов моего мужа. Бродяга, должно быть, ограбил его! Полиция арестовала его и допросила, но он не произносит ни слова, он не говорит нам, где Эндрю. Он просто смотрит в стену. Это было два дня назад! Мистер Холмс, я очень боюсь, что мой муж стал жертвой нечестной игры, — глаза миссис Клеймонт снова наполнились слезами. Шерлок наклонился вперед, чтобы встретиться взглядом с женщиной: — Не теряйте надежды, миссис Клеймонт. Я сделаю для него все, что в моих силах. Могу я задать вам еще несколько вопросов? — его тон оставался мягким и успокаивающим. Джон перестал делать заметки и настороженно переводил взгляд с одного на другого, явно ожидая какого-то подвоха. Женщина шмыгнула носом: — Конечно. — Что еще было в сумке бродяги вместе с вещами вашего мужа? — Немного. Его чаша для подаяний и табличка с просьбой о пожертвовании. — Больше ничего? — Нет. Ничего. Шерлок кивнул сам себе: — Ваш муж в последнее время вел себя странно? — Ну, он очень переживал из-за наших финансов. У него есть работа, у меня есть этот магазин, но антикварный бизнес идет плохо. У нас есть долги, но мы отложили кое-какие сбережения. В последнее время я заметила, что он снимал со счета большие суммы, и я не знаю, для чего. — А как вы думаете, для чего? — Я не знаю. Но я беспокоюсь, что это… — ее голос внезапно оборвался, и она снова разрыдалась. — Другая женщина? — Шерлок мягко дополнил. Она смогла только кивнуть. Джон поерзал на стуле. — Уверяю, это не так, миссис Клеймонт. — Также это могут быть наркотики или азартные игры, — услужливо подсказал Джон. Шерлок бросил на него укоризненный взгляд, слегка кивнув в сторону все еще плачущей женщины. Джон разинул рот. Шерлок Холмс только что упрекнул его в бесчувственности? Детектив снова повернулся к миссис Клеймонт и спросил о прошлом и образовании ее мужа. Разговор закончился гладко, и Шерлок снова успокоил ее, прежде чем они ушли. Джон продолжал удивленно моргать. Они были уже на выходе, когда Шерлок внезапно остановился. Он выглядел глубоко задумавшимся. Ватсон огляделся вокруг, пытаясь понять, что же так сильно привлекло его внимание: — Шерлок? Что? Шерлок указал: — Что ты думаешь об этом кресле? Джон сосредоточился на конкретном предмете, на который показывал Шерлок: — Об этом… кресле? — Дааа, — Шерлок растянул это слово, явно недовольный. — Оно… желтое… выглядит удобным… — Джон уставился на обивку и декоративную деревянную раму, ища какую-нибудь зацепку, которую он упустил и которую Шерлок, должно быть, уловил. — Я не знаю, — он чувствовал себя очень глупо, и не в первый раз. Но Шерлок кивнул: — Оно выглядит удобным, да? Мне особенно нравится цвет. Он жизнерадостный. Мозг Джона заклинило: — Подожди… что? Холмс снова кивнул, приняв решение: — Да. Я возьму его, — он направился к кассе. — Извините, я хотел бы купить то желтое кресло. У вас есть доставка? Совершенно сбитый с толку, Джон последовал за ним. Первые несколько минут в такси через весь город было тихо. Доктор все еще размышлял о только что произошедшем, в то время как Шерлок смотрел на фотографию своего нового приобретения, которую он сделал, и выглядел весьма довольным. Он также снял свою шляпу и отложил ее в сторону. Наконец Джон признал поражение: — Ладно, ладно. Давай, скажи мне. Зачем ты купил это кресло? Жена имеет какое-то отношение к исчезновению своего мужа? Имеет ли отношение кресло? Шерлок фыркнул: — Не говори глупостей, конечно, нет. Покрасневшие глаза, недостаток сна, обильное использование салфеток. Это, а также ее подозрение, что в деле может быть замешана другая женщина, ясно указывают на то, что она ничего не знает об исчезновении своего мужа. Она вне себя от беспокойства. Без сомнения, она считает, что он, возможно, мертв. Бедная женщина. — Прости, бедная женщина? — Джон уставился на своего лучшего друга так, словно тот внезапно заговорил на непонятном языке. Шерлок рылся в Интернете через свой телефон: — Ммм, да. Должно быть, ужасно: бояться, что тот, кто тебе дорог, убит. Что они могут никогда не вернуться домой, — его взгляд на мгновение метнулся к Джону, осознав, что тот тяжело сглатывает, теперь, когда они думают о своих собственных потерях. — Это не то, чего стоит желать другим, не так ли? Джон кивнул: — Конечно. Да. Никому такого не пожелаешь. — Совершенно верно, — Шерлок снова уставился в свой телефон. Джон несколько мгновений выжидал, прежде чем, наконец, указать, что Шерлок не ответил на другой вопрос: — Зачем, собственно, ты купил это кресло? — Бейкер-стрит нужно несколько новых предметов мебели. Я подумал, что оно хорошо впишется, — Шерлок продолжал сосредоточенно изучать свой телефон. Джон открыл рот, чтобы продолжить, но, поразмыслив, решил, что, возможно, этого знать не хочет. Он выглянул в окно: — Хорошо. Куда мы направляемся? — Чтобы найти мистера Клеймонта и сообщить ему, что его жена заслуживает лучшего. — Шерлок снова надел свою охотничью шляпу и проверил, поднят ли воротник. Джон закатил глаза. Такси высадило их у полицейского участка, где Шерлок быстро сорвал с бродяги накладные волосы и бороду, обнаружив под ними мистера Клеймонта. Оказалось, мужчина потерял работу почти шесть месяцев назад и не мог сказать об этом своей жене. Пристыженный, он использовал свои рабочие дни, чтобы выпрашивать деньги у прохожих в городе. Он перечислял все, что зарабатывал, пытаясь компенсировать их растущие финансовые проблемы, ведь он опустошил все другие свои активы, чтобы удержаться на плаву.  Мистер Клеймонт как раз собирался переодеться в свой костюм, когда дорожная авария заставила его выглянуть в окно. Увидев свою жену, мужчина вскрикнул от удивления. Он сразу понял свою ошибку, поспешил переодеться и попытался уйти незамеченным. После того, как его задержали и он предстал перед своей женой, стыд заставил его оставаться в маскараде, скрывая правду. Грег тут же отчитал мистера Клеймонта за то, что тот напрасно тратил время полиции и чуть не был арестован за самоубийство, но боль несчастного мужчины немного утихла, когда Шерлок сказал ему, что купил кресло в магазине его жены. Джон, однако, ткнул его пальцем в лоб и пригрозил, чтобы с этого момента он был честен со своей женой во всем. В целом, Шерлок оценил это на шестерку, но и он, и Джон согласились, что это был хороший способ скоротать день. Они также закончили вовремя, чтобы Джон успел забрать Рози.

***

Несколько дней спустя Молли получила сообщение:

ГРЕГ СООБЩИЛ МНЕ, ЧТО ПОХОРОНЫ ВИКТОРА ТРЕВОРА СОСТОЯТСЯ ЗАВТРА В 14:00. ТЫ СМОЖЕШЬ ПОЕХАТЬ СО МНОЙ?

Молли прикусила нижнюю губу, размышляя об этом. Она все еще была согласна, но теперь, когда у нее было время все обдумать, она поняла, что на самом деле можно сделать только одно, если она хочет сохранить их дружбу. Она взяла телефон:

ДА, ЕСЛИ ТЫ БУДЕШЬ ПРИДЕРЖИВАТЬСЯ ОДНОГО ПРАВИЛА РАДИ МЕНЯ: Я БОЛЬШЕ НИКОГДА НЕ ХОЧУ ОБСУЖДАТЬ ТОТ ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК. МЫ ЗАБУДЕМ, ЧТО ЭТО КОГДА-ЛИБО БЫЛО.

Она решительно кивнула и нажала «Отправить». Это было ее единственное условие, единственное, что ей было нужно, если она собиралась продолжать общаться с Шерлоком. Так должно быть, иначе ничего не выйдет. Она имела право на свои чувства и собиралась держать их при себе без того, чтобы их бросали ей в лицо или вытаскивали из нее на всеобщее обозрение. Она не хотела обсуждать это. Она не хотела, чтобы ей напоминали. Но и не могла отказаться от Шерлока. Их дружба значила слишком много, она действительно хотела сохранить ее, но впредь только на ее условиях. Тем не менее, Молли с тревогой смотрела на свой телефон в ожидании ответного сообщения, надеясь, что Шерлок согласится. Это заняло больше времени, чем она ожидала:

ТЫ УВЕРЕНА? Я ДУМАЮ, ВОЗМОЖНО, НАМ СЛЕДУЕТ ОБСУДИТЬ ЭТО ХОТЯ БЫ ОДИН РАЗ.

Железная решимость овладела ее разумом. Это было не очередное дело и не разрешение увидеть тело для расследования. Речь шла о ее благополучии:

НЕТ. Я НЕ ХОЧУ ЭТОГО. ПОЖАЛУЙСТА, СОГЛАСИСЬ, ЧТОБЫ МЫ МОГЛИ ДВИГАТЬСЯ ДАЛЬШЕ.

Прошли секунды, затем минуты, пока она держала свой телефон. Наконец, он ответил:

ХОРОШО. ЕСЛИ ТЫ ЭТОГО ХОЧЕШЬ.

Она глубоко вздохнула с облегчением, радуясь, что их дружба не была полностью потеряна:

СПАСИБО. ГДЕ МЫ ВСТРЕТИМСЯ?

НАШИ РОДИТЕЛИ ПРОСЯТ ОБНОВЛЕНИЯ –MХ

Шерлок нахмурился, глядя на свой телефон. Его последний визит в Шерринфорд был почти в точности таким же, как предыдущий. На этот раз Эвр встала почти сразу при его появлении и отошла, чтобы прислониться к стене. Все это время он играл лицом к лицу и мог поклясться, что она выглядела менее отстраненной. Но, в конце концов, она пока не общалась никак, кроме зрительного контакта. Он еще раз пообещал вернуться:

НАБЕРИСЬ ТЕРПЕНИЯ. ЕЩЕ НЕ ВРЕМЯ. –ШХ

КАКИЕ У ТЕБЯ ПЛАНЫ НА СЕГОДНЯ? –MХ

Шерлок не переставал хмуриться. На самом деле он собирался выходить, чтобы вызвать такси, сначала на квартиру Молли, а потом на кладбище. Он и так уже был на взводе, и его не нужно было допрашивать.

НИЧЕГО СУЩЕСТВЕННОГО. –ШХ

Он убрал телефон в карман и стал надевать пальто, когда раздался сигнал телефона.

НЕ СОМНЕВАЮСЬ. НЕ СПОТКНИСЬ О НАДГРОБИЕ.-MХ

Шерлок стиснул зубы и направился вниз по лестнице. У входной двери на Бейкер-стрит он остановился, держась за дверную ручку, чтобы сделать столь необходимый успокаивающий вдох: — Еще раз в бой… Слова шепотом вылетели из него, пока он стоял с закрытыми глазами. Затем он открыл их, распахнул дверь и вышел наружу. Молли ждала у своей входной двери, когда Шерлок подъехал. Он вышел поприветствовать ее и придержал дверцу такси, чтобы она села первой. Как только он тоже сел, такси снова тронулось с места. Шерлок сложил руки в перчатках на коленях и обдумывал, что ему сказать. Молли выглядела очень мило, хотя он понял, что сильно скучает по тем ярким цветам, которые она обычно выбирала, теперь, когда на ней явно подходящие для похорон темное платье и черный джемпер. Он и не замечал, как она украшала его жизнь. Интересно. Тем не менее, он понятия не имел, как выразить это реальными словами: — Ты выглядишь… хорошо, — Шерлок кивнул в ее сторону, сохраняя нейтральное выражение лица, чтобы не показывать своего раздражения на самого себя. Это даже близко не то, что он хотел сказать, и ему не нужен был Джон, чтобы указать на это. — Спасибо, — Молли разгладила юбку и скрестила ноги. Она чувствовала, что действительно хорошо выглядит. Шерлок ломал голову: — Спасибо, что поехала со мной, — потребовалась колоссальная воля, чтобы не заговорить о телефонном звонке — единственной вещи, о которой он действительно хотел поговорить с ней. — Не за что, — она была так рада, что он согласился не говорить о том звонке. Теперь ей не нужно было нервничать. Они несколько секунд кивали друг другу, прежде чем Молли нашла, что сказать: — Итак, Виктор был твоим другом? — Моим лучшим другом, да, — рот Шерлока слегка изогнулся, — мы вместе играли в пиратов. Молли улыбнулась при мысли о Шерлоке в детстве, но затем настроение в такси изменилось, когда к ней вернулись воспоминания о залитом водой деревянном мече. Улыбка Молли исчезла. Она испытующе посмотрела на Шерлока: — Эвр действительно столкнула его в колодец? Шерлок кивнул: — Она хотела, чтобы я с ней поиграл. Я не знаю, хотела ли она причинить ему боль или нет. Возможно, она ожидала, что я вовремя разгадаю загадку, которую она мне задала. Но я этого не сделал. — Ты был маленьким. — Я был медлительным. — Это была не твоя вина. — Хм, — его тон явно выражал сомнение по этому поводу, даже если он и не говорил это словами. Остальная часть поездки прошла в тишине. Такси подъехало к кладбищу. Молли бросила на Шерлока обеспокоенный взгляд, когда они вышли, и попросила водителя подождать их, но он, казалось, и не собирался уезжать. Они направились к задней части кладбища, к нескольким машинам, выстроившимся вдоль небольшой дороги. Ряды деревьев мягко покачивались на ветру, и это была бы прекрасная прогулка, если бы не место и причина, по которой они были здесь. Похоронить Виктора. Чем ближе они подходили к месту захоронения, тем больше Шерлок мог различить определенных людей. Его глаза скользили по толпе, автоматически выискивая что-нибудь неуместное. В дальнем конце собравшейся группы можно было различить высокий темный силуэт. Шерлок ощутил, как все его чувства обострились. Казалось, что его шаги отдаются в ушах глухим стуком, пока он не осознал, что они идеально совпадают с его пульсом. Солнечное небо стало серым, и его обзор сужался все больше и больше, пока не превратился в точку, из которой было видно только одно: — Земля потревожена, — он не осознавал, что остановился, пока слова не слетели с его губ. Его голос был хриплым и неуверенным. — Шерлок? — Молли тоже остановилась и обеспокоено смотрела на него. Он указал на ближайшее надгробие: — Земля потревожена у этого конкретного надгробия, но дата смерти — пять лет назад. Почему тогда земля словно перекопана? Линия следует по контуру могилы, а затем обрывается, возможно, кого-то прервали при попытке обчистить могилу… — Шерлок, — Молли взяла его за руку и слегка потянула. Она посмотрела ему в лицо, отметив слегка маниакальный взгляд, пока он искал больше возможных подсказок. — Шерлок, все в порядке. Ты не должен делать это один, — его глаза встретились с ее в замешательстве, и девушка подождала, пока слова до него дойдут. Она продолжила, только когда увидела реакцию, — Земля потревожена из-за разбрызгивателя, который, должно быть, чинили. Смотри, — она указала на разрыв в траве и на то, как идеальная линия вела к следующей головке разбрызгивателя и той, что за ней. Брови детектива нахмурились в замешательстве, пока он обдумывал это. Когда до него дошел ответ, он выпрямился и провел рукой по лицу. Он предпочел логику эмоциям, избегая этой суматохи, как делал всегда. Он снова посмотрел на ряд разбрызгивателей и признал, что Молли была права. Он просто пытался справиться с реальностью и потерпел неудачу. Его взгляд метнулся к Молли, которая все еще была обеспокоена, все еще держала его за руку и ждала, когда он смирится с тем, что она сказала. Его продолжало удивлять, как ей всегда удавалось его видеть. Джон бы запротестовал, но все равно согласился бы с его отвлекающей тактикой. Возможно, Шерлок предвидел это и именно поэтому попросил ее прийти вместо Ватсона. Он чувствовал себя незащищенным и уязвимым, когда она увидела его таким, но он не лгал в тот день, когда сказал, что всегда доверял ей. Даже сейчас для него было скорее утешением, чем угрозой, тот факт, что она видела его таким. Он откашлялся: — Да, ты права. Хорошо подмечено. Выражение ее лица не изменилось: — Ты в порядке? — ее глаза ясно передали ему, чтобы он не говорил просто так, поэтому он ничего и не сказал. Он просто склонил голову и снова пошел. Молли шла в ногу с ним, пока они не оказались в нескольких рядах от нужного места, возле линии деревьев, и Шерлок снова остановился. Молли посмотрела на него снизу вверх: — Шерлок? — казалось, он пытался найти в себе мужество, но не делал ни малейшего движения, чтобы продолжить. Молли поняла, что они частично скрыты деревом, и начала подозревать, что Шерлок вообще не собирался идти до самой могилы. — Шерлок, ты можешь это сделать. Ты можешь, — она положила свою руку на его плечо и слегка сжала. Шерлок посмотрел на недавно выкопанный участок. Он мог узнать родителей Виктора даже на расстоянии. Теперь они были старше, но он все еще видел в них людей из своего детства. Он сглотнул и опустил взгляд, еще раз обшаривая глазами траву в поисках какой-нибудь наименее неприятной точки. В конце концов его взгляд упал на руку Молли, все еще лежащую на его плече. Мужчине казалось, что его может унести ветер, как будто он был под кайфом и страдал галлюцинациями. Имея дело с чувствами, он находил себя гораздо более хрупким, чем когда-либо в холодных жестких объятиях логики. Но этой маленькой ручки, коснувшейся его, казалось, было достаточно, чтобы он справился. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя. Наконец, он поднял глаза и предложил Молли свой локоть. Она ободряюще улыбнулась ему и взяла его под руку. Последнюю часть путешествия они прошли вместе, хотя Шерлок чувствовал, что ее рука удерживает его на земле, не давая сорваться в хаос. Рука Молли была той связью, в которой он нуждался, чтобы оставаться стоять на ногах. Они присоединились к небольшой группе скорбящих, когда началась короткая служба. Родители Виктора давно устроили похороны сына, после того, как стало ясно, что он потерян для них, так что это были не совсем обычные похороны, а скорее окончательное упокоение Виктора. Теперь Шерлок мог вспомнить, что мальчиком отказался идти на похороны. После этого он всегда называл Виктора Рыжебородым, его воспоминания начали переписываться сами собой, и он даже не осознавал, что делает. Молли держала Шерлока под руку, пока они слушали несколько выступлений семьи Виктора. Шерлок внешне казался невозмутимым, но она чувствовала, как мышцы его руки время от времени напрягались и расслаблялись. Он сжимал и разжимал кулак. Молли отогнала мысль о том, что прошло слишком мало времени с тех пор, как она присутствовала на похоронах, и попыталась проглотить комок в горле. Наконец, маленький гроб Виктора опустили в землю. Рабочие начали засыпать его, и небольшая группа скорбящих стала тихо переговариваться друг с другом. Даже сквозь пелену воспоминаний и вины Шерлок почувствовал, что рука Молли тоже напряглась. Собственная рука Шерлока была как каменная, когда он собрался уходить. Молли потянула его за руку и вернула назад, на тот же шаг, который он сделал, чтобы уйти. Он нахмурился, глядя на нее сверху вниз. Она бросила на него решительный взгляд и тихо прошептала: — Тебе нужно что-нибудь сказать его родителям. — Нет, — его голос был тверд. — Нет, не хочу. — Ты должен. У тебя не будет другого шанса, тебе нужно как можно больше отпустить. Ее голос не поднимался выше тихого шепота, но он все еще слышал звенящую стальную нить, пронизывающую его. Он также знал, что она была права. Было ясно, что переписывание воспоминаний никак не привело к закрытию трагедии, с тех пор это событие преследовало его всю жизнь. Оно то появлялось, то исчезало из его сознания, диктуя, как он справлялся с жизнью и какой выбор делал. Он на мгновение закрыл глаза, признавая поражение и позволил Молли отвести его к родителям Виктора. Треворы на мгновение подняли глаза, как только увидели, что он приближается, и Шерлок прочел узнавание на их лицах. Миссис Тревор заговорила первой: — Шерлок, посмотри, как ты вырос, — она уставилась на него и попыталась улыбнуться. Но он знал, что она пытается представить Виктора в таком возрасте. — Мистер и миссис Тревор… Простите… — он едва мог произносить слова. — За что? Это был не ты. Ты ничего не сделал. В голосе мистера Тревора слышалась легкая резкость, и Шерлоку стало интересно, много ли они знали о роли Эвр в смерти Виктора или думали, что это был просто несчастный случай. Его по большей части не было рядом во время общения его родителей с семейством Треворов после исчезновения его друга. Он был слишком занят, лихорадочно обыскивая огромное пространство, окружавшее Масгрейв-Холл. Он был слишком занят копанием под буком… Он был слишком медлительным. — Вот поэтому я сожалею. Миссис Тревор покачала головой: — Все в порядке, Шерлок, ты не сделал ничего плохого, — она подошла, чтобы обнять его. Он принял это окаменело, неспособный ответить взаимностью, но позволив ей представить, как она вот так обнимает своего сына. Это было самое меньшее, что он мог сделать. Когда она отступила, то заглянула ему в глаза: — Я знаю, что ты был большим другом Виктора. — Он был моим лучшим другом. — Ему нравилось играть с тобой. Мы похоронили его вместе с его пиратским мечом. По ее лицу потекли слезы. Шерлок понял, что она кажется ему размытой. Молли высвободила свою руку, когда миссис Тревор обняла его, но теперь она положила ее ему на плечо. Шерлок сглотнул: — Мне жаль… что вы потеряли своего сына, — он протянул мистеру Тревору руку в перчатке. Мистер Тревор ухватился за нее обеими руками: — А мне жаль, что ты потерял своего друга. Всего хорошего, Шерлок. — И вам того же, — Шерлок снова предложил Молли руку. Он был уверен, что она ему понадобится. Девушка тут же снова взяла его под руку, и они повернулись, чтобы идти обратно, напоследок кивнув родителям Виктора. Пока они шли, Молли вытирала глаза, и Шерлок был благодарен за это, когда они проходили мимо одинокой фигуры, оставшейся на окраине группы, в двадцати футах от них и наполовину скрытой деревом. Высокий и темноволосый, в черном пальто, руками в перчатках он сжимал зонтик, выражение его лица было мрачным и обеспокоенным. Шерлок обменялся взглядом с Майкрофтом, когда они проходили мимо. Благодарность и беспокойство в равной степени почувствовали они оба, а затем повернулись, чтобы разойтись. Несколько минут в машине было тихо, пока Шерлок пытался взять свои эмоции под контроль. Как только ему это удалось, он посмотрел на Молли. Она повернулась к своему окну, расправив плечи, и невидящим взглядом смотрела на проплывающий город. Брови Шерлока озабоченно сошлись на переносице. Возможно, это его собственное недавно пережитое горе позволило ему распознать это в ней, или, быть может, он, наконец, начал выходить из своего эгоцентричного состояния ума. Но он видел это ясно как день: Молли тоже было больно. Похороны расстроили ее больше, чем он мог ожидать от человека, который лишь сопровождал туда своего друга в качестве поддержки. Она явно пыталась сдержать себя от еще больших эмоций. Он понял, что видел такое же выражение на ее лице и раньше, в тот день в Шерринфорде, когда Эвр заставила его позвонить ей. Следующие слова вырвались раньше, чем он успел обдумать их: — Почему у тебя был плохой день? — Что? — Молли посмотрела в его сторону, ее замешательство было очевидным. — В тот день… — вспышка гнева в ее глазах, когда она внезапно поняла, какой день он имел в виду, заставила его быстро обойти на цыпочках тему фактического телефонного звонка и очень тщательно подбирать слова, — ты уже была расстроена. Ты сказала, что у тебя был плохой день. Что случилось? Она бросила на него непонимающий разочарованный взгляд: — Почему тебя это волнует? — Ты всегда спрашиваешь обо мне. Я хочу спросить о тебе. Это было правдой. Он хотел знать, потому что внезапно это стало для него важно. Ему было небезразлично, что она чувствует. Если бы он допрашивал ее как детектив, она послала бы его к черту. Но он выглядел по-настоящему обеспокоенным, как друг. Молли шмыгнула носом и прочистила горло: — Я была в лаборатории и получила новое тело. Автомобильная авария. Это было то, что я делала тысячу раз, — Шерлок кивнул, показывая, что понял. Обычно Молли не тратила время на слезы над своими делами. Она была более практичной. Девушка продолжила. — Но жертва отличалась от большинства из тех, кого я получаю для вскрытия: женщина, светлые волосы… мать троих детей, а младшему два года, — ее голос прервался, и слезы снова подступили к горлу. Шерлок уже понял, почему этот конкретный случай так сильно ее беспокоил: — Она напомнила тебе Мэри. Молли кивнула, слезы текли из-под ее закрытых век, руки на коленях были крепко сжаты. Шерлок уставился на нее. Как будто внезапно с его глаз спала пелена. Он мог видеть ее так ясно. Молли Хупер, друг для всех и та, кто приходит на помощь, когда это необходимо. Молли Хупер, которая всегда пыталась быть сильной для всех остальных, которая всегда держалась, в то время как другие разваливались на части, никогда не просила эмоциональной поддержки для себя. Но Шерлок чувствовал ее боль так остро, как никогда не чувствовал свою. Она втянулась в свое личное пространство, физически и эмоционально плотно замкнувшись. Для Шерлока автомобильное сиденье внезапно превратилось в зияющую пропасть между ними, которая становилась все шире. Молли Хупер отдалялась все дальше. Он протянул руку, чтобы остановить ее. Его рука мягко коснулась ее плеча. Это было так, как будто он растопил стену. Молли мгновенно повернулась в его сторону и уткнулась лицом в его пальто, пытаясь подавить рыдания, которые подступали к ней. Шерлок замер всего на секунду, прежде чем обнять ее, пытаясь утешить. Так они и оставались, если не считать тряски в такси, пока, наконец, слова не начали формироваться и выливаться наружу. Шерлок не сделал ничего, чтобы остановить их, и дал ей выговориться: — Я скучаю по ней, Шерлок. Она была мне таким хорошим другом… она была такой замечательной… она позволяла мне приходить к ней в любое время, пить чай и разговаривала со мной, а когда появилась Рози, было еще лучше… она заставила меня почувствовать себя желанным гостем, и мы смеялись и говорили о жизни, и ты, и Джон, и я так по ней скучаю… и теперь Рози приходится расти без нее, и она никогда не узнает, какой замечательной была ее мать… Рози заслуживает знать свою маму… Шерлок ничего не сказал. Он прекрасно понимал ее горе, но не хотел прерывать. Это было не о нем, и Молли нужен был кто-то, кто мог бы выслушать. Его опыт с Эвр многому его научил. Людей нужно было слушать. В конце концов рыдания Молли стихли. Она внезапно осознала, что ее окружает и на ком она плачет. Ее голова слегка приподнялась: — Прости. Я намочила твое пальто. Шерлок покачал головой: — Все в порядке. Недавно я узнал, что у всех нас есть эмоции, и бороться с ними бесполезно. Она издала смешок: — О? Даже у тебя? Шерлок посмотрел на ее макушку, на гладкие каштановые волосы, собранные в простой, но элегантный пучок, и вдохнул запах ее шампуня. Его взгляд упал на его руку, которая обнимала ее за плечи так естественно, будто он часто так делал. Он тихо вздохнул: — Даже у меня.