Чаепитие

Озеро простиралось перед ними гладкой, зеркальной поверхностью, отражая чистое голубое небо и лениво проплывающих белоснежных лебедей. В воздухе витал тонкий аромат воды, смешанный с запахом цветущего кустарника. Гулять здесь было приятно, но Диана знала, что эта прогулка не будет лёгкой.   Когда Кристиан предложил пройтись вдоль берега, она без слов положила свою руку ему на локоть, чувствуя тепло его кожи сквозь ткань. Она знала, что то, что собиралась сказать, причинит ему боль. Её слова станут предательством. Предательством сестры. Предательством самой Темной Матери.   Несколько минут они шли молча, прислушиваясь к шелесту травы под ногами и редким крикам птиц. Диана, наблюдая за отражением неба в воде, первой нарушила тишину:   — Кристиан, ты знаешь, кто убил сестру Суинфорда?   Он вздохнул, нахмурился, глядя перед собой.   — У меня есть предположения, — ответил он наконец. — Суинфорд обвиняет Басу и Рая, но доказательств у него нет. Я же считаю, что это могла быть месть. Возможно, её смерть связана с делами, в которые она была втянута. Или же… кто-то захотел создать раскол между англичанами и индийцами.   Диана внимательно слушала, но когда Кристиан продолжил рассуждать, она остановилась. Мужчина почувствовал это и тоже замер, удивленно посмотрев на неё.   — Это была не месть, Кристиан, — сказала она наконец. Её голос был ровным, но в глазах плескалась тревога. — Это была жертва.   Он нахмурился ещё сильнее.   — Род Басу связан с Темной Матерью, — продолжила Диана, глядя прямо перед собой, не желая встречаться с ним взглядом. — Она дала им силу, направляла их, питала их ненависть. Но в этот раз… она выбрала не Басу. Она выбрала род Шарма.   Кристиан резко выдохнул, но не перебил её.   — Дивия стала сосудом. Она носит в себе гнев Темной Матери. Она не могла сопротивляться. Или… или, возможно, даже не хотела.   Молчание между ними стало оглушающим. Кристиан переводил взгляд с Дианы на озеро, затем на свои сжатые кулаки. Он дышал глубоко, размеренно, но его плечи напряглись, а челюсти сжались.   — Дивия, — произнёс он наконец, словно пробуя это имя на вкус, словно надеясь, что оно окажется чужим, несвязанным с его реальностью. — Дивия убила её.   В его голосе был вопрос. Было недоверие. Он отвернулся от Дианы, пытаясь собрать мысли, пытаясь сложить всё в один узор, который не хотел складываться.   Диана сделала шаг назад. Она дала ему пространство, оставила его одного с этим знанием.   Кристиан медленно обернулся. В его взгляде читалась боль, но за ней скрывалась настойчивость, почти ярость.   — Что ещё я должен знать? — спросил он. Диана смотрела на него спокойно, но её слова звучали так, будто они могли расколоть само небо.   — Англия должна готовиться к переменам, Кристиан, — сказала она тихо, но твёрдо. — Время безнаказанности подходит к концу.   Он по-прежнему не отводил взгляда, его глаза изучали её, выискивали в ней ложь, подтекст, слабость. Но не находили ничего, кроме решимости.   — Опиум, Кристиан, — продолжила она, сделав шаг ближе. — Пока здесь, в Англии, богатые господа наслаждаются его дурманом, в Индии он приносит только смерть. И Дивия… Дивия станет тем, кто остановит это. Она спасёт народ.   — Спасёт? — Кристиан вскинул брови, голос его прозвучал напряжённо.   — В её руках сила, и она не отступит. В её жилах больше решимости, чем у всех этих людей вместе взятых. Если ты действительно заботишься о ней, если твои чувства к ней не просто игра, то в твоих же интересах помочь ей.   Кристиан отвернулся, глядя на водную гладь, словно пытаясь найти в её безмятежности ответ.   — И на что же ты рассчитываешь? — наконец спросил он.   Диана нахмурилась, её голос стал жёстче:   — Я рассчитываю на то, что ты откроешь глаза. Опиумные поставки — это только вершина. Девушки, рабыни… Кристиан, всего несколько недель назад нашли десяток трупов в соседнем поместье. А сколько ещё не нашли?   Мужчина нахмурился, его пальцы слегка подрагивали, но голос оставался ровным:   — И что ты собираешься делать?   Диана усмехнулась.   — Я? Разобраться с этим. Сжечь корень этой гнили. Но без тебя мы не справимся. Я могу открыть двери, но ты должен быть тем, кто войдёт в них первым.   Он перевёл на неё взгляд, изучая.   — Почему я?   Диана мягко улыбнулась, но в её улыбке не было тепла, только понимание.   — Потому что, Кристиан, ты знаешь, как работать с тенями.   Мужчина коротко кивнул, но его глаза всё ещё искали в ней подвох.   — А Камал? — спросил он.   Лёгкий ветерок прошёлся по озеру, задевая их волосы.   — Камал всегда на шаг впереди, — предупредила Диана. — Не забывай этого. И если у Дивии есть чувства к тебе, она их не показывает. А если у неё всё ещё есть тайная связь с Рамом… ты должен разорвать её. До свадьбы.   В его глазах промелькнуло что-то острое, болезненное, но он кивнул.   — Ты хорошо умеешь плести паутину, Диана.   Она улыбнулась чуть шире.   — Я просто знаю, кому можно доверять.   Кристиан молчал. Он вспоминал её письма, её стиль, её уверенность. Уже тогда он понял, что эта женщина — не та, кого стоит недооценивать. И теперь, когда она стояла перед ним, делясь самой опасной информацией, он осознавал: она действительно рассчитывала на него.   И вопрос был не в том, примет ли он эту роль.   А в том, был ли у него вообще выбор. На следующий день, с самого утра в поместье царила суета. Слуги, одетые в аккуратные жилеты и передники, устанавливали  на заднем дворе маленькие ворота для крокета — любимой игры знатных дам. Под лучами солнца зелено-золотая трава сада переливалась, а мягкие ароматы свежескошенной зелени и цветущих кустов роз наполняли воздух. Где-то в стороне повара колдовали над изысканными десертами: тонкие песочные тарталетки, миндальные пирожные, глазированные фрукты, а на отдельном подносе — были небольшие чашки с топлёным молоком и шафраном для тех, кто предпочитал более привычные вкусы.   Внутри дома царила другая атмосфера. Девушки стояли перед зеркалами, разглядывая себя в английских нарядах, полных рюш и бантов. Для некоторых это было в новинку, для других — ненавистная необходимость. Диана, скривившись, провела рукой по кружевному рукаву одного из платьев.   — Боги милосердные… — пробормотала она.   Внутри неё раздалось недовольное ворчание.   — Махакали, не смотри так на меня, — усмехнулась Диана, наблюдая за пантерой, которая лениво зевнула, словно разделяя её негодование.   Вздохнув, девушка всё же сделала выбор. Светло-розовое платье с открытыми плечами и полупрозрачными рукавами. Оно сидело на ней идеально, подчёркивая осиную талию и тонкие ключицы. Пока служанки аккуратно завивали ей волосы, на макушке появился изящный бант. В руках она крутила кольцо семьи Рай, прежде чем заменить его на более скромное — из белого золота с крупным рубином.   Она посмотрела на своё отражение.   Будь на моём месте старая Диана, она бы прыгала от радости, — мелькнула мысль, но она тут же исчезла.   В другой части поместья шли свои приготовления. Слуги разносили пригласительные на мужское «чаепитие», которое, по сути, было игрой в покер. Кристиан Де Клер воспользовался советом Госпожи Рай и уже начал плести свою паутину. Он заранее разослал приглашения в четыре поместья и теперь ждал вечера, зная, что за одним столом соберутся нужные люди.   Но сейчас его внимание было приковано к другому.   В просторной гостиной, возле большого чёрного фортепиано, сидела Дивия. Она слегка покачивалась в такт музыке, её тонкие пальцы мягко касались клавиш, выводя мелодию, от которой в воздухе словно повисла тишина.   Кристиан подошёл ближе и лёгкими движениями провёл пальцами по лакированной поверхности инструмента.   — Ты следил за мной? — спросила Дивия, не отрывая взгляда от клавиш.   — Скорее, я следил за музыкой, — улыбнулся он.   Дивия подвинулась, и теперь между ними не осталось преграды. Они сидели рядом, плечо к плечу.   Пальцы Кристиана неуверенно коснулись клавиш. Она бросила на него короткий взгляд и заиграла другую мелодию, а он подстроился, ловя её ритм. Их руки иногда соприкасались, но как только это случалось, они оба смущённо отдёргивали пальцы, будто касались огня.   — Ты хороший ученик, — заметила Дивия.   — А ты хорошая учительница.   Она усмехнулась, но не ответила.   Мелодия продолжалась. Гостиная наполнилась звонким смехом, когда Кэтрин ворвалась внутрь, порывом ветра разрушая интимную тишину, витавшую между Кристианом и Дивией. Ее глаза сверкали озорством, а кудрявые пряди чуть выбились из прически.   — Дивия, оставь музыку на потом, у нас гости! — рассмеялась она, хватая подругу за запястье и увлекая за собой.   Дивия с улыбкой подчинилась, и, хохоча, они выбежали встречать гостей.   На правах хозяек поместья девушки стояли на лестнице и наблюдали, как из карет выходили леди в изысканных нарядах.   Первая — высокая и худая дама в тёмно-красном бархатном платье — брезгливо осматривала окружающих, поджимая тонкие губы.   — Леди Аделаида Бромли, дочь графа, считает себя выше всех, — шепнула Кэтрин, едва сдерживая усмешку.   Вторая, напротив, выглядела сосредоточенной. Она носила светло-жёлтое платье, а в руках держала перо и пергамент, то и дело записывая что-то, бросая на всех оценивающие взгляды.   — Это миссис Грейс Уинтерборн, журналистка. Слишком любопытная.   Третья дама, элегантная женщина с мягкими чертами лица, вышла из кареты первой, а за ней следовали двое детей, девочка и мальчик, примерно возраста Амалы.   — Виконтесса Бертон и её племянники. Она вдова, и ходят слухи, что хочет найти нового мужа.   Четвёртая дама подошла к ступеням, держась за локоть молодой девушки в ярко-розовом платье, усыпанном мелкими жемчугами.   — Леди Элизабет Фэрчайлд и её племянница Эмма. У Элизабет репутация добродетельной женщины, а вот Эмма… — Кэтрин прикусила губу и покачала головой. — У неё слабость к мужскому вниманию.   Некоторые леди вели себя дружелюбно, с улыбками здороваясь и рассыпаясь в комплиментах, а другие, не боясь гнева губернатора, язвительно комментировали друг друга.   После традиционных приветствий девушки, смеясь, отправились на задний двор.   В глубине сада, под большим белым шатром, укрытым полупрозрачными тканями, сидели Диана и Ранвикка. Последняя, облачённая в изумрудное платье, явно страдала от узкого корсета, который сжимал её грудную клетку.   — Кто вообще придумал такие пытки? — возмущённо пробормотала она, приподняв ткань платья, чтобы лучше дышать.   — Потерпи час, а потом отправишься обыгрывать мужчин в покер, — лениво заметила Диана, поправляя кольцо с рубином на пальце.   Ранвикка рассмеялась, представив выражения лиц мужчин, когда она оставит их без гроша.   — Бедняги даже не знают, во что ввязались.   Но Диана не могла сказать, что поддерживает её настрой. Её внимание было приковано к садовой дорожке, по которой уже двигалась группа гостей.   Сад был великолепен. На идеально подстриженной траве стояли небольшие ворота для крокета, а рядом — изящные клюшки, каждая с выгравированными на рукоятке инициалами. В стороне раскинулся шатёр, где на тонких фарфоровых подносах покоились десерты: крошечные эклеры, фруктовые тарты, нежные безе, политые сиропом. Кувшины с лимонадом и чашки с жасминовым чаем ожидали своих гостей.   Как только дамы вошли в сад, вокруг зазвучали оживлённые разговоры.   — Вы слышали? В поместье Лэнгтон нашли сундук с драгоценностями XVIII века! — воскликнула одна из женщин, восторженно хлопая в ладоши.   — Чепуха, слухи. Если бы это было правдой, лорд Лэнгтон уже продал бы их и уехал в Италию, — усмехнулась другая.   — Гораздо интереснее то, что вчера в доме виконта Стэнхоупа произошёл скандал…   Диана слушала вполуха, продолжая выжидать. Она знала, что сегодняшний день — это лишь начало, что за изящными улыбками и пышными нарядами скрываются интриги, способные изменить ход событий. Как только дамы приблизились к шатру, Дивия с вежливой улыбкой выступила вперёд, принимая на себя роль хозяйки.   — Позвольте представить мою младшую сестру, Миссис Диану Рай, — произнесла она, грациозно указывая на девушку в светло-розовом платье. — А также нашу близкую подругу, миссис Ранвикку Басу.   Едва имена были произнесены, среди женщин прокатилась волна приглушённого шёпота. Одни обменивались многозначительными взглядами, другие, не стесняясь, рассматривали девушек с головы до ног. Однако их сплетни прервал звонкий детский смех.   Сквозь толпу гостей пробиралась маленькая Амала, уворачиваясь от пышных юбок и шёлковых шлейфов. Добравшись до Дианы, она радостно вскинула руки вверх.   — Диана! — воскликнула девочка.   Диана, не раздумывая, подняла её на руки, и Амала обвила её шею маленькими ручками.   — Как ты здесь оказалась, проказница? — спросила она, гладя ребёнка по спине.   Прежде чем Амала успела ответить, к ним подошла Сарасвати, облачённая в нежно-сиреневое платье. В её взгляде читалось лёгкое раздражение, но губы тронула едва заметная улыбка.   — Вот ты где, маленький сорванец, — проворчала она, обращаясь к Амале, но затем, обернувшись к дамам, представилась: — Сарасвати Басу, лучшая подруга Дивии.   — Это она так думает, — насмешливо добавила Дивия.   Сарасвати лишь фыркнула, но не успела ответить, потому что в этот момент Амала с заговорщической улыбкой вложила в ладонь Дианы тяжёлый перстень с крупным камнем.   Диана узнала украшение сразу. Это был перстень Камала.   Она быстро склонилась к Сарасвати и шёпотом спросила:   — Откуда у неё это?   Сарасвати пожала плечами, но уголки её губ дрогнули в усмешке.   — Думаю, Амала пытается спасти ваш брак, — прошептала она в ответ.   Не успела Диана осмыслить её слова, как одна из дам, высокая и надменная леди Аделаида, решила задать вопрос, который явно давно вертелся у неё на языке.   — Скажите, мисс Рай, эта девочка — ваш ребёнок?   Кэтрин тут же вспыхнула от возмущения.   — Леди Аделаида, приличия!   — Я бы хотела вас поправить, я миссис, а не мисс. Но вопрос уже был задан, и стоило ему прозвучать, как дамы загалдели.   — Во сколько лет вы родили её?   — Неужели отец девочки англичанин?   — Почему вы скрывали это от индийского и британского общества?   Дивия попыталась сменить тему, но было уже поздно. Сарасвати с раздражённым вздохом схватила Ранвикку под руку, и они быстро покинули шатёр.   Кэтрин закатила глаза и, повернувшись к Диане, тихо извинилась:   — Прости их. Они жаждут сплетен больше, чем воздуха. Шатёр наполнился гоготом дам, но в этот момент смех внезапно стих. В проёме появился Камал Рай.   Он отличался от других мужчин, от их утончённых, изнеженных фигур и сдержанных манер. Высокий, широкоплечий, с мощными руками и грудью, он походил скорее на медведя, чем на человека. Белая рубашка чуть натянулась на его груди, брюки подчёркивали крепкие ноги, а жилет, казалось, был единственной частью одежды, не сковывающей его движения.   Женские взгляды потянулись к нему, словно мотыльки к свету. Одни — скрытые, осторожные, другие — откровенные, беззастенчивые. Даже самые добродетельные леди, которые прежде жеманно морщили носики, теперь не могли отвести глаз. Его профиль, жёсткая щетина, острый, оценивающий взгляд — казалось, если бы он бросил на них всего один мимолётный взгляд, они бы рухнули к его ногам, забыв обо всех данных у алтаря клятвах.   Но Камал не уделил им ни единого взгляда. Он уверенно прошёл вперёд, не обращая внимания на шёпот и вздохи, и остановился перед Дианой.   Затем, неожиданно даже для неё самой, его рука легла на её талию, а губы коснулись её виска.   Диана замерла.   Она не ожидала от него подобной нежности. Однако, прежде чем её удивление стало слишком очевидным, она спрятала его за лёгкой улыбкой.   Камал чуть отстранился, посмотрел на неё, а затем щёлкнул маленькую Амалу по носу. Девочка фыркнула и звонко рассмеялась, а мужчина протянул к ней руку, жестом требуя вернуть украденное.   Амала, поняв намёк, спрыгнула с рук Дианы и, хихикая, бросилась прочь, растворяясь среди дам.   — Ты ей нравишься, — усмехнулась Диана, глядя на убегающую девочку.   Камал повернулся к ней, и прежде чем она успела опомниться, щёлкнул её саму по носу, протягивая ладонь.   — Верни, — сказал он тихо.   Диана рассмеялась, но, не споря, вложила в его руку кольцо. Камал молча надел его на палец, а затем склонился ближе и прошептал ей пару слов, которые слышала только она: — Плетешь интриги за спиной у мужа, как нехорошо… Диана слегка нахмурилась, но прежде чем она смогла что-то сказать, Камал повернулся, явно собираясь уйти.   Но не тут-то было.   Племянница леди Фэрчайлд, молоденькая леди в светло-розовом платье, стоявшая ближе всех, сделала шаг вперёд… и вдруг «случайно» поскользнулась, едва не падая прямо в его руки.   Однако Камал ловко увернулся, и девушка рухнула на пол, подняв облако юбок.   В шатре раздались сдавленные смешки.   Камал даже не посмотрел на неё. Он лишь быстро попрощался с дамами и, под восхищённые и разочарованные взгляды, покинул шатёр. Элизабет, несмотря на свои тонкие черты и изысканную осанку, подняла племянницу с пола с неожиданной силой. Лицо её было каменным, но по глазам было видно, что женщина едва сдерживается, чтобы не устроить сцену прямо здесь, в окружении множества любопытных глаз.   — Думаю, вашему мужу стоит научиться вести себя вежливо, — холодно заметила она, отряхивая платье племянницы. — Всё-таки он не среди своих…   Диана, лениво опустив веки, чуть склонила голову набок, словно задумалась.   — Возможно, — согласилась она. — Но я бы посоветовала вам, вместо этого найти хорошего жениха для вашей племянницы. Тогда, может быть, она перестанет бросаться на чужих мужей.   Несколько женщин подавили смешки, но Элизабет и бледная от унижения девушка не нашли в словах Дианы ничего смешного.   Элизабет уже открыла рот, чтобы возразить, но Диана, не дав ей и слова сказать, хлопнула в ладоши.   — Но мы здесь не для того, чтобы спорить, верно? — с улыбкой заявила она. — Дамы, предлагаю наконец перейти к игре.   Благодарные за смену темы, женщины зашумели, и вскоре вся компания дружной гурьбой двинулась к первой точке.   Вперёд вышла Кэтрин, взяла в руки клюшку и с лёгкостью провернула её в ладони.   — Итак, милые дамы, правила просты… — начала она и принялась объяснять суть игры, показывая, как правильно ударять по мячу, чтобы тот катился сквозь небольшие ворота.   Пока одни внимательно слушали, другие занялись привычным делом — сплетничали.   Аделаида Бромли, высокая женщина с копной роскошных тёмных волос, подошла к Дивии.   — Говорят, вы владеете шахтами по всей Индии, — с милой улыбкой начала она. — Если это правда, почему же на вас нет украшений, сделанных в Индии?   Дивия, стоявшая рядом, едва заметно усмехнулась, бросая емкий и меткий ответ:   — Боюсь, что красота наших украшений может затмить естественную красоту девушек Британии. Некоторые дамы прыснули в перчатки, Аделаида прищурилась, но Дивия только вежливо улыбнулась, словно ничего не заметила.   Тем временем мисс Грейс, выбирая удобную мишень, приблизилась к Сарасвати.   — Мне всегда было интересно, — начала она с вымученной улыбкой, — правда ли, что в Индии женщины с детства привыкают к тому, что их выдают замуж без их желания?   Несколько дам вокруг, уловив заманчивую возможность для скандала, притихли, прислушиваясь к разговору.   Сарасвати, не теряя самообладания, поправила изящную заколку в волосах и ответила ровным голосом:   — О, дорогая, разве в Англии это не так же? Или вы полагаете, что все эти девушки выходят замуж исключительно по любви?   Вокруг раздались сдержанные смешки, а мисс Грейс сжала губы, не зная, как продолжить. Сарасвати, мило улыбнувшись, просто развернулась, оставляя её без возможности контратаковать.   В это время к Диане подошла Виконтесса Бертон — элегантная женщина с проницательными глазами и лёгкой насмешливой улыбкой.   — Может, пройдёмся? — предложила она, указывая на стол с закусками в тени шатра.   Диана кивнула и, не торопясь, пошла рядом. Виконтесса словно невзначай повела разговор в сторону, которая её интересовала.   — Знаете, дети так похожи на этих девушек, — задумчиво заметила она, указывая на лужайку, где дамы со смехом спорили о правилах игры. — Такие же наивные, доверчивые. Думают, что мир принадлежит им, пока не столкнутся с правдой.   Диана внимательно посмотрела на неё, но ничего не ответила.   — В какой-то степени, — продолжила Виконтесса, — я даже завидую девушкам из вашей семьи. У вас есть верный муж.   Диана чуть приподняла бровь.   — Вы имеете в виду Господина Рая? Женщина усмехнулась.   — Да, и не только его. Ваш брак — союз, в котором оба партнёра смотрят в одном направлении. Это большая редкость, — она сделала паузу, бросая беглый взгляд на дам, что вновь начали перешёптываться. — Эти курицы даже не подозревают, что их мужья им изменяют. А если и подозревают, то предпочитают не замечать.   Диана не удивилась этим словам, но и не подала виду.   — Вы хотите мне что-то сказать?   Виконтесса чуть наклонилась ближе, словно делясь секретом.   — Я просто советую вам присмотреться к Аделаиде Бромли. Говорят, её муж владеет собственным борделем. Я же вижу, что это чаепитие было устроено не просто так, но я вас не осуждаю… каждый пришел сюда с какой-то целью. Диана бросила взгляд на Аделаиду, которая в этот момент беседовала с Дивией, словно у неё не было никаких забот.   — Что ж, — тихо ответила она, беря в руки чашку с чаем, — это интересная информация. Благодарю.