Глава четырнадцатая

Хорнет не была уверена, где она находится. Она стояла на… Какой-то гигантской каменной колонне. Её верхушка пронзала море облаков, таких густых, что Хорнет даже не могла видеть под ними. Ей казалось, что если она упадет с платформы, то ей придётся очень долго ждать приземления, если, конечно, тут была земля. Ещё более высокие чёрные каменные шпили торчали из облаков вокруг колонны, заостренные и зазубренные, как рога непостижимо больших жуков. И самое поразительное из всего было то, что небо было болезненно-оранжевого цвета. Вдалеке Хорнет могла видеть… Солнце? Но оно не было таким ослепительно ярким, как солнце, которое она знала в Багарии. Она могла смотреть на него, не ослепнув сразу. Он казался… Теплее… и привлекательнее. И всё же свет был определенно не успокаивающим. От одного взгляда на него у неё скручивался живот. Но она не могла отвести взгляд. Она не могла отвести взгляд, зная, что… …Зная, что… …Это не солнце. Это не солнце! Словно отвечая на её прозрение, не-солнце проросло крыльями. Поднялся ветер, выталкивая не-солнце во все стороны, заставляя юбку Хорнет развеваться в нём. Хорнет вытащила иглу. Её руки дрожали, когда она крепко сжимала её, так крепко, что она чувствовала, как хитин в её руках начал трескаться от напряжения. «Я… Я не…» Вспышка света, и Лучезарность появилась прямо перед каменным столбом, во всем величии и великолепии истинного Высшего Существа. — Я не боюсь тебя! Вопль Хорнет разнесся эхом по воздуху, отражаясь за краем горизонта. Это была ложь, самая большая ложь, которую она когда-либо говорила в своей жизни. Но это было единственное, что она могла сказать. А потом… Тишина. Лучезарность не говорила. Она просто парила в воздухе и смотрела. И чем больше Хорнет смотрела в ответ, тем больше она начинала замечать, что Лучезарность казалась… Тусклой. Её мех и панцирь были не сверкающе-белыми, а приглушенно-серыми. Самое странное, что в глазах Лучезарности не было той раскаленной ярости, которую ожидала Хорнет. Её глаза были тихими, задумчивыми и слегка опущенными. Они выглядели… Печальными. Лучезарность выглядела глубоко печальной. Прежде чем Хорнет успела даже спросить, что это значит, в тумане начало материализоваться что-то ещё. Сначала это было просто пятнышко чернильной черноты, но оно становилось всё больше и больше, извиваясь и скручиваясь, обретая форму. И когда оно наконец приняло определенную форму, Хорнет едва не ахнула. Это была… Тень. Тень того самого Сосуда, который не так давно убил Лучезарность. На мгновение Тень просто уставилась на Лучезарность. Затем Лучезарность тихо кивнула Тени. И в ещё одной вспышке света она исчезла. Хорнет уставилась на Тень. Она не могла в это поверить. Она думала, что малыш вернулся в Пустоту, выполнив свое конечное предназначение. — Маленький призрак? Это ты? «…призрак…» «…это наше имя…?» Хорнет ахнула. Ей пришлось на мгновение удостовериться, что она правильно расслышала. Это был голос, который, казалось, проскользнул мимо её ушей и проник прямо в её разум, но это был всё ещё голос. — Ты только что говорил? Это невозможно! Сосуды не могут говорить! Тень покачала головой. «…мы не сосуды…» «…больше нет…» Хорнет задумчиво посмотрела на маленького призрака. Его глаза были яркими, ярче, чем она могла себе представить для чего-то подобного. И в них была искра, искра, которой не должно было быть. Но она была, и… …и это было чудесно. — Конечно же! — осенило Хорнет. — Ты же объединил Пустоту внутри себя! Чтобы сделать это, тебе пришлось бы развить собственную волю — Новое, сильное чувство разбушевалось в груди Хорнет. Она хотела удержать это чувство и сохранить его навсегда. — Отец никогда не хотел, чтобы у тебя была личность. Он видел в этом слабость, обузу. Но ты стал ею. Ты сам выбрал свою собственную судьбу. Это и сделало тебя таким сильным… Тень не ответила. Она просто продолжала смотреть на Хорнет своими пустыми, но проникновенными глазами. «… имя…?» Хорнет моргнула. — Верно. У тебя никогда не было имени, не так ли? — Она поняла это чувство. У Хорнет тоже не было имени до тех пор, пока ей не исполнилось десять лет. И даже в том возрасте это было скорее не имя, а прозвище, которое уже потом стало восприниматься как имя. — Что же. С этого момента ты будешь известен как Призрак. Призрак оставался бесстрастным, как всегда. Но что-то внутри него излучало радость, и Хорнет чувствовала это. «…спасибо, сестра…» «…мы вернемся…» «…когда мы тебе понадобимся…» «…скажи такому, как мы…» «…мы тоже поможем ему…» — Такому, как ты? — спросила Хорнет. — Что ты имеешь в виду? Полого Рыцаря? Призрак покачал головой. Он имел в виду не его. Прежде чем Хорнет успела спросить, о ком говорит Призрак, весь мир начал расплываться. Призрак растворился в воздухе, как раз перед тем, как всё остальное исчезло.

* * *

Хорнет проснулась в своем гамаке как раз вовремя, чтобы увидеть, как Команда Снейкмаут уже встала и бодрствует. Ви делала серию растяжек, в то время как Лейф и Каббу праздно стояли рядом с ней, играя в какую-то карточную игру. Чомпи сидел в углу, нежно вылизывая себя. Когда Хорнет медленно поднялась, её последние воспоминания о сне, который она видела, исчезли из её разума. Глаза Каббу засияли, когда она встала на свои две ноги. — А! Доброе утро, Хорнет. Я всё думал, когда ты встанешь, — сказал Каббу. — Нам кажется, ты думаешь обо всём, что угодно, кроме того факта, что ты проигрываешь — заметил Лейф. — Дуэль не заканчивается, пока она не закончится! — парировал Каббу. — Как только мы закончим играть, мы планируем позавтракать. Я бы пригласил тебя, но боюсь, тебе придётся поесть здесь, пока нас не будет. Хорнет вслух задумалась, что Каббу имел в виду. Оказалось, он уже любезно предоставил Хорнет её собственную еду — тело личинки мелкого жука, известного как инихас. Хорнет возражала против употребления жука в личиночной стадии, но любые её моральные возражения были подавлены, когда Каббу объяснил, что инихасы остаются в личиночном состоянии на протяжении всей своей взрослой жизни. И хотя его многочисленные шипы могут оказаться хлопотными, он был более чем съедобным. Вскоре трое исследователей ушли — а Чомпи остался, поскольку, по-видимому, маленькое растение не ело, несмотря на то, как сильно оно любило кусать вещи. Поскольку никаких насекомых не было, Хорнет прочитала короткую молитву за еду и быстро разделалась со своим завтраком. Она спрятала теперь уже высохший шелковый кокон под плащом и направилась из дома на окраину города, чтобы похоронить свою жертву. Быстро сделав это, она вернулась. Когда Хорнет обнаружила, что её соседи по комнате ещё не вернулись, она решила встретиться с ними в коммерческом районе. Прибыв на место, она увидела, что там собралась необычно большая группа. Множество муравьёв и других насекомых стояли вокруг того, что выглядело как временная сцена, построенная из ряда деревянных ящиков. Когда Хорнет проходила мимо толпы, она слышала их бормотание и чувствовала их любопытные взгляды. — Эй, это же Хорнет! — Она вроде как принцесса… — Разве она не угрожала какой-то бедной моли? — Да, но они помирились, и она заплатила им целое состояние в качестве компенсации. — Я слышал, что у неё какая-то странная фобия на мотыльков, и она очень нервничает рядом с ними. — Чувак, я даже не хочу думать о политических последствиях этого… Хорнет глубоко вдохнула и выдохнула. Слухи здесь действительно распространились очень быстро. Вот тебе и скрытность… Когда она попыталась пробраться сквозь толпу, она вскоре обнаружила, что Команда Снейкмаут приближается с противоположной стороны и пытается вернуться из Королевского дворца. Хорнет встретилась с группой, и три жука оживились, увидев её. — О, привет, Хорнет! — радостно сказала Ви. — Мы как раз возвращались. — Привет, Ви, — сказала Хорнет. — На самом деле, я надеялась встретить вас троих здесь. — Она повернулась к толпе и посмотрела на сцену, вокруг которой они собрались. — Как думаете, что это такое? — Понятия не имею, — сказал Каббу. — Они начали готовить это, пока мы ели. — Это ужасно отвлекало, — добавил Лейф. — Чтобы как следует насладиться едой, нужно иметь сосредоточенный ум. Словно в ответ на её любопытство раздался голос, который Хорнет сразу узнала. — Привет, Муравьиное королевство! Вы все как раз вовремя, чтобы стать свидетелями дебюта моего последнего хита! С помощью технологии термитов я готова вывести свое выступление на новый уровень! Ви нахмурилась. — Вот отстой. Это Мотива. На сцене, словно из ниоткуда, материализовалось большое облако дыма. Хорнет поняла, что это работа дымовой установки, несомненно, поставленной на сцену где-то в укромном месте. Когда дым рассеялся, на сцене появились Мотива и Засп. Мотива держала в правой руке какое-то странное устройство — оно выглядело как короткая чёрная палочка с какой-то сетчатой ​​ручкой на конце. Засп нёс инструмент, похожий на какую-то гитару, хотя она была более плоской, без резонатора, а её корпус был асимметричным и имел что-то вроде пары рожков. Мотива заговорила в ручку палочки, и она каким-то образом усилила её голос в несколько раз громче обычного, достаточно, чтобы он легко разнесся по толпе и, вероятно, по всему коммерческому району. — …А следующая песня вдохновлена ​​моими собственными приключениями в качестве исследователя! С того времени, как я храбро пробралась через опасное Великанье логово и расчистила путь легендарной Команде Снейкмаут, чтобы победить Осиного Короля! Я называю это песню «Любовью в Осином Огне»! Ви зажужжала. — В-ж-ж-ж… Она действительно попытается присвоить себе наше величайшее достижение, да? — Она всегда такая? — спросила Хорнет. — Ты говорила, что вы уже дважды сражались друг с другом, верно? — Ага, — подтвердил Лейф заместо ворчавшей Ви. — Признаюсь, я разочарован тем, что она по-прежнему так эгоистична, — сказал Каббу. — Я ожидал, что она хоть немного сбавит обороты… — Надеюсь, то, что я до сих пор ненавижу её, не будет проблемой? — спросила Хорнет. — Не беспокойся об этом, — понимающе ответил Лейф. — Мы тебя не виним. Каббу с любопытством посмотрел на Хорнет. — У тебя тоже была какая-то неприятная встреча с ней? Мотива склонна на публике надевать убедительный фасад доброты. — Можно и так сказать… — начала Хорнет. Но прежде чем она успела что-то сказать, началось выступление Мотивы. Это была бодрая, оптимистичная песня, почти приторная по тексту и композиции, но в ней была вдохновляющая энергия, которую невозможно было отрицать. Самым поразительным из всего был инструмент, на котором играл Засп, который был… Гитарой, если её вообще можно было так назвать. Она производила сильный, искаженный и нечёткий звук. Звук барабанов и какой-то фонограммы также звучали откуда-то из-под сцены. Скорее всего, другие участники группы прятались в коробках. Толпа просто сошла с ума от выступления, прыгая, подбадривая и подпевая припеву. За всю свою жизнь Хорнет не видела, чтобы исполнитель вызывал такую ​​страсть у своей аудитории. И по мере того, как песня продолжалась, она пришла к неприятному осознанию. «Это… Это я притопываю ногой? Мне тоже это нравится?». — Эй, подожди минутку, — сказала Ви. Ей пришлось практически кричать, чтобы ее услышали сквозь музыку. — Что-то здесь не так! — Что? Что ты имеешь в виду? — удивлённо спросил Каббу. — Я не эксперт в технологиях, но разве у этих термитных гитар не должен быть какой-то усилитель? — сказала Ви. — Или источник питания? Засп просто играет на нём. И микрофон Мотивы тоже! Как он вообще работает без динамика или шнура питания? — Кому какое дело? — сказал Лейф. Выражение его лица было таким же пустым, как и всегда, песня его совершенно не трогала. Или, по крайней мере, он делал вид, что не трогала. — Что? Это хороший вопрос! — воскликнула Ви. — Хорнет, что ты думаешь? Я ведь не сумасшедшая, раз заметила это, верно? Хорнет на мгновение задумалась. Она знала об этой предполагаемой технологии термитов ещё меньше, чем Ви. Но у нее была идея. — Может быть, это какая-то магия? — Подожди, магия? Серьезно? — Конечно, — сказала Хорнет. — Если машину нельзя объяснить с помощью обычной механики, то это значит, что магия — единственное объяснение. — Мы… Чувствуем магию, исходящую со сцены, теперь, когда ты об этом упомянула, — сказал Лейф. — Она очень тонкая, но она есть. Мы не думаем, что это магия Мотивы. — Погоди, — задумался Каббу, — ты же не всерьёз утверждаешь, что Засп — маг, не так ли? В истории известно меньше дюжины колдунов. И из них только трое, включая тебя, живы сегодня! Если у него были такие способности всё это время, почему он никогда их не показывал? Хорнет была на мгновение ошеломлена этим заявлением. Даже услышав историю Команды Снейкмаут, она понятия не имела, что магия, по-видимому, была такой редкостью на поверхности. В Халлоунесте изучение магии кристаллов было настолько обычным делом, что «маг» был настоящей профессией, а Архивы Мономоны славились тем, что привлекали потенциальных магов со всех уголков королевства. Магия душ использовалась значительно реже, но даже еретиков в Святилище душ было более двухсот. И это не считая бедных мутантов, которые раньше были учёными Святилища. — Ты шутишь, да? — сказала Ви. — Ты же знаешь, что он практически половая тряпка для Мотивы. Ты правда думаешь, что Засп сделает что-то, чтобы отвлечь от неё внимание? — Ладно — прервал Ви Каббу, — Хватит об этом. Вскоре Мотива наконец завершила свою песню. Толпа взорвалась аплодисментами, их крики были почти такими же громкими, как и сама музыка. — Спасибо! Спасибо всем! — говорила Мотива. — И я хотела бы посвятить эту особенную песню нашему последнему гостю, принцессе Хорнет! Нам всем повезло иметь в нашем королевстве такое уважаемое насекомое, и всё это благодаря доблестным усилиям команды Мотивы! Ведь это я нашла её в Покинутых землях, цепляющейся за жизнь после того, как её сразило ужасное чудовище! Благодаря моей своевременной помощи она теперь стоит перед нами, на этой самой площади! Все, пожалуйста, поаплодируйте ей! Публика повернулась лицом к Хорнет. Естественно, все быстро начали аплодировать ей. Давление нарастало внутри тела Хорнет. Она стиснула хелицеры, но не потрудилась сдержать язык. — Эй, прекратите это! Публика замолчала. Глаза Мотивы сузились, когда она встретилась взглядом с Хорнет. — Мотива. Я не знаю, что ты пытаешься здесь сделать, но я этого не потерплю! В воздухе повисло напряжение. Собравшаяся толпа заёрзала и неловко зашепталась между собой. — О, нет, — сказала Мотива. Ваше Высочество, я никогда не ожидала, что вы будете настолько неблагодарны за то, что я спасла вам жизнь. — Не веди себя так, будто ты не знаешь, что делаешь! — возмутилась Хорнет — Во-первых, это Засп спас мне жизнь, а не ты. — Хорнет прекрасно помнила, как его охарактеризовала Ви — Я не уверена, кто он для тебя, но мне совершенно ясно, что он заботится о тебе и много для тебя сделал. А теперь ты бросаешь его под трамвай! — Во-вторых, я прекрасно помню, чем ты руководствовалась на самом деле, когда Засп обрабатывал мою рану. Когда я проснулась, первое, что ты сказала, было то, что ты надеялась, что я буду тебе обязана! Что ты хотела спасти мою жизнь, потому что думала, что это значит, что я буду тебе чем-то обязана. И вот ты здесь, пытаешься превратить это в акт великодушия, одновременно пытаясь высосать славу и известность из моего королевского статуса! Ты, несомненно, вторая в списке самых эгоистичных жуков, которых я когда-либо имела несчастье встретить! Все стихло. Мотива стояла на своей сцене, уставившись на Хорнет с открытым ртом. Её руки безвольно повисли по бокам, а микрофон выпал из руки, вызвав пронзительный металлический свист, когда он приземлился на пол сцены. Глаза Заспа были почти такими же большими, как и его шокированный взгляд на Хорнет. — Пчёлки-иголки! — восхитилась Ви, нарушив тишину, — это было потрясающе! Тебе стоит сделать это как-нибудь снова! Хорнет повернулась, чтобы уйти, ведя за собой Команду Снейкамут. — Надеюсь, мне это больше не понадобится. Когда они ушли, Мотива жалобно заскулила. — Т-только вторая?!

* * *

Когда Хорнет вернулась на площадь Города муравьёв, она с удивлением увидела там что-то новое. Это была дорожная повозка ярко-красного цвета, которую тянул большой и мускулистый долгоносик. На земле сбоку от повозки лежала большая стёганая ткань с разложенными на ней различными безделушками. Перед ним стоял высокий кузнечик с чёрными ногами. Его усики были тщательно скручены и обёрнуты вокруг макушки и покрыты гладкой помадой. Поверх его усиков была соломенная шляпа-канотье с красной лентой вокруг макушки. На нём был очень яркий клетчатый пиджак, красный с контрастными синими полосками, а также белая майка и бордовый галстук-бабочка. В сочетании с естественным зелёным цветом его тела он выглядел как жук с чувством моды, измеряемым в отрицательных числах. Несколько жуков собрались вокруг кузнечика, он с энтузиазмом поманил их. — Добро пожаловать, друзья! Добро пожаловать! Приходите все, приходите все в Караван Каравана! Здесь вы найдете самые лучшие товары по самым низким ценам в Багарии! Не упустите свой единственный шанс заполучить эти редчайшие артефакты! Хорнет ничего не сказала и пошла быстрее. Команда Снейкмаут явно разделяла её чувства, поскольку они следовали за ней и избегали встречаться взглядом с продавцом-жуком. — Эй, там! Дама в белой маске! У меня есть для тебя сделка! Хорнет внутренне простонала. «Удушающие объятия Великой Пустоты, разве ты не видишь, что я не заинтересована?» Караван либо не заметил дискомфорт Хорнет, либо, что более вероятно, ему было всё равно. Он подошел к Хорнет, неискренняя улыбка рассекла его лицо от усика до усика. — Вы выглядите как довольно сильный воин, мисс. Хотите взглянуть на некоторые из редких медалей, которые я могу предложить? — Нет. Оставь меня в покое. — Вы уверены в этом, мисс? Потому что прямо здесь, у меня есть медаль, которую вы не найдете нигде в Багарии! Он полез в куртку и вытащил небольшую эмблему, которая напоминала кусок затвердевшего мёда, уложенный в форме сот. — С «Кровью Улья» вы будете восстанавливать здоровье даже быстрее, чем с «Источником здоровья»! Хорнет замерла. Её взгляд был прикован к «медали», которую показал ей продавец. Ухмылка Каравана стала ещё шире, а его глаза заблестели, как у хищника, который наконец поймал свою добычу. — А, теперь я вижу, что привлек ваше внимание. Почему бы мне… — Скажи мне, где ты нашёл это? — Быстро прервала продавца Хорнет Караван усмехнулся и поправил шляпу. — Извините, мисс, я не могу просто так всем рассказывать, откуда я беру свои товары. Коммерческие секреты и всё такое. В груди Хорнет начал нарастать гнев. Её терпимость к подобным выходкам была близка к нулю и быстро падала. Она наклонилась, глядя Каравану прямо в глаза, пока её маска почти не прижалась к его лицу. — Теперь слушай сюда, ты, скользкая маленькая двуустка. Я принцесса Хорнет из Глубинного гнезда. И я говорю тебе прямо сейчас, что то, что ты пытаешься мне продать, — это предмет, произведенный только в пределах моей страны. Так, вот что ты сделаешь. Ты отдашь мне эту так называемую «медаль». А затем ты скажешь мне, где именно ты её нашел, иначе я скажу Её Величеству Королеве Элизант II, что ты занимаешься торговлей контрабандными материалами. Мы договорились? Маска уверенности Каравана тут же разбилась вдребезги, когда он поёжился под взглядом Хорнет. — Т-ты… Ты не… Ты блефуешь! Глаза Хорнета опасно сузились. — Ты так думаешь? Попробуй. Караван вздрогнул и тихонько икнул. Дрожащей рукой он передал Хорнету «медаль» Крови Улья. — Ладно, ладно, ты победила! Я нашёл её в Улье Королевства пчёл! Она лежала на полу, кто-то, должно быть, уронил её! Пожалуйста, не закрывай мой бизнес! Это мой единственный доход! — Спасибо за сотрудничество, — сказала Хорнет, выхватывая предмет из ладони Каравана. — Полагаю, мне придется тогда отправиться в Королевство пчёл. А теперь, если вы извините нас, мы уйдем. Когда Хорнет уводила остальных от каравана, Команда Снейкмаут бросала на неё недоумённые взгляды. — Хорнет, что это было? — спросил Каббу. — Всё, что ты сказала, было правдой? — Не совсем, — призналась Хорнет. — Этот предмет не контрабанда. Но это то, чего не должно быть в Багарии. Это амулет, а не медаль. Я знаю, что амулеты существуют только в туннелях под Грязьмутом. — Если это не контрабанда, то было ли его действительно необходимо брать? — сказал Каббу. — Кажется, ты его здорово напугала. — По его собственному признанию, это изначально не его собственность, — ответил Хорнет. — Мы найдём того, кто принес его сюда в Багарию, и вернем ему. Ви бросила на Хорнет взгляд, а затем уставилась на амулет в своей руке. — Этот… Амулет, он похож на соты. И с таким названием, как Кровь Улья… Покалывание трепета пробежало по спине Хорнет. Она уже знала, о чем Ви собиралась спросить, и ей это не понравилось. — Хорнет. Там, откуда ты родом, есть пчёлы? Вереница ругательств пронеслись в голове Хорнет. Она действительно, действительно не хотела объяснять свою приёмную семью. Она давно закрыла эту рану, решив не думать о них или об их судьбе. — Были, — грустно ответила Хорнет. — Теперь их больше нет. — Б-больше нет?! — заикалась Ви. — Что случилось? Ещё несколько ругательств возникли в мыслях Хорнет сами собой. Она не могла рассказать Ви, что произошло на самом деле. По нескольким причинам, не последней из которых было то, что даже знание истинной природы Чумы подвергало жука риску заразиться ею. Конечно, Лучезарности, скорее всего, уже не было в живых, но осторожность никогда не помешает. И Хорнет пришлось придумать какое-то правдоподобное объяснение. К счастью, ей не потребовалось много времени, чтобы придумать одно. До того, как Улей пал от инфекции, сёстры Хорнет часто рассказывали ей страшные истории о предыдущих Ульях, павших от инфекции. Та, которая была не такой уж большой угрозой, но была не менее ужасающей в том, как она разрушала разум своей жертвы. — Он пал от инфекции, паразитического грибка. Кажется, его называли кордицепсом. Команда Снейкмаут замолчала. Хорнет на мгновение уловила знакомый запах, исходящий от них. «О, нет. Кажется, я совершила ошибку». Даже вечно хладнокровное выражение лица Лейфа дало ощутимую трещину. Он уставился на Хорнет, вероятно, самыми большими глазами, которые она когда-либо видела у него. — Т-т-т-ты сказала «кордицепс»? — Да, — сказала Хорнет. — А что? — Да, так… — сказал Лейф. — Из любопытства, гм. Что… До того, как Улей пал… Что пчелы делали с теми, кого они обнаружили носителями кордицепса? Хорнет почувствовала, как старая рана вновь открылась в глубинах ее души. Ей пришлось убить многих своих сестер, когда они начали падать под воздействием Чумы. На следующую ночь она плакала так сильно, что казалось, её глаза выпадут из тела. Только сейчас, снова думая об этом, она почти могла почувствовать ту же самую болезненность в уголках глаз, ту же самую одышку. — Они… Они убивали их, конечно, — сказала Хорнет. Её товарищи встретили её серией вздохов. — Я знаю, это звучит жестоко, но убийство заражённых было единственным способом остановить его распространение. Паразит был не только смертельным во всех случаях заражения. Он также разлагал разум своего хозяина изнутри, пока они не стали чуть ли не ходячими мертвецами. Поистине ужасающая судьба для любого. Многие ульи были уничтожены той же болезнью. Запах, который Хорнет уловила от Команды Снейкмаут, начал усиливаться. Теперь она поняла, что это было. Лейф посмотрел на Хорнет и почти незаметно вздрогнул. — И… И ты хочешь сейчас отправиться в Пчелиное королевство? Пряно-сладкий запах стал ещё сильнее, настолько сильным, что у Хорнет навернулись слёзы на глаза. Лейф был в ужасе. Ви и Каббу тоже, но Лейф особенно. «Почему они так испугались? Мои сестры рассказывали мне истории о кордицепсе, чтобы напугать меня, но действительно ли это так страшно?» Пытаясь выкинуть это из головы, Хорнет ответила. — Ну, да. Я должна выяснить, как им удалось заполучить этот амулет. Если моя догадка верна, в Пчелином королевстве должен быть кто-то еще, кто недавно был на моей родине. Ещё одно напряженное молчание. Запах страха не ослабевал ни на мгновение. Наконец, Лейф шагнул вперед, на мгновение напряг тело, затем резко выдохнул. — Хорошо. Тогда мы пойдем с тобой.