Жизнь вторая. Тепло

      Тьма окружала Вэй Усяня. Она тянула его вниз. В небытие. Он чувствовал, как сама его суть растворяется в холодном потоке. Он ощутил легкое покалывание на коже.       «Разве мертвецы способны чувствовать холод?» — задавался он вопросом. Вспоминая своего друга —Вэнь Нина — нет, не могут. Тогда почему он чувствовал? Он открыл глаза, и яркий свет ударил в них. Ему потребовалось несколько раз моргнуть, чтобы привыкнуть. Он не понимал, где оказался. Под ним лежал снег. Холодная земля неприятно отдавала в конечности. Он приподнялся на руках и в шоке уставился на них—они были совсем крохотные! Догадка возникла в голове.       —Какого… — он запнулся услышав, хоть и охрипший, но точно детский голос.       Он спешно начал ощупывать себя: тело, ноги, руки и голову. Кажется у него сейчас будет либо паника, либо истерика. Он начал подрагивать под воздействием истеричного смеха, поднимающегося в груди.       «Нет, этого просто не может быть! Он не мог вернуться в прошлое в свое маленькое тело». Но, к сожалению, это было так. Он в прошлом… Мать вашу, в прошлом! Это шутка небес? «Посмеялись и хватит, а теперь верните меня в посмертие!». Но будто бы его слова услышали.       Он просидел еще некоторое время в переулке, между старыми домами Илина. Встав, Вэй Усянь начал обдумывать свое новое положение. Раз он вернулся, значит у него теперь есть возможность все исправить! Легко сказать. Как он собирается исправлять всю дерьмовую ситуацию, возникшую в будущем? Он бы продолжал размышлять над этим, если бы не жалкий вопль голодного желудка.       —Ну-у, вот и первый пункт плана — «Раздобыть еду».       Маленький мальчик в изношенной одежде — даже на тряпки не сгодится — вышел на людную улицу. Слышался гомон десятка людей. Он огляделся, пытаясь приметить, где достать съестного. На конце улицы находился трактир. А где трактир, там и еда. Он направился к нему. Люди кричали, привлекая покупателей. Вэй Ин шел вздрагивая и постоянно оглядываясь. Память с этого времени, была все еще свежа — он знал, что в Илине много бродячих псов. Достигнув места назначения, он прошел к боковой части здания. Обычно туда выкидывались остатки недоеденного или пропавшие продукты. Он не слишком хотел есть помои, но выбора не было. Он нашел недоеденные ножки курицы и сгнившие овощи. Скривившись, он взял только курицу.       «Интересно, сколько мне придется жить на улице, прежде чем дядя Цзян найдет меня?».       Он сидел на корточках, поедая мясо. Но вдруг он услышал медленные шаги и рычание за спиной. Волосы на затылки мгновенно встали, а тело заледенело. Мышцы напряглись и он вскочил, уносясь от злосчастного места. Он чувствовал как собака бежит за ним.       «Что ей надо, я же бросил кость?!».       Он бежал и бежал. Легкие горели от зимнего воздуха. Он чувствовал, как выносливость кончалась. Он свернул и издал панический вздох. Тупик! Он развернулся и взглянул буквально в глаза своему страху. Перед ним было не одна, а аж три голодные псины! Он пятился назад к стене. Бежать больше некуда.       «Вот абсурд, не успел воскреснуть, как заново помирать».       Собаки подходили все ближе, Вэй Ин сгруппировался, прикрыв голову руками. Он не смог сдержать крика, когда одна из псин напала на него. Руку обожгло болью. Алые капли начали орошать снег. Ему казалась, что боль длится вечность — он и не считал сколько раз его укусили. Но неожиданно все прекратилось. Он услышал родной голос:       —Дитя, с тобой все хорошо? — взволнованно спросил Цзян Фэнмянь. Он наклонился к кровавому комочку. Вэй Ин уже был готов отправится к праотцам. Но этот вариант тоже хороший. Он медленно убрал израненные руки и посмотрел на мужчину. Он все также был одет в фиолетовые одеяния Ордена Цзян. На его лице была улыбка, но она дергалась в нервном трепете. Он оглядел мальчика и в его глазах промелькнул ужас.       «Понять можно, в прошлый раз я не напоминал истерзанного кролика.»       Глава Цзян сделал медленный вдох и произнес:       —Ты ведь Вэй Ин, сын Вэй Чанцзэ и Цансэ-Саньжэнь? — он подергивал край рукава в нетерпение.       Натянув свою самую ослепительную улыбку, он подтвердил это. Судя по дергнувшемуся краешку губ Цзян Фэньмян — выглядело это скверно.       —Меня зовут Цзян Фэнмянь, но ты можешь звать дядей. Я был хорошим другом твоих родителей. Хочешь пойти со мной? У меня есть сын твоего возраста и дочь, чуть повзрослее, — он говорил это с мягкой улыбкой, а в конце протянул руку. Вэй Ин даже раздумывать не стал, схватил ее. Его подняли на руки и они направились к гостевому дому. Там его искупали, перевязали раны и одели в чистые одежды.       Теперь он не напоминал жертву пыток.

***

      Они приближались к Пристани Лотоса. Весь путь он проспал на руках у дяди Цзян. Он никогда бы не подумал, что сможет снова вступить на эти земли.       Бескрайние озера распластались по земле мутными кляксами. Он любил Юнмэнь с его жарким климатом, душевным народом, и, конечно же, острой едой. Он всегда любил много перца в блюдах. Цзян Чэну становилось плохо от количества специй, которые он добавлял, куда только мог. Ах, Цзян Чэн. Как же он будет смотреть теперь ему в глаза. Ведь из-за него умерла шидзе. Шидзе! Вот рядом с кем он точно не сможет находится. Вэй Ин слегка заерзал в руках, от этих мыслей. Стоит ему увидеть ее — живую и дышащую — то точно разревется, как малое дитя. Ну, думаю никто упрекать его не будет — он и есть малое дитя.       Они плавно спустились на землю, и Цзян Фэнмянь слез с меча. Он поставил ношу на землю. Мальчик начал озираться вокруг. Пристань лотоса выглядела как прежде, до своего сожжения. Его сердце сжимается каждый раз, когда он вспоминает тот день: его шиди и шимэй были убиты, его дядя и Мадам Юй были убиты. Все были убиты. Остался только он, Цзян Чэн и Шидзе.       Из невеселых мыслей его вывел пронзительный взгляд маленького мальчика. Его рассматривал юный Цзян Чэн и придя к какому-то выводу, хмыкнул.       —Кто это, отец? — обратился он к Цзян Фэнмяну. При этом он приподнял голову и сложил руки перед собой, пытаясь казаться величественней. Но выглядел скорее мило, так как у него были еще пухлые детские щеки. Вэй Ин мысленно посмеялся. Он смотрел на эту детскую версию своего шиди, а видел лишь ту, что пронзила его клинком. Сколько же ему пришлось натерпеться из-за него. Именно Вэй Усянь был причиной уничтоженной пристани и ордена, смерти его родителей, его старшей сестры. Придя в эту семью — он стал ее погибелью. Но сейчас он сделает все возможное, чтобы грядущего не случилось.       Пока он был в своих мыслях, глава Цзян говорил со своим сыном:       —Это Вэй Ин. Теперь он будет жить с нами. И может стать твоим другом, — глаза Цзян Чэна посветлели, в них была искра радости.       —Правда?! — выкрикнул он, но быстро взял себя в руки. Он подошел к мальчику напротив и протянул руку:       —Меня зовут Цзян Чэн и я наследник Ордена Цзян, приятно познакомится.       —А? О, я — Вэй Ин, будем друзьями, — он лучезарно улыбнулся и пожал руку.       —Мгм, раз теперь мы друзья, то я познакомлю тебя со своими друзьями, — он свистнул, и из поворота выбежало трое щенков. Вэй Ин, честно, не хотел кричать. Но он кричал. Да так, что наверняка слышала вся Пристань. Цзян Фэнмянь схватил его, и поднял на руки, обратившись к сыну:       —А-Чэн, убери их, пожалуйста. А-Ин боится собак.       —Как можно боятся этих крох. Они даже муху не обидят, — насупился он, гневно топнув ножкой.       —А-Чэн!       —Я понял… Кыш, идите к себе в будку. Давайте-давайте, — щенки заскулили, но пошли в нужную им сторону.       —А-Ин, успокаивайся, они ушли, — он погладил спину мальчика, утешая. Вэй Ин вытер глаза и пытался прийти в себя. Его опустили.       «Какой кошмар, мне двадцать два, а реву, как дева в день свадьбы за нелюбимого».       Он почувствовал, что по его руке что-то течет. Он посмотрел на нее и понял что раны открылись. Похоже в момент паники он слишком сильно дергался. Цзян Чэн заметил кровь и ахнул.       —Ох, А-Ин. Нужно показать тебя лекарю, — глухо проговорил Глава Цзян.       Сбоку послышались яростные шаги. В воздухе почуялся запах озона.       —Что здесь происходит? — прокричала женщина.       —Моя Госпожа, я нашел Вэй Ина. И ему нужна медицинская помощь.       Юй Цзыюань презренно посмотрела на приемыша. Но увидев кровь на руках и лице, встрепенулась. Мальчик перед ней выглядел лет на пять, хотя ему должно быть сейчас около девяти. Он улыбался, но его глаза нет—он словно был на войне. Она не стала заострять внимание на неожиданном чувстве жалости к нему. Фыркнув, лишь произнесла:       —Да, ему точно нужно к лекарю, а то еще подумают что мы детей истязаем, — он резко развернулась на каблуке, взмахнув рукавами и устремилась в резиденцию.       —Пойдем А-Ин, а потом я покажу, где ты будешь жить.

***

      Время текло, как неторопливая река. Месяцы сменялись месяцами. Он быстро сформировал золотое ядро. На удивление настроение в семье Цзян было…неплохое? Мадам Юй могла накричать на него, но она кричала на всех. Он ни разу не слышал оскорблений к своей маме от нее, а когда пошли слухи о его происхождение, она их пресекала на корню. Он иногда задумывался, какие причины послужили этому кардинальному изменению. А еще она хоть и сравнивала Цзян Чэна с ним, в ее словах не было прежней желчи.       Цзян Фэнмянь же не изменился. Он продолжал уделять внимание Вэй Ину, пренебрегая собственными детьми, особенно сыном. Бывший темный заклинатель, порой задавался вопросом, что с ним не так. Вон, даже Мадам Юй начала относится к своим детям с большей любовью, а иногда, даже, к нему. Он долго находился в шоке, когда через пару дней после его приезда в Пристань Лотоса, она зашла к нему и спросила насчет ран. Взамен он перестал бездельничать — ему некогда было этим заниматься, он должен был придумать, как защитить свой дом.       В первое время он старался избегать Цзян Яньли. Воспоминания ее гибели на его руках были еще свяжи. По ночам ему часто снилось, как меч пронзает ее хрупкую фигуру, как он теряет контроль, и мертвецы разрывают ее на части — десятки подобных сюжетов — один хуже другого. Но в итоге он перестал бегать и увязывался за ней хвостиком. Она посмеивалась над этим, называя его и Цзян Чэна — он тоже всюду ходил за старшей сестрой — своими маленькими утятами.       С Цзян Чэном у него выстроились по истине братские отношения. Они были похожи на прошлые, но за малым исключением — его шиди больше не разбрасывался ядом. Он мог, как и прежде, язвить и читать нотации, кричать на него, но теперь это звучало не так…обидно? Он не завидовал Вэй Ину, а, если у него что-то не получалось, просто шел к своему шисюну. Такое поведение умиляло Старейшину. Знал ли он, что вернувшись в прошлом, его будет ждать подобное? Отнюдь. Он уже был готов пережить неприятные моменты своей жизни в семье Цзян. Но происходящее сейчас ему безумно нравилось. В его голове однажды возникла мысль: «Вот значит каково иметь семью». И пусть, живя на Луаньцзян с Вэнями несколько лет, словно в огромной семье, — только сейчас он почувствовал это в полной мере.       «Я сделаю все, чтобы уберечь свой островок тепла». ***       Вэй Усянь — так нарек его дядя Цзян, когда ему исполнилось пятнадцать — направлялся в Облачные Глубины вместе с Цзян Чэном. Цзян Чэн тоже получил вежливое имя — Ваньинь. Все шло гладко, как и в первой жизни.       Его меч — Суйбянь — оттягивал пояс на боку приятным грузом. Помнится, когда он получил его, то расплакался. В этой жизни он действительно очень плаксив. Цзян Чэн тогда еще долго его подкалывал над этим.       Он тренировался не покладая рук. Перекопал всю библиотеку и намерен тоже проделать в ордене Лань. На этот раз он будет уделять больше времени учебе — по возможности. Он чувствовал, что эта жизнь будет прекрасна, и что сделает все верно.       Они пришвартовались к причалу. Здешний воздух отдавал приятной прохладой, после зноя Юньмена. Они направились к Гусу — городу прилежащему к Облачным Глубинам. В нем жизнь кипела, пусть и не так бурно, как в Юньмэне. Здесь была своя приятная атмосфера, голоса людей разносились мелодичным ручейком.       Вэй Усянь расслабленно ступал по знакомым местам. Вон там виднелась таверна, где он часто ел, когда уставал от гусулановской диеты; а вон там винная лавка — с лучшим напитком всех времен — «Улыбкой Императора». Он вздыхал от ностальгии. Воспоминания прошлой жизни всплывали одно за другим. Цзян Чэн косился на него с непониманием.       —Может уже хватит? Вздыхаешь, как влюбленная девица, — он ударил «воздыхателя» локтем в ребра.       —Ай, Цзян Чэн! За что? Ну, вздыхаю я и что? Посмотри на эту красоту вокруг! — Вэй Усянь раскинул руки показывая на «Всё». Его шиди на это только закатил глаза.       Через время они добрались до лестницы, ведущей к Ордену Лань. Бесконечные ступени, словно, вели прямиком к небесам. Подойдя к арке, они застали кучу адептов из других Орденов, что тоже приехали на обучение. Вэй Усянь огляделся, пытаясь применить знакомые лица. Он увидел адептов в золотом с рисунком пиона — Орден Цзинь. Он скривил губы. Этот орден никогда не внушал уважения, и лишь немногие из их адептов можно назвать благородными заклинателями. Все они смотрели на других так гордо и напыщенно, что хотелось плеваться.       Он отвел взгляд и наткнулся на чужой. На него смотрели ореховые глаза, выглядывая из-под веера. Юноша опустил его и с улыбкой направился к ним.       —Привет, Вы из Юньмэн Цзян? Я слышал, что там люди свободного нрава и полета.       Вэй Усянь посмеялся и произнес:       —Да, это так. В Гусу Лань куча правил, а у нас нет, — он подмигнул своему старому другу.       —Но это не значит, что ты можешь гонять там балду. Моя матушка в миг выбьет из тебя дурь, — дополнил Цзян Чэн.       —И дух… — едва слышно проговорил Вэй Ин. Но его шиди услышал это и дал ему подзатыльник. Послышалось сдавленное «А!».       —А, бьют, убивают! — закричал юноша, забежал за спину, старого-нового друга. Он начал поглядывать на своего шиди из своей «крепости». У того подергивал глаз. Но он уже привык к неожиданным заскокам этого взрослого дитя. Он тяжело вздохнул. Как будто он мать с десятью детишками.       —Ай-я, Чэн-Чэн, вздыхаешь как старик.       —С тобой и гуй будет вздыхать, как старик, Ин-Ин, — ответил ему Цзян Чэн, при этом его лицо выглядело так, будто он съел неспелую локву.

***

      Время в Облачных Глубинах тянулось очень медленно. Казалось, что оно заледенело вместе с воздухом. На лекциях ему было безумно скучно, и он уходил в свои мысли, за что часто получал свитком по голове от учителя Ланя. После, он шагом, на грани бега, шел в библиотеку и сидел там чуть ли не до комендантского часа. Он старался не нарушать правила и не нести «чуши» про тёмный путь. Хотя пару раз ему влетело наказание в виде переписывания правил. Он мог делать это с закрытыми глазами — так часто он писал их в прошлой жизни. В качестве его надсмотрщика был, никто иной, как Второй Нефрит Гусу Лань — Лань Ванцзи. Он все также смотрел на него с холодным равнодушием. В прошлом он пытался стать с ним друзьями, но лишь заслужил ненависть. Поэтому сейчас он не бегал вокруг него волчком, а максимум здоровался.       С Лань Цижэнем у него сложились неоднозначные отношения. Он, вроде как, хвалил Вэй Усяня за стремление к знаниям, но при этом, скоро у него будет шишка на голове размером с гору. Иногда он смотрел на него таким проникновенным взглядом, словно видел отнюдь не его. «Ты похож на своего отца», — так говорил он. Но при этом выглядел печально. Ему действительно было интересна причина таких эмоций. Чтобы старик Лань и выглядел грустно? Но, как бы он не ломал над этим голову, истина была сокрыта.       Так день сменялся днем, и прошло без малого три месяца. Сегодня на лекции рассказывали про основателя Клана Лань. Он помнил эту историю, поэтому решил, что подремать будет лучше всего. Ему показалось, что прошел лишь миг, когда до него донесся крик Цзян Чэна:       —Да как ты смеешь говорить так о моей старшей сестре?! — его лицо было искажено в гневе. Руки сжались, готовясь к удару. Вэй Усянь подскочил и схватил шиди за плечи.       —Цзян Чэн… А-Чэн, спокойно. Боюсь, драка ни к чему хорошему не приведет, — пытался успокоить его он. Он посмотрел на Цзинь Цзысюаня. Тут скрестил руки на груди и задрал голову. Если бы бывший Старейшина не знал будущего, то он бы не раздумывая врезал павлину по его красивому личику. Данная ситуация разрешилась спокойно, стоило учителю вернутся.       Месяцы сменялись. Снег покрывал землю и деревья, а потом и таял. Трава пробивалась, являя свой сочный изумрудный оттенок. На деревьях набухали почки, а потом и листья. Тёплое весеннее солнце начало сменятся жарким летом. Близился час их отправки домой. За год ничего существенного не случилось, он перерыл так много книг, и у него возникло множество идей по защите пристани. Бездонный омут также, как и в прошлом, прижился в озере Билин. И теперь уйдут годы, прежде чем он будет полностью очищен.       Они плыли домой. Он скучал по Юньмэну. Цзян Чэна тоже потряхивало в нетерпение. Их встретили радушно, Мадам Юй даже похвалила его, — он никому не скажет о том, что чуть не заплакал. Но другие видели это, а Хозяйка Пристани только цокнула на это, сказав: «Балбес».       Он был дома.

***

      Он сделал все возможное для защиты Пристани — поставил барьеры по периметру, узнал расположение дорог для эвакуации. Завтра он должен был ехать вместе с Цзян Чэном и восемнадцатью другими адептами на «Перевоспитание». Близился час, когда он встретится со своим кошмаром наяву. Все будет хорошо. Он всех спасет.       Специально для этого момента он попросил служанок Мадам Юй обучить его метанию ножей, а также сражению с помощью кинжала. Он спрятал их под одежду, и шиди своему пихнул, на что он закатил глаза, но спрятал клинок. Дни веселья и празднества окончились — начались дни суровой реальности и войны.

***

      Когда Вэнь Чао попал в его руки, он не раздумывая перерезал его глотку. Ему хотелось, чтобы тот познал мучительную смерть, как в прошлом, но сейчас он не мог оставлять его в живых. Алая кровь брызнула во все стороны. Все в шоке уставились на него.       —Ну-у, они же хотели пустить кровь кому-нибудь, — он развел руки, усмехнувшись. Уже, труп Второго наследника Клана Вэнь упал на землю. Вэнь Чжулю — его верный пёс — подхватил мертвое тело. Он отдал приказ уходить.       Но Вэй Усянь не собирался так просто их отпускать. Он достал ножи — заранее смоченные ядом — из скрытого отделения в наручах. Он метко кинул один из них в Вэнь Чжулю. Тот попал чуть ниже плеча. Пусть какой-то ножик и не убьет его, но яд точно ослабит. Ещё несколько ножей нашли свою цель, Цзян Чэн тоже не отставал — достал свой кинжал. Другие адепты нашли оброненные мечи и тоже вступили в бой. Некоторым все же удалось сбежать, но, по крайней мере, путь свободен. Они быстро выбрались из пещеры и направились в свои Ордены. Им повезло — адепты Вэнь встречались не часто. Спустя несколько дней они добрались до Пристани Лотоса. Теперь начинается отчет — армия Вэнь должна прибыть через неделю.

***

      Кабы не так. Они уже здесь. Не прошло и пары дней, как они явились. Но если в прошлый раз к ним сначала явилась подстилка Вэнь Чао, то сейчас они напали без предупреждения.       «Гуй! Я не успел активировать барьер!».       Армия Вэней обстреливала резиденцию Цзян огненными стрелами. Отовсюду слышался лязг мечей. В воздухе плавал запах свежей пролитой крови. Уже поздно было активировать защиту. Вэни были повсюду. В прошлом такого не было — тогда они подняли защитный клановый купол. Он носился по полю боя, пронзая тела осадчиков. Вэй Усянь пытался разглядеть за этим безумием родные лица.       Мадам Юй размахивала кнутом, разом отбрасывая по трое заклинателей. Ее сын маячил рядом, ничуть не уступая ей. Служанки — Цзиньчжу и Иньчжу — сражались также поблизости со своей госпожой. Дяди Цзяна в Пристани не было — он отправился в Цишань Вэнь за мечами.       Его клинок начал затупляться от засохшей чужой крови. По его лицо тёк пот от усталости, а огонь, распространяющийся вокруг, только добавлял духоту.       —Ах, почему бы вам просто не сдаться?       Вэй Усянь повернулся в сторону голоса. Там стоял Вэнь Сюй. Подле него находился Вэнь Чжулю. На лице Первого наследника Вэнь была улыбка победителя.       —Ты, ублюдок, отсюда живым не уйдешь, — выкрикнул Цзян Чэн.       —О, правда? А, может это… Вы? — на последних глазах он потянул руку в сторону телохранителя. Тот передал ему мешок, поклонившись. Вэнь Сюй, словно наслаждаясь тем что сейчас произойдет, медленно открыл мешок. Резко вытащив объект он кинул его в сторону семьи Цзян. Бесформенное нечто покатилось к ногам Цзян Чэна. Его глаза расширились в ужасе, а рот открылся в немом крике.       Это была голова Цзян Фэнмяна.       Послышался смех Вэнь Сюя и его адептов. Цзян Чэн упал на колени, по его щекам текли слезы. Пальцы рук дрожали на рукояти меча. Лицо Мадам Юй приобрело дикое выражение. Она схватилась за Цзыдянь крепче и побежала в сторону убийцы. Путь ей преградил Вэнь Чжулю. Они сошлись в жестокой битве на стойкость. Вэй Усянь в неверие смотрел на голову его дяди.       «К-как же… так. Все не должно было так закончится».       Ему начало катастрофически не хватать воздуха. Он осмотрелся и увидел только трупы своих шиди и шимэй. Они проигрывали. Нет, уже проиграли. Все места отхода были перекрыты вражескими войсками. Бежать некуда. Послышался крик. Вэнь Чжулю держал свою руку на даньтяне Мадам Юй. Она упала, уперевшись руками в землю. Обернувшись через плечо, она посмотрела на них. В ее глазах отражалась боль и отчаяние — она понимала, что им уже не выбраться, что они будут похоронены все в братской безымянной могиле.       Вэй Усянь подошел к Цзян Чэну. Тот был отрешенным — похоже он тоже смирился. Он взял шиди за руку. Он посмотрел на шисюна и видел отражение собственных чувств.       Мадам Юй встала на ноги и развернулась в их сторону. Вэни не стали мешать ей идти. Она подошла к ним и обняла.       —Простите, мальчики. Хотела бы я чтобы вас здесь не было, — по ее щеке потекла слеза.       —Мама… — Цзян Чэн захлебывался в слезах.       —Мадам Юй… спасибо за всё, — Вэй Ин закрыл глаза. Он знал что долго их идиллия не продлится.       —Ах, хватит нежностей, пора вам отправляться в путь, — стоило ему закончить, как голова Хозяйки Пристани отделилась от тела — Вэнь Чжулю начал новый замах.       Цзян Чэн зажмурился — мгновение — и брызнула кровь.       Палач развернул клинок в сторону Вэй Усяня.       «Вот и все. Я ничего не смог исправить. Сделал только хуже».       Взмах.       Он, всего лишь, хотел сохранить тепло.