Часть 2

— Тимур Панкратов, Академия Фигурного катания «Звёзды Страны». Ушаков вздрогнул. Это была обычная тренировка перед контрольными прокатами, на которых ребята катали свои программы по очереди. Его спортсмен, которого он растил все эти годы, впервые выходил на старт под другим штабом. Было странно, обидно и тяжело, но даже так Денис Русланович не мог отвести взгляд от парня, которого так давно не видел. Вместе с ним на льду катались и его спортсмены, Саша и Петя, но даже за ними не хотелось так наблюдать. Тимур был в отличной форме. Это можно было сказать и по рельефным мышцам, видневшимся из-за облегающей формы, в которой он катался, и по прыжкам вне проката. Ушаков даже удивился, как ему такое разрешили, учитывая, что в прошлом сезоне Тимур перенес тяжелейшую травму ноги. Наверное, останься Панкратов в штабе Ушакова, его бы даже к контрольным прокатам не допустили, отправив долечиваться. Парень встает на свою программу, а Ушаков жадно смотрит. Так, словно катает его спортсмен. «Sub Pielea Mea» в исполнении Carla's Dreams — очень интересный выбор по мнению Дениса. Возможно, совершенно не подходящий для Тимура, но, не ему спорить и уж точно не ему выбирать в этой ситуации. Дмитрий Панкратов катался неподалеку, не смотря на программу брата абсолютно. Видимо, их отношения не потеплели ни на градус. Музыка обволакивала каждое движение Тимура, а он двигался так, словно всё свободное время занимался исключительно хореографией. Мягкие движения рук, плавные волны спиной. А эти взгляды и выражение лица, да просто невозможно оторваться! Хочется отдать должное постановщику программы. Видимо, в штабе Тамары Львовны умеют ставить программы, если попадается толковый спортсмен. Тимур заходит на первый прыжок, аксель. Двойной или рискнет ногой на тройной? Ушаков бы настаивал на двойном, но это ведь Тамара Львовна. Совершенно отчаянная женщина. Заход… Четверной аксель. Он свалился из-за недокрута, но тот факт, что он на него зашел! У Дениса чуть глаза из орбит не повыскакивали. Он прекрасно знал о мечте Тимура, и о том, что он чувствует себя обделенным из-за невозможности прыгать квадаксель. — Бездарность! Тамара Львовна, как и всегда, себя в выражениях не сдерживала. Тимур продолжил прокат, а Дима, как назло, приземлил этот гребаный четверной аксель совсем неподалёку. Что же, этот штаб дал Тимуру то, чего у него не было раньше. Соперничество в родных стенах. В ТШУ Тимуру равных не было. Ушаков отвернулся. Всё. Хватит. У него вообще-то тут двое «своих», которых еще надо строго проводить взглядом во время тренировки. — Всё нормально? — его плеча коснулась женская ладошка, мягкий голос раздался где-то недалеко от его уха. А внутри поднялась невероятная злость. Знает же, что он не любит, когда к нему лезут во время рабочего процесса! Чудом Денис сдержался и лишь покосился на девушку, — Все, поняла. Прости. Катя сразу отошла с очень виноватым видом, а Денис вдруг почувствовал прилив нежности и сожаления, что он так проявляет свои эмоции. Протянул руку к Кате, возвращая её на место и легонько, практически невесомо, поцеловал. Ничего не говорил, но девушке и этого было достаточно. Панкратова коротко улыбнулась. И ведь они даже не подозревали, что вездесущий первый канал вставит в репортаж про тренировку парней кадр, где они целуются! Дальше тренировка шла своим ходом. Тимур больше не заходил на четверной аксель, зато дважды успешно сделал свой излюбленный каскад четыре-четыре. После второго подъехал к Тамаре Львовне, дрыгая больной ногой. Денис даже дыхание затаил, совершенно не понимая, почему он следит за этим, а не за тем, что у него Сурков прыгает прыжки на правую ногу, не боясь защемить спину. Тамара Львовна отправила Тимура назад, на лёд, без обезболивающих и прочего. — Ну что, кто фаворит федерации на этот раз? — Тамара Львовна без всякого стеснения разговаривала со своей матерью, представителем этой самой федерации. Совершенно не подавая виду, наблюдая за тем, как её младший сын крутит либелу. Темные волосы выделялись на фоне светлого льда, его белоснежной кожи и отлично сочетались с черной формой. Она всегда считала Диму идеалом. — Смеешься? — Альбина Валерьевна хмыкнула, отворачиваясь от катка. — А, ну да. Конечно. И сразу же перевела взгляд на «фаворита федерации». Конечно, это всегда будет её личным достижением: Тимур в её штабе. Не собрала всех троих, конечно, но это большая победа. Олимпийский Чемпион в её штабе. С тренировки Тимур вышел, растолкав всех журналистов и обходя их по дуге. Собственно, базовое поведение спортсмена. Но, на этот раз он был чуть более агрессивным. Конец тренировки совершенно не задался и Тимур едва сдерживался, чтобы не наорать на кого-нибудь совершенно не виноватого. Денис Русланович в это время стоял в коридоре и разговаривал с Евой, улыбаясь своей бывшей воспитаннице. Они ни в каком конфликте не были, общались так же хорошо, как и раньше. Но, кажется, Тимура это максимально не устраивало. — Ева! — практически рявкнул он на девушку, — Пошли! Она вздрогнула, но тут же сориентировалась и, бросив Денису Руслановичу смятое «до свидания», поспешила за своим мужем. Тимур шел быстро, не задержавшись возле них с бывшим тренером, поэтому какое-то время Еве пришлось бежать. Ушаков смотрел им вслед, не понимая, что нашло на Панкратова. Тимур выглядел как полностью запутавшийся человек, который считал, что встал на путь истинный. Это не плохо. Просто пугало то, с каким рвением от взялся за новые элементы и с какой реакцией выходит с тренировки после провала. Четверной аксель был одной из причин, по которой тренировка Тимура могла стать последней в его жизни. Странно, что Тамара Львовна этого не понимала и продолжала измываться над сыном. В прошлом сезоне он не всегда тройной скручивал, все старты с двойным отпрыгал. — Дэн. Денис повернулся на того, кто мог называть его этим сокращением. И только он. Роман выглядел не слишком счастливым, даже, скорее озадаченным. Что совсем не вязалось с позицией «всё хорошо». — Слушаю. — Там у нас… — он почесал затылок, неловко шипя, — В общем, проблемка есть небольшая. Одного спортсмена немно-о-ого довел журналист… Там маленький скандальчик по сети пошел уже. Черт. Всегда учил спортсменов быть сдержанными и держать язык за зубами в любом случае. Пока что Тимур справлялся лучше всех, бесспорно. Но и те, кто спокойно разговаривал с журналистами, обычно предпочитали отшучиваться и избегать острых тем. И Ушаков даже представить не мог, кто и ЧТО сказал журналистам. — Кто? Фролов вздохнул. — Катя. Ушаков запрокинул голову вверх на мгновение, а после закрыл лицо руками, протирая его. Стало душно и захотелось отмотать время назад. Черт возьми. Катя. — Что у неё спросили? — голос оказался каким-то глухим. — Дэн, я не буду это вслух говорить, — покачал головой Роман, — Ты лучше к ней сходи. Она ушла куда-то в сторону служебки. — Конечно я схожу к своей девушке, Ром! — слегка психанул Ушаков, проходя мимо своего товарища в сторону служебных помещений. И где её там теперь выискивать в тысяче коридоров? Чертовы журналисты. Катя к ним больше никогда не выйдет. А ведь ей еще тренироваться в расшатанном состоянии. Что вообще додумались спросить такого, что аж Роман не хочет произносить? Не сбавляя шагу, Денис достал телефон из заднего кармана, быстро проверяя самые популярные новостные каналы. «Екатерина Панкратова обматерила журналиста: так на неё влияет вседозволенность Ушакова?» Ниже шло прямое цитирование, которое уж точно не пропустит никакая цензура. Да уж, навалила Катя. Так думал Денис ровно до момента, пока не увидел журналистский вопрос. «Проще ли вам выступать, зная, что за ваши личные заслуги перед главным тренером страны, помогут договориться с судьями в случае чего?» — Убью, — прошипел Денис. Только сначала найдет Катю, а потом собственноручно сделает так, чтобы этот журналист никогда больше в своей жизни не попал на мероприятия, связанные с фигурным катанием.